Глава 1

— Вы хорошо пилотируете, — заметила я, когда Дорнан отстыковался от яхты императора и завернул лихой вираж, уходя на курс к Сингарду.

— В молодости я был военным доктором, нас обучали азам управления, — ложась на маршрут, ответил старик. — А после переворота я решил не идти по военной стезе, а служить в императорском дворце лекарем.

Выходило, что Дорнан не просто человек с гнильцой, но еще и военный предатель. В моей внутренней иерархии подлецов это место было на ступеньку ниже воров и убийц.

— Получается, вы служили еще у Урсуна, а после, когда запахло жареным, переметнулись к Ронану?

— Зря осуждаешь. Захочешь жить — и не так будешь поступать. Зато мои дети были в безопасности, получили хорошее образование, выросли и сейчас живут на разных планетах империи. У них хорошие должности, семьи. Я сделал для них все, что мог, и думаю, после того как вы родите, императрица, наконец смогу уйти на заслуженный отдых.

Мои глаза невольно округлились. Дорнан рассуждал обо всем так спокойно и, судя по его виду, вполне себе представлял уютный домик у моря, который заслужил по выслуге лет. Чем не идеальная старость?

— Вы не говорили о своей семье раньше.

— Если не говорил, не значит, что ее нет. Хотя… — Дорнан выставил автопилот и наконец отвлекся от приборной панели. — По сути, я уже давно один. Жена умерла больше десяти лет назад, а дети стали самостоятельными.

— И вы все так же преданы Ронану… — пробормотала я. — Дорнан, неужели вы никогда не понимали, какому ублюдку служите? Вас совесть по ночам вообще не мучает, когда понимаете, сколько невинных он убил?

— С чего вдруг? Это ведь не я убивал. Я, наоборот, лечу всех, помогаю, чем могу. Что же касается человеческих качеств императора, то разве они имеют значение? Миллиарды людей трудятся на тех, кто им неприятен, но разве это их волнует?

— Значит, Ронан вам противен? — ухватилась я.

— Я такого не говорил, не нужно ловить меня на словах, — улыбнулся Дорнан. — Ронан — это щедрая рука, которая меня кормит, и я не дурак ее кусать.

На этом наш и без того короткий разговор окончился.

Лететь нам оставалось около двух часов. Вначале я пыталась убить скуку, пялясь в безграничный космос, но после сама не заметила, как уснула. Видимо, сказывалась усталость, накопленная за сутки.

Мне снились кошмары. Будто куда-то падаю, людские крики, звуки лютующей толпы, смех Кимат и в довершение женский плач, в котором я узнала свой голос.

Выдиралась из сна я рывками, он будто не хотел меня отпускать, но я все равно выбралась, будто из пучин океана. Вынырнула и судорожно втянула воздух легкими.

— Думал, вы будете спать до самой посадки, — произнес Дорнан. Он по-прежнему сидел в кресле пилота и моим резким пробуждением оказался удивлен. — Не хотелось вас будить.

— Мне снились кошмары, — пробурчала я, вставая со своего места, чтобы размять ноги.

Все же крошечная шлюпка была явно не предназначена для длительных и комфортных перелетов. Тут не было даже каюты с кроватью или диваном.

Зато нашелся небольшой бар с водой.

Я осушила целую бутылку, прежде чем немного прийти в себя и вытрясти остатки пережитого ужаса из головы.

— Садимся через пять минут, — долетел до меня голос Дорнана. — Вам нужно вернуться в кресло.

— Хорошо, — сдавленно ответила я, чувствуя, что, кажется, зря выпила столько жидкости.

Ко мне вновь стала возвращаться тошнота, несмотря на все лекарства, которыми меня пичкал доктор еще на яхте Ронана.

— Если получится, то садитесь аккуратнее, — попросила я, когда Дорнан пошел на снижение. — Меня опять тошнит.

Старик неодобрительно покачал головой.

— Сразу же по прилете нужно вас осмотреть. На этом сроке уже не должно быть такого сильного токсикоза.

— Угу, — вяло буркнула я, сдерживая позывы.

Признаться, я и сама не ожидала такой бурной реакции организма. Настолько сильно меня еще за всю беременность не мутило, даже в каюте у Ронана после его мерзкого предложения.

— Кажется, дело не в токсикозе, наверное, я съела что-то не то на корабле, — вяло отозвалась, когда мы входили в атмосферу и языки пламени плясали по обшивке. Корабль трясло, и я уже подумывала не сдерживаться. Ведь должно же мне было потом стать легче.

Лишь только мысль, что все съеденное в условиях перегрузки окажется на мне, давала силы терпеть.

— Осталось несколько минут, — попытался успокоить доктор. — Как только приземлимся, я сбегаю в дом и возьму нужные лекарства. Обещаю, вам станет легче.

Его слова пролетали мимо меня, и как бы я не “любила” этого человека, но сейчас хотелось верить, что он поможет.

Когда скорость корабля стала замедляться и впереди замаячил знакомый остров, я подумала, что стоит нам приводниться, как моя тошнота должна пройти, но едва судно коснулось воды — стало еще хуже.

Резкая боль острым ножом прошла от солнечного сплетения и до пупка. Будто кто-то ножом рассек, я вскрикнула и схватилась за живот.

Дорнан, мимолетно взглянувший на меня, мгновенно побледнел. На его лице отразился ужас. Старик поспешил высвободиться из ремней кресла, и, не глуша двигателей, бросился ко мне.

— Сейчас, императрица, я вам помогу. Потерпите, — торопливо произнес он и бросился к выходу.

