Глава 3

Пару недель Гидеон тоже сдавал экзамены и зачеты, и Макс его не беспокоил к счастью. Совмещать учебу и секс было бы невозможно. Он даже рабочие смены сократил, как сумел.

А потом наступило Рождество. Основное торжество Максимилиан провел с родителями, потом потусил с друзьями, но, проснувшись двадцать восьмого с дичайшим похмельем, понял, что хочет Гидеона.

"Привет. С Рождеством! Встретимся?"

"И тебя с Рождеством. Можно встретиться. Когда?" – ответил ему Гидеон, с утра торча на смене в кофейне.

"Сейчас ведь каникулы, я совершенно свободен. А вот ты, предполагаю, нет. Так что предлагай." – написал Макс и залпом осушил бутылку.

"Я работаю до четырех, в Старбаксе. Заедешь или приехать к тебе?" – набрал ему Гидеон.

"Заеду. Все равно делать нечего. Захвати мне какой-нибудь омерзительно сладкий кофе. Хочется какой-то дряни." – попросил Макс.

"Хорошо."

К тому времени как Гидеон закончил смену и вышел на улицу вместе с обещанным кофе, Макс уже был там.

– Привет. Выглядишь помятым, – отметил он.

– Заебался отмечать, – ответил он и благодарно кивнул, получив свой стаканчик. – Это тебе, – он взял с заднего сиденья подарок – красиво упакованный какой-то редкий медицинский справочник.

Гидеон не ожидал подобного и удивленно уставился на подарок.

– О. Спасибо, – он аккуратно вскрыл упаковку и во все глаза уставился на дорогое издание.

– Действительно, большое спасибо. Очень нужная вещь.

– Ну и отлично, – Макс даже улыбнулся, довольный его реакцией. – Покупал наугад, рад, что повезло. Он поставил кофе в подстаканник и завел машину.

– Сомневаюсь, что наугад, – хмыкнул Гидеон.

– Не, я помню, что ты учишься на медицинском, но конкретно в этой литературе я не шарю, – пояснил он, стартуя с места.

Они ехали по почти пустым дорогам, пока вдруг на перекрестке им навстречу не вылетел какой-то чокнутый лихач. У Гидеона все оборвалось внутри. Он вскрикнул.

– Осторожно! – Макс успел вывернуть руль, но на покрытой тонким слоем льда дороге их развернуло боком, и вынесло на встречную полосу, где они угодили прямо в морду автобуса, отчаянно сигналившего.

Удар был такой силы, что ремень едва не задушил Гидеона, и их отбросило на обочину, машина перевернулась, покачнулась на ребре и свалилась обратно на колеса. Звон стекол и скрежет железа стоял в ушах Гидеона даже когда все кончилось. Он разбил голову обо что-то и был весь изрезан, но вроде цел. Он повернулся к Максу и понял, что ему повезло меньше.

– О черт! – выдохнул он, выбираясь из машины и оббегая ее на подгибающихся ногах. Дверь водителя перекосило и, открыть он смог ее только при помощи водителя автобуса. Отстегнув ремень, они вытащили Макса наружу и тот увидел жуткий открытый перелом ноги. Кровь лилась ручьем.

– Вызывайте скорую! – рявкнул он, вытаскивая ремень из джинсов и накладывая жгут, проверяя попутно в каком состоянии находится Макс. Тот был в сознании, и кажется на грани болевого шока. Его колотило, и Гидеон с трудом удерживал его голову ровно, как и жгут на ноге.

Боль была такая, что Максимилиан даже соображать не мог, иначе он попросил бы Гидеона позвонить отцу. Но разум то и дело ускользал, и он рад был бы провалиться в спасительное забытье, но Гидеон не давал ему этого сделать, каждый раз возвращая в сознание. Максу казалось, что он в любой момент отрубится так, что просто не проснется, когда где-то вдалеке послышался звук сирен. Неожиданно резко в сознание он пришёл, когда его грузили в машину, и врачи попытались увести Гидеона в другую.

– Нет, он поедет со мной, – удивительно чётко заявил Макс, крепко сжав его руку.

Гидеон поехал с ним, держа его за руку, не давая отключиться, пока врачи стабилизировали его состояние. Его сразу повезли в операционную, а Гидеона отправили на МРТ. В итоге у него оказалась тупая травма головы, сотрясение мозга, ушибы, ссадины, сломанные ребра от ремня безопасности и шок. После процедур его поместили в палату.

– Как Макс? Нас привезли вместе, что с ним? – спросил он.

– Сотрясение мозга, ушиб шейного отдела позвоночника, перелом двух ребер, ногу сейчас собирают, – вздохнул врач, настраивая ему подачу препарата через капельницу. – Ты молодец, парень, все правильно сделал, – врач похлопал его по руке. – Если бы не ты, он бы умер от потери крови. Надо кому-то сообщить о вас?

– Я учусь на медицинском, – ответил Гидеон. – Мне повезло, если бы я пострадал сильнее, не смог бы его спасти. Нужно сообщить его родителям, – он припомнил как их зовут. – Думаю, они сделают для него все что возможно в медицине.

Отчасти Гидеон был прав, его родители появились очень быстро, но в первую очередь отец Макса пришел к нему.

– Мне сказали, вы были с моим сыном в машине, когда произошло ДТП, – обратился к нему статный мужчина с седыми висками. – Меня зовут Фернан Стэн. Я хочу знать, как все случилось.

– Добрый вечер, сэр, – кивнул ему Гидеон. – Мы учимся в одном университете, мы друзья, – соврал он.

– Я учусь на медицинском и весь декабрь из-за сессии мы не пересекались, и он предложил встретиться, отметить Рождество и отдать мне подарок. Он забрал меня с работы, было начало пятого. И поехали к нему. На перекрестке вылетела машина, хотя свет был наш. Пытаясь уйти от столкновения, Макс вывернул руль, но из-за гололеда нас вынесло на встречную полосу, на автобус, и потом откинуло на обочину. Мне повезло больше, я смог самостоятельно выбраться и вытащить Макса из машины, и помочь ему продержаться до приезда скорой, – честно рассказал он.

На самом деле, Фернана интересовало только одно – виноват ли его сын в ДТП. Тем не менее, он выслушал всю историю, кивнул и покинул палату. Не прошло и пяти минут, как Гидеона перевели в другую палату, с личной душевой, большим телевизором, холодильником и даже небольшой кухонькой.

Максимилиан пока был в реанимации, но ногу ему собрали.

Когда Гидеона разместили в новой палате, раздался тихий стук, и в нее вошла миниатюрная очень симпатичная женщина, одетая красиво, но не броско.

– Здравствуйте, меня зовут Изабелла, я мама Максимилиана. Хотела поблагодарить вас.

– Здравствуйте. Полагаю, это ваших рук дело? – он обвел взглядом палату. – Не стоило утруждаться, честно, – он смутился.

– Точнее, моего супруга, – уточнила она, подходя ближе. – И, хотя я не всегда согласна с его тратами, сейчас я его полностью поддерживаю. ВЫ спасли нашего сына. Я вам очень благодарна. Вам окажут всю необходимую помощь. Может быть, вам что-то еще нужно? Что-то привезти?

