Глава 20: Легенды из прошлого о будущем

Демитрий

Мы зашли в тупик. Стоило признаться в этом. Признать своё поражение и придумать новый план. Лично мне очень хотелось выкрасть дворецкого моего отца и влить ему зелье истины. А ещё лучше – подлить прямо отцу, чтобы он сам выболтал всю правду.

Руки опускались. Я перепробовал всё, что было в моих силах. Деликатно расспросил всех слуг, что остались с того времени. Как оказалось, никто не был в курсе. Заехал в гости к тем, кто ещё остался жив, но больше не работал по той, или иной причине. Никаких зацепок. Отец был слишком осторожен.

Магнус психанул и, под предлогом проверки гостиницы, уехал на весь день. Я ему откровенно завидовал: он встретится со своей возлюбленной, побудет на короткий миг с ней, расслабится… А я мучайся в стенах ставшего ненавистным мне замка. А ведь там мои девочки! Красавицы, по которым я соскучился.

И мне предстояло знакомство с дочерью. Я так хотел ей понравиться! Так хотел побыть с ней, наверстать упущенное. Хотел быть настоящим папочкой, а не быть по факту, не быть тираном, как Максимус. Думаю, ему не понравится, если он узнает, что они живы. Только эта мысль сдерживала меня от поездки к ним.

Я ведь итак проболтался. Конечно, я заговорил ему зубы, но, кто знает, может, Максимус мне не поверил?

Работы, как назло, сегодня не было – нечем было отвлечься от неприятных дум. Гулял по саду, представляя, что рядом со мной Мария и наша дочь. Хотелось просто быть счастливым и не думать о тяжёлых временах.

Завидовал Артемиусу. Несмотря на то, что он поддержал нас в затее свергнуть отца, его жизнь была полна беззаботности и лёгкости. Ему отвели роль «болвана», прожигателя жизни, с которой он отлично справлялся, не пытаясь стать кем-то другим. Одно радовало: ему это не нравилось, и он тоже хотел меняться.

Магнуса не было очень долго: он вернулся после заката солнца. Мы столкнулись прямо в саду. Он был зол и взвинчен, и от него прямо исходила негативная энергетика.

Я нахмурился: что произошло?

– Брат, с гостиницей и её постояльцами всё в порядке? – осторожно поинтересовался я.

– Если ты о своей бывшей и вашей малявки, то с ними всё хорошо, – грубо бросил он, и я поёжился.

Обычно он не переходил на личности.

– Что стряслось? – прямолинейно спросил я.

– С гостиницей всё в порядке, – процедил он сквозь зубы, всем своим видом показывая, что не хочет со мной разговаривать.

Я не успел спросить у него что-то ещё, как он удалился в замок. Поспешил за ним, но вскоре потерял его в лабиринтах.

Тяжело вздохнул и вернулся в свою спальню. Знал, что когда братец в таком состоянии, лучше дать ему остыть. Это было присуще всем стихийщикам, в частности огневикам – у них на агрессии магия получалась куда лучше. Почему брату досталась эта часть магии, я никогда не понимал. Может, права была Мэри? И он действительно не землевик?

На столе меня ждало очередной письмо от Артура, и я поспешил его прочесть. Я даже и представить не мог, что найду ответ там.

Не стал бежать за Магнусом, поскорее раскрыл записку – Артур давно не писал, и я начинал беспокоиться. В первую очередь за своих девочек, во вторую за него самого.

«Демитрий!

Крайне извиняюсь, что пропал – у меня не было никаких новостей, кроме того, что Рей нагрузил меня занятиями, знаниями и тренировками – очень устаю, но безумно доволен. Ещё раз благодарю тебя за предоставленную возможность»

Улыбнулся. Артур пытался разговаривать со мной, как высокоинтеллигентный человек, но я прямо чувствовал как его родной говор вырывался наружу. Но ничего – пару лет, и он приобщится, или выберет более приятную работу, которая будет ему по душе.

«Сегодня случилось нечто необычное, связанное с твоим братом Магнусом» – нахмурился и напрягся. Может, здесь откроется причина, почему брат так себя повёл?

«Энжина заявила, что он владеет не магией землевика, и они вместе с Мэри убедили его пройти тест».

Улыбнулся, расслабившись. Я слишком хорошо знал свою возлюбленную и прекрасно понимал, что она не станет сидеть без дела. Значит, её деятельность и поиски принесли какие-то плоды.

И, похоже, у нас с братом одинаковый вкус на девушек – Энжина была точно такой же.