Я же стонала в голос, хныча от боли, и не понимала, почему так происходит? Все же еще утром было нормально?

— Девочка моя, — прошептала я ребенку, которого больше всего на свете испугалась потерять. — Ну что же ты? Прекрати…

Где-то позади раскрылся шлюз, и шаги Дорнана стихли…

Я видела в лобовой иллюминатор, как доктор бежит по пристани, зажимая себе лицо без кислородной маски рукой. Дорнан добрался до переходного отсека, торопливо забрался в переходную камеру, и стоило дверям за ним закрыться, как … боль исчезла.

Тошнота тоже.

Так же резко, как и накатили.

Будто и не было вовсе.

Я смогла дышать нормально. Села в кресле ровнее, вытерла рукой пот со лба.

— Больше не пугай так маму, — прошептала своему животу, стараясь как можно быстрее успокоиться.

Стало даже немного стыдно за “ложную тревогу” и что так сильно испугала пожилого Дорнана. Каким бы он ни был гадом, но за меня переживал вполне искренне.

Сейчас он как раз попал внутрь купола и уже бежал к дому, даже споткнулся в какой-то момент. Я уже подбирала слова, которыми стану извиняться перед доктором, когда из дома вышли двое мужчин в черной форме.

Я их не знала.

Не знал и Дорнан. Он поднял на них голову и тут же отшатнулся, сделав несколько шагов назад.

Все происходило мгновенно.

Один из незнакомцев вскинул руку с зажатым бластером и выстрелил в грудь доктора. Безобразное пятно расплылось по груди мужчины, а после он осел на землю и больше не встал.

— Нет! — вскрикнула я, мгновенно понимая, что кто-то из недоброжелателей Ронана нас нашел.

Убийцы, словно чувствуя мой взгляд на себе, посмотрели на корабль. Один из них сказал о чем-то другому, и оба двинулись в мою сторону.

Думать нужно было быстро.

Интуиция подсказывала, если с Дорнаном не церемонились, то Лода в доме тоже мертва. И времени жалеть их сейчас у меня нет…

Я поблагодарила судьбу, что двигатели корабля не выключены, и хоть никогда до этого в жизни я не водила космический транспорт — сейчас самое время было научиться.

Пересев на кресло Дорнана, я принялась вспоминать, как и в каком порядке он нажимал кнопки, чтобы “шлюпка” взмыла в воздух.

Действовала я наугад, просто тыча по панели, едва успевая читать обозначения.

— Ну же, давай! — шептала я, видя как эти двое уже вошли в шлюзовую камеру.

Схватившись за штурвал, я рванула его вверх что есть сил — и корабль дернулся, натужно ревя двигателями.

Шлюпка, будто выпущенная из катапульты, стартовала в небо, оставляя за собой огненный след и облака раскаленного пара. Перегрузки вдавливали меня в сидение, но я была так напугана, что фактически не замечала их. Волновало — лишь бы с ребенком все было в порядке.

Каким-то чудом я даже умудрилась выйти за пределы атмосферы, и лишь зависнув на орбите Сингарда, несколько минут смотрела в иллюминатор на голубой шар перед собой и понимала, что возвращаться назад мне нельзя. Куда вообще теперь лететь? Выйти с кем-то на связь? А как это вообще сделать?

Я попыталась настроить приемник, но кроме помех ничего не нашла, а после, поймав незнакомую волну, с ужасом услышала:

— Это новостная волна Свободных Колоний, и с вами снова я, Гернард Слимер! — достаточно весело вещал кто-то. — Похоже, наш императоришка наконец доигрался.

На Гризальде объявлено военное положение, кто-то из местных опять перетянул одеяло власти на себя. По последним новостям Ронан и его ближайшее окружение убиты, поэтому предупреждаем и просим временно воздержаться от визитов на Столичную планету ради вашей же безопасности…

Волна утихла, а я, открыв рот, переваривала услышанное.

Ронан убит. Окружение тоже…

Мне бы порадоваться, но что-то подсказывало: в новых обстоятельствах мое положение стало еще более худшим, чем раньше. Кто бы ни пришел к власти, потенциальный ребенок Ронана и бывшая императрица для них будут костьми в горле, которые лучше уничтожить заранее.

— Что же делать? — прошептала я, вспомнив о передатчике, который мне дал Хэдок.

Не задумываясь, я активировала его, потому что была уверена — Дизайнер жив, как бы там не сложились обстоятельства на Гризальде. Такого, как Хэдок, так просто никому не убить, а, значит, он меня найдет. Оставалось решить, где мне спрятаться, пока это произойдет.

Просто так болтаться на орбите, на заметной шлюпке — было равносильно подписанию смертного приговора. Кем бы ни были наемники, они явно не простые люди, и уже наверняка ищут меня, а значит, нужно искать себе временное убежище.

— Ну же, думай, Эсмиральда. Думай! — Я сжала виски руками, после хорошенько продышалась, успокоилась и собралась.

Топлива оставалось мало. Всего ничего, до другой планеты не дотяну, а значит, выбор оставался невелик — либо все же обратно в один из городов Сингарда, либо искать ближайшую космическую станцию. Там у меня были шансы затеряться для всех, кроме Хэдока.

Найдя пеленгатор, я запустила поиск, а после, найдя несколько космических платформ, выбрала самую крупную, куда и направила корабль, сумев настроить автопилот.

В этот момент я благодарила Ронана за то, что его корабль был не старой допотопной техникой, а современной новинкой с понятным интерфейсом. Наверное, только это и помогло мне разобраться в незнакомых системах.