– Нет, ничего не нужно, спасибо. Только вот, в машине оставалась моя сумка с вещами, там документы и кое-что еще по мелочи, и книга. Вы не в курсе, где эти вещи? – спросил он.

– Машина, к сожалению, ремонту не подлежит, но вещи, насколько я знаю, передали Фернану. Я попрошу, чтобы все принесли вам, чтобы вы могли забрать свои вещи, – пообещала она и открыла свою сумочку. – Все же вот мой телефон, – она положила визитку на столик. – Прошу вас, если вам что-то понадобится, звоните мне, не стесняйтесь.

– Большое спасибо, – кивнул ей Гидеон, искренне благодарный. – С Максом все будет хорошо? Что говорят врачи?

– Это вам спасибо, – она мягко улыбнулась. – Да, он восстановится. Возможно, с ногой придется поработать, но это ничего, главное, что он жив, не парализован и придет в сознание.

– Вы оставите его здесь или переведете в другую клинику? – спросил Гидеон. Он думал навестить его, когда ему разрешат.

– Переводить его нерационально, да и просто опасно, – Изабелла покачала головой. – Здесь ему обеспечат надлежащий уход. Как и вам.

– Хорошо. Я навещу его позже. Спасибо за все, – ответил ей парень.

– И вам. Отдыхайте, – она попрощалась и покинула палату.

Позже Гидеону принесли его вещи, и даже книгу. Ее он и начал читать, коротая время и терпя ломоту в голове, ребрах и всем теле от ушибов. Он не хотел прибавлять дозу опиатов в капельницу, но все чаще посматривал на кнопку со значком +.

– Ты что делаешь? – возмутился врач, зайдя к нему. – Тебе нельзя читать, у тебя сотрясение, – он покачал головой и, подойдя, отобрал книгу. – Ого, редкая вещь! Но читать все равно нельзя!

Гидеон улыбнулся ему.

– Я не удержался. Мне ее только-только подарили, до ДТП, – ответил он. – И скучно. Глаза закрываю и все крутится, уснуть не могу.

– Добавлю тебе снотворного, отдыхай, – врач нажал кнопку, приводя кровать в удобное для сна положение, а потом подошел к капельнице. – Потом почитаешь.

– Спасибо. Если хотите, возьмите почитать, – предложил он, ощущая, как его окутывает дремота.

– О, спасибо, с удовольствием. Верну, когда тебе можно будет читать, – прищурился он, взял книжку и, убедившись, что парнишка заснул, вышел из палаты.

На следующий день к нему пришел лечащий врач, проверил его состояние. Его пока что подташнивало, да и голова кружилась, так что постельный режим продлили, диету назначили легкую, велели не геройствовать и адекватно оценивать боль.

– Хорошо, я понял, – сдался Гидеон. – Как Макс?

– Пришел в себя, – кивнул врач, – Состояние похуже, чем у тебя, но его уже перевели в палату. Он спрашивал о тебе, – врач улыбнулся. – Он не помнит деталей аварии и того, что было после нее, поэтому очень перепугался, что из-за него ты погиб.

– О, то есть он не помнит, как заявил врачам скорой, что я поеду с ним? – удивился Гидеон.

– Можно его навестить? Недолго.

– Не помнит, – покачал врач и нахмурился, – Ну хорошо, но только не долго. И сам ты не пойдешь, – предупредил он и, выглянув в коридор, позвал медбрата с креслом на колесах, дав все необходимые распоряжения.

– Он точно решит, что я едва не погиб, – хмыкнул Гидеон, но его проводили в палату к Максу и оставили там с ним наедине. – Привет, ты как? – позвал он, видя, что тот не спит.

– Хорошо, что ты жив, – после интубации у него еще болело горло, поэтому голос звучал хрипло. – Нормально. Врачи говорят, через месяц встану на ноги. Это пиздец, как долго, но, боюсь, выбора у меня нет. Прости, что так получилось.

– Ты не виноват, виноват водитель, вылетевший нам навстречу, – ответил он. – Я боялся, что не успею тебе помочь продержаться до приезда врачей, – признался Гидеон.

– Мне сказали, что я бы умер, если бы не ты. Спасибо тебе, – Макс не без труда вытянул руку и коснулся пальцев Гидеона. – Ты сам как? Врач говорит, у тебя сотрясение.

– Да, сотрясение и тупая травма головы, – ответил он. – Видимо ударился, когда машина перевернулась, – он погладил его пальцы и чуть сжал его ладонь. – Еще пара ребер сломаны, ушибы, гематомы, все дела. Ну и на лицо я теперь тот еще красавчик, – хмыкнул Гидеон. В зеркало он посмотрелся сегодня. Один глаз заплыл, все лицо иссечено осколками, нос и губы разбиты.

– Ничего, все это пройдет, – заверил его Макс. Себя он в зеркало не видел, так что мог только догадываться, как выглядит. – Думаю, я выгляжу еще хуже, – предположил он, хмыкнув. – Попроси, чтобы к тебе зашел пластический хирург и осмотрел, чтобы убедиться, что все заживет само собой, – попросил он.

– Зачем? – удивился он. – Я и без того знаю, что заживет. Шрамы останутся, но сгладятся через пару лет, – пожал он плечами.

– Тебе выпишут какие-нибудь крема, чтобы зажило быстрее, – стоял на своем Макс. Не смотря на слова Гидеона, он чувствовал себя виноватым.

– Думаешь, я тебя перестану привлекать со шрамами? – хмыкнул он. – Твоя книга уцелела. Только читать мне пока нельзя.

– Меня привлекала не твоя внешность, – ответил Максимилиан, полагая, что после всего случившегося, Гидеон точно не захочет снова в его постель. – Я рад, что она уцелела. Не волнуйся, у тебя будет время ее почитать. А пока важнее выздороветь, – у него все сильнее стала болеть голова, но он не показывал этого, чтобы Гидеон не ушел.

Но Гидеон и без того видел, что ему нехорошо, и то как он побледнел.

– Прибавить обезболивающее в капельницу? – предложил он. – И тебе нужно поспать, а я пойду.

– Да, прибавь, – кивнул он и дернулся, чтобы удержать Гидеона, но со стоном упал обратно. – Не уходи, – просипел он, вытянув к нему руку.

– Ладно, останусь, пока ты не уснешь, – пообещал Гидеон и взял его за руку, поглаживая по пальцам. Обезболивающее потихоньку действовало и тот расслаблялся. На его губах даже улыбка появилась, но к тому времени он уже спал, хотя и сквозь сон чувствовал прикосновение его пальцев.

Гидеон наблюдал за ним, пытаясь понять, что в нем изменилось после аварии. И останется ли это навсегда, или уйдет, как только он поправится? Он сидел с ним, пока не заглянула медсестра, принеся обед.

Впрочем, будить Макса она, конечно, не стала, а Гидеону напомнила, что ему тоже пора обедать.

– Давайте я отвезу вас в вашу палату, – предложила она.

– Я обещал побыть с ним. Можете принести мне обед сюда? – попросил Гидеон.

