Глава 4

Когда Мика говорила, что выбираться будем без билетов, мне представлялось нечто более удобное, чем контейнер с фруктами, куда нас посадили в космопорте.

— Корабль, в котором полетите, теплый, — заверил бородатый дядька Коган, которому Мика отдала едва ли не все наши деньги. — По накладным вы “экзотические ягоды”, да и в полете не изголодаетесь…

Тут он хохотнул, я же придавила ногой сочную мякоть приторно пахнущего незнакомого оранжевого плода и едва сдержала подкатывающую тошноту. Помня, чем в прошлый раз для меня закончился подобный приступ, я была настороже, успокаивало лишь одно — Мика тоже зажимала нос и кривила губы.

— Ничего не поделать, — буркнула она, забираясь ко мне в контейнер. — Либо так, либо никак. Придется потерпеть.

— Куда хоть полетим? — спросила я у бородача.

Но Коган пожал плечами:

— Понятия не имею. У меня приказ руководства упаковать триста контейнеров, которые сегодня к вечеру должны улететь с планеты. Оптовый заказ.

Мы с Микой переглянулись, все же доверять такой лотерее было опасно.

— Ты сказал, что проверять контейнеры точно не станут, — хмуро заметила Мика. — Учти, Коган, если подведешь, мой отец шкуру с тебя сдерет.

— Что я, дурак, что ли, связываться с твоим отцом? Если сказал, то все будет в лучшем виде! — заверил дядька и закрыл нас двумя створками дверей.

Первые минуты было слышно, как он опечатывает контейнер, а потом все стихло.

— Ты же сказала, что твой отец от тебя отрекся? — шепотом поинтересовалась у Мики. — И вообще, откуда ты знаешь этого пройдоху Когана?

— То, что от меня отрекся отец, вся вселенная не знает. А Коган… — Мика немного помедлила. — Он давний жук. Я его видела лет семь назад, когда еще жила с отцом. Поверь, этот малый не только ягодки в свои контейнеры упаковывает. Порой что и покруче перевозит.

— Что именно? — задала вопрос я.

— Оружие, например. Папа у него заказывал достаточно крупную партию.

Я закатила глаза вверх, и если бы не темнота вокруг, мое лицо наверняка казалось бы весьма красноречивым. С кем я связалась? Контрабандист, воровка, торговец оружием.

— Мы как-то не говорили об этом раньше, но папа твой кто вообще? — решила уточнить я на всякий случай.

— Эм… — замялась Мика. — Я думала, ты и сама догадалась. Официально он крупнейший экспортер алмазов с Эльтурии, весьма уважаемый.

— А не официально?

— Ну, ты же понимаешь, что искусству воровать я не после побега из дома научилась, — намекнула Мика. — У отца крупнейшая сеть незаконных перевозок и торговли между планетами. Предметы искусства, драгоценности, оружие, продовольствие. Уже после моего побега до меня дошли слухи, что он возглавил оппозицию против Ронана на нашей планете. Многие наши жители давно мечтали о независимости от Гризальда. Ведь не будь мы очередной “дойной” колонией, уже давно подняли бы инфраструктуру куда больше шахтерской каменоломни.

Я тяжело вздохнула… Наверное, отец Мики только порадовался смерти Ронана и свержению старой власти, я же, хоть смерть бывшего супруга и доставила мне удовольствие, хотела, чтобы все вышло иначе.

— Меня пугает перспектива войны. — Устав стоять, я села прямо на фрукты, наплевав на чистоту одежды. Все равно в ходе полета измажусь. — Будет бойня.

— Будет, — согласилась Мика, и, судя по звукам, тоже плюхнулась на плоды. — Я тебе уже сейчас могу рассказать, по какому все будет развиваться сценарию. Эльтурия, Инфарекс, Сингард и другие колонии поднимут бунт и откажутся работать на Гризальд. Новый император со своей женой бросят все силы на восстановление статуса-кво, потому что сама по себе столица и яйца выеденного не стоит без вливания ресурсов извне. У них почти не осталось своих полей, нет шахт, нет больших запасов воды. Зато есть куча ртов и армия, которую нужно кормить.

— А еще у них есть деньги, — напомнила я.

— Любую валюту можно обесценить. Сотни лет назад все держалось на страхе перед имперским родом Альтазара. А сейчас? Ронан провел на троне двадцать пять лет, и все убедились, и без Дизайнера Жизни во главе можно прекрасно существовать. Другое дело, что будет пролито много крови — чтобы это доказать всем…

— А если будет другой император? — в моей душе зародилась робкая надежда, что, быть может, Хэдок сможет когда-нибудь занять трон, а после него моя дочь. — Добрый, хороший, умный и справедливый…

— Это ничего не изменит. Кто бы ни был на троне, если только он сам не сдаст власть. Колониям запрещено вести прямую торговлю друг с другом, все проходит под контролем Гризальда. А ведь было бы намного проще, если бы, например, Сингард мог продавать морепродукты напрямую любой другой планете? Без посредников и комиссий. Сейчас же всем нам оставляют лишь крохи, чтобы едва хватало на выживание.

