Сказка вечера

Ольга

Близились новогодние праздники. В том году Антон просто купил шампанское и сам же распил. А в этом он с Андреем притащил в квартиру живую ёлку и груду новогодних шаров и мишуры. Аня сразу же урвала себе большой пластиковый шар красно-золотого цвета и тут же принялась испробывать его на вкус и прочность.

— Там же золотинки! — забеспокоилась я. Стоит ли давать шестимесячному ребёнку подобную вещь?

— Были, — Антон наклонился к ней и умиленно засмеялся, потерев ей лобик. — Теперь они у неё на лбу и щёчках.

— Лишь бы не во рту, — хихикнул Андрей, пытаясь закрепить ствол дерева в держатель с резервуаром для воды. — Не переживай, Оль, сходит золотом. Станет Анной Золотоносной. Тоха, помогай давай. Держи зелёную. Тяжеленная ведь!

При виде подобной суматохи на душе потеплело. Я всегда любила этот праздник. Семья вся в сборе, празничный ужин, мигание гирлянд на величественном лесном дереве, подарки. Все счастливы, улыбаются. Магия новогоднего чуда висит в воздухе. Но тут же возродилась внезапная тоска по тем новогодним праздникам. Кирилл, Саша, даже прислугу звала за наш стол. Они все были моей семьёй. Были…

Неожиданный лёгкий поцелуй в губы. Антон ласково смотрел на меня, пальцем слегка приподнял нос. Улыбнулась в ответ.

— Украсим сегодня? — спросил он.

— Конечно, сегодня! — сразу же встрял Андрей. — Я специально отпросился с работы. Тоха, тащи пиво. Блииин, приехали — гирлянда не контачит.

— Ну ё-маё, — Антон в досаде развёл руками. — Часа два только нужную лампочку теперь искать.

— Найдём. Ольчик, ты давай пока игрушки развешивай, — отдавать команды для Андрея дело уже профессиональное.

— С игрушками гирлянду потом неудобно тянуть, — качнула я головой.

— Согласен, — поддакнул Тоша, уже погружаясь в водоворот лампочек.

— Тогда, друзья, мы здесь надолго, — пафосно протянул Андрей.

— Никто никуда не спешит, — проговорила, успокаивающе. — Я пока соображу поесть чего-нибудь, а вы ищите негодную.

— Ты — чудо, — друг Антона благодарно поднял вверх большой палец.

С кухни слышала, как заработал телевизор. Каналы уже давно начали крутить новогодние фильмы и советский кинематограф. Кажется, "Джентельмены удачи". Всегда любила этот фильм. Мужчины о чем-то болтали, периодически срываясь на хохот.

— Нашёл! — радостный возглас Антона.

Выглянула к ним. Мужчины, разложившись по полу гостиной, с явным энтузиазмом меняли неисправную лампочку. Наконец, гирлянда разыгралась разноцветным свечением. Пока они тянули её по ёлке, накрыла журнальный столик съестным.

Глазки Ани уже осунувшись смотрели на происходящее.

— Ей пора спать, — шепнула я Антону, взяв малышку на руки.

— Тут сегодня шумно, давай в спальню, — и понёс кроватку в нашу комнату.

— Иди к Андрею, я уложу её, — отправила мужчину обратно к другу.

Усыпить ребёнка, нахватавшегося впечатлений было недолго. Через полчаса вернулась в гостиную.

Антон с Андреем уже распаковали остальные шары и дилетантски прикладывали их к лесной красавице. Пора и мне внести свою лепту. Я с удовольствием погрузилась в декор ёлки, подавая Антону нужную игрушку и указывая куда её прикрепить. Андрей же тянул мишуру по стенам, сооружая из них незатейливые фигуры.

— Чувствую себя первоклассником, — пробурчал он, разглядывая полуготового кролика на стене.

— Сейчас доворчишься и отправишься вырезать снежинки из туалетной бумаги, — съехидничал Антоша, вызвав взрыв смеха.