– Вы можете съесть обед мистера Стэна, а потом, когда он проснется, я принесу ему новую порцию, – предложила она.

– Хорошо. Спасибо, – кивнул он и медсестра поставила столик так, чтобы ему было удобно есть.

– Вы справитесь сами? – спросила она, не спеша уходить. Гидеон не был ее пациентом, но она знала, что он, как и Макс, на особом положении здесь.

– Да, справлюсь, не переживайте, – заверил ее Гидеон, и она ушла. Он пообедал, правда пришлось действовать одной рукой, вторую так и держал Макс.

Через пару часов он стал просыпаться и, открыв глаза, первое, что увидел, дремлющего в кресле Гидеона. Ему было приятно, что парнишка остался с ним, но вот то, что он спал в такой неудобной позе, совершенно не радовало.

Макс нажал кнопку вызова, и меньше, чем через минуту, появилась медсестра. Максимилиан тут же прижал палец к губам и распорядился, чтобы кровать Гидеона переставили к нему.

Гидеон проснулся, когда его перекладывали на кровать двое медбратьев. Он не понял, что происходит, и повернувшись, понял, что в палате Макса.

– Зачем? – удивился он. – Надоело личное пространство?

– Хочу, чтобы ты был рядом, – немного капризно ответил он. – К тому же, нам с тобой пока ни читать, ни телек смотреть нельзя, хоть разговаривать будем.

– В этом ты прав. Тебе нужно поесть, тебе приносили обед? – спросил он.

– Да, пока перекатывали твою кровать, я поел, – кивнул он, ощутив внутри какое-то приятное чувство от его заботы. Было интересно, что их ждет, но совершенно не понятно.

– А мои вещи? – спросил он, устраиваясь поудобнее.

– Все перенесли, – он кивнул на свой шкаф.

Причем, там висел комплект абсолютно новой одежды, купить которую распорядилась Изабелла, потому что вещи Гидеона были испачканы кровью Макса.

– Хорошо, – кивнул он и вытянулся на кровати. От сидения ребра болели, как и тело.

Они оба понемногу шли на поправку и, за неимением других развлечений, разговаривали, узнавая друг друга.

– Мне кажется, ты меня надуваешь. Ты вполне можешь есть сам, – сказал Гидеон, в очередной раз кормя его с ложечки.

– Вообще не могу, – Макс мотнул головой, поднял руку и тут же обессиленно уронил ее на бедро сидящего рядом Гидеона. – Видишь, какой я слабый.

– Ты притворщик, – фыркнул он, но поднес ложку к его рту.

– Я очень больной человек, – он поджал губы, но тут же открыл рот. На самом деле, он, конечно же, мог держать ложку, но пользовался любой возможностью быть ближе с Гидеоном.

За две недели, что они уже пробыли в больнице, отец Макса приходил лишь дважды, а вот мама приезжала каждый день, привозила им какие-то вкусности, фрукты и оставалась поболтать, пытаясь понять, что связывает ее сына с этим мальчиком.

Но Гидеон только ухмыльнулся. При его маме он вел себя вежливо и отстраненно, подчеркивая, что с Максом они просто друзья и не более.

Максимилиан тоже не пытался как-то иначе обозначить их статус, и уж конечно он не собирался посвящать маму в весьма постыдные детали их общения.

Через три недели Гидеону сообщили, что его выписывают, но ему еще нужно было носить корсет для фиксации ребер. А вот Макса отпускать не спешили.

– Я буду тебя навещать и помогать с реабилитацией, – пообещал Гидеон. Максу как раз назначили лечебную гимнастику для ноги.

– Спасибо, – Макс хотел сказать, что это не обязательно, но не стал, опасаясь, что Гидеон согласится с этим. – Ты тоже сейчас не перенапрягайся особо, – напомнил он, наблюдая, как Гидеон одевается.

– Будешь скучать? – улыбнулся он, одевшись. Он присел к нему на кровать, – еще пара недель и тебя выпишут.

– Буду скучать, – кивнул он и, ухватив его за меховой воротник куртки – мама абы что не выберет – притянул к себе, чтобы поцеловать.

Гидеон удивился, это был первый поцелуй с того раза, как они занимались сексом. Он не знал, что он значит, и чуть отстранившись, он облизнул губы.

– Видимо ты почти выздоровел, – смущенно заметил он.

– Потому что могу целоваться? – хмыкнул он, – Боюсь, это все, на что я сейчас способен. Джи…, – он вдруг замялся, чуть ли не впервые в жизни испытывая смущение. – Тебе это… деньги не нужны? Просто так, – поспешил уточнить он. – Не за секс.

– Нет, не нужны, – покачал он головой. – Твои родители полностью оплатили мое лечение. Я приду завтра, – пообещал он и еще раз робко, сам поцеловал его.

– Я буду ждать, – Макс улыбнулся в его губы, позволив ему вести, и чуть сжал его руку на прощание.

Гидеон ушел, и исправно приходил к нему каждый день, после занятий в универе. Он помогал ему с лечебной физкультурой, подбадривая и поддерживая, хваля за каждый шаг прогресса.

И именно благодаря ему Максимилиан восстанавливался настолько быстро, насколько возможно. Он испытывал благодарность к Гидеону, но понимал, что тот не примет от него деньги, поэтому попросил маму заняться этим – выяснить, какой платный курс берут на этом факультете и оплатить его для Гидеона.

В день выписки Макса Гидеон как раз получил известие от декана, что он зачислен на курс. Его квоту оплатил анонимный благотворитель, и декан был искренне рад, что Гидеон сможет пройти этот курс со следующего семестра. Так что повод для радости был двойной.

Пока что Максу предстояло ходить с тростью, но он надеялся скоро от неё избавиться, – Привет, – он улыбнулся, когда Гидеон зашёл в палату, – Больше тебе не придётся сюда ездить.

– Зато ты не позеленел от скуки, – улыбнулся он. – Меня взяли на продвинутый курс по хирургии нервных волокон, – похвастался он.

– Ого! Я не представляю, что это такое, но, судя по твоим глазам, это круто, поэтому я тебя поздравляю, – Макс шагнул к нему и обнял, успешно изображая неведение. – А будешь все успевать?

– Постараюсь, – улыбнулся он. – Пока придется бросить работу, но с голоду не умру, у меня есть отложенные деньги, – ответил Гидеон.

Макс задумался о том, как ещё может помочь Гидеону, чтобы тот принял его помощь, но пока промолчал и только кивнул.

– Ну что, поехали? – он осмотрел свою палату, одной рукой взял сумку, а другой трость.

– Возьми меня под локоть и давай сумку, – велел Гидеон, помогая ему спуститься вниз. Там уже ждала машина, присланная его родителями, и он помог ему сесть внутрь.

– Джи, ну я не такой беспомощный, – проворчал он, но послушно сделал так, как сказал Гидеон. Ему самому пока не светило сесть за руль. Они устроились на заднем сиденье, и Макс попросил везти их в его квартиру.

– Еще успеешь самостоятельно все сделать, – ответил Гидеон. Его удивило, что родители не приехали на выписку. – К семье не поедешь? – удивился он.

