Эпилог
Софья стояла на самой высокой башне замка. Незадолго до приезда гостей, выяснилось, что сигать в Очищающий огонь драконы будут голыми. Соне и таким же как она невестам, женам и прочим родственникам разрешалось смотреть на действо лишь издалека. Посторонних не допустили к Источнику вовсе не от стеснения за наготу, а по требованию древнего ритуала – дабы и без того нервничающих юнцов не смущать. В этот раз в роли юнцов выступали даже драконы-старожилы. Как сказал один из них, потрясая рукой с дряблой кожей: «Драконы стыда не имут!». В этом Софья однажды убедилась: она помнила, с каким независимым видом вышагивал Эрли, после того, как выбрался из озера, и только скулящий Шезган портил картину великолепного шествия истинного дракона.
- Эрли, давай! – не удержалась и крикнула она стоящему внизу мужчине. Лорд Асдиш посмотрел наверх и широко улыбнулся. Его нагое тело было натерто ритуальными маслами, отчего каждый мускул казался рельефным.
- Они не люди, они боги! – произнесла рядом стоящая женщина, восхищенная зрелищем.
- Главное, чтобы они в это не поверили, - ответил ей отец семнадцатилетнего мальчишки, мать которого происходила из драконьего рода. Его сыну тоже предстояло испытать себя. – Иначе история вновь повторится.
Источник ревел и плевался искрами. Столб пламени был настолько широк, что с трудом представлялось, как можно было войти в него и не сгореть заживо.
- А волосы там опалятся? - молоденькая девушка в волнении вертела на пальце кольцо, по блеску которого можно было определить, что надела она его совсем недавно. – Я так люблю длинные волосы мужа.
Присутствующие на башне задумались.
- Я думаю, этого не знают и сами драконы, - Софья тоже любила волосы Эрли, но они были последним, о чем она пожалела бы, доведись их потерять. – Все происходит впервые за пятьсот лет.
Тишину разорвали барабаны. Огромные нагие барабанщики, мерно колотя по натянутой коже, давали знать, что ритуал возвращения драконов в мир начинается.
Испытуемые расступились, освободив дорожку к Источнику.
- Дум-м-м! – пророкотал самый большой барабан.
Лорд Асдиш застыл в начале славного пути. Софья видела это именно так. Вот он приготовился - его тело напряглось будто пружина, готовая выстрелить.
- Дум-м-м! Дум-м-м! – поторопил голосистый великан. И Эрли сорвался. Он бежал легко и так же легко прыгнул в огонь.
Соня закусила палец.
«Один, два, три, - считала она, все больше отчаиваясь. – Эрли, ну же!»
Мощный всполох пламени отделился от Источника, и все задохнулись от изумления: огромный дракон, по телу которого скакали огненные искры, громогласно затрубив и расправив широкие крылья, сделал несколько шагов к краю утеса и сиганул с его высоты вниз. Поверхность моря зашипела-забурлила, пошла рваными волнами, а потом выплюнула великолепного краснокрылого ящера. Тот, продолжая трубить, кругами летал над Драконьим замком, подбадривая своих сородичей.
Как ни странно, следующим в Источник кинулся тот самый семнадцатилетний мальчишка. Отец его от страха закрыл глаза и принялся шептать молитвы.
- Смотрите, вон ваш сын!
Дракон, гораздо меньший по размеру, но такой же красивый, гибкий телом и ловкий, выделывал в воздухе кульбиты – а как еще могут себя вести мальчишки? Радостно возвестив всему свету, что он все-таки дракон, сын покружил над башней, а отец не сдержал слез гордости.
- Я ж его мать как увидел, так и влюбился. Пять лет осадой брал, а она ни в какую. Потом поняла, что я упорный и никуда не уйду, сдалась.
- А где она сейчас? – Софья приготовилась слушать печальный рассказ, поскольку матери рядом не было, а какой драконихе не захочется увидеть первый полет сына?
- Она дома с маленьким. Их всего у нас восемь. Каждые два года, стало быть, по дракончику.
А драконы в небе множились и множились.
***
- Дядька Кухмир, глядите! Они точно птицы над скалами кружат, – служанка выскочила на крыльцо трактира. За ней следом другие. С мест поднялись и многочисленные посетители. Со стороны деревни замок виден не был, но исполняющие ритуальный танец драконы смотрелись как на ладони. – Жутко-то как!