Постепенно вся живость сходила на нет. Андрей, изрядно подвыпивший, уже с чувством выполненного долга отрубался на диване, пытаясь всё же досмотреть одним глазом "Аватар".

Я расставляла под ёлкой коробочки, имитирующие подарки. Антон крепил к муляжному камину новогодние носки. Гостиная приобрела совершенно другой окрас и умонастроение. Антон сменил освещение на праздничные огни, наполнив комнату вечерней сказкой. Улыбка не сходила с моего лица.

— Это, словно другой мир, — протянула я, глядя на огни. — Сразу так тепло на душе. Спокойно, — положила голову Антону на плечо.

— Ждал от тебя именно такой реакции, — поцеловал меня в макушку.

Волшебный храп Андрея заполнил комнату нашим новым тихим смехом. Собрали с пола мусор от упаковок и блестки от мишуры. Я выключила телевизор.

— Псс, — тихо позвал Антон, стоя у окна близ ёлки. — Иди сюда.

Увидела у него в руках два бокала с шампанским. Когда успел?

— Не рановато? — улыбнулась, принимая свой.

— Нисколько, — чмокнул в нос. — Мне понравился сегодняшний вечер.

— И мне, — совершенно искренне кивнула я.

— Тогда за этот вечер?

Согласно стукнулись бокалами. Отпила. В руке Антона возникла небольшая бархатная коробочка. Невольно напряглась.

— Это серёжки, — тут же успокоил он. Виновато посмотрела на него. — Знаю, у тебя этого добра полно. Но мне просто захотелось, чтобы у тебя было что-то от меня.

Открыла коробочку. Золотые капельки с маленьким бриллиантом и фианитами. Крохотные, но невероятно милые.

— Они прелестны, спасибо, — тут же одела их.

Антон разглядывал меня, слегка улыбаясь. Невольно сжалась от его взгляда. Сколько любви и боготворения в этих глазах, а я даже не знаю, что сама чувствую к нему. Безусловно, я дорожу им, бесконечно благодарна, а дальше? Может, потому что давно мертва для всего этого? Может уже не могу воспринимать мужчин на этом уровне? Я погибла для романтики и любви. Меня уничтожили.

Он не потребует, не надавит, не бросит, сдавшись, а будет рядом пока нужен и уйдет, только если потребую. Не хочу. Не потребую!

За окном полетели белоснежные пушистые мухи, вальсом танцуя в уличных фонарях. Шагнула к мужчине, заглядывая в глубину его зелёных глаз. Он красив. Почему раньше этого не видела? Захотелось, чтобы прижал к себе, обнял, упокоил в своих руках.

— Поцелуй меня, — робко попросила его.

Магия вечера не требовала упрашивать его. Впился в губы, сладостно погребая в себя. Заставляя затрепетать каждую клеточку тела. Приятное покалывание в пальцах.

Раскат андреевского храпа, погубил всю интимность момента. Уткнувшись мне в шею, Антон тихонько засмеялся.

— Трактор, — тоже не сдержала смех.

Мужчинс неожиданно поднял меня вверх и посадил себе на бёдра.

— Этот вечер наш храпящий друг не испортит, — снова затянул в поцелуе и понёс в спальню. Продолжая целовать, уложил на кровать. — Погоди.

Скрылся в коридоре. Он сегодня полон сюрпризов либо я сегодня наконец прозрела. Вернулся. Рылся где-то в темноте на полу возле удлинителя. Привстала, собираясь уже предложить помощь, но так и осталась с открытым ртом.

Тёмный потолок и стены спальни внезапно озарились миллиардами звёзд.

— Бог мой, — завороженно уставилась на этот огромный домашний космос. Антон присел рядом. В руках снова разглядела шампанское. Улыбнулась, принимая бокал.

— Ты невозможный романтик, — погладила его по щеке.

— Я-то? Да, — расплылся в улыбке и снова жадно поцеловал.

Мы допили шампанское и улеглись, продолжая разглядывать проекцию звёзд, которые плавно и размеренно двигались по спальне. Голова покоилась на плече мужчины.

