Глава 4

Процесс прошел показательно быстро – яркая и обличительная речь прокурора, вялая и невыразительная речь адвоката, и вот Макса уже уводят из зала после оглашения приговора – десять лет с возможностью обжалования не ранее отбытия трети срока.

Макс все пытался понять, кто же его так подставил. Пару раз в сознании возникало имя Гидеона, но он отметал эту мысль – ему просто не верилось, что тот способен на такое.

Гидеон вспоминал его довольно часто. Он думал над тем, что возможно мог бы помочь ему выбраться из этой пучины, но было поздно. Тот сел в тюрьму, как говорили. И в конечном итоге, к выпуску Гидеон почти забыл о нем. Получив диплом, он сразу же был принят в ординатуру профессора в клинике.

В то, что все это не дурацкий сон, от которого можно просто очнуться, Максимилиан окончательно поверил, когда его впервые поимели в задницу, естественно, порвав её. Но это был первый и единственный раз. После этого, когда была предпринята ещё одна попытка, Макс сломал потенциальному насильнику руку, отсидел в изоляторе и после этого к нему больше не цеплялись. В период изоляции он надеялся, что Гидеону было не так больно. Через три года он подал апелляцию, но права на досрочное освобождение смог добиться лишь ещё через два.

Максимилиан ждал дня освобождения, а когда вышел из ворот тюрьмы, идти ему было некуда. Идти к родителям смысла не было, к так называемым друзьям тоже. Отбывая наказание, Макс верил, что у него есть будущее, поэтому даже продолжил учёбу заочно и получил диплом, правда, конечно же, не столь престижного университета. Но с отбытым сроком в анамнезе его вряд ли возьмут учителем даже в самую крошечную школу далеко от столицы. Одолеваемый этими мыслями, он пошёл, куда глаза глядят, пока не добрел до какого-то паба. Больше пяти лет он не брал в рот алкоголя, да и не собирался, просто хотел где-то посидеть, подумать, как жить дальше.

Кое-какие мысли о том, кому мог перейти дорогу, у Макса все же были, но во время заключения сделать хоть что-то он просто не мог. Сейчас ему нужно было найти работу, чтобы начать зарабатывать деньги, а там, глядишь, что-то и выгорит. Зарабатывать он решил тем, что умел – знанием языков. А пока надо было найти ночлег.

Расплатившись за нехитрый ужин, он закинул сумку на мощное плечо – тренировки он не бросил и в тюрьме, и уже собирался уходить, когда в пабе завязалась потасовка. И все произошло слишком стремительно. Макс и ввязываться-то не собирался, просто чуть оттолкнул летящего на него парня, когда получил бутылкой по темечку.

За все это время Гидеон здорово изменился. Он стал хорошим врачом и много учился, постоянно совершенствуя свои навыки и знания. Он работал в клинике, в отделении травматологии, когда дело касалось головы или операций, связанных с нервами. Это было сложно, но именно этого Гидеон всю жизнь добивался. Он купил небольшую квартирку в хорошем районе недалеко от больницы и в один из дней случайно подобрал кота. Котенок прятался от снега под козырьком дома, черно-белый, как выяснилось в итоге. Гидеон сунул его себе за пазуху, тот трясся так, что на миг ему показалось, что трясется он сам. К лету котенок подрос и покруглел, обожал хозяина и тосковал без него, когда у него были дежурства, и спал исключительно у него на голове.

Гидеон собирался на ночное дежурство, заранее покомфортил Авиценну, его кота, оставил ему достаточно еды и направился в клинику. Его всегда это удивляло, все ехали домой с работы, а он наоборот. В клинике он принял смену у коллеги и успел даже пообщаться со своим курирующим врачом прежде чем тот ушел. Все было тихо, и он надеялся, что так ночь и пройдет. У него накопилось много бумажной работы, без нее никуда.

Все было тихо и спокойно, и Гидеон решил немного подремать, разобравшись с бумагами. Но едва он закрыл глаза, как его вызвали.

– Черепно-мозговая, везут на скорой, – пояснил врач. Гидеон кивнул, малая операционная была готова. Когда привезли пациента, тот был весь в крови и едва в сознании. Но его глаза он мог узнать где угодно.

– Документы? – все же спросил он у бригады, осматривая поступившего, проверяя реакцию зрачков и отправляя его на МРТ прежде чем смотреть рану и что-то с ней делать.

– Максимилиан Стэн, двадцать шесть лет, – отчитался парамедик, передавая пациента. – Драка в пабе, но в крови этого алкоголь отсутствует. Тут еще справка о том, что он только сегодня освободился. Видать, быстро соскучился по своим, – хмыкнул врач и, отсалютовав Гидеону, покинул больницу – дежурство только началось.

