Глава 11. Север. Тагри

Тагри нас удивил, но создалось какое-то двоякое впечатление. Мрачный, тёмный город чем-то напоминал Банкор, так как тоже располагался на островах, соединённых меж собой высокими каменными мостами, и каждый клочок скальных пород использовался под какое-либо строение. Необычным было то, что город имел странную округлую форму, и когда «Медуза» вошла в широкий канал и начала медленное движение против часовой стрелки, у меня появилось ощущение, будто я попала внутрь детской игрушки, когда маленький шарик гоняют по круглой, многоступенчатой пирамидке.

Всё так же, под конвоем, мы двигались к центру этой гигантской каменной спирали. Несмотря на хорошую погоду и чистое, почти безоблачное небо, внутри канала было темновато, так как высокие, плотно стоящие друг к другу здания закрывали дневной свет, создавая довольно гнетущее впечатление.

После нескольких часов медленного движения, шхуна плавно вплыла в большое озеро, в центре которого высился остров, сплошь застроенный различными по виду и форме домами. Никакого архитектурного единства в данных застройках не наблюдалось, и можно было бы сравнить этот остров с муравьиной кучей, однако длинные причалы, которые отходили от острова, деля его на чёткие сектора, привносили в общий пейзаж строгую, и я бы даже сказала математическую, структуру.

Мы с Дайком стояли на корме рядом с капитаном, обозревая эту необычную панораму. Одно радовало – здесь было светло, и яркое голубое небо отражалось в спокойной воде. С переднего корабля Аютану подали знак, куда причаливать, и вскоре мы стали на якорь у одного из каменных пирсов. Других шхун, тяжёлых грузовых барж, больших и маленьких парусных лодок было немного: у каждого причала по два-три корабля, да и народу кругом не так чтобы очень и только мужчины.

Я не знала, что делать с Бумером. Догадаются северяне, что он не собака, а горный волк – непонятно, но и прятать его тоже было бессмысленно. Из широкого ремня я сделала ошейник, который мой волчонок воспринял достаточно спокойно, так как ещё зимой приучала его к хождению на поводке. В дополнение к новой амуниции Тиль нашёл короткую цепь, и она очень красиво подчеркнула пышную гриву моего питомца. Такое дело Бу, конечно, не нравилось, но он стойко терпел ограничение свободы.

На причале капитан одного из конвоировавших нас кораблей, очень высокий мужчина с длинными, рыжеватыми усами, типичный «викинг» из исторического фильма, выставил охрану и, стуча тяжёлыми сапогами, направился к острову. Аютан выглядел довольно хмуро, Дайк – взволнован и насторожен, как и вся остальная команда. Я боялась только одного, чтобы кто-нибудь случайно не проболтался, так как мой внешний вид всё-таки женщину во мне не выдавал – смола за щеками, короткие, тёмные волосы, одежда и оружие сделали своё дело.

Прибытия местного начальства мы ожидали довольно долго, однако забыли главное – придумать убедительную легенду про то, кто мы, что мы, куда и зачем держим путь. Ну никак не могли предположить того, что случилось дальше! Когда я заметила большую группу рослых, крепких, широкоплечих мужчин, уверенной походкой приближающуюся по длинному причалу, то сердце невольно заколотилось.

Как выяснилось через несколько минут, к нам на борт пожаловал сам тарфарак, то есть мэр или городской глава, а также первый пархонт при дворе террхана Северных территорий. У меня подогнулись колени, и я с силой вцепилась в ошейник горного волка: «Арвид эн Фрейр служил при первом пархонте! Он сказал тогда, в Маргосе, что старший гимастриан – это я хорошо запомнила…» Но среди делегации, хвала всем богам, Арвида не оказалось. А ведь только он из северян общался со мной настолько близко, чтобы узнать, даже в таком изменённом виде.