«Как оказалось, они (Мэри, Энжина и Аврора) готовились, придумывали тест, чтобы доказать свою правоту. Мэри предложила посоревноваться в водной стихии, и Магнус оказался сильнее. Затем они вынудили Магнуса затушить костёр его способностями воздуха, и он поборол огненные способности Авроры, что делает его куда сильнее простого землевика».

Его пересказ был сумбурным, местами не понятным, но основную мысль я уловил: Магнус оказался не землевиком, и это доказывало, что отец нам постоянно врал.

Пора бы наказать старого лжеца.

«После чего они сообщили, что Магнус – иллюзионист. Я, правда, ничего не понял – для меня это что-то новое и неизвестное, но решил, что это достаточно важная новость, чтобы сообщить тебе.

Буду следить за ситуацией.

Артур».

Самое ужасное во всём этом – я сам толком не знал, что это всё значит. Впервые слышал об этом даре. Наверное, это должно было многое объяснить, но, к сожалению, ещё больше запутало.

Вздохнул. Отложил письмо и отправился на прогулку по саду. Нужно было встряхнуться, проветрить мозги, о многом подумать.

Магнуса я нашёл сидящим на скамейке. Он уже никуда не убегал, когда заметил меня.

– Плохой день? – спросил я.

– Плохие последние тридцать лет жизни, – покачал он головой и подвинулся, приглашая присесть.

Удивился: ему как раз недавно исполнилось тридцать. Наш возраст отличался от земного, мы старели медленнее, могли жить до ста пятидесяти лет. Но были ли мы больше счастливы?

Скорее нет, чем да.

– Отец? – понимающе спросил я, опустившись на скамейку.

Магнус тяжело вздохнул и кивнул. В его руках была книга мифов и легенд. Нахмурился. Нас ждал конец света?

Некоторое время мы сидели в абсолютном тишине и полном молчании. Я чувствовал, что брат в раздрае – тут не нужно быть эмпатом, чтобы это понять. От него так и веяло напряжением, а негативные эмоции просто зашкаливали.

Я не знал всех подробностей и меня это убивало. Я вообще слышал как прошёл день моего брата со стороны мальчика-крестьянина, которому я представил работу – шпионить (как бы сказали на Земле) следить (как бы сказали у нас) за девушкой.

Вопрос «кто такой иллюзионист?» так и стоял в моей голове. Потому что я знал наизусть все магические дары, но этого в списке моих знаний, увы, не было.

– Что за книга? – я решил начать разговор издалека, чтобы не сильно ранить брата.

– Книга, подтверждающая, что отец нам врал, – с горечью в голосе ответил Магнус.

Покачал головой и забрал её у брата.

– Как будто ты меня сейчас удивил, – хмыкнул я. – Давно уже понятно, что Максимус – тот ещё фрукт.

И как мы раньше не замечали, что он не просто отравлял нам жизнь, но и в принципе уничтожал нас, как личностей изнутри?

Магнус тяжело вздохнул и неожиданно рассказал мне о том, как ужасно прошёл его день. О том, как Энжина и Мэри его обманули, заставив поверить, что он пользуется начальным уровнем стихии, а на деле заставили его выйти за навязанные границы возможного.

– И сейчас я в ужасе, потому что прекрасно понимаю, что я не землевик. Я гораздо сильнее, гораздо опаснее. И, судя по книжке, которую ты держишь в руках, – я нахмурился, услышав его слова, – я ещё и угроза всего человечества.

– Ну, что за чушь ты мелишь, а? – выдохнул облегчённо. – Как старая книга с легендами и сказками может сообщить, что ты угроза?

– Провидцы так не считали…

– Эти параноики, один из которых – мой отец? Смею тебе напомнить, он вообще смерти Марии и нашей дочери пожелал, – пробурчал я.

Магнус вырвал из моих рук книгу, полистал её, а затем сунул одну очень старую легенду одного маразматичного провидца. Мы её изучали в академии, а ещё до этого нас, детей, этим иллюзионистом запугивали. А я-то думал откуда я это слышал? Вот глупости какие!

– И с чего ты взял, что ты тот самый разрушитель? Ну, ты сильный маг, ты хорошо убеждаешь, иллюзии у тебя получаются отлично… – замер, потому что, по сути, это те самые способности иллюзиониста, описанные в легенде. – Да даже если ты иллюзионист, почему ты считаешь, что ты плохой? Из-за какой-то глупой легенды маразматика-параноика?

Ситуация была не просто сумасшедшей и патовой, всё становилось только хуже.