Ситуацию Макса немного усугубило то, что удар пришелся ровно на старую травму. Поэтому у него пока немного и двоилось в глазах.

– Черт возьми, – вздохнул Гидеон. Получив данные МРТ, он убедился, что травмированы только мягкие ткани и сотрясение мозга в придачу. Он справится с этим один и сделав обезболивающее, стал зашивать рану на голове. Как раз в это время Макс пришел в себя полностью.

– Не шевелись, пока я тебя зашиваю, – велел Гидеон, гадая, узнает ли Макс его в маске через столько лет.

Черт возьми, конечно же, он узнал. И глаза, и волосы, выбивающиеся из-под шапочки.

– Джи? – неверяще выдохнул он. Голос звучал хрипловато из-за того, что в горле пересохло.

– Ты стал врачом, – сказал он первое, что пришло в голову.

– Стал, – ответил он, аккуратно накладывая швы. – А ты вышел. Досрочно выпустили? – спросил Гидеон, посматривая на него, чтобы убедиться, что заморозка еще действует.

– Да, досрочно, – ответил он, стараясь не шевелиться. Все его мысли теперь были о том, чтобы Гидеон поскорее снял маску, чтобы увидеть его лицо полностью. Хотя, какой в этом смысл. Теперь они поменялись местами, и Максу в его мир хода нет.

– Что там с моей черепушкой? – спросил он.

– Ей неплохо досталось, но жить будешь, – ответил ему Гидеон. – Сотрясение и рваная рана. Ночь проведешь под наблюдением. Медсестра потом зайдет спросить номер страховки. Родителям сообщить, что ты здесь?

– У меня нет страховки, – ответил Максимилиан. – Пусть выпишут счёт, я все оплачу, – он прикинул, что ему должно хватить, но только собственно на медобслуживание. – Так что выписывай меня. И не надо никому сообщать, – он дернул плечом.

– Даже если у тебя нет страховки, я не имею права тебя выписать, – спокойно ответил Гидеон, понимая, что видимо, с семьей у него отношения совсем разладились.

– К тому же, ты все еще состоишь в системе национального здравоохранения, так что обойдемся без счетов, – он закончил шить и стал накладывать салфетку и бинт. – Как ощущения, не тошнит? Голова не кружится?

– Ты уверен, что у тебя не будет проблем, если ты меня оставишь? – у Макса были опасения, что Гидеон будет помогать ему по старой памяти. Хотя, если по справедливости, память эта была весьма неприятная, во всяком случае, для него. – Нет, чуть-чуть штормит, а так все в порядке! – заверил он, начиная садиться на кушетке.

– У меня будут проблемы если я тебя выпишу, – ответил он. – Подожди, не так резко, – он придержал его. – Нормально? – спросил он, придерживая его за плечи, – Посиди немного, я провожу тебя в палату, она уже должна быть готова, – заполнив медкарту и сняв с себя одноразовый халат, шапочку, маску и перчатки, он вывел его из малой операционной и повел в палату, – Переодевайся. Душ здесь, – он выдал ему больничную пижаму.

– Нормально, – кивнул Макс. Его немного штормило, но подняться он был в состоянии. Пока они шли к палате, он старался почти не опираться на Гидеона и украдкой его рассматривал.

– Хорошо. Спасибо, – кивнул он и тут же стал раздеваться, за годы в тюрьме отвыкнув смущаться. – Может, оно и к лучшему, – пробормотал он себе под нос

– Что к лучшему? – спросил Гидеон, взглянув на него краем глаза. Тюремных татуировок видно не было, и весь он как-то возмужал, не осталось ничего от прежнего парня. Совсем другой.

– А? – раздевшись до трусов, Макс выпрямился. – Да я думал, где переночевать, к тут так сложилось, – он хмыкнул без улыбки и, прихватив пижаму, направился в душ. Конечно, эта палата и близко не была похожа на ту, в которой они лежали пять лет назад. Но это не была камера, а это главное.

Его слова задели Гидеона, и он проводил его взглядом. Он попросил медсестру принести чай для Макса. Есть ему пока было нельзя, а вот пить можно. Дождавшись его возвращения, он помог ему лечь в постель и велел пить чай.

– Рассказывай, что с тобой случилось.

Выйдя из ванной в пижамных штанах, Максимилиан искренне удивился, увидев Гидеона в своей палате.

– В смысле? – он уселся в кровати и обхватил руками чашку. – Я попал в тюрьму, отсидел, вышел. Вот и вся история. Или ты имеешь ввиду сегодняшние события? Так это вообще глупость – ни за что, ни про что получил в пабе по башке, хотя не трогал никого.