– Нет, не хочу, – он покачал головой. – Отца нет в Лондоне, а мама, узнав, что ты приедешь, решила встретить меня в квартире, – пояснил он, ответив на не высказанный вопрос Гидеона.

– А, ясно, – кивнул он. Они доехали и Гидеон помог ему выбраться, забрав сумку и все так же держа его под локоть.

– Спасибо тебе, – в лифте Макс обнял Гидеона, понимая, что потом может не быть такой возможности – он бы не удивился, если после сегодняшнего дня тот исчез из его жизни.

– На здоровье, – чуть смущенно ответил ему Гидеон, обняв его и похлопав по плечу.

До нужного этажа они доехали очень быстро, и там их встретила Изабелла. Она обняла и поцеловала сына и приветливо поздоровалась с Гидеоном.

– Я заказала обед, – сообщила она.

Гидеон чуть смутился, улыбнулся и помог Максу устроиться.

– Я, наверное, пойду, – смущенно стал прощаться он.

– Куда же вы, Гидеон? Я заказала обед на всех, – Изабелла растерянно посмотрела на него.

– Останься… Вдруг мне понадобится помощь, – Макс улыбнулся и легонько подтолкнул его в кухню.

– Ладно, останусь, – кивнул он, улыбнувшись. – Не матери же тебя на себе тащить…

– Ну, надеюсь, таскать меня теперь никому не придётся, – хмыкнул Максимилиан, проходя на кухню. Там уже все было готово к обеду.

– А в душ ты придумал, как будешь ходить? – спросил Гидеон, хмыкнув и устроившись за столом.

– А ты хочешь стать моим добровольным медбратом? – улыбнулся Макс.

На самом деле, в больнице он принципиально не позволял Гидеону помогать себе с гигиеническими процедурами, потому что это было унизительно, и сейчас он собирался справляться сам.

– Нет, могу подарить складной стульчик для ванной, – хмыкнул он. – Многие пользуются.

– Надеюсь, все же обойдусь. Стоять-то я могу, – пожал плечами Макс. – К тому же, раз выписали, значит, решили, что я вполне адаптирован.

– Ты и в самом деле хорошими темпами идешь на поправку, – кивнул Гидеон. – Поверь, я много читал по поводу таких травм.

– Ну, ты будущий врач, тебе лучше знать, – улыбнулся Макс. – Мам, представляешь, Гидеона зачислили на какой-то дополнительный супер-курс, – поделился он.

Гидеон смутился и все же поделился радостью.

– Да, это очень хороший курс. Практическая хирургия периферических нервных волокон, продвинутый уровень. Это нечто.

– О, я вас поздравляю, – Изабелла тоже умело изобразила удивление, а вот радость была вполне искренней, она была крайне довольна тем, что они смогли помочь этому мальчику.

– Если я успешно пройду этот курс, то специализацию я получу быстрее, уже в ординатуре, – сказал Гидеон.

– Это замечательно. Мы очень зав вас рады, Гидеон. Максимилиан рассказывал, как усердно вы занимаетесь. Уверена, вы будете лучшим на своем курсе, – улыбнулась Изабелла, подкладывая ему еще еды.

Гидеон улыбался и ел, с аппетитом у него никогда проблем не было. Ему раньше редко удавалось наесться досыта, а в больнице он даже набрал вес.

После обеда Изабелла убедилась, что они смогут справиться вдвоем и, пообещав сыну приехать завтра, уехала.

– Тебе тоже, наверное, пора? – вздохнул Макс, массируя колено. – Учеба и все такое.

– Да, скоро надо будет ехать домой. Так что если тебе нужно с чем-то помочь, то самое время сказать.

– Да нет, я думаю, я справлюсь, – улыбнулся он. – Не волнуйся. Ты сам-то как себя чувствуешь? Головные боли не мучают?

– Нет, только ребра ноют на погоду, – ответил он. – Но это скоро пройдет.

– Это хорошо, – Макс кивнул. У него тоже ногу тянуло на перемены в погоде. – Ничего. мы восстановимся.

– Определенно. И ты восстановишься раньше, чем думаешь, – улыбнулся ему Гидеон. – Скоро снова будешь гонять на тачке, и что ты там еще делал.

– Ага, только пока гонять не на чем, – хмыкнул он. Хотя и надеялся, что отец подарит ему новую. – Вообще-то кроме этого я еще учился и спортом занимался.

– Тебе пока максимум йога или пилатес, – ответил Гидеон. – Никаких весов и прочего.

– Да знаю я, знаю, – недовольно проворчал он, потыкав в свое бедро. – И так уже сдулся, на задохлика похож.

– Ну, я по жизни похож на задохлика, и что? – пожал плечами Гидеон.

– Нет, не похож, – покачал головой Макс, устраивая ногу на соседнем стуле. – У тебя просто другой тип фигуры, ты стройный и не тощий.

– У тебя предвзятое отношение, – хмыкнул он. – Ты просто не видел меня другим.

– А когда ты был другим? – спросил Макс, взяв себе стакан с соком, алкоголь ему пока было нельзя.

– В детстве я был довольно пухлым, – припомнил он. – Потом вытянулся и в рост пошел быстрее, чем стоило бы.

– Ну в этом нет ничего удивительного. такое часто происходит, – улыбнулся Макс. – Думаю, ты и ребенком был симпатичным.

– Не знаю, трудно сказать, – пожал он плечами. – Обычный, скорее. А ты?

– У меня есть фотки на ноуте, могу показать, если интересно. – предложил он, – Ты не торопишься?

– Нет, не тороплюсь. показывай, – кивнул он, и они перебрались в гостиную.

Макс поставил ноут на здоровую ногу, а больную вытянул на журнальный столик.

– Вот, это совсем детские, – он открыл первую фотографию, где симпатичный малыш лет трех обнимает большущего дога.

– Твоя собака? – улыбнулся Гидеон. – Какая классная.

– Ага, Герцог, – Макс вздохнул. – Мне было пятнадцать, когда его не стало. Он был лучшей собакой.

– После этого больше не заводил животных? – спросил он, разглядывая другие снимки.

– Нет, я нет. У мамы есть ретривер, но она завела его недавно, когда я уже жил самостоятельно, – рассказал он. – Мы отлично ладим, конечно, но это не моя собака.

– А ты кого хочешь? Или кота может? Я бы завел кота, – Гидеон улыбнулся.

– Ну, пожалуй. То есть, я хотел бы собаку, но для этого надо регулярно бывать дома, – он пожал плечами. – А какого кота ты хотел бы?

– Не знаю, подобрал бы какого-нибудь, – пожал он плечами. – Они самые ласковые.

– А почему не подберешь? – спросил Макс, листая фотографии.

– Пока не попался, – ответил он. – Да и дома я тоже редко. И моя комната…думаю хозяин будет против кота.

– А… ну тогда, надеюсь, скоро тебе попадется какой-нибудь ласковый подобрыш, – улыбнулся он. – И ты договоришься с хозяином. Или найдешь другую квартиру.

– Со временем, безусловно, – улыбнулся он. – Назову кота Максом, – хмыкнул Гидеон.

