Глава 38. Признание в любви

Лайд

Я знал, что так будет.

Разумеется, Джэлл был осведомлён о провале своего сына. Огонь раздора Аллэна не помешал моей свадьбе с Евгенией, и это взбесило коронованного папашу моего вечного соперника. И тэрра можно понять, ведь в его распоряжении была не только магия (пусть и не особо сильная), но и священное место предков.

СарнТэрры тоже обладали природным источником силы. Они черпали её из застывшей лавы скалы, в которой находилась Священная пещера их рода. И Аллэн, как тэрр, обретший истинную пару, должен был одолеть меня.

Но план провалился.

Теперь-то я понимал, почему. И было жаль дней, которые я упустил, будучи слепцом. Жаль, что изменить прошлое невозможно, но я способен сделать это с будущим.

И сейчас я был готов доказать моей Евгении искренность своих чувств.

Поэтому приказал мышам и слугам помочь с платьем, при виде которого тэрры лишались дара речи, а моя мама рухнула бы без чувств. Потому повёз жену на бал, зная, что Джэлл не упустит шанса удержать корону.

Я бросил всё к ногам звёздной ведьмы.

Пошёл на риск.

Единственная возможность усидеть на троне – на своей территории одолеть в поединке меня. Я слабее отца и только-только обрёл истинную пару, и старший СарнТэрр понимал, насколько моя магия нестабильна. Особенно если принять во внимание, что огонь раздора, зажжённый Аллэном, ещё не погас. Да, он не влиял так сильно, как должен был, но явно добавлял сомнений друг в друге.

Поэтому, услышав о моём решении посетить праздник в честь прихода Северного ветра, король не преминул приехать. Причём поспешил сделать это до того, как на бал прибудет его соперник. Унизив меня, он навеки заткнёт рты всем тэррам. Останется повелителем Балейвы…

Да. Так и будет, если я проиграю.

Но я был намерен выиграть.

Только так я сумею доказать, что в лице Евгении обрёл истинную пару.

Ей, себе, всему миру!

Это моё признание в любви, которое невозможно отвергнуть.

Потому что или я прав, и тогда победа за мной. Или я скоро погибну.

Ещё сотню-другую дней назад я и подумать не мог, что поставлю на победу свою жизнь. Мне казалось, что я был счастлив, проводя дни в библиотеке, а ночи в тёмном небе.

Как я ошибался!

Я прятался от жизни. Скрывался, стыдясь себя и своего рода.

Своего проклятия.

Одиночка.

С этого дня меня никто больше так не назовёт.

Я одержу победу!

А если нет… То мне не нужна такая жизнь. Жизнь без Евгении. Без своей пары я уже умирал.

– Птенец, – выплюнул Джэлл, приближаясь ко мне. – Ты будешь скулить о пощаде!

Король частично трансформировался, принимая огненную форму. Вбирая магические силы Священной пещеры, он мог даже преобразиться в дракона, как я в озере Слёз. На моей стороне – лишь уверенность, что я поступаю правильно.

Я уже не раз после брачной ночи ощущал пробуждение дракона и видел, как светилась моя кожа. Всё это внушало мне надежду, что я не ошибся. И очень рассчитывал на силы, которые даровало обретение истинной пары.

Оставалась одна мелочь.

Я должен был отпустить человека и полностью уступить себя дракону. Без священных вод озера Слёз, которые помогли бы мне вернуться обратно и снова усмирить зверя… Осознавая, что могу навеки утратить свою первую ипостась и раствориться в инстинктах. Частично умереть.

Сейчас я был обязан довериться ей.

Моей Евгении.

Руки подрагивали, по перламутрово переливающейся коже пробегали синеватые молнии. Сердце колотилось так, будто вот-вот разнесёт на куски хрупкое человеческое тело. Мне впервые в жизни было так страшно, ведь пропасть передо мной была в разы ужаснее всех виденных до этого дня.

Если я, как и раньше, дракон-одиночка, то не только утрачу человеческую суть, но и причиню Балейве нестерпимые страдания жестокостью необузданного зверя.

Готов ли я сделать последний шаг в неизвестность и оставить привычную твердь за спиной?

Джэлл уже почти превратился в дракона, и огромные глаза чудовища сверкали алым пламенем ненасытной алчности. Этот зверь и секунды не помедлит в желании уничтожить меня, пока не явился Тэвэл.

На миг в памяти мелькнул образ родителей. Отец, чьё лицо потемнело от горя. И мама, ослепшая от слёз по единственному сыну. Свечение начало меркнуть, и магия моего рода иссякла.

Огненный дракон взревел в победном кличе и взмахнул хвостом, намереваясь раздавить меня одним ударом.

– Ла-а-айд!

Крик Евгении будто пробудил меня. Мгновение – и я уже перестал быть собой.

Человеком.

Всё вокруг вдруг стало таким маленьким и никчёмным, что перестало иметь значение. И даже пылающий магией дракон показался мне лишь неприятной помехой, которая отдаляла меня от чего-то невероятно важного.

Зверь, который сейчас правил мной, скулил и искал то, что ему было так необходимо. Удары пламени жалили его, но дракон лишь отмахивался от досадной мелочи. Он искал что-то небольшое и ценное. Это не золото, не драгоценные камни. Это синева неба в ясных глазах и насмешливая улыбка золотоволосой девушки.

Его хозяйка. Его жизнь. Его пара.

– Умри, птенец!

Рык разъярённого короля отвлёк от поисков, и дракон обернулся. Как раз за миг до того, как стена пламени двинулась в сторону группы людей, среди которых была она.

Звёздная ведьма!

Огненный дракон посмел напасть на пару Лайда? Он поплатится за это! Зверь метнулся вперёд, сбивая чужую магию. Махнув хвостом, погасил огонь и, развернувшись, расправил огромные кожистые крылья. Во все стороны полетели синие молнии, магические шары взрывались, люди кричали и метались в панике, а Джэлл…

Пламя его иссякло. Из многочисленных ран сочилась чёрная густая кровь, а по чешуе пробегали синеватые молнии. Причиняя нестерпимую боль, они жалили зверя, заставляя его опускаться всё ниже.

– На колени, – раздался чей-то сильный рык, и я понял, что это мой дракон.

Джэлл утратил очертания зверя, и мелкий человечишка вжался спиной в стену.

– Ты… – с ненавистью выдохнул он. – Не можешь победить.

– Я уже победил, – прошипел мой дракон.

Но тут мужчина схватил свою трость и взмахнул ею, направляя пламя на Евгению. Я бы не успел спасти ведьму, поэтому двинулся прямо на Джэлла. Подминая человечка под собой вместе с огненной магией, принимая удар на себя.

Мой дракон взревел от чудовищной боли, и перед глазами потемнело. Я перестал что-либо видеть или слышать. Осталась лишь боль, в которую я превратился. Будто сгорая заживо, я мучился… Но сильнее было страдание оттого, что я не мог контролировать зверя. Что он сейчас творил? Раненый, обезумевший, он мог убить всех, кто находился в бальной зале.

Навредить моей паре… Своей паре!

И вдруг всё закончилось. Боль перестала иметь значение, когда раздался тихий голос:

– Тс-с-с… Всё в порядке. Всё хорошо.

Темнота начала медленно рассеиваться, и я увидел перед собой Евгению. Смелая ведьма обняла морду огромного чудовища и, поглаживая чешуйки, шептала слова утешения.

Это была победа.

Наша победа!