– Нет, я хочу понять, как теперь складывается твоя жизнь, – ответил он. – Ты сказал, что не знаешь, куда идти и где ночевать.

– Да пока ничего еще не складывается, – он пожал плечами. – Я закончил образование. Думал попытаться найти работу, а пока переночевать в хостеле. Отец, еще до выдвижения обвинения сказал, что не хочет иметь со мной дела, так что рассчитывать мне не на что, – он не жаловался, просто говорил, как есть.

Гидеон жалеть его не собирался, просто понимал, что все случилось как случилось.

– Кем ты собираешься устроиться? – поинтересовался он, сидя возле его постели, как когда-то.

– Преподавать меня не возьмут, да это и не мое. Я думал переводами заняться, – ответил он. – В какую-нибудь редакцию ткнуться.

– Работать с детьми тебя не пустят, это так, но взрослые группы вполне, – ответил он, подумав.

– Репетиторство и все такое.

– Попробовать можно, но тоже вряд ли, – он сомневался, что кто-то захочет брать бывшего уголовника для работы с людьми. – Но я попробую узнать.

Гидеон не стал ему ничего обещать, но у него было несколько контактов, кого можно попросить о помощи. Он много делал одолжений людям, а сам за помощью не обращался почти никогда. Пришло время собрать долги.

– Ничего, как-нибудь все устроится, – ответил парень. – Ты завязал с наркотиками?

– Я не употреблял наркотики, – на миг в глазах Макса вспыхнула злость. Почему-то от Гидеона, который курил с ним травку, слушать это было особенно обидно. – Кроме травы никогда ничего не было, – ответил он и сполз на кровати, устроившись на боку.

– Даже если раньше было так, в тюрьмах часто усугубляют, – ответил он. – Но я рад, что ты чист. Отдыхай. Я зайду утром.

В ответ Макс только дернул плечом. Конечно, у Гидеона были все причины не верить ему, особенно, учитывая его прежний образ жизни. И все же, он почему-то надеялся на другое отношение. Не понятно, с чего. Он только кивнул в ответ, закрыл глаза и моментально отключился.

Гидеон зашел к нему утром, принес ему завтрак и осмотрел.

– Зрачки вернулись в норму, это хорошо, – он проверил реакцию. – Ешь и собирайся, я заканчиваю через час, поедешь со мной.

Дав себя осмотреть, Макс уже собирался приступить к завтраку, но замер.

– Куда? – нахмурился он. – Ты же сказал, все в норме. Мне не нужны больше никакие обследования.

– Тебе негде жить, у меня есть гостевая комната. Крошечная, там стоит сушилка, но тебе хватит, – ответил он. – Кровать, шкаф, стол и кресло. Подойдет?

– Подойдет, – механически ответил Макс, а потом мотнул головой. – Зачем тебе это? Я не просил у тебя помощи.

– Я знаю, – ответил он, пожав плечами. – Считай, что я возвращаю старый долг.

– Ты мне ничего не должен, – Макс почему-то очень хорошо помнил их последнюю встречу и то, что так и не смог объясниться.

– Мы будем тратить время на споры, или ты просто согласишься? – спросил Гидеон, ужасно уставший после дежурства. Помимо Макса, под утро ему привезли огнестрел, и последние четыре часа он спасал молодого парня от смерти.

– Хорошо. Но только на сегодня, – Макс кивнул, не собираясь селиться у него.

Он быстро поел и стал переодеваться. Благо, одежда не слишком пострадала.

Гидеон пришел к нему, отдал ему медкарту и назначенные препараты. Потом они вышли из клиники и сели в метро. Через пару станций они были на месте. На пороге квартиры Гидеона уже встречал Авиценна и тут же вспрыгнул ему на плечи, изо всех сил потираясь об его голову, выражая радость.

– Заходи. Это Авиценна, он довольно добрый, но осторожный, – он хотел было добавить про своего бойфренда, которого кот игнорировал, но не стал.

– О, так ты исполнил свою мечту, – Макс не мог не улыбнуться, внутренне порадовавшись, что у Гидеона все хорошо. – Привет, Авиценна, – он медленно протянул руку к коту, чтобы тот мог ее обнюхать. – Прости, дружище, наверное, больницей пахнет.

– Он привык к такому запаху, – ответил он и вспомнил их разговор. До этого он не задумывался об этом,. – Получается, что да, исполнил, – кивнул он. Внезапно кот перебрался на руки Макса и обнюхивал его очень внимательно.