Вытянула руку к ночным светилам, моментально словив их на своей коже. Ладонь Антона тут же слилась с моей. Мягко массировал и поглаживал пальцы. Скользнул вниз ко сгибу, оказался на талии, смещаясь к бёдрам и попе. Захотелось снова проникнуть в него, в его тело, душу. Привстала и, склонившись над его лицом, жарко поцеловала. Скользнула языком в рот, опьяняюще тая от соприкосновения с мужчиной. Антон подхватил меня за талию и усадил себе на бёдра. Оперлась ладонями о матрас и приблизилась губами к его сильному телу. Исследовала поцелуями его шею, плечи, широкую грудь, плечи, спускаясь к животу. Сняла ремень с брюк, почувствовала там напряжение мужчины, оттого, что хочу сделать.

— Оль, это не обязательно, — провёл ладонью по щеке, но мне хотелось сделать ему хорошо. Хоть раз доставить удовольствие мужчине, который так жертвует собой ради меня.

Охнул, когда взяла его член в руку. Поцеловала в уздечку, почувствовав, как мгновенно налился эрекцией, изогнув Антона на простынях. Нежно слегка присосала головку, слыша его томный стон. Плавно феллировала рукой вдоль от кончика к основанию, уводя мужчину в тихое помешательство. Попробовала ртом, осторожно погружая член в себя и аккуратно двигаясь вверх-вниз, обнимая губами и языком.

Антон замаячил подо мной, едва сдерживаясь и переживая яркий парад наслаждений.

— Как же я люблю тебя, Оль, — выпалил он, дёргаясь под моей властью. — Остановись, — головка члена дико пульсировала, сигнализируя, что он рядом. Рано.

Вернулась к его губам. Страстно и благодарно целовал в ответ, срывая такт дыхания. Перевернул на спину, возвысившись надо мной. За всё это время он не позволял себе быть сверху, боясь вернуть меня в тот страшный вечер, но сегодня это были лишь силуэты звёзд, сладостное движение ночного неба и наших тел.

Тёплые ладони нежно гладили и массировали мои груди. Чувствовала, как мужчина трётся членом об мою промежность, сквозь кружево белья. Опустился, целуя живот, языком продвигаясь ниже, к внутренней части бёдер. Трусики ушли с тела. Раздвинул мои ноги шире, губы накрыли половые складочки.

Сдержала вскрик. Вцепилась в простыни, дугой изогнувшись в пояснице. Голова мгновенно пошла кругом, дыхание участилось, сбившись. Его кончик языка играл на моих эрогенных зонах, губы целовали клитор, половые губы.

Ноги бешено затряслись, внизу живота всё взорвалось, сразив мышцы тела в мучительную агонию. Вцепилась в его голову, пропуская пальцы сквозь густые волосы. Переживя эпогей, потянула лицо мужчины к себе.

Сгрёб с простыней, жадно и пылко целуя. Теперь сама тёрлась об него, изнемогая от желания ощутить всю его мощь в себе.

— Возьмт меня, — шепнула в ухо.

— Оль, — только и смог благодарно молвить и вошёл.

Наполнила спальню томным стоном. Задышала в такт его движениям, уходя в круговорот звёзд и сладостной муки. Новая волна экстаза снова сотрясла тело, разряжая импульсами тока.

Ждал, когда пик отпустит, гладил бёдра, живот и ложбинку между грудями. После перевернул на живот. Навис со спины. Целовал за ухом. Снова вошёл, сжимая крупными ладонями талию. Его губы на моих плечах, лопатках. Гладил и массировал ягодицы. Снова навис. Ускорился, близясь к своему завершению. Обнял сзади, прижамаясь губами к виску.

— Ты меня с ума сводишь, родная, — снова жарко зашептал в лицо, содрагаясь от эякуляции. Его стон музыкой и удовлетворением наполнил мой слух и сердце.

Просто было хорошо. Это ещё один вечер с ним, который я запомню навсегда.

