Глава 10

Наталья

Поужинав, мы вернулись в гостиницу.

Макар очень долго и с каким-то упоением играл с Дианой, говорил с ней и что весьма любопытно, малышка легко шла с ним на контакт и заливисто хохотала, когда Макар несильно кружил её.

И столько радости было в глазах Макара, и таким счастливым выглядело в эти мгновения его лицо, что я даже замирала от восхищения. Его лицо преображалось и становилось совершенно иным — приятным, добрым, живым и каким-то мальчишеским.

Когда малышка устала и уже откровенно клевала носом, Макар поднял её с ковра, где они вместе строили из кубиков, пластиковых колечек и пирамидок какое-то гигантское сооружение, и очень бережно погладил по спинке.

Диана доверительно положила голову ему грудь и своими маленькими ручками обняла за шею большого папу.

Я с замиранием в сердце смотрела на них, я наблюдала и в некоторые моменты, как сейчас, так и хотела крикнуть: «Мгновение, прошу, остановись!»

Чтобы можно было, как можно дольше полюбоваться этой трогательной картиной отца и маленькой сонной дочери.

Я быстро включила свой телефон и, наведя камеру на Макара с Дианой, украдкой сделала несколько фотографий.

Уложив Диану спать, мы вышли с Макаром на балкон и сначала очень долго молчали.

— Можно задать один вопрос? — решилась я спросить у него кое-что очень важное.

— Задавайте, Наташа, но не гарантирую вам ответ, — ответил он тихо.

— Вы как-то сказали, что к вам много женщин приходило с заявлениями о детях… Ну-у-у, что эти дети от вас… — и я тут же замолчала, так как Макар посмотрел на меня таким взглядом, что мне захотелось тут же отругать себя за излишнее любопытство.

— Простите… — произнесла я спохватившись.

Он вздохнул.

— То ты мне дерзишь, то постоянно просишь прощения. Уж определись, какая ты.

«Это когда я ему дерзила-то? В офисе, когда отстаивала правду? Или сегодня, в ресторане?»

— Вот такая я и есть. Другой быть не смогу… — улыбнулась ему неуверенно.

Он усмехнулся.

— Я уже думал об этом, — сказал Макар после недолгого молчания. — Когда мы вернёмся домой, я проведу тест со всеми своими возможными детьми. Я составил список женщин, у которых от меня теоретически могут быть дети. Мой помощник начнёт их всех разыскивать. И я решил снова пройти обследование. Диана — это доказательство того, что у меня всё в порядке со здоровьем.

От его признания я немного опешила.

«Это же, сколько у него было незащищённых связей с разными женщинами, что ему понадобилось составить список? Нет, вы это слышали?»

— Вы можете оказаться… многодетным отцом, — произнесла я немного озадаченным тоном. — Представляете, сколько претензий будет направлено в вашу сторону? А ещё, для журналистов ваша персона станет сенсацией.

— Все претензии и дела с любыми СМИ разрешаются очень быстро, Наташа. И кто сказал, что я стану кого-то выслушивать? Если выяснится, что у меня не один ребёнок, а… кхм, допустим, много, то я буду помогать им. Всё будет зависеть от их возраста и благополучного положения.

— Вы заберёте других детей в свою семью? — я не смогла не задать этот вопрос. Если да, то это очень хорошо, потому что, если у него будет много детей, то зачем ему ещё лишние рты, правильно? Может, он тогда отпустит мою Диану?

— Если ты думаешь, что количество детей может хоть как-то повлиять на моё отношение к Диане, то можешь не переживать. Диана — это в какой-то мере, мой первый ребёнок, моя любимая дочь. Я никогда не откажусь от неё. — Макар словно прочёл мои мысли, только в несколько другом контексте.

Я натянуто ему улыбнулась и только кивнула.

— Чтож… Я могу только поблагодарить вас за заботу о моей племяннице, — произнесла я с благодарностью и печалью в голосе.

— Это я тебе благодарен. Ты, Наташа, можно сказать, развернула мою жизнь на все сто восемьдесят градусов.

— Не за что, — сказал ему. И мысленно добавила: — «Только не отнимай у меня Диану. Никогда. И ни при каких обстоятельствах».

— Пойду спать, а то завтра нужно рано встать, — сказала я негромко. — Спокойной ночи, Макар Демидович.

Я развернулась, чтобы уйти, как вдруг, он поймал меня за ладошку, притянул к себе и, глядя мне прямо в глаза, поцеловал мою ладонь, как истинный джентльмен.

— Спокойной ночи, Наташа, — произнёс он негромко и отпустил меня.

Покинула балкон в весьма разобранных чувствах.

«И что это сейчас было? Просто знак внимания и вежливости? Или нечто большее?»

Над последней мыслью я даже вслух рассмеялась.

«Ну уж точно не нечто большее».

* * *

Макар

«Я знаю, кого Наташа видела во мне: мужчину, который может решить любые проблемы.