– А, так ты лекарственный токсикоман? – хмыкнул Максимилиан, бросив сумку на пол, чтобы держать кота двумя руками, позволяя ему знакомиться с собой.

– Ты ему нравишься, – с некоторой долей удивления отметил Гидеон, вытаскивая сушилку из гостевой комнаты. Он принес туда одеяло и подушку, чистое белье, полотенце и пижаму.

– Я все равно рекомендую тебе постельный режим, читать не стоит, вот мой планшет, можешь что-нибудь посмотреть. В холодильнике есть еда, с кофеваркой разберешься. Извини, но я в душ и спать, было тяжелое дежурство.

– И он мне нравится, – ответил Макс, наблюдая за перемещениями хозяина квартиры, и кивнул. – Хорошо, спасибо.

Когда Гидеон ушел, он заглянул на кухню, так и держа кота на руках. Но, когда из спальни послышалось шуршание, кот все же спрыгнул с его рук, занимать свой пост рядом с хозяином.

Поначалу Максимилиан действительно пытался соблюдать режим, взяв планшет и пытаясь найти работу. В пару редакций он направил письма, сразу не скрывая свое прошлое. Но потом больше лежать не смог. Изучить содержимое холодильника, Макс сходил за продуктами и, вооружившись планшетом, стал готовить самое простое – пасту. Он хотел сделать для Гидеона хоть что-то хорошее.

Гидеон проснулся часов в пять вечера. Кота рядом не было, и пахло едой. Он подумал, что может быть, пришел Алекс, у него были ключи, но заглянув на кухню, понял, что нет.

– Ты умеешь готовить? – удивился он.

– Не-а, не умею, – честно ответил Макс, повернувшись к нему. – Но я попробовал. Вроде съедобно.

Пасту он готовил самую простую – с грибами и курицей.

– Решишься?

Гидеон кивнул. Привередливым в еде он так и не стал.

– Знаешь, очень даже вкусно. Если не получится с преподаванием, ты можешь пойти в повара, – предложил он, попробовав.

– Думаю, в Лондоне у меня будет слишком большая конкуренция, – хмыкнул он, польщенно улыбнувшись. – Я отправил письма в пару редакций. Может, что и выгорит.

– Я написал своей знакомой, она фанатка Латинской Америки и работает с ними. Давно ищет возможность бюджетно выучить испанский, с ее графиком ни одна школа не подойдет. Возьмешься? – спросил он.

– Ты ее предупредил о том, что я отсидел? – сразу спросил Макс, только потом сообразив, что Гидеон уже успел с кем-то связаться, устраивая его жизнь. – Джи, ты не обязан все это делать.

– Да, предупредил. Она спросила только, убил ли ты кого-нибудь или нет. Все остальное ей по барабану, – ответил он. – И давай не будем обсуждать, кто кому что должен.

– Надо же, какая толерантность, – Макс покачал головой и поднял взгляд. – Спасибо тебе. Я завтра же придумаю что-нибудь с жильем и не буду тебя стеснять.

– Моя сушилка как-нибудь переживет без отдельной комнаты, – ответил он. Кот сидел на коленях у Макса и жмурился. – Прикормил его?

– Просто угостил курицей, – ответил он, почесав кота, и напрягся. – Ему ведь можно сырую курятину? Он ел её с аппетитом.

– Ему все можно. Огурцы он трескает с не меньшим аппетитом, – ответил он, кивая, – Как у тебя самочувствие?

– А, тогда ладно, – он кивнул и снова расслабился. – Все в порядке, голова не кружится. Спасибо, – поблагодарил он.

– Хорошо. Чуть позже посмотрю твою рану и поменяю повязку, – он зевнул, все еще приходя в себя.

– Хорошо, – Макс кивнул и, когда Гидеон поел, осторожно пересадил кота на стул и собрал тарелки со стола. – У тебя симпатичная квартира.

– Спасибо, – Гидеон кивнул. – Я выплатил последний взнос полгода назад. Твои деньги пригодились, – признался он.

– Я… я рад, что смог помочь тебе, – их последняя встреча по сей день не шла у Макса из головы. -Джи, слушай, я правда не хотел тебя обидеть, и тогда я платил не за секс. Я просто хотел тебе как-то помочь, потому что ты начал много для меня значить. И это просто был повод.

Гидеон кивнул.

– Все это в прошлом, – ответил он. – Мы оба изменились и повзрослели. И оценки тоже.

Максимилиан тоже кивнул и вернулся к уборке.

– Ты всегда в ночную работаешь? Сейчас что будешь делать? – он глянул на часы и осторожно, чтобы Гидеон не заметил, взялся за край раковины – головы закружилась.