Аютану ещё раз пришлось объяснить, почему «Чёрная медуза» оказалась так далеко в запретных, для всех судов с Востока, водах; рассказать про блуждающее течение и про то, как «случайно» удалось вырваться из его плена. Северяне слушали очень внимательно, но по их лицам было непонятно, насколько они поверили.

Пока Ают объяснялся, первый пархонт, а также некоторые его спутники мерно прохаживались вдоль выстроившейся в рядок команды, пристально разглядывая каждого.

– У вас двое пассажиров, – чётким, зычным голосом произнёс градоначальник, седовласый, бородатый мужчина в чёрном плаще, расшитом причудливыми золотистыми узорами. Он остановился напротив нас с Дайком, рассматривая с ног до головы. – И собака странного вида… Это атакующий пёс?

От такого неожиданного вопроса у меня душа ушла в пятки: «Атакующий?! Почему атакующий?! Что говорить?!» Из-за кома в горле, который надулся в считаные секунды, что-либо ответить я никак не смогла, а вот Дайк, молодец, не растерялся:

– Я, Дайкаран эн Тайар, лекарь из Латраса, а это мой друг Карэн и его питомец, Бумер. Пёс ещё очень молодой, однако задатки отличного охранника у него имеются.

– Эн Тайар… эн Тайар… – задумался тарфарак. – Где-то уже слышал…

Первый пархонт, который стоял рядом, склонился к уху седовласого и что-то зашептал. Брови градоначальника поползли вверх, и он опять уставился на нас:

– Вы ученик Алцелана?! И…?! – Но пархонт дёрнул того за рукав.

Дайк кивнул и исподтишка глянул на меня. Мне тоже показалось, что тарфарак что-то недоговорил – первый пархонт успел вовремя остановить его. Пархонт и глава города перевели взгляды на меня.

– Значит, вы, Карэн, натаскиваете пса для охраны? Вы телохранитель Дайкарана? – спросил тарфарак.

В этот момент у меня в глазах потемнело: «Какой телохранитель?! Я телохранитель?!» Но что-либо ответить не получилось, первый пархонт перехватил инициативу:

– А вам не кажется, Дайкаран, что ваш телохранитель слишком юн, да и слабоват для такой работы?

– Вот все так и думают… – Дайк соврал нагло, уверенно, глядя прямо в глаза северным чинам.

Мужчины в дорогих одеждах переглянулись, и пархонт произнёс:

– Ученик Алцелана, говорите…

– Да. И мне хотелось бы разузнать что-либо о своём учителе, коли так получилось. Он здесь, в Тагри?

Чиновники опять переглянулись, пархонт резко развернулся и, не сказав ни слова, быстрым шагом сошёл с «Медузы». Градоначальник же обернулся к капитану и скомандовал:

– Приготовьтесь к досмотру. Если есть ещё какая живность, вывести на причал. Деньги и другие мелкие ценности можете взять с собой, остальное оставить на местах, – а потом криво улыбнулся и добавил: – Ну что мне говорить, капитан Ают знает правила…

Тот шмон, который северяне устроили на корабле, досмотром врядли можно назвать. Они перевернули всё! В буквальном смысле! Мне даже показалось, что скоро начнут разбирать палубу, чтобы проверить, а не спряталась ли в щелях между плотно пригнанными досками какая-нибудь слишком тонкая девица. Они вскрыли все ящики, проверили все бочки, перевернули сено и солому в трюме, там, где стояли наши лошади, осмотрели каюту капитана и нашу, кубрик команды, камбуз, даже зачем-то слазили на мачты. Короче говоря, всунули свои носы всюду, где только смогли.

Всё это время команда «Медузы» во главе с капитаном стояла на причале, наблюдая, как шхуна ходит ходуном от таких рьяных поисков. После того как досмотр был окончен, тарфарак спустился по сходням и обратился к капитану:

– Команда может вернуться на шхуну, а вас и этих юношей с собакой прошу за мной. Предлагаю воспользоваться нашим гостеприимством… пока…

Тиль рядом пробурчал:

– Плавали, знаем, что такое гостеприимство северян…