Но она даже на мгновение не представляет, что не всё решают деньги и власть. И сколько у меня имеется желаний и мечтаний, которые никто не в силах реализовать, даже я.

Элементарно — я не встречал ни одной достойной женщины, с которой бы я захотел построить действительно настоящую семью.

Инесса не в счёт.

Брак с ней лишь дань моде, показуха, оформленная в блестящую обёртку и мишурой. Внешне всё красиво, а внутри пустота.

Я хотел своих детей, но не мог их иметь.

Но, теперь, моя жизнь меняется с появлением в ней этой маленькой и смешной девушки — Наташи.

Она, можно сказать, «подарила» мне дочь, дала надежду на то, что не всё потеряно и возможно, это не я бракованный, а чёртовы анализы тех клиник.

Развод с Инессой, лечение Дианы — это только первые шаги. Это новое начало моей жизни, в которой не хватает истинной женщины, которую я бы полюбил.

Любовь… Хм. Не верю я в любовь, как не пытаюсь её представить в своей жизни. Похоть, страсть, увлечение, наваждение, одержимость… Всё, что угодно, но только не любовь. Любовь к родителям, своим детям — да, но между чужими людьми — не верю, что это возможно. Взаимное уважение, терпение, нежность, но не любовь.

Правда, на мгновение, я обнаружил, что мне безумно нравится вот так непринужденно разговаривать с Наташей. Удивительно, но я очень давно не испытывал таких эмоций, давно не становился с женщиной самим собой и уж тем более, ещё ни одной женщине не рассказывал о своих планах насчёт возможных детей, не говорил о своём здоровье…

Чёрт. Ещё руку ей поцеловал. Что за блажь накатила на меня?

Наверное, давно я не испытывал лёгкости, не смотря на серьёзность ситуации, что моя дочь болеет.

Диана, такая маленькая, хрупкая, улыбчивая и очень открытая и нежная девочка, моя дочь. Подумать только. Я — отец».

Вдохнул прохладный воздух и шумно выдохнул.

«Теперь, у меня действительно есть семья. И Наташа…»

Задумался…

«Наташа идеальный вариант для работы няней. Но. Не слишком ли я жестокое принял решение в отношении неё?

Странно, я только сейчас об этом подумал, что ей, возможно, было неприятно принимать моё условие, что она будет при моей дочери няней.

Но что мне с ней делать, тогда? Оставить просто так в своём доме и своей жизни?

Тётя Дианы…

На одно короткое мгновение я дал волю своей фантазии. Я вдруг явственно представил себе, как я и Наталья вместе гуляем с Дианой, едим в ресторанах, смотрим кино, уютно устроившись на диване, спим в одной постели…

Она добрая, заботливая, любит свою племянницу. Более того, ради Дианы она готова пойти на что угодно. До сих пор помню её взгляд, когда она пришла ко мне в офис и рассказывала историю своей сестры, потом просила помощи.

Чёрт.

Она всего лишь переводчица в дешёвом журнале. Сестра женщины, с которой у меня была одноразовая интрижка. И Наталья… Да, хорошая девушка, но чисто внешне ей крайне далеко до своей сестры. Светлана, насколько помню, была высокой и фигуристой женщиной, а Наташа маленькая, хрупкая и больше похожа на подростка, нежели на двадцати шестилетнюю женщину.

Я за свою сорокалетнюю жизнь давно понял, что предпочитаю женщин высоких и с формами.

Тогда, какого чёрта, я думаю, какого бы мне с ней было?!»

«Думаю, просто надо идти спать. Завтра будет сложный день. И пока моя девочка не поправится — никаких женщин и мыслей о них. Только мой ребёнок. Только её здоровье — это единственное, что сейчас важно и приоритетно».

С такими мыслями я и покинул балкон и прошёл в свою спальню.

Принял душ, смыв с себя усталость и лёг спать.

* * *

Макар

Она стояла у большого зеркала вполоборота и расплетала свою косу. В игривом свете танцующих свечей её густые и тёмные пряди блестели и струились по белой коже…

Бесшумно ступая по мягкому и пушистому ковру, я приблизился к этой нимфе и коснулся её волос, которыми был очарован.

Такие мягкие…

Потом провёл руками по обнажённым плечам.

Какая у неё кожа…

— Макар… — выдохнула она моё имя с теплотой и нежностью.

С трепетом провёл пальцами по её спине.

— Ты очень красива, — произнёс я мягким шёпотом.

Она улыбнулась, глядя на моё отражение в зеркале.

Я с трепетом и нежностью положил руки на её небольшую, но невероятно красивую грудь.

Трогал её всю, бессовестно и смело, а она стонала, шептала моё имя.

Я горел, а в зеркале отражался наш любовных жар.

Её лицо светилось негой и любовью.

Такая нежная, мягкая и желанная.

— Наташа… — прошептал её имя и впился губами в её приоткрытые губы…

* * *

Мелодия будильника вырвала меня