– Нет, не всегда, выпадает несколько дежурств в месяц, – Гидеон все равно заметил, глаз у него был наметан, и тут же подхватил его под локоть. – Я же говорил, нужно отдыхать, – он повел его в комнату.

– Эй, ты чего? Куда ты меня тащишь? – Макс попытался возмутиться, но Гидеон так умело вёл его и не менее умело уложил в кровать, так что даже сопротивляться не было возможности. – Ну вот чего ты?

– Еще пара минут и ты бы рухнул в обморок на моей кухне, и выволочь тебя лежа было бы куда сложнее, – ответил Гидеон. – Лежи, я принесу твой чай.

– Не такой уж я немощный, – тихо проворчал Макс. – Господи, да не собираюсь я вставать! – он закатил глаза, когда прибежал Авиценна и устроился у него на груди.

– Ему виднее, – ответил Гидеон, вернувшись с кружкой. – Сейчас голова кружится?

– Нет, сейчас не кружится, – покачал головой Максимилиан. – Да ну не встаю же я, просто сесть хочу, – объяснил он коту, когда тот в ответ на движение слегка запустил коготки в его кожу.

– Рефлексотерапия, – хмыкнул Гидеон, глядя на это. Он хотел еще что-то сказать, но у него зазвонил мобильный и он вышел на кухню.

Устроившись на кровати, Макс взял свою чашку и стал пить чай, почесывая кота.

– Что, дружище, у Джи часто бывают пациенты на дому, и ты ему ассистируешь? – с улыбкой спросил он. Кот мурлыкнул, ластясь к его руке.

– Нет, сегодня не стоит приезжать. Я после ночного, на ногах еле стою. И у меня друг в гостях. Нет, ты его не знаешь. Учились вместе. Давно не видел. Нет, он останется у меня на некоторое время. Я потом тебе объясню, – донесся голос с кухни.

Подслушивать Макс не хотел, но квартира была слишком небольшой, и его комната слишком близко к кухне. Было очевидно, что из-за его присутствия у Гидеона откладываются какие-то планы.

– Джи, слушай, я правда могу перекантоваться в хостеле, – предложил он, когда Гидеон вернулся. – Тебе не обязательно отменять свои планы.

– Ты не отменяешь мои планы, – ответил он. – Просто…кое-кто хотел приехать. На ночь. Я не в силах все равно, и честно говоря, не желаю даже общаться с кем-то. Так что ты можно сказать…удобный предлог.

– О.... ну хорошо, – Макс кивнул и сделал еще глоток чая. – Твой парень? – не сдержал он любопытства, рассудив, что о девушке Гидеон отзывался бы иначе.

– Наверное, – он пожал плечами. – Можно и так сказать. Мы спим вместе время от времени.

– Понятно, – Макс снова кивнул, но больше ничего расспрашивать не стал. – Тебе когда теперь снова на работу?

– Завтра смена с девяти до шести, – ответил он. – Плановые операции. А что?

– Просто интересно. Тогда я завтра уйду вместе с тобой, потыкаюсь насчет работы, и, если той девушке будет удобно, встречусь с ней, – предложил Макс.

– Завтра ты останешься дома, если не хочешь упасть на улице, и треснуться головой еще сильнее, – возразил Гидеон. – Ты никак не поймешь, что травма такого рода – далеко не шутки.

– Ты невозможный, – он закатил глаза, но выбора у него, видимо, не было. – То есть, мне предстоит завтра целый день торчать дома? Просто запрешь меня и уйдешь?

– Да, именно так и сделаю, – кивнул он. – Завтра тебе уже можно будет читать. И с тобой остается кот.

– Только это и обнадеживает, – Макс хмыкнул, погладив кота, который дремал у него на коленях.

– Ты даже матери не сообщил, что вышел? – спросил он, вспомнив то, как они разбились на машине.

– У меня нет с ней связи. Я пытался ей дозвониться, еще до суда, она ответила лишь однажды, а потом просто не брала трубку, – он старался говорить безразлично, но было видно, что его плечи окаменели от напряжения. – Они вычеркнули меня.

– Я думал, они вытащат тебя. Почему так случилось? – спросил он тихо.

– Потому что отец не захотел слушать мою версию случившегося. У меня в крови была какая-то дикая смесь наркоты, вообще странно, как я не откинулся с такого, – невесело хмыкнул он. – И он решил, что я связался с этим. И вытаскивать из такого он меня просто не захотел.

– Но ты не помнишь, как все было? – спросил Гидеон. – И доказать не смог.