– В мою честь? – он вопросительно выгнул бровь. – И тогда у тебя будет стезя – спасть Максов.

– Он будет кастратом, – он коварно улыбнулся, глядя на его реакцию.

– Боже, да ты чудовище! – возмутился Макс. – Что тебе сделал несчастный малыш? И что я тебе такого сделал, чтобы ты назвал его моим именем и кастрировал? – прищурился он.

– Совратил меня, – пожал он плечами с напускным равнодушием.

– Я бы не сказал, что ты так уж страдал по этому поводу, – Макс поджал губы и развернулся к экрану.

– Во сколько ты начал заниматься сексом? – спросил Гидеон.

– В четырнадцать, – прикинул он, – А что?

– Рано ты, – Гидеон присвистнул, – Это был парень?

– Нет, девушка, – он покачал головой. – Это было на очередном приеме, который мама устроила в нашем доме. Среди гостей была девушка, к тому моменту мы были знакомы пару лет. Ну и, решив, что нам слушком скучно, перепихнулись.

– Как все просто, – хмыкнул он. – Я в четырнадцать о сексе и не думал.

– А о чем ты думал в четырнадцать? – прищурился Макс. Ему казалось, что Гидеон и год назад не думал о сексе.

– Ну…– он помрачнел. – Тогда прошел только год, как погибли мои родители. Так что я думал совсем о другом.

– О.... черт, прости, – Макс взял его за руку и сжал. – У тебя совсем никого, кроме них, не было?

– Меня забрала к себе тетка, в Кардиффе. Но пару лет назад и ее не стало, я только-только поступил на учебу. Так что больше никого, – он сжал его ладонь.

– Мне жаль, – Макс вздохнул. – Но ты молодец, не пал духом, выкарабкался. Ты очень сильный. Я бы так не смог, наверное.

– Ну, кто знает, – ответил он. – Вдруг ты еще сильнее меня.

– Это малодушно, но я предпочел бы это не проверять, – ответил он и зевнул – лекарства и остаточная слабость сказывались.

– Ложись спать, а я поеду домой, – сказал Гидеон, глядя на то, как он зевает.

– Может, останешься? – предложил он, – Толку от меня сейчас мало, но мы могли бы просто поспать вместе.

– Я встану рано, – предупредил Гидеон. – Но остаться могу.

– Ты всегда встаешь рано, – хмыкнул Макс и стал осторожно подниматься. – Пойду в душ, смою с себя больничный запах.

– Смотри не упади в душе. Зови, если понадобится помощь, – сказал ему Гидеон. – Может, все-таки пойти с тобой?

– Пойдем, – Макс все же не стал отказываться, хотя мыться собирался сам. – Только не пугайся, – хмыкнул он, имея ввиду свое отощавшее тело и ногу в шрамах от спиц.

– Ты правда думаешь, что можно испугать того, кто спал в анатомичке? – удивился Гидеон, хмыкнув и помогая ему раздеться.

– Господи, а зачем ты спал в анатомичке? – поразился Макс, даже забыв ворчать о том, что собирался раздеваться сам.

– Так получилось, не успел на последний автобус, – ответил он. – Это не так страшно, как кажется.

– Не, ну я понимаю, конечно, что трупы не встают по ночам, но все равно, – Макс держался за его плечо. – Говорят, там воняет.

– Немного. Формалином, – кивнул он. – Привыкаешь со временем, – Гидеон помог ему настроить воду.

Макс невольно передернулся. Он к больничному-то запаху толком не привык.

Шагнув к кабине, он вошел внутрь и там взялся за поручень, пока вода лилась сверху.

– Потереть спинку? – предложил Гидеон, устроившись на табурете.

– Я должен справляться сам, – Макс упрямо поджал губы и стал мыться, взяв щетку на длинной ручке. С ней получалось лучше, пусть и не быстро.

– Ты молодец. Я горжусь тобой, знаешь, – улыбнулся ему парень.

Это заметно подбодрило Макса. Обернувшись, он очень тепло улыбнулся Гидеону.

– Так странно мыться под присмотром, – хмыкнул он.

– Почему? – удивился он. – Не поверю, что ты не занимался сексом при свидетелях, например.

– Ну как… мне приходилось участвовать в оргиях, но там другое, – он пожал плечами, выключая воду. – А сейчас-то никакого сексуального подтекста.

– Зато меньше шансов, что ты упадешь и сломаешь себе шею, – ответил Гидеон, подавая ему полотенце.

– Это точно. Спасибо, – он принял полотенце и отошёл к стиральной машинке, чтобы опираться на нее, вытираясь – просто стоять ему было тяжело.

Гидеон встал и принялся помогать ему.

– Еще пара недель, может месяц, и ты забудешь об этом, – пообещал он.

– Надеюсь, – тихо ответил Максимилиан. Пожалуй, одному ему сейчас было бы непросто.

– Иди в душ, я буду ждать тебя в постели.

– Хорошо, – Гидеон кивнул, взял себе чистое полотенце и стал раздеваться.

Лишь коротко посмотрев на его обнажающееся тело, Максимилиан оперся на трость и покинул ванную. Он сразу лёг на кровать, ощутимо устав.

Вымывшись и вытершись, Гидеон вернулся в комнату в одном белье и лег в постель.

– Все нормально? – спросил он, видя, что тот уставший.

– Да, все в порядке, – кивнул Макс, откинув ему одеяло. – Просто непривычно так уставать. Раньше так не было, даже если я бухал всю ночь.

– Добро пожаловать в реальный мир, – со вздохом сказал ему Гидеон. – Твой организм восстанавливается на пределе своих возможностей, и тебе было бы гораздо труднее, не будь у тебя исходно хорошего здоровья и страховка похуже.

– Да, наверное, ты прав, – вздохнул Макс, осторожно повернувшись на бок – из-за ребер в больнице ему разрешали спать только на спине. – А если бы не ты, я вообще сейчас мог бы быть овощем.

– Скорее ты бы просто умер, – ответил ему Гидеон. – Овощем ты мог стать из-за травмы позвоночника или головы.

– Еще неизвестно, что хуже, – хмыкнул Макс и зевнул. – Давай спать. Спасибо, что остался, – пробормотал он, уже засыпая.

– Спокойной ночи, Макс, – пожелал Гидеон и почти сразу тоже заснул, устав за день.

Во сне Макс придвинулся ближе к Гидеону и обнял его поперек талии, ткнувшись носом в его макушку. Гидеон этого даже не ощутил, он спал крепко и сладко, посапывая в подушку до самого будильника. Поэтому, когда он стал выбираться из объятий Макса, тот недовольно заворчал и теснее прижал Гидеона к себе, но не проснулся.

Гидеон вздохнул и через какое-то время у него получилось выбраться из его объятий, хоть это и было приятно. Он с сожалением посмотрел на теплую постель и стал собираться, по пути перекусив кофе и булочкой.

Макс проснулся, когда Гидеон уже обувался, и, опираясь на трость, вышел попрощаться.

– Уже уходишь? – второй рукой он потер заспанные глаза.