В этот момент в памяти всплыли слова Хэдока и его протест против передачи Затурии мандрогирам — он не хотел отдавать то, что его по праву. А значит, Мика была права — даже такой правитель, как он, не согласится дать планетам независимость.

Внезапная встряска заставила нас умолкнуть.

Судя по звукам, контейнеры куда-то повезли, а после оставили, и все стихло до тех пор, пока не раздался мерный гул стартующих двигателей.

Летели долго. Я даже незаметно для себя уснула, никогда бы не подумала, что в контейнере, полном вонючих фруктов, может так сладко спаться. Впрочем, запаха я уже давно не чувствовала — видимо, нос привык.

Казалось, прошла целая вечность, хотя куда правдивее — целая ночь, прежде чем тональность двигателей сменилась, и корабль начало чувствительно трясти.

— Садимся, — догадалась я, пытаясь быть не придавленной вонючими фруктами. Но вместо этого пару раз неловко повернулась и раздавила с десяток плодов, а после окончательно упала в их полураздавленную массу.

— Ох и прекрасными мы отсюда выберемся, — пробурчала Мика, нащупывая меня в темноте.

— Главное, вообще выбраться, — невесело пробурчала я.

— С этим проблем не будет, — заверила Мика. — Коган снабдил меня необходимыми инструментами.

Весь следующий час мы провели, не разговаривая, просто потому, что вокруг нас началась суета. Контейнеры разгружали, куда-то везли, были слышны людские голоса, шум платформ, а потом все опять затихло.

— Ну вот, похоже, приехали, — почти торжественно объявила Мика. — Пора узнать, куда нас занесло на этот раз.

Я не сразу поняла, что происходит, но когда в контейнере зажегся яркий режущий свет, то вскрикнула от рези в глазах.

— Не смотри сюда, — запоздало предупредила Мика. — Это лазерный резак. Нужно работать быстро, пока огонь не выжег в контейнере весь кислород.

Она нашла сомкнутые створки дверей и принялась спиливать петли изнутри. Какой бы ни висел замок снаружи, но против автогена изнутри он оказался бессилен. Мика просто толкнула железную дверь, и она с грохотом выпала наружу.

— Упс! — потирая уши, произнесла она. — Как же громко… Пошли, императрица, пока кто-нибудь не примчался.

Щурясь от яркого наружного света, который, казалось, заполнял все вокруг, я двинулась за ней. Мику же подобная смена контрастов явно не смущала, видимо, от жизни на суровой горной планете у нее не только уши были с бонусным слухом, но и зрение к стрессам приспосабливалось быстрее.

Мы находились в огромном ангаре, похожем на склад. Кроме нашего контейнера тут хранились бесчисленные ряды таких же, уходящих куда-то в бесконечность помещения. Людей вокруг не наблюдалось, разве что вдалеке трудился одинокий робот-погрузчик.

— Мы похожи на навозных свиней, — разглядывая себя и меня, констатировала девушка. — И пахнем так же.

В этом она была стопроцентно права. Пахло от нас жутко, пожалуй, при взлете фрукты благоухали куда более приемлемо. Испортились, похоже.

— Боюсь, водных процедур для таких туристов, как мы, не предусмотрено, — грустно заметила я, аккуратно двигаясь за ней следом.

Мика же, оглядываясь по сторонам, неторопливо кралась к ближайшей стойке информационного табло. Народа вокруг по-прежнему не было, из чего она сделала вывод:

— Похоже, какая-то периферийная планета. Иначе тут было бы куда более многолюдно. Но сейчас узнаем точно.

В терминал она вбила буквально несколько команд с поиском рейса и номера контейнера, в котором мы прилетели, а потом крепко сжав зубы, выдохнула:

— Ну Коган, ну гад… Попадись же ты мне… Фрукты… Это удобрения! Навоз какого-то огромного зверя с хрен пойми откуда. Какая же мерзость!

Она еще раз брезгливо осмотрела себя, меня и медленно выдохнула, стараясь успокоиться…

— Ладно, — начала я. — Это ерунда. Отмоемся. Скажи лучше, куда мы прилетели.

— На Затурию, — равнодушно вычитала из ведомости Мика. — И я ума не приложу, что мы будем делать на этой забытой планете. Тут же даже контрабандистов нормальных днем с огнем не сыщешь! А работу? Кем тут вообще можно устроиться?!

Пока она рассуждала вслух, я соображала. Вот же везение… из всех планет империи меня занесло именно на родную. Туда, куда путь мне был больше всего заказан.

— Я знаю, куда нам ехать, — тихо произнесла я. — Там можно найти еду и воду, только для этого нам нужен транспорт.

Подняв на меня взгляд, Мика тихо фыркнула.

— О, как раз это не проблема — найдем, — она ловко извлекла из-под стойки связку ключей и потрясла ими в воздухе. — А вот и они! Где, как не здесь, их обычно оставляют простые грузчики.

Я невольно усмехнулась. Все же в такие моменты ее совершенно неуместный позитив заряжал оптимизмом.

— Это моя родная планета, — призналась я, чем вызвала у Мики огромное удивление.

— Ты не рассказывала… Что ж, выходит, теперь ты будешь ведущим звеном в нашем тандеме? Дерзай, императрица, веди! Хочу в душ и нормальный ужин.