- Как же теперь жить будем, - схватилась за ворот платья подавальщица, - когда неизвестно кто перед тобой - человек или дракон?
- Обсчитаешь такого, а он раз и слопает, - хохотнул торговец рыбой и звучно шлепнул по заднице напуганную женщину. Та в ответ отвесила оплеуху.
- Эй! Эй! Не баловать! - строго зыркнул трактирщик, и его взгляда оказалось достаточно, чтобы торговец притих. - Как жили, так и будем жить. Нам, простому люду, разницы нет, кто на троне сидит. Главное, чтобы налогами да войной не душили.
– А вот мне интересно, - вмешался в разговор конюх, - как виверн заставят шагнуть в огонь? Они же сейчас точно животные, а не всякой твари на словах объяснишь, что с ней в пламени ничего не случится.
***
Софья замерла, когда перед Источником появилась знакомая черная виверна. Ша трясла головой, стремясь стряхнуть с себя узду, за которую ее вел Шезган. Он, один из немногих, кто еще не входил в Источник, вел себя спокойно. Видимо, боялся испугать гванеровского ящера, и без того рвущегося прочь от огня.
Шезган погладил по морде Ша, и та разложила одно из крыльев, по которому наездник забрался на нее. Без седла, без плети, лишь с уздечкой в руке, мужчина смотрелся мелкой блохой на ее широкой спине. Он ударил пятками, принуждая виверну сделать шаг к огню. Ша воспротивилась, заревела, попыталась скинуть седока.
- Шезган, закрой ей глаза! – крикнула Софья и, сдернув с себя широкий шарф, защищающий от осеннего ветра, скинула вниз. Соня не раз видела, как такое проделывали крестьяне, принуждая лошадь доверять человеку. Не видит опасности – не сопротивляется.
Уловка с шарфом помогла. Ша с седоком на спине прыгнула в огнь. И вскоре в небо взмыл красный дракон с черноволосой женщиной в лапах. Оба исчезли в водах моря, а когда появились, то выяснилось - они на поменялись ролями: смеющаяся Ша оседлала хорошо знакомого Софье дракона.
Праздник не удался лишь для двоих – они так и не решились испытать себя Источником, и в сопровождении родных вернулись в деревню. Кухмир их встретил и по-отчески успокоил. Человеком тоже быть хорошо!
Эрли открыл портал, чтобы отвести домой Софью. Драконы собирались пировать до утра. Нечего невесте лорда Асдиша делать в замке, кишащем возбужденными мужчинами, ищущими на свою голову приключения.
***
Прошел еще один месяц, и Золотой храм округа Эль колокольным звоном возвестил о наступлении даты торжества: король Дамарии женится на своей возлюбленной.
Собравшийся на площади народ волновался. В последний раз столь грандиозное событие довелось наблюдать около двадцати пяти лет назад. Тогда на невесту короля молились, как на женщину, принесшую мир. Открывшийся обман, а Таллен Третий не стал скрывать, насколько оказался слеп, поразил и, вопреки предсказанию некоторых придворных, что грядет смута, сплотил дамарцев. Они вдруг увидели в Таллене человека, а не правителя, со всеми его слабостями, переживаниями, стремлением любить и обрести счастье даже в таких неоднозначных условиях.
Молва о принцессе-крестьянке, обстоятельствах ее рождения и воспитания в семье кузнеца, сделала Софью живой легендой. Столичные модницы вдруг поменяли вычурные фасоны платьев на безыскусные, но милые в своей простоте. Правда, веяние это продержалось совсем недолго – до свадьбы королевской четы, где случилось одно немаловажное и влияющее на вкусы людей событие. Свадебное платье невесты короля настолько взбудоражило умы стремящихся к красоте и изяществу, что его фасон и отделка скрупулезно копировались. Портнихам позволялось менять лишь цвет и количество нашитых бусин: жемчуг моментально взлетел в цене и сделался, ни много ни мало, символом достатка. Некоторые дамы так пыжились показать свое превосходство, что, облаченные в тяжелейшие наряды, едва таскали ноги. Все это будет, но потом. А сейчас трубачи, стоило отгреметь колоколам, схватились за свои сверкающие под лучами Лейрены горны, и протрубили начало церемонии.