– Я вспоминал все отрывками, не сразу. Но это не имело значения. Мой адвокат все равно ничего не сделал бы для того, чтобы меня вытащить, – он пожал плечами. – Но ничего, я еще поквитаюсь, – хмуро пообещал он, глядя в пространство.

– Каким образом и с кем? – спросил Гидеон, взяв его за руку, как когда-то. Это был неосознанный жест поддержки.

Едва заметно вздрогнув, Макс повернулся к нему.

– Я знаю, кто меня подставил, – тихо ответил он, сжав руку Гидеона. – На рождественской вечеринке я отшил одну девчонку, сделал я это грубовато – прямо над ней, так сказать, сказав, что у меня на нее не стоит. На последней вечеринке, с которой меня замели, она тоже была, и угощала меня пивом. А потом у меня только отрывки воспоминаний.

– Ты уверен, что месть, это лучший выход? – спросил Гидеон, взглянув на него и вздохнув. – Она убивает тебя изнутри. Справедливость должна восторжествовать, но месть – это перебор.

– И что ты предлагаешь? – спросил Максимилиан. Нет, он не жил местью все эти годы, но все его существо требовало возмездия.

– Придумать грамотный план, посоветоваться с юристом, разыскать материалы твоего дела и понять, в каком направлении двигаться. У тебя нет финансового парашюта, а если ты выкатишь обвинения, сам можешь нарваться на иск о клевете, – ответил ему Гидеон.

– Вообще-то я и не собирался врываться к ней домой и душить ее подушкой, – хмыкнул Макс.

– И пока у меня нет денег на все то, что ты сейчас озвучил, я и не собираюсь ничего предпринимать, я все это прекрасно понимаю.

– Просто я хочу знать, что ты не станешь делать глупости, – ответил ему Гидеон. Он зевнул и потер лицо. Он все еще был уставший.

– Ладно, я пойду лягу спать, иначе завтра усну на операции. А ты не геройствуй, восстанавливай силы.

– Я не стану делать глупости, – пообещал он. – Спокойной ночи, Джи. Да-да, ты тоже можешь идти, я не буду прыгать в окно и ломиться в дверь, – заверил Макс кота, когда тот проводил взглядом хозяина.

Кот только фыркнул и остался лежать у него на коленях, мол, глупый ты человек, не понимаешь своего счастья, что я лежу на тебе.

– Спокойной ночи, Макс, – пожелал Гидеон и ушел к себе.

– Ты образцовый медбрат, – улыбнулся коту Макс.

Он все же поднялся, чтобы умыться, когда ванная освободилась, но даже в душ лезть не стал, только почистил зубы и вернулся в комнату.

Кот все так же смирно дожидался его на постели, свернувшись калачиком возле подушки и кося на него ярко-желтым глазом и нетерпеливо помахивая хвостом.

– Не боишься, что Джи на тебя обидится? – все же спросил Макс, медленно опускаясь обратно в постель, чтобы у него не закружилась голова.

Кот коротко мявкнул, дождался что тот уляжется на подушку и лег к нему на голову, видимо, собираясь лечить его сотрясение.

– Ну как знаешь, – не стал спорить Макс, почесал его и почти сразу отрубился, не иначе усилиями кота.

Гидеон проснулся рано, наконец-то ощутив себя бодрым и отдохнувшим. Он сварил кофе и сделал легкий завтрак и не стал будить Макса. Покормил выползшего из его комнаты Авиценну.

– Лечил его, поди? – хмыкнул он. Кот самодовольно смотрел на него и мел хвостом по полу, пока Гидеон наполнял его миску. В его взгляде читалось – скоро будем лечить вместе, я-то все вижу.

Гидеон оделся и собрался выходить, как в дверь позвонили. Он открыл и вздохнул, увидев там своего бойфренда.

– Привет. Зачем приехал? У меня смена через час, – он поцеловал его в щеку.

– Я помню, – Алекс оттеснил его обратно в квартиру. – Решил предложить тебе утренний бодрящий секс, а потом отвезти тебя на работу, – он обнял Гидеона за талию и замер, увидев выползшего из комнаты Макса – помятого, в одних трусах. Его разбудил звонок.

– О… простите, – он тоже замер, виновато посмотрев на Гидеона. – Джи, я могу пойти погулять.

– С сотрясением мозга ты можешь гулять вокруг кровати, – выдохнул покрасневший Гидеон.

– Алекс, у меня четыре плановых операции, какой бодрящий секс? – прошептал он, сделав большие глаза. – Возвращайся в машину, я сейчас спущусь.

– Может, ты нас хотя бы познакомишь? – Алекс явно не спешил уходить, не желая оставлять Гидеона с этим парнем в одних трусах, под которыми легко различался внушительный член. Да и все тело не подкачало.