Некоторое время мы сидели в тишине. Я пялился в книгу, читая написанное. Никак не мог понять, было ли это про нашу ситуацию и про моего родного брата, или просто сказка спустя столетия чисто случайно совпала с реальностью.

И ведь очень много аргументов как в ту сторону, так и в другую. Господи, что за цирк?!

– Обсуждаете легенду о трёх братьев? – услышали мы третий голос. Одновременно вздрогнули и обернулись.

Артемиус стоял перед нами и улыбался.

Опять два старших брата забыли о младшем. Неловко вышло.

– Какую легенду? – первым очнулся Магнус. Он оценивающе смотрел на младшего, словно думал, стоит ли рассказывать брату о произошедшем.

– Ну, далёкие! – Артемиус покачал головой и улыбнулся.

Похоже, он выпил очередное увеселительное зелье и не скрывал этого. Слишком уж счастливым и непринуждённым выглядел.

– Мама в детстве постоянно рассказывала, – тяжело вздохнул он и покачал головой. – Вы, видимо не слушали. А я прямо с удовольствием представлял, что эти три брата из легенды – мы.

Мы с Магнусом вновь переглянулись. Артемиус подошёл к нам поближе и продолжил:

– Наизусть я не помню, но расскажу смысл. С древних времён существует легенда, что появятся три брата – вершителя мира, – заговорил он загадочным голосом. – Один из них будет иметь дар нести смерть, – вздрогнул, уж больно это походило на меня, но по взгляду Магнуса понял, что он тоже подумал о себе, – другое будет способен воскресить, – по телу побежали холодные мурашки, потому что это более точно описание некромантии, – а третий сможешь развеселить даже в самую непростой ситуации. Дать всем надежду, когда её почти не осталось…

Артемиус замолчал, Магнус кашлянул, а у меня слова резко закончились.

– И что эти братья должны сделать? – осторожно поинтересовался Магнус.

– Изменить порядок, – пожал тот плечами. – Избавиться от плохого, начать новую эпоху. Вообще было бы здорово, если бы это были мы, но… – Артемиус развёл руками. –Если у одного из братьев способность воскрешать, то это похоже на некромантию, как у Демитрия. Про веселье и надежду можно кое-как натянуть на меня, но вот… – он печально посмотрел на Магнуса. – Средний брат не тянет на убийцу и не имеет способности настолько сильной, чтобы уничтожать всё и вся. Здорово, конечно, верить, что ты – герой легенды, но я уже вырос из этого возраста.

Вздохнул, немного отодвинулся и сказал:

– Садись, дорогой братец. Нам есть, что тебе рассказать.

Магнус удивился, Артемиус тоже. Но братья послушали старшего, который, к тому же, носил корону. То есть меня, да.

Следующие полчаса мы рассказывали Артемиусу уже о легенде иллюзиониста, о том что устроили Мэри и Энжина, о том, что они нашли. Артемиус удивлялся, но кивал, соглашаясь.

– Получается, мама постоянно намекала нам на правду, а отец её скрывал? – вздохнул Артемиус, сделав свой вывод. – Отец нам и тут врал, заставляя играть неугодные нам роли?

– Мне кажется, Максимус просто боялся, что моя сила рано или поздно выйдет из-под контроля и сведёт меня с ума, – вздохнул Магнус, признавшись наконец в том, что его гложило.

– Если тебя успокоит, то тут целая орда провидцев также считала. А у него ты и родился, – хмыкнул я.

– Вообще-то это сделало только хуже, – возмутился Магнус.

– На самом деле у тебя есть мы и любимая девушка. Если ты будешь скатываться в разрушение, то я тебе обещаю, мы это заметим раньше других и поможем, – поспешил добавить я. – И у меня уже руки чешутся взять всё это и разрушить, наведавшись к отцу, прихватив с собой зелье истины.

– А чего туда-то ехать? – вклинился Артемиус. – Пригласить во дворец, на званый ужин, в присутствии других и подмешать ему зелье истины. Пусть публично всё обо всём расскажет. Вот потеха то будет! А он ведь даже ни о чём не догадается.

Мы втроём переглянулись. А это ведь была самая простая и гениальная мысль. Чёрт подери!

– Нам надо найти напиток, где зелье на вкус не будет заметным и не потеряет своей целостности, – первым очнулся Магнус.

– То есть… вы согласны с младшеньким? – Артемиус поразился, а мы лишь кивнули в ответ. – Это что же получается? Мы теперь воплотим легенду о трёх братьях в жизнь и утрём отцу нос?

На такой выпад даже мне ответить было нечего.