Татьяна.

Чёртова парикмахерша! Чуть в горло ей не вцепилась, увидев, что она сотворила с моими волосами. Криворукая курица!

Доехав до дому, встала у ворот. Охранник неспешно открыл их. Спит на рабочем месте, олень!

В гараже стояла машина Игоря. Дома, значит, а я надеялась, что на фирме. Побыть одной не удасться.

У горничных обеденный перерыв, в это время их фиг найдёшь. Ладно, сама.

— Мария, налей мне воды, — потребовала, без лишних любезностей. Кухарка быстро исполнила. — Игорь давно вернулся?

— Где-то часа два назад.

— В кабинете?

— Нет. Уставший был какой-то. Вроде наверх поднялся.

Чёрт. Снова слушать его гундение. Раздражённо направилась в нашу супружескую, питая надежду, что благоверный спит. Почему бы и нет?

Войдя в комнату, заметила его в кресле. Повернут к окну, сидя ко мне спиной. Видела лишь руки на подлокотниках.

— Игорь, мне нужна новая парикмахерша! — свою злость и досаду решила выместить на муже. — Эта курица всё испортила.

— В женской тюрьме красоваться теперь будет не перед кем, — бархатный баритон раздался за спиной.

Звук этого голоса подкосил мои ноги. Обернулась, наблюдая, как Ягуар довольно закрывает дверь нашей комнаты.

Бросилась к мужу, но крутанув кресло, в ужасе отпрянула, упав на пол. Из горла Игоря, стекали струйки крови, безжизненный взгляд устремлён в потолок.

Захотелось истошно закричать, но он убийца тут же крепко зажал мне рот, подняв на ноги.

— А вот так делать не надо, — острие ножа уткнулось мне в грудь. Замерла, ощущая его дыхание возле уха. — Слушай внимательно и запоминай, — чмокнул в висок. — Твой Игорёчек узнал, что ты положила семью Бранги, захотел сдать тебя полиции. Возьми-ка, подержи немного, — стальные пальцы вложили мне в руку окровавленный нож. Едва не растёр мои о рукоять.

— Ягуар, пожалуйста, — слёзы потекли по щекам, попыталась вырваться, тщетно дернувшись в его крепких руках.

— Тих, тих. Всё, всё… можно уже бросить, — говорит хищно, ласково, усыпляя. — Бросай, моя хорошая.

С силой разжал мои пальцы и швырнул нож мужу под ноги.

— Дальше ты в порыве перерезала ему горлышко. Поняла, да?

— Пожалуйста, Ягуар, не надо, — слёзы градом бежали по лицу.

— Ну, ну, — он развернул к себе. — Не плачь, моя красавица, — поцеловал в лоб, ядом отравляя мою кожу. — Просто пришло время кому-то ответить. Мне совсем не хочется калечить и твою прекрасную шейку. Тюрьма всё ж лучше, согласись?

— Ты тварь, — прошипела я. — Мразь, сукин сын…

Усмехнулся.

— Других слов от тебя даже не ждал. Но я совсем не злюсь, красавица. Всё понимаю.

— Зачем? Хотя бы скажи, зачем?

— А зачем ты убила тех несчастных?

— Но ведь это же ты…

— Да, солнышко, но всё для тебя, — он вдруг спустился к моей промежности и похлопал по ней, — потому что кисоньку ты свою раздаёшь не тому, кому надо. И ещё, если испортишь байку, узнаешь от сокамерниц, как остра может быть пилочка для ноготков.

Взял за шею и, приблизив к себе, яростно и гадко поцеловал. Дико захотелось плюнуть этот поцелуй ему обратно в лицо.

Затем выпустил и, отступив на пару шагов со всей силы ударил. Упала, отключившись.

Мне не дано было увидеть, как он впустил в комнату охранника и велел вызывать полицию.

Этому человеку открыты абсолютно все двери и подвластны все жизни и судьбы. А мы лишь марионетки в его спектакле.

https://vk.com/wall-117068215_62