– Господи боже, – Гидеон вздохнул. – Знакомьтесь. Это Максимилиан, мой однокурсник, это Алекс, мой друг, – представил он их друг другу.

Сейчас явно не стоило уточнять, что Макс учился на два курса старше и на другом факультете. Он просто протянул руку для приветствия, виновато улыбнувшись.

– Привет, – поздоровался он. – Сорри, чувак. Я правда скоро свалю.

– Я тебе потом все объясню, – пообещал Гидеон. – Ты быстро в постель, а ты в машину, если я хоть из-за одного из вас опоздаю на работу, вам мало не покажется.

– Пока, – Макс шагнул к комнате и подхватил на руки кота, который наступил лапой ему на ногу.

Гидеон подхватил пальто и сумку, проверил мелочь и пошел вниз за Алексом. Сев в машину, он пристегнулся.

– Что за взгляд? – он посмотрел на Алекса.

– Взгляд из серии "у тебя по квартире ходит полуголый парень", – ответил Алекс, заводя машину.

– Я медик, в моей профессии часто бывают голые люди, – ответил ему Гидеон. – И спал он в гостевой.

– Они бывают в больнице, – дернул плечом Алекс. – Он правда скоро съедет от тебя?

– Да, как только найдет жилье. Ему пока некуда идти. Когда-то он помог мне, теперь я помогаю ему. Все просто, – пожал он плечами.

– Хм, ну ладно, – Алекс удовлетворился этим объяснением. – Тогда, может, вечером поедем ко мне? Или ты не решишься оставить его одного в квартире?

– Боюсь, пока не решусь. У него была серьезная травма головы, – ответил он. – Завтра может быть.

Вообще-то Алекс имел ввиду сохранность имущества, но уточнять не стал, только кивнул.

– Хорошо, тогда созвонимся, – предложил он, подъезжая к больнице.

– Созвонимся. И не ревнуй, – попросил он, поцеловав его в щеку.

– Ладно, – он хмыкнул, дождался, когда Гидеон войдет в двери больницы, и поехал в офис.

Макс, оставшись дома еще немного доспал, потом позавтракал, послушно выпив оставленные ему таблетки, и засел за планшет на предмет поисков работы.

День у Гидеона и впрямь был тяжелый. Первые три операции прошли по плану, а вот последняя, на которой он ассистировал своему профессору-куратору, привела всех в шок. Молодую девушку привезли из онкологической клиники, у нее была чудовищно сложная опухоль, и шансы на спасение были почти нулевые.

– Молодые люди, если мы справимся, мы спасем ей жизнь. И дадим ей будущее, – напутствовал врач, увидев новообразование во всей экспозиции и приступил. Операция затянулась на восемнадцать часов, и это были тяжелые часы, растянувшиеся в вечность. Но девушка в конце осталась жива и должна была пойти на поправку.

Кое-какие наметки по работе у Макса появились. Он даже взял пару заказов на переводы. Ближе к вечеру, прикинув, что скоро должен появиться Гидеон, он решил приготовить ужин. Правда, инспекция холодильника оказалась неутешительной, поэтому он предельно осторожно добрался до магазина.

Дома он запек картошку с курицей в духовке, ожидая Гидеона часам к восьми. Но в девять он еще не переживал. В одиннадцать Максимилиан стал звонить ему на мобильный, а в два ночи додумался позвонить в больницу. Выяснив, что ждать его бесполезно, Макс лег спать, а когда проснулся и снова позвонил в больницу, обнаружив, что один в квартире, ему сообщили, что операция только закончилась. Максу снова ничего не оставалось, кроме как ждать.

После операции хирург всех поблагодарил, и отдельно поблагодарил Гидеона, который часто подменял его, чтобы пожилой врач мог отдохнуть и набраться сил для решающего этапа операции. Они филигранно отделили опухолевые сегменты от мозговых долей, чтобы сохранить девушке нормальное функционирование в дальнейшем. Гидеон был рад, но устал он просто смертельно. Он едва не уснул в душе, скинул Алексу смс, что "будет в анабиозе" – так он обозначал сутки сна после тяжелых операций, вызвал такси и поехал домой. Перед глазами плясали черные точки, голова кружилась, и он, расплатившись, буквально вывалился на улицу. Водитель бросил ему вслед, что пить с утра дурной тон, но Гидеон даже возразить не мог и просто поднялся к себе. Дверь он открыл попытки с четвертой и ввалившись в квартиру, сел на пол, прислонившись к двери и пытаясь разуться без помощи рук.