– Да, уже пора, – кивнул он. – А ты чего встал? – спросил он, натягивая куртку.

– Проводить, сходить в туалет и попить, – улыбнулся он. – Ну что, в универе увидимся?

– Уже намерен вернуться к занятиям? – спросил Гидеон. – Смотри, оценивай силы трезво. Но да, увидимся, – кивнул он, прежде чем уйти.

***

К занятиям Макс вернулся через неделю. К тому времени он смог снова сесть за руль – за руль своего новенького Мерседеса купе. Но от трости отказаться он пока не смог.

Гидеон увидел его утром, перед занятиями, на парковке. Тот был окружен своими друзьями и девушками, все они восхищались тачкой и расспрашивали о подробностях того ДТП. Признаться, честно, Гидеон уже успел забыть, кто на самом деле Макс в универе. И какое между ними расстояние.

Но Макс не скрывал ВСЕХ обстоятельств случившегося и того, что Гидеон спас его. А увидев парнишку в толпе, поднял руку и помахал ему, улыбнувшись.

Гидеон смутился, но махнул ему в ответ и направился на занятия, боясь опоздать.

Друзья попытались что-то выяснить по поводу Гидеона, но Макс предпочел ограничиться общими фразами. Он тоже направился на занятия.

"Как у тебя дела?" – написал он, сидя на паре.

"Неплохо. Семинар по анатомии сегментов мозга. А у тебя?" – ответил он.

"Лекция по испанской литературе. В принципе неплохо. Ты уже вернулся к работе?" – Макс набрал сообщение и вернулся к конспекту.

"Да, но смен пока много не беру, иначе курсы будут впустую." – ответил он.

"Слушай, а ты не хотел бы работать в частной клинике? Помощником каким-нибудь. Там и платят побольше, и ближе к медицине" – предложил Макс, прикинув, что мама и это без проблем устроила бы.

"Спасибо, но я сначала должен закончить учебу." – ответил он, понимая, что тот может тряхнуть связями. Соблазн был очень велик, ничего не скажешь.

"Никто тебе там скальпель и не даст. Ну, разве что продезинфицировать. Зато начнешь приобщаться к профессии" – продолжил соблазнять Макс.

"Я подумаю." – пообещал он, но не хотел быть вечно ему обязанным.

"Хорошо. Напиши, когда надумаешь" – попросил Макс.

Из-за того, что ему нужно было наверстать по учебе, да и гулянки он не мог себе позволить чисто физически, еще почти месяц они с Гидеоном только переписывались или перебрасывались парой слов в универе.

"Может, встретимся сегодня у меня?" – предложил Максимилиан в тот день, когда смог отбросить трость.

"Хорошо, смогу приехать в восемь."– написал ему Гидеон, как раз переодеваясь в халат – была практика в анатомичке.

"Я могу тебя забрать" – привычно предложил Макс. Учебу он наверстал быстро, так что время позволяло.

"Тогда жди возле третьего корпуса. Как закончу, выйду." – написал он, и отложил телефон, было не до него.

Уверенный, что к вечеру Гидеон будет голодный, Макс заказал еду – вкуснейший мясной пирог из немецкого ресторана и пиво оттуда же, оставил все это дома и к оговоренному времени был у корпуса.

Гидеон вышел уставший, но довольный, практика была очень интересная. Правда от него попахивало формалином и прочими химическими запахами, но он их не ощущал – принюхался.

– Больничкой пахнешь, – хмыкнул Макс, когда он сел в машину, и не мог сразу не похвастаться. – Мне разрешили отказаться от трости.

– О, поздравляю, – он улыбнулся. – Быстрее, чем я думал. А, правда пахну? – он принюхался к себе. – Наверное есть немного.

– И врач сказал, что я быстро восстановился, – самодовольно кивнул он. – Правда пахнешь. Поэтому дома я не дам тебе есть, пока не примешь душ, – предупредил он.

– Извини, – он пожал плечами. – Это неизбежно, брызги, все дела, – развел он руками.

– Да ладно, я все понимаю, – он отмахнулся, двигаясь в потоке в сторону дома. Водить он стал заметно спокойнее. – Не надумал насчет частной клиники?

– Пока нет, – покачал он головой. – Возможно после диплома меня возьмет к себе в ординатуру наш преподаватель. Он работает в профильной клинике.

– Ну до диплома еще учиться и учиться, – он пожал плечами. – Дело твое, конечно, просто я не понимаю, зачем работать в кафе, если можно почти по специальности.

– Потому что по специальности не получится работать по часам и получать деньги, – объяснил он. – Там нарабатывают опыт, и это хорошо, но пока не мой вариант.

– Ну смотри, – Макс снова решил отстать от него.

Скоро они подъехали к дому и привычно поднялись на лифте в квартиру.

– Иди в душ, – отправил он Гидеона.

Парень кивнул и сразу ушел в ванную, смыть с себя запах учебки, он терся тщательно и вышел, завернувшись в халат, потому что одежда тоже пахла.

– Ну вот, теперь пахнуть не должно.

К тому времени Максимилиан разрезал пирог, разложил его по тарелкам и разлил пиво по бокалам. Когда Гидеон вошел, Макс понюхал его и удовлетворенно кивнул.

– Не пахнет. Садись ужинать.

– Ммм, что это? Выглядит безумно аппетитно, – сказал он, усаживаясь за стол. И пиво было замечательное, темное и густое.

– Мясной пирог. Самый вкусный из тех, что мне доводилось пробовать. Даже в Германии не так вкусно, – отрекомендовал он и тоже приступил к еде.

– Это все твои гурманские изыски, – хмыкнул он. – Мне и в Германии понравился бы.

– Я не говорю, что мне не понравился, просто этот вкуснее, – хмыкнул Макс, подливая ему еще пива. Пирог действительно был выше всяких похвал. Гидеон сам не заметил, как умял два здоровых куска.

– Еще хочешь? – предложил Макс, съев почти столько же. И пива они выпили почти по литру каждый.

– Нет, иначе я лопну, – покачал он головой и поглядев на свой выпуклый живот.

– Ну тогда на завтрак останется, – предложил Максимилиан, отправляя их тарелки в посудомойку. – Что ты там высматриваешь? – хмыкнул он.

– Смотрю, набекрень у меня уже пузо или еще нет, – ответил ему Гидеон, усмехнувшись.

– Ой, вот не преувеличивай! – Макс закатил глаза и подошел ближе. – Сейчас ещё и скажешь, что на секс сил нет? – прищурился он.

– Секс? – удивился Гидеон, – Собираешься заняться со мной сексом и говоришь это вот так в лоб? – хмыкнул он. – А тебе уже можно?

– Я всегда говорил об этом в лоб, – немного удивленно ответил Макс. – Конечно, можно! – кивнул он. – Лекарства я давно уже не пью, так что не переживай, все работает.

Гидеон только закатил глаза.

– Признайся, ты боялся, что у тебя больше не будет стоять, – хмыкнул он.

– Ну не то чтобы я всерьез опасался, но не испытывать какое-то время вообще никакого возбуждения было странно, – признал он. – Но врач сказал, что это нормально, так влияют лекарства.