К королевскому дворцу подъехала открытая карета, запряженная четверкой белоснежных лошадей. По ковровой дорожке, длинным языком простирающейся от парадных дверей до самой последней ступеньки, торжественно спустилась пара: Таллен Третий в белом мундире, расшитом серебром, и его невеста в невероятно красивом платье, украшенном жемчугом. Светлые волосы Милены, собранные в затейливый узел, венчала россыпь мелких цветов, что вместе с жемчужинами оттеняли ее нежную кожу. Никакой фаты, длинного шлейфа и нагромождения украшений.
Как только «молодые» сели в карету, колокола вновь зазвонили, но четверик лошадей, как ожидалось, далеко не уехал, а лишь подвинулся, позволив занять место у основания лестницы другой карете, на этот раз запряженной черногривыми красавцами.
- Что происходит? Для кого это? Чего ждет король? Почему не спешит в храм? – понеслось по рядам взволнованных зрителей.
И в этот момент вновь грянули трубачи. Горны исполнили песнь торжества, и из распахнутых дверей на ковровую дорожку вышла еще одна пара. Замерла на мгновение, дав рассмотреть себя, и двинулась по дворцовой лестнице вниз.
- Кто это? Кто? – кипела толпа, не узнавая идущих рука об руку мужчину в синем мундире и юную девушку в голубом платье, сшитом из тонкой летящей ткани. И сама невеста, а на это указывали венец и фата, казалось легкой, воздушной. Если первая пара ступала царственно, гордо неся себя, то вторая буквально летела. Люди заулыбались в ответ на яркую улыбку, цветущую на лице принцессы-крестьянки. Она была счастлива и не скрывала этого. Ее жених был более сдержан, но как он смотрел на нее! У многих женщин, наблюдающих за этой сценой, навернулись на глаза слезы.
- Вот это сюрприз! Сразу две свадьбы! Ай да молодец, доченька! – послышались крики в толпе.
- А кто жених нашей принцессы-крестьянки? – солидно выглядящий горожанин из округа Кас обмахивался шляпой точно веером.
- Говорят, он дракон, – откликнулся второй, явно из округа Сия – и одежка попроще, и шляпы нет.
- Как, дракон?! – пышнотелая женщина в показном испуге сжала на груди ладони.
- О! Разве вы не слышали о возвращении драконов? – горожанин с шляпой протиснулся ближе, чтобы дама смогла разобрать его слова, тонущие в гомоне толпы. - Тех самых оборотней, что правили Дамарией испокон веков?
- Мне что-то подобное говорил сосед, у которого выкупили виверну, - к ним обернулся мужчина, стоящий в первом ряду – однозначно житель округа Эль. Не то что шляпа, каждая пуговица на его камзоле кричала о достатке. - Мол, ящеры теперь в качестве ездовых тварей людям служить не будут.
- Жених принцессы Софьи лорд Кавардуза Асдиш – предводитель драконов, - трость вступившего в беседу человека однозначно служила признаком того, что ее хозяин из высших дворян – один набалдашник, украшенный россыпью камней, чего стоил! – Он будущий король Дамарии Эрлигар Могущественный.
- О! Уже и помпезное прозвище дали? – шляпа горожанина вновь пришла в движение. - Не рано ли возгордился молодец?
- Вовсе нет, - возразил «камзол с дорогими пуговицами». - Я точно знаю, могущественнее мага во всех тринадцати королевствах не сыскать.
- Я видел, как лорд Асдиш мановением руки открыл портал в соседнее государство, - подтвердил обладатель трости.
- Точно-точно! – оживился житель Сии. - Мой кузен служит на границе, так вот он рассказывал, что недавно на западной границе вновь было неспокойно – Рубдрих примеривался вернуть рудники.
- И что? – «камзол с пуговицами» проявил нетерпение. В волнении пощупал каждое из колец, унизывающих его пальцы.
- А ничего. Утихомирили, - брат пограничника победно оглядел собеседников. - Отправили к нему двух драконов. Для переговоров, так сказать. Те долго мудрить не стали: дыхнули огнем, и полдворца Рубдриха как не бывало. Говорят, король Велирии остался под впечатлением. Это тебе не с Талленом воевать.
- Ой, смотрите! Уже вышли из храма! – пышногрудая от избытка чувств помахала над головой платочком.
Колокола заливались торжественным звоном.
- У-р-р-ра Таллену Третьему! – кричала толпа.
- Ура его невесте!
- Мира и счастья!
- Мира и счастья Дамарии!
- Смотрите! Смотрите! Драконы! – перекричал шум детский звонкий голосок. Все зрители задрали головы.
Над Элькассией кружили сотни драконов.
Конец