Поначалу Макс не понял, что это за звуки, а когда вышел в коридор, Гидеон уже ввалился в квартиру.

– Господи, да ты еле живой, – он опустился перед парнем на колени, помог ему разуться, снял куртку, а потом уже потянул на себя, помогая подняться.

Макс довел его до комнаты, а джинсы стягивал с уже спящего.

Гидеон отключился, автопилот, доведший его до квартиры, сделал свое дело. Пару раз он засыпал на коврике у двери, через пару часов просыпался от неудобной позы и переползал в кровать, а тут вырубился сразу же, рухнув поперек постели, едва Макс довел его до комнаты. Кот беспокойно ходил туда-сюда и трогал хозяина лапой – живой ли?

– У него была сложная операция, – объяснил ему Макс. Разговаривать с животным было для него чем-то совершенно привычным. Понимая, что Гидеона сейчас ничто не разбудит, Максимилиан раздел его, устроил в удобной позе, укрыл и, задернув шторы, вышел из комнаты. К счастью, у него была работа, иначе он с ума сошёл бы от безделья.

Кот побыл с Гидеоном, потом пошел проверил, как дела у Макса и свернулся у него на коленях калачиком, тихонько мурча. Часов через пять проснулся Гидеон, его разбудил мобильник.

– Да, Алекс, – зевнул он. – Я же тебе скинул смс. Я не мог ответить на звонок, я был в операционной. Сколько? Восемнадцать часов кажется. Была тяжелая операция, Алекс. Ты правда хочешь сейчас слушать подробности? – в голосе у него прорезалось легкое отчаяние.

Кот ничуть не мешал Максу, время от времени он задумывался и тогда почесывал его. Поначалу ему показалось, что голос ему послышался, но потом он прозвучал отчетливее. Держа Авиценну на руках, он дошёл до комнаты Гидеона и тихонько приоткрыл дверь.

– Позвоню позже, я устал, Алекс, – зевнул он и сбросил звонок, услышав шаги, он повернул голову к двери. – Ты меня дотащил, да?

– Ну, формально, довел, – уточнил Макс. – До кровати ты ещё перебирал ногами. Поешь или будешь дальше спать? – спросил он, понимая, что пробуждение было вынужденным.

– Надо поесть, – он поморгал воспаленными глазами, понимая, что ел почти сутки назад, и стал выбираться из постели.

– Лежи, я принесу, – сразу отреагировал Максимилиан и отпустил кота, зная, что он задержит хозяина. А Макс пока пошёл на кухню. Авиценна тут же бросился ему на грудь, не давая встать и стал бодаться и тереться, и пускать в него коготки, так что Гидеону пришлось сдаться под его напором. Пока кот удерживал Гидеона, Макс разогрел курицу с картошкой, налил чай и, переставив все на поднос, вернулся в комнату.

– Вот, я вчера ел, вроде съедобно получилось, – он присел рядом.

– Ходил в магазин? – спросил он, благодарно кивнув и принимаясь за еду, стараясь не очень торопиться и угощая кота курицей. – Очень вкусно.

– Да. Очень осторожно! – поспешил заверить он и улыбнулся, радуясь, что Гидеону нравится. – Авиценну я тоже покормил, – на всякий случай уточнил он. – Как же он у тебя, когда ты вот так пропадаешь?

– У него всегда еды с запасом и воды тоже, – ответил он. – Так что он уже привык. Такое не прям уж часто бывает, но случается.

– А, тогда ладно, – он кивнул, поглаживая кота. – А теперь спи, – Макс забрал поднос, когда Гидеон поел и выпил чай.

– Спасибо, – отозвался Гидеон. – Правда, большое спасибо, – он обнял подушку и практически сразу уснул.

– Не за что, – Макс улыбнулся и, забрав поднос, ушел на кухню.

Сам он поужинал через пару часов, а перед тем, как пойти спать, снова заглянул к Гидеону. Тот разметался по кровати, скинув с себя одеяло, и Максимилиан, как наяву вспомнил, как с ним было хорошо. Черт, да ведь ему ни с кем и никогда не было так хорошо, а он все проебал. Или не все? Хотя, едва ли Гидеон захочет снова иметь с ним дело.

Гидеон спал крепко, раскрывшись и откинувшись на подушках, кот свернулся клубком у него под боком, и они сопели в унисон, даже похрапывая. Кажется, Макс потерял счет времени, совершенно не задумываясь, каким маньяком выглядит со стороны. И только поймав себя в шаге от кровати, поспешил сбежать в ванную под холодный душ. И все равно ему всю ночь снился Гидеон и проснулся он с полноценным стояком.