– Да, потому что у тебя была тяжелая травма, – кивнул Гидеон. – Ладно, идем. Хотя тебе все равно пока не стоит нагружать ногу.

– Я не собираюсь трахать тебя ногой! – предельно серьезно пообещал Максимилиан, но потом рассмеялся, направляясь в спальню и раздеваясь на ходу. – Пойду тоже душ приму.

– Ты так говоришь, как будто кого-то и впрямь трахают ногами, – ответил Гидеон и похолодел. – Или трахают?

– Тебе лучше этого не знать, у тебя будет психологическая травма, – Максимилиан хмыкнул, замерев на пороге ванной. – И не пытайся это гуглить!

– Значит все же трахают! Какой кошмар! – выдохнул он ошарашенно. – Изверги!

– Точнее все же извращенцы. Тем, кто этим занимается, это нравится, – пояснил Макс и скрылся в ванной.

Приняв душ, он вытерся и, как обычно, не одеваясь, вернулся в спальню. Гидеон дожидался его в постели, лежа на животе и подремывая в свое удовольствие после сытной еды.

Устроившись рядом, Макс чуть стянул с него одеяло, а халат наоборот задрал и погладил по ягодице.

– Хм, твоя задница стала ещё привлекательнее, – заметил он и, наклонившись, куснул половинку, но очень нежно.

Гидеон открыл глаза.

– Откормилась от еды и ничегонеделанья в больнице, – ответил он, наблюдая за тем, что он делает.

– Ей это на пользу, – Максимилиан погладил вторую половинку и куснул её тоже, а потом устроился между ног Гидеона и лизнул ложбинку.

– Что ты делаешь? – изумился Гидеон, смущаясь. – Зачем…вылизываешь там?

– Джи, ты просто не перестаешь меня поражать, – хмыкнул он. – Это называется римминг. Типа предварительная ласка.

– А почему раньше ты так не делал? – спросил он, краснея.

– Не успел, наверное, – хмыкнул Макс, понимая, что правда прозвучит жестоко и обидно.

– Если помнишь, мы осваивали другие вещи, – подмигнул он и снова лизнул Гидеона между ягодиц.

– Помню…минет и прочее, – выдохнул он, застонав от приятных ощущений и вжался членом в матрас.

– Нравится же? – он ласково ущипнул Гидеона за ягодицу и, раздвинув половинки, стал ввинчиваться языком в дырочку. – Господи, каждый раз такой тугой.

– Так у меня секса…с ноября не было, – припомнил он, возбужденный до ужаса. – Господи…– это не могло не нравится.

– У меня с декабря, – не стал скрывать он, но стоны Гидеона были слишком приятны, поэтому Макс полностью сосредоточился на ласке.

– Ну член-то уже стать не может, не правда ли? – хмыкнул он, постанывая в свое удовольствие.

– Да, в этом ты прав, – согласился Макс и, работая языком, добавил палец.

– Хотя видит Бог, я был бы не против…– прошептал Гидеон, вспомнив, как болел натертый зад.

– Чтобы член стал меньше? – удивился Макс, продолжив ласкать его пальцами, сначала одним, потом двумя.

– В прошлый раз, или в предыдущий, ты показался мне огромным, – признался он. – Мне потом дня три сидеть было больно.

– О, прости… а почему ты не сказал об этом во второй раз? – спросил Макс, нависнув над ним и поцеловав в шею. – Я бы получше тебя подготовил.

– Забыл, – пожал он плечами. – У нас довольно долгие периоды между встречами.

– Надо это исправлять, – он наклонился ниже и поймал губы Гидеона, разводя пальцы ножницами и чередуя это с лаской простаты.

– Серьезно? Хочешь…трахать меня чаще? – выдохнул он ему в рот, постанывая и сжимаясь на его пальцах.

– Очень хочу, – шепнул он и углубил поцелуй, добавив третий палец.

Но, помня претензии Гидеона, вынул пальцы, чтобы взять смазку, а потом уже продолжил растягивать его.

Гидеон терпел и ждал, постанывая и вздрагивая, его член твердо стоял и тек на простыни прозрачными каплями, а все тело покрылось испариной. Макс не спешил, чтобы тщательно его подготовить, и даже тремя пальцами не ограничился, добавил четвертый, хорошенько растягивая.

– Ты специально так долго? – простонал Гидеон, ощущая себя странно. Долго терпеть возбуждение он не привык, но и кончить не мог никак.

– Да, чтобы тебе потом не было больно, – ответил он, но все же вынул пальцы, смазал член и приставил головку к дырке. – Надеюсь, еще одну справку не надо? – замер он.

– Ты что, собрался ее сейчас где-то добывать? – поднял он брови. – Не надо, забей уже.

– Нет, просто, если бы это было критично, надел бы презерватив, – ответил он и, придерживая Гидеона под живот, понемногу заполнил его.

Выдохнув долгий стон, Гидеон зажмурился и дал себе время на передышку, привыкнуть к ощущению толстого члена внутри.

– Все равно тугой, – выдохнул в его волосы Макс и, приласкав член, стал понемногу двигаться, опираясь на одну ногу – вторая быстро напомнила о себе.

– Тебе там удобно? – все равно нашел время спросить Гидеон, тяжело дыша и комкая в руках простынь, – Может, поменять позу?

– Ну… давай, – Макс понимал, что из-за опоры на одну ногу не может двигаться полноценно, – Сядешь сверху? – предложил он, выйдя из Гидеона.

Гидеон кивнул, и они поменялись местами, и парень придержал член, опускаясь на него потихоньку, тяжело дыша и кусая губы.

– Ох черт…

– Вот так.., – Макс чуть прогнулся. Теперь опоры на одну ногу было достаточно, да и на вторую он мог сейчас немного опираться. – Как в тебе хорошо…

От этого поощрения Гидеон покраснел, уперся в живот Макса и стал потихоньку двигаться сам туда-сюда.

– Мне кажется, ты еще глубже…

– Так глубоко, что просто слов нет, – простонал он, поглаживая Гидеона по бедрам, иногда обхватывая его член, но ненадолго, он хотел, чтобы тот снова порадовал своими талантами.

Гидеон тихо и сладко стонал, двигаясь так, чтобы член Макса скользил по простате. Он всхлипывал и капал потом ему на живот, сжимая коленями его бедра. Понемногу, когда он стал ускоряться, Макс потянул его на себя, прижал к своей груди и задвигался коротко и резко, долбясь его дырку. Его стоны теперь больше походили на резкие выдохи.

Парень не успел даже предупредить его, что вот-вот кончит. Он просто вскрикнул и содрогнулся, забрызгав его спермой. Оргазм был хорош, что и говорить. К счастью, к тому моменту и Макс уже был на грани – сказывалось долгое воздержание. Он догнал Гидеона через пару секунд и, длинно застонав, кончил в него, прижав его к себе крепче.

Гидеон обмяк на нем, тяжело дышал и приходил в себя, упираясь лбом в его грудь и ощущая, как по телу бегут мурашки, от того, как он разгорячен.

– Останешься на ночь? – попросил Макс, неспешно поглаживая его по спине и ягодицам. Его член еще даже не опал до конца.