Через полчаса я уже видела в иллюминатор приближающуюся станцию, и в этот момент мне стало особенно одиноко, страшно и тоскливо. Вот только я была не одна… Обняв руками пока еще незаметный живот, я тихо прошептала:

— Не знаю как, но только благодаря тебе мы вдвоем живы, девочка моя. И я постараюсь сделать все, чтобы мы обе такими и оставались.

* * *

Яхту на станцию посадил автопилот, в противном случае сама бы я точно не справилась. Мне лишь приходилось откликаться на вызов диспетчера, который “вел” корабль.

— Борт 1 х 978-7, добро пожаловать на космическую станцию 9Х… — Мужской голос назвал цифровое обозначение, которое я тут же выбросила из головы. Сразу же мелькнула совершенно неуместная мысль, что совершенно зря в империи не дают названий крупным станция и кораблям. Это бы облегчило ориентирование. А диспетчер продолжал: — На станции действует стандартизированная имперская валюта. Если у вас колониальные дублоны, слитки драгоценных металлов, цифровая крипта, то обменять их по местному курсу вы можете в специальных пунктах приема.

Наконец мужчина закончил речь, а я, прикусив губу, поняла, что у меня очередная проблема — отсутствие денег. Но горевать долго не пришлось — заприметив вещи Дорнана, я без зазрения совести приступила к их изучению.

Доктору они уже не пригодятся, а мне помогут выжить.

Обнаружились два чемодана: один — набитый медикаментами, а второй — с личным барахлом старика. В основном бесполезное для меня белье, пара рубашек, даже легкие шорты. Все же доктор летел на Сингард, почти на курорт, зачем ему было брать что-то еще? Но, похоже, мне везло: я нашла легкий зеркальный плащ с капюшоном, такие обычно использовали в дни сильного солнца, но мне он пригодится уже сейчас — прикрыть лицо, когда соберусь выйти в люди.

Деньги тоже нашлись, наличные — две тугих пачки. Вначале думала удивиться, откуда такие запасы у доктора, но после вспомнила, что Дорнан летал за провизией, а значит, скорее всего, закупку проводил не с официальных счетов императора, так что ничего удивительного, если часть бюджета осела у него в кармане.

— Никогда не думала, что буду вас благодарить, Дорнан, за жучью натуру.

Я захватила пару дыхательных масок и чемодан с медикаментами, потому что даже не догадывалась, на какую планету соберусь лететь, едва подвернется возможность.

Оставаться на станции долго я тоже не хотела, нужно было найти людей, кто согласится подбросить женщину без документов по пути.

Стоило ступить на железную “землю” станции, как меня подхватила местная суета. Вокруг носились платформы с грузами, шумела техника, переругивались люди, у которых не сошлись накладные, где-то в дальнем конце ангара с шумом готовился к старту корабль. В воздухе витал запах гари, машинного масла и уличной выпечки. Жуткая мешанина.

Я с тоской обернулась на императорскую шлюпку. Даже сейчас она выглядела дороже, чем все те корабли, что стояли рядом. И именно поэтому я хотела оказаться от нее как можно дальше.

Как только я села на станции, бортовой номер катера появился в системе, а значит, за мной уже могли следить. Это только в приключенческих книгах, которые все читают в детстве, в подобных ситуациях герои умудрялись продать трофейный транспорт ростовщикам. В жизни у меня не было шансов на успех, а жадность могла стоить жизни.

Первое время я брела туда, куда глаза глядят, пока не наткнулась на стойку информации, там запросила карту станции и, достаточно хорошо ее изучив, принялась искать место, где могли собираться пилоты на отдых.

Официальную биржу найма я отмела сразу, так же как и гражданский порт. Отойдя от стойки и усевшись на чемодан, я решила пораскинуть мозгами, сложить все знания, которые были, и только потом сделать следующий шаг.

В памяти всплыла задорная песня, которую в детстве услышала на Затурии от одного из местных стариков, бывшего военного, доживающего свой век на зеленой планете. Помню, как ругала Милента, когда я ее спела дома:

“Куда бы ни приплыл моряк за золото и серебро,

Его везде поднимут флаг, ему всегда нальют вино.

Когда моряк на берегу — все девушки бегут к нему,

Они сигают из штанов, меняя деньги на любовь”.[Из текста гр. Агата Кристи — «Моряк».]

На Затурии никогда не было больших морей, зато они наверняка были на колонии, где служил в свое время старик.

И хоть смысл строк песни дошел до меня не скоро, сейчас я собиралась применять знания на практике. Пилоты — это почти моряки. После рейса они хотят выпивки и женщин, а значит, искать надо либо бар, либо публичный дом.

Выбирая между этими двумя местами, я выбрала второе.

Потому что, если меня ищут, бордель станет последним местом, куда пошла бы приличная женщина, а тем более императрица. Другое дело, что такие места на официальные карты не наносят, а значит, нужно спрашивать у местных.

Недалеко я заприметила молоденького прыщавого паренька, уткнувшегося в планшет. Он был одет в форму с эмблемой станции и должен знать тут все.

— Эй, красавчик! — окликнула его я. — Да-да, ты!

Судя по округлившимся глазам паренька, красавчиком его называли нечасто. Он неуверенно поднял голову от планшета и даже заозирался по сторонам. Вдруг рядом еще кто-то есть.

Я же поспешила взять его в оборот, пока он окончательно не растерялся.

— Мне нужна твоя помощь, красавчик! — продолжала я бить в уже сработавшую “болевую” точку. — Как тебя зовут?