– Если хочешь, – кивнул он, млея от этой ласки, но никак этого не показывая, только жмурясь.

– Хочу, – честно ответил Максимилиан, зарывшись пальцами в его волосы, которые были почти его фетишем.

– Хорошо…Тебе точно надо завести кота или собаку, – сказал он, прикрыв глаза и наслаждаясь его прикосновениями.

– Почему? – удивленно спросил он, чувствуя, что вот-вот заснет, поэтому потянулся к телефону свободной рукой и, пощелкав по кнопкам, перевел Гидеону три тысячи.

Телефон остался лежать в штанах, так что звука сообщения Гидеон не услышал, да и вообще уже дремал в полглаза, устав после еды и секса.

Поставив будильник, Макс отложил телефон и, устроив Гидеона поудобнее, успел только свет выключить, прежде чем тоже отрубиться. Гидеон в полусне услышал, как тот сопит и позволил себе придвинуться к нему поближе спиной, прижаться к его боку и ощутив, как тот его обнял, заснул крепко и сладко.

До самого утра Максимилиан проспал совершенно безмятежно, а когда прозвонил будильник, торопливо выключил его и крепче прижал Гидеона к себе

– Надо вставать…– сонно сказал Гидеон. – Занятия проспим.

– Ну и хрен бы с ними, – проворчал Максимилиан, не открывая глаза.

– Ты столько пропустил, – напомнил он. – И я тоже. Вставай. Я могу сварить кофе.

– Зануда, – Макс куснул его в плечо и неохотно отпустил от себя. – Идем. Я разогрею пирог.

Гидеон поднялся и пошел в душ и умыться, и уложился довольно быстро, вернувшись в кухню к Максу. Там уже пахло кофе и пирогом.

Когда он вошёл, кофемашина как раз наполнила две чашки. Макс переставил их на стол и подал пирог, порезанный на куски.

Они мирно позавтракали, обсудили какие-то университетские дела, и потом пошли одеваться. Натягивая джинсы, Гидеон достал телефон и увидел новое сообщение. И прочитав его, окаменел и ощутил себя гадко. Точно шлюха.

– Эй, ты чего? – Макс увидел, как окаменело его лицо, и подошел ближе, коснувшись плеча. – Что-то случилось?

– Я.... я думал, ты стал другим. Зачем? – спросил он, посмотрев на него.

– Что? Ты о чем вообще? – Макс непонимающе смотрел на него. Он чувствовал, что где-то накосячил, но не мог понять, в чем именно.

– Деньги за секс. Я хоть слово об этом сказал вчера? – спросил он зло и горько.

– Нет, но… Это не за секс, – Макс просто не знал, какими словами объяснить, что он просто хотел помочь Гидеону. И формально выходило, что действительно за секс.

– Прости, – вздохнул он.

– Ты все такой же мудак, думающий, что все продается, – обозлился Гидеон. – Это был последний раз. Больше никогда не подходи ко мне, – сказал он, подхватил сумку и куртку и ушел, хлопнув дверью. Никогда его еще так не унижали.

– Джи.., – Максимилиан рванулся за ним и чуть не получил в нос захлопнувшейся дверью – Гидеон дернул ее так, что даже доводчик не сработал.

"Джи, ну прости! Я правда не хотел тебя обидеть! – написал он, но и это, и десятки следующих сообщений остались без ответа.

Гидеон был зол и обижен, и ощущал себя действительно как шлюха. Он позволил себе привязаться, думал, что их сблизила больница и реабилитация, но Макс оценивал все в денежные суммы. И от этого было больнее всего. Он не отвечал на его сообщения, понимая, что если позволит себе это сейчас, то потом будет давать и дальше поблажки, пока Макс не растопчет его без остатка.

А Макс изменился, Гидеон стал дорог ему. Но деньги его действительно испортили, он не вполне понимал, до какой степени обидел парнишку. Через пару недель Максимилиан осознал, что Гидеона ему не хватает, но тот умело избегал с ним встреч в университете.

Тогда он решил вернуться к прежней жизни и убедить себя, что ему не нужен какой-то нищеброд. Правда, получалось хреново. Макс это понял, очнувшись на непривычно твердой поверхности, а когда сел, понял, что он за решеткой.

Напротив него сидел его отец. Он был зол, почти в ярости, и лицо у него было точно маска древнего бога. Он взглянул на сына.

– Я хочу услышать от тебя только правду, – сказал он. – И от тебя зависит, помогу я тебе или нет.

О, если бы Макс ее знал. Он даже был не в курсе, за что его взяли. Пожалуй, все же не стоило столько пить. Но за злоупотребление алкоголем пока не сажают, значит, дело в чем-то другом.

– В чем дело, пап? – потерев щеки, спросил Макс.– В чем меня обвиняют?

– В хранении значительного количества наркотиков. Я сколько раз тебе говорил, чтобы ты не смел связываться с этой дрянью? – рыкнул он. – По твоей милости одна шлюха умерла от передоза.

– Чего? – Макс вытаращил на него глаза. – Какие наркотики, пап? Ты же знаешь, что я никогда не употреблял! Он стал судорожно соображать, как такое могло произойти. Единственное, что он себе позволял, это травка.

– Что значит, по моей милости? Я не покупал и не продавал ничего! Это какая-то ошибка! Ну пусть у меня возьмут анализ крови.

– У тебя его уже взяли под мою ответственность. Как ты сам не сдох от такого количества метамфетамина и кокаина, мне до сих пор любопытно, – ответил он. – Я просил тебя не врать. А ты делаешь это прямо мне в лицо.

– Что? У меня наркотик в крови? – Максимилиан замотал головой и чуть не упал от острейшей вспышки боли. Он вообще с трудом соображал, а хуже всего – никак не мог вспомнить, что было вчера.

– Я не вру, отец! Я никогда не употреблял наркотики… по собственной воле. Просто… дай мне отойти, и я все вспомню, – взмолился он.

– Твои отпечатки на купюрах со следами кокаина. Показания свидетелей – это отдельная глава кошмара. Тебе предоставят государственного адвоката. Я не буду вытаскивать тебя из этого дерьма, – вздохнул он, поднимаясь. – И мать тебе ничем не поможет. Ты тратил слишком много денег на развлечения, надеюсь, ты успел навеселиться впрок.

У Максимилиана такое просто не укладывалось в голове. И все же он до последнего надеялся, пока к нему действительно не явился государственный адвокат, представившись соответствующим образом. Макс буквально читал в его глазах – очередной мажор потерял страх и накуролесил.

Тем не менее, и адвоката он пытался убедить в своей невиновности. Он делал попытки связаться с матерью, но та лишь однажды ответила на его звонок, сказав «мне очень жаль, сынок», а потом больше не брала трубку.

Он был в отчаянии.

Гидеон узнал, что Макса исключили из университета и посадили, только через три месяца. Ему было его жаль, но с другой стороны, он явно заслужил такое наказание.

P.S. На следующей неделе обновления не будет, поэтому эта глава чуть-чуть больше. Гидеон и Макс вернутся 07.09. Спасибо!)