— Крис.

— Красивое имя, Крис. Подскажи-ка мне, где я могу найти бордель. С девушками. Самый лучший.

Глаза у парня стали еще больше.

— З-зачем в-вам? — даже прозаикался он. — Вы же тоже… ну эта… девушка.

— И что? — Улыбнувшись, я кокетливо повела плечом. — Одно другому совершенно не мешает. Так куда идти, красавчик? Если проводишь, щедро заплачу.

Последним предложением он, похоже, оскорбился. Лицо сникло, а сам он еще тише забормотал:

— Ну что вы… не надо денег. Мне ж несложно, да и тут близко.

И Крис повел центральными подобиями улиц. Мы не плутали по закоулкам, что меня, несомненно, успокаивало, и не заглядывали в подворотни. Просто шли прямо, пока не уткнулись в переливающуюся неоновым светом вывеску “Дырявое дно”.

— Я же просила в приличное место, — прочитав название, не удержалась я.

— Так это оно и есть, — будто бы оправдывался Крис. — Единственный бордель на станции. Все, кто хочет отдохнуть с дороги, идут сюда: богатеи между пересадками на космодроме, секс-туристы, которым просто хочется экзотики…Вы же тоже из них. Даже пилоты…

Будто в подтверждение его слов, дверь “Дна” с грохотом впечаталась в соседнюю стену, и из борделя вывалился вдрызг пьяный мужчина в форме пилота. На его плечах висели две полуголые девицы, которых он без застенчивости лапал за задницу.

— Джо, — крикнул кому-то внутри пилот. — Верну тебе твоих цыпочек вечером.

— С вас тройной тариф и скидка двадцать процентов, как постоянному клиенту, — донесся мужской голос, чьего обладателя я пока не видела. — За самовывоз, так сказать.

— Без проблем, — гоготнул пилот, и девицы рядом с ним заливисто захихикали.

Пока я несколько рассеянно смотрела им вслед, Крис, стоящий рядом, напомнил о своем существовании:

— Может, вам все же не сюда? — с некоторой надеждой спросил он, будто, если войду внутрь, поставлю на себе клеймо.

— Туда, — покачала головой, а после, поблагодарив, шагнула во все еще открытую дверь.

Стоило миновать порог, как на меня опустилась лавина совершенно иной атмосферы. Здесь громыхали басы, витал запах сигарет и дыма, приглушенный свет то и дело разрывало яркими вспышками цветомузыки. Похоже, снаружи весь этот праздник жизни специально глушился щитами, но внутри бурлил муравейник разврата: тут был и бар с алкоголем, и множество мужчин за столиками, на которых танцевали девушки-стриптизерши, и комнаты для уединения, если верить указателям.

Пока я осматривалась вокруг и ломала голову, с кем же общался тот пьяница-пилот, из пустоты передо мной соткалась голограмма мужчины в костюме цвета фуксии и цилиндре на голове. В руках он держал трость, а глаза были густо подведены черной краской.

— Добро пожаловать. Меня зовут Джо и я приветствую тебя, путник, в “Дырявом дне”… — начал он, а после, оглядев меня с ног до головы, выдал: — Новеньких на работу не берем! У нас полный штат!

Щеки тут же обожгло краской. Меня приняли за проститутку в поисках работы, впрочем, неудивительно. Девушка, скрывающая лицо в плаще от солнца и с чемоданом в руке, что еще думать?

— Я не ищу работу. Мне нужен пилот!

Голограмма вскинула бровь.

— Биржа найма в следующем секторе станции, а здесь… хе-хе… несколько иное заведение.

— Я знаю, что здесь, — улыбнулась я во все зубы и решила зайти с другой стороны, понимая бесполезность разговора с болванкой. Джо, скорее всего, был просто программой. — Тогда черт с ним, с пилотом, я хочу снять девушку.

— О-о-о, — протянул Джо, потирая виртуальными руками. — Это другой разговор. Тогда выберите столик, и к вам тут же подойдут наши лучшие гурии. Любая из них будет вашей на эту ночь.

— Отлично, — легко согласилась я, указывая на дальний стол в темном углу и направляясь к нему.

Голограмма Джо, как приклеенная, последовала за мной, попутно задавая вопросы:

— Каких девушек предпочитает, госпожа? Цвет кожи? Размер груди? Блондинки, брюнетки, рыжие?

— Умную, — ответила я, присаживаясь за стол.

Голограмма недоуменно замерла.

— Необычный запрос. Обычно уровень iq не является определяющим в выборе партнерши на ночь. — Кажется, что-то в программе Джо начало давать сбой.

— Тогда я всех посмотрю. И побыстрее, — щелкнула пальцами я. — У меня мало времени.

Похоже, сейчас намечался кастинг на самую умную проституку, которая поможет мне найти не менее умного пилота.

* * *

Передо мной выстроили семерых, совершенно разных девушек. Как и анонсировал Джо: с различным цветом кожи, волос, разной комплекции и поведением.

Двое смотрели на меня с откровенным вызовом, еще двое опустили глаза, кто-то был равнодушен, а в их зрачках не теплилось ничего, кроме усталости.

— Это все? — спросила я.

— Да, — соткалась рядом со мной голограмма. — Остальные уже работают с другими клиентами.

Я со вздохом обвела взглядом стоящую перед собой разномастную компанию.

— Ты, — ткнула я в самую, как мне показалось вначале, адекватную девушку. — Что умеешь делать?

— Все, что прикажет госпожа. — Мне подобострастно заглянули в глаза и призывно облизнули губы, а после стали перечислять: — Искусный глубокий поцелуй вашего цветка…

Я покачала головой, сделав вывод, что девушка, даже если и не идиотка, то явно для моих целей не подходит.

Этот же вопрос озвучила еще троим и, получив ответы в духе: ”Позвольте мне провести с вами пару минут, госпожа, и я покажу, на что способна”, - я разочаровалась. Правда, краем глаза заметила, что одна из девиц, чей взгляд все это время был опущен в пол, то и дело глаза на меня поднимает и тут же отводит. Надо сказать, и внешность у нее была необычная: ниже всех на две головы, при этом с тонкой фигурой, будто у ребенка, и огромной копной белоснежных волос. Такой, что казалось, на голове девушки огромная шапка с фатой до колен. Да и кожа у прелестницы была необычной, тонкой и светящейся, будто фарфор.

— А ты, — спросила у нее. — Что ты умеешь делать?

— Слушать, госпожа, — тихо ответила она. — И слышать.

Я улыбнулась, указывая ей место напротив себя за столиком.

— Остальные свободны, пока, — щедро отпустила я, наблюдая за тем, как тонкая фигурка в летучих одеяниях из полупрозрачного шифона садится рядом. — Как тебя зовут?

— У нас здесь много имен, для каждого клиента свое, — отозвалась она. — Вам какое?

— Настоящее.

— Тогда я имею право не говорить вам его, — улыбнулась она. — Вы же мне своего не скажете. Для вас я Мика.

Я покачала головой, и все же девочка мне нравилась. Было какое-то внутреннее ощущение, что именно она поможет мне выбраться со станции.

— Я оставила тебя здесь не просто так. Ты ведь хочешь заработать помимо того, что тебе здесь платят?

Она кивнула.

— Тогда ответь мне на один вопрос: если ты умеешь слушать, то что я ищу в этом заведении? С каким вопросом сюда зашла?

Девушка улыбнулась и, перевесившись через столик, ответила, едва шевеля губами:

— Пилота. А по-другому, контрабандиста, потому что для легальных грузов в борделе наемников не ищут.

— Как ты смогла так далеко расслышать? — склонив голову набок, поинтересовалась я. — Остальные тоже знают?

Она покачала головой.

— Нет. Они не могут. — С этими словами она запустила руку в свои волосы, чтобы заправить часть белоснежной копны за ухо.

За очень большое ухо, раза в полтора больше, чем у обычных людей, да и сама форма раковины была вытянутой, с острым концом.

— Я с Эльтурии. Подземный мир. У нас мало солнца, живем в горах, часто бывают обвалы — поэтому мы очень хорошо слышим.

— Полезный навык, а сюда как ты попала?

Девушка зябко поежилась и поморщилась, вспоминая что-то неприятное.

— Сбежала из дома, хотелось приключений, повидать вселенную.

Дальше Мика могла не рассказывать. Скорее всего, она была, как и я когда-то, окрылена мечтами, вот только мир за пределами родных планет — жесток. И судя по месту, где Мика работала сейчас, помотало ее по полной.

— Так что насчет пилота? Если я правильно понимаю, то чужие разговоры ты подслушиваешь чаще, чем это положено, — подмигнула я. — Знаешь тут все и обо всех.

— Знания не означают, что я ими расшвыриваюсь. С моими талантами слушать необходимо уметь и молчать.

— И говорить, когда попросят, — пристально глядя ей в глаза, парировала я и подкрепила свой намек купюрой, пусть и не очень умело, но засунутой ей в лиф.

Если мужчины-клиенты так делают, то чем я хуже. Тем более что на меня уже искоса поглядывали, и это мне совершенно не нравилось. Казалось — время утекает сквозь пальцы, и я его бездарно просиживаю за столиком в борделе.

— Мне нужен пилот, кто вывезет меня со станции.

— Куда? — хитро прищурившись, поинтересовалась Мика.

— Куда угодно. Хотя нет, кроме Затурии, Сингарда и Гризальда.

Девушка призадумалась.

— Это будет дорого стоить, и для этого нам нужно выйти из борделя. Нужный вам человек сейчас в пятом доке. Вчера заглядывал к нам на отдых, а утром ушел. Сказал, стартует около десяти по местному времени.

Оглянувшись по сторонам, я убедилась, что часов в борделе нет, но Мика и без того ответила.

— Это через час. Думаю, он мог бы вам помочь, госпожа.

— Хорошо, веди.

Она едва заметно покачала головой.

— Вначале нужно заплатить. Тройной тариф Джо за вынос товара, ну и мне — за помощь соответственно.

— Сколько?

Мика озвучила сумму. Достаточно огромную, чтобы я сразу ответила:

— Нет. Я не идиотка, девочка, — и назвала цифру втрое меньше.

Мика согласилась. Сразу. Видимо, даже эти деньги ее устраивали, да и блеск в глазах прямо указывал, что клиенты, подобные мне, у нее скорее редкость, чем правило.

Голограмма Джо поймала нас уже на выходе. Преградив путь, виртуальный сутенер потребовал оплаты:

— Четверной тариф, — выдвинул он, глядя на Мику.

— С чего бы это? — воспротивилась я. — Расценки на “самовывоз” иные.

— С того, что эта девка вечно норовит сбежать. Если не вернется, я хотя бы окуплю затраты, которые вечно из-за нее несу.

Повернувшись к Мике, я буквально взглядом спросила, что за ерунда происходит, мы так не договаривались.

— Джо, не дури, госпожа готова платить по тройному тарифу, зачем терять деньги? — начала девчонка, поднимая руку и указывая на один из браслетов. — Ты же знаешь, я никуда не денусь со станции, пока эта штука на мне. В противном случае — лишусь руки.

— А я могу лишиться девки, которая должна мне миллион кредитов, пока не отработает, — рявкнул Джо, и в этот момент я все же засомневалась, программа он или нет. Сутенер перевел взгляд на меня и уже куда более мягким голосом произнес: — Быть может, госпоже угодно подняться в покои наверху? Это дешевле и с гарантией.

Я отрицательно покачала головой.

— Я брезгую постелями, где до меня лежали сотни. Поэтому согласна на тройной тариф, но ни кредитом больше. Думайте сами, иначе я уйду одна, а вы потеряете деньги.

На лице Джо отразилась борьба жадности и рисков потери собственности. Жадность победила.

— По рукам!

Я сунула несколько купюр в автоматический приемник на выходе из борделя, после чего двери открылись.

Мика шмыгнула за мной сразу же и с каким-то облегчением перевела дух, когда проход за нами закрылся.

— Кто такой Джо? — спросила я. — Мне казалось, это программа, но наш последний разговор не был похож на беседу с Искусственным интеллектом.

— Джо — владелец сети борделей по всей империи. Таких, как “Дно”, у него сотни, и везде его замещает программа, но иногда в особых случаях он сам подключается к трансляции. Вот как только что. А сам он живет где-то на Гризальде.

Последнее уточнение мне совершенно не понравилось. Когда человек с Гризальда смотрит на тебя — это не к добру. Тем более если это явно могущественный человек, выживший в Столице после очередного переворота. Следовательно, уже наверняка примкнувший к новой власти.

— И что же ты натворила, Мика? — стараясь сохранить голос спокойным, спросила я.

— Пыталась обчистить его сейф, госпожа, — непринужденно ответила она.

Я бы даже сказала, в ее голосе звучала некая гордость.

— И, видимо, не получилось, — догадалась я.

— Почему же? Очень даже получилось. Просто мне не повезло потом, когда пыталась продать очередную партию драгоценностей. Ювелир сдал. Так я и оказалась в борделе. Можно сказать, повезло.

— И в чем же везение? — не сразу поняла я.

— В том, что жива. Могли бы отправить в криокамеру на заморозку, ну или сразу убить.

— Тогда зачем пыталась бежать? Если здесь все так прекрасно? — продолжала донимать вопросами я.

На что Мика гордо вскинула голову и заявила:

— Я одна из лучших воровок в империи, госпожа. Это место не для меня, и если бы не эта штука, — она потрясла браслетом в воздухе. — Меня бы уже давно здесь не было.

Тут я усмехнулась, особенно вспомнив начало нашего разговора и “сказку” про девочку, сбежавшую в поиске приключений. Что-то мне подсказывало — это была красивая ложь для клиентов, чтобы не задавали лишних вопросов.

— И почему ты не снимешь этот браслет, если ты лучшая и можешь вскрыть любой замок?

— Любой, но не этот. — Мика сникла. — Этот может только сам Джо, ну или кто-нибудь из высших чинов империи с правом на помилование заключенных — Дизайнер Смерти, император или его советники. Возможно, я потому до сих пор и жива, что меня сочли полезной на будущее, а такими, как я, не разбрасываются.

— Угу, их запирают в борделе на космической станции, — пробурчала я, задумываясь о том, что лучшими ворами, если это так, действительно не раскидываются. Но куда надежнее их держать в тюрьме, чем торговать их телом.

Разве что тут в очередной раз сыграла жадность сутенера Джо, и он хотел заставить Мику отрабатывать.

— Мы пришли, госпожа, — произнесла она, когда мы добрались до огромного ангара с цифрой пять над входом. — Нам нужно найти Дана, думаю, он вам поможет.

Мика подошла к одному из информационных терминалов, вбила туда запрос, а после, сверившись с высветившейся картой, повела меня вглубь ангара. Мы шли достаточно долго, пока не добрались до синего корабля средней тоннажности. У него было пузатое дно с потрепанной обшивкой, местами замененной новыми панелями. Так, будто иногда корабль попадал в передряги, но хозяин упорно его латал после каждого повреждения. Сейчас в “жук”, так я обозвала корабль, роботы грузили контейнеры, а рядом стоял высокий мужчина и покрикивал на них, корректируя действия:

— Железные мозги, что ты творишь! Там же стекло! Аккуратнее, акриловая твоя башка. Тефлон тебе в уши!

— Дан! — окликнула Мика этого мужчину.

Тот задрал голову и несколько мгновений разглядывал девушку. Его глаза сузились, превратившись в узкие щелки, а в следующий момент пилот поджал губы и не удостоил нас ответом. Нам пришлось подойти ближе, прежде чем он заговорил, все так же пристально глядя на Мику:

— Я думал, тебя не выпускают с твоей новой “работы”.

— Нас всех оттуда выпускают, Дан, если клиент готов за это платить.

Вблизи пилот оказался зрелым мужчиной, немного за тридцать. Он был одет в серую форму из плотной ткани, без всяких нашивок и эмблем. Хотя деталей, цепляющих глаз, хватало. Например, кожаная портупея с ножнами на бедре.

— И кто же такой щедрый? Где этот пузатый мужлан? — с вызовом произнес мужчина, в его голосе звучали нотки пренебрежения и затаенной мужской обиды.

Мика покачала головой.

— Это вообще не мужчина. — Она указала на меня. — Госпоже нужно покинуть станцию, и она ищет надежных пилотов.

Дан сделал вид, что смотрит по сторонам в поисках чего-то. Влево, вправо, а после, переведя взгляд на меня, ответил:

— Тут таких нет. Вам на биржу!

— Ей к тебе, — возразила Мика, делая шаг к нему ближе и кладя на мужскую грудь руку, которую Дан тотчас же скинул. — Все еще обижаешься на меня…

— Ты попалась! Опозорила род отца тем, где сейчас находишься.

— Зато я жива… — обиженно протянула она, убирая руки. — А ты ханжа, Дан, бегающий по борделям и при этом боящийся коснуться руки бывшей любовницы, которая оказалась заперта в одном из них.

— Это другое…

— Да-да, — легко согласилась Мика. — Конечно, другое, ты же полигамный самэ-э-эц. Но я тут не за тем, чтобы выяснять отношения. Я привела к тебе клиента, и она готова хорошо заплатить, если ты увезешь ее со станции.

Дэн еще раз смерил меня взглядом. Пока он пристально меня изучал, один из роботов-погрузчиков все же уронил палет. Раздался характерный звон битого стекла.

— Да прибей тебя Дизайнер Смерти! — выкрикнул Дан, обозревая мини-катастрофу. — Переплавлю на болты, железная башка! Убирай немедленно!

Пока Дан открыто сокрушался, он незаметно кивнул Мике, и та, потянув за руку, потащила меня к входу в корабль.

— Он что, так просто согласился меня увезти? — не поверила я.

— Нет, конечно, — отозвалась девушка. — Ну не станет же он обсуждать важные вещи в ангаре. Пока что Дан просто согласился выслушать вас, госпожа.

Мика провела меня через грузовое отделение вглубь корабля, после мы поднялись на уровень выше, прошли по узенькому коридору и оказались в подобии кают-компании. По сравнению с той, что была на императорской яхте, эта казалась совсем крошечной, рассчитанной едва ли больше, чем на четырех человек, по крайней мере, ровно столько стульев я здесь насчитала.

— На корабле есть экипаж? — поинтересовалась я.

— Нет, разве что роботы. Дан предпочитает быть один.

— Но ты здесь все знаешь, — сделала вывод я по тому, как девушка хорошо ориентировалась на корабле.

— Я была исключением из правил, — пространно ответила она. — Некоторое время.

В этот момент двери кают-компании распахнулись, впуская Дана. Хозяин судна протирал руки от машинного масла тряпкой, которую тут же выбросил в контейнер для отходов.

А после сел за стол и кивнул мне присаживаться напротив.

— Так куда вас нужно отвезти? — спросил он.

— А куда вы летите? — ответила я вопросом на вопрос. — Возможно, нам по пути.

— Абрасакс — везу стекло местным аборигенам.

Я попыталась вспомнить, о чем мне говорит название планеты. Вышло, что ни о чем.

— Что это за мир?

— Молодая колония, империя только начала освоение. Есть местное население с зачатками интеллекта. Их пока не трогают, потому что они достаточно мирные и при этом трудолюбивые. Вкалывают за еду и стекло. Наверное, потому бывший император их и не истребил.

Упоминание Ронана как “бывшего” императора больно резануло уши. Прошло ведь всего ничего, меньше местных суток, а новость уже разлетелась во все концы вселенной.

— Вы так спокойно говорите о смене власти, — очень осторожно начала я, пытаясь понять, с кем вообще имею дело, какие взгляды у этого человека. Может, если я окажусь на одном борту с ним, меня прирежут быстрее, чем найдут наемники.

— А что о ней говорить, — равнодушно ответил Дан. — Я девяносто процентов времени провожу в космосе и только десять на планетах. Да, на каждой из колоний есть местный божок или царь, и мне нет особого дела, что свергли пусть и самого главного из них. Сегодня Ронан, завтра еще кто-то…

Он говорил безбоязненно, хотя я была уверена, что еще пару дней назад за эти слова можно было поплатиться жизнью…

— А после Абрасакса куда? — продолжала любопытствовать я.

Дан пожал плечами.

— Еще не решил. Так куда вам нужно?

— На Абрасакс, — легко согласилась я. — Обожаю новые миры.

Дан прищурился, еще раз смерив меня взглядом.

— Я обычно не подвожу туристов, но за определенную сумму… — он принялся озвучивать расценки. — Тысяча кредитов — до планеты, еще тысяча — и я везу вас, не задавая вопросов.

— А за молчание после высадки? — поинтересовалась я.

— Все зависит от того, как тихо пройдет рейс, — лукаво усмехнулся Дан. — Оплата наличными.

Я покосилась на Мику. Все же я поступала не совсем умно. Найти в борделе проститутку, оказавшуюся воровкой. Пойти к контрабандисту, который просит у меня деньги наличными. Как я могу верить в его честность?

— Мне нужны гарантии, — потребовала я.

На что Дан вскинул бровь вверх и указал на дверь.

— Гарантии на бирже. У меня же максимум честное слово.

Я вновь покосилась на Мику.

— Ему можно доверять, — заверила она, что в конкретно данный момент меня не очень устраивало.

От сомнений отвлек грохот очередного разбитого палета.

— Да что же это такое?! — вскакивая с места, вскричал Дан. — Я разберу этих роботов на запчасти. Давно пора заменить их новыми моделями.

Он уже мчался к выходу, когда путь ему преградила Мика.

— Стой! — настороженно заявила она, выставляя руку вперед и к чему-то прислушиваясь. — Это не роботы. Там… какие-то люди.

Дан убрал ладонь Мики и подошел к панели на стене у дверей отсека. Ввел там несколько команд, и на экране возникла площадка перед кораблем.

Там стояли роботы, которые побросав паллеты и выставив вперед руки-манипуляторы с пушками внушительного размера, не пускали на борт двух мужчин в черном.

Их я узнала сразу. Наемники, которые убили Лоду и Дорнана.

— У них оружие, если роботы перешли в боевой режим, — произнес Дан. — И кто эти два хрена? Уж не за вами ли они, госпожа?

Внутри все похолодело. Меня выследили.

Мой взгляд пересекся со взглядом Дана, и я прошептала:

— Нам нужно улетать как можно быстрее. Пожалуйста, любые деньги за старт прямо сейчас.

— Это наемники с Крастора, — опасливо прошептала Мика, глядя на Дана. — С ними лучше не связываться, они убивают, если им не подчиняться. Их просто так не нанимают.

Я же была готова рухнуть на колени, лишь бы Дан закрыл грузовой отсек и немедленно завел движки.

— Помогите, — взмолилась я. — Умоляю. Не отдавайте меня им. Я заплачу.

— Так дела не делаются, — покачал головой мужчина. — Тем более вы не предупредили, что у меня могут быть ТАКИЕ неприятности.

Он уже потянулся нажать еще какую-то кнопку, когда один из наемников, явно потеряв терпение, выстрелил в одного из роботов. Тот полыхнул и просто развалился на части.

Два оставшихся тотчас открыли огонь, но сколько бы не вылетало зарядов, ни один из них не попал в цель. Наемники передвигались слишком быстро. Так, что на какое-то мгновение я жаже подумала, что передо мной не люди, а киборги, подобные Дизайнеру. А значит, шансов сбежать от них не было.

И все же мой глаз замечал их движения, а вот старенькие роботы Дана по мишеням не попадали.

В ангаре началась паника. Один за одним принялись взлетать соседние корабли, лишь бы по ним не попали случайные выстрелы.

— Нам тоже нужно лететь! Ну же, скорее, — я буквально вцепилась в руку капитана корабля, — чтобы он быстрее принимал решение. Куда угодно, пожалуйста, летим.

— Нет! — вскрикнула рядом Мика, она попыталась стащить мою ладонь с запястья пилота. — Мы не можем никуда лететь. Мне нельзя покидать это место! Дан, мне оторвет руку!

Из борьбы за решение Дана наша схватка с Микой переросла в сражение между собой. Я пыталась убедить его действовать быстрее, и, кажется, он слушал — потому что запирал грузовой люк, оставляя роботов снаружи. Мика же кричала выпустить ее наружу немедленно. Иначе…

— Дура, — крикнул на нее Дан. — Лучше потерять руку, чем голову.

С этими словами он сбросил наши цепляющиеся за него пальцы и выбежал в коридор.

Мика всхлипнула, мгновенно осознавая ситуацию.

Я тоже ее понимала, поэтому инстинктивно попыталась отползти подальше. Ведь если рванет, то…

Думать об этом не хотелось, да и сама девушка пыталась стащить с себя браслет, не жалея на это сил. Но тонкий металлический обруч, казалось, сделался еще меньше, так что ей не удавалось сдвинуть его даже на миллиметр.

— Может быть, его можно чем-то разрезать? — предположила я, ощущая, как корпус корабля начинает вибрировать.

— Только если вместе с рукой, — всхлипнула Мика, глядя в пустоту. — Ну за что, я же не собиралась сбегать?

Похоже, силы резко покинули ее, она осела у стены и теперь просто ждала. Я же поняла, что не могу просто так сидеть, как последняя трусиха. Это ведь из-за меня она может потерять конечность, а значит, надо хотя бы попытаться. У Дорнана были хирургические инструменты в чемодане, даже лазерный скальпель. Что, если попробовать срезать браслет им?

— Сколько у нас есть времени? — выпалила я, бросаясь к чемодану и доставая нож.

— Что ты собираешься делать? — опасливо покосилась Мика, когда я подсела к ней.

— Попробую снять браслет, — пробормотала, чувствуя, как корабль уже оторвался от платформы, пройдет еще немного времени, и мы вылетим за пределы станции. Вот тогда точно будет поздно.

Я подхватила металлическую полоску двумя пальцами и уже собиралась включить скальпель, как раздался характерный щелчок. Браслет раскрылся у меня в руках, стоило за него лишь немного потянуть.

Глупо уставившись на взрывчатку, которая вот-вот могла рвануть, я немного запоздало откинула ее от себя на противоположный конец кают-компании.

— До выхода за атмосферный купол станции три… — из динамиков прозвучал голос Дана. — Два… Один…

Вместо “нуля” прозвучал хлопок, ударяющий по глазам болезненной вспышкой. Браслет взорвался у дальней стены, оставляя вместо себя оплавленное пятно диаметром сантиметров двадцать и несколько языков пламени, плясавших по краям.

— Получилось, — перевела дух я, оседая рядом с Микой.

Девушка же, наоборот, отползла от меня подальше. В ее глазах плескалось еще больше испуга, чем когда она собиралась расставаться с рукой.

— Ты чего? — спросила я. — Все ведь закончилось.

Но Мика и не собиралась успокаиваться, вместо этого она спросила:

— Кто ты такая? И как сняла то, что могли снять лишь несколько человек в империи?

Я прикусила язык. Похоже, мне все же придется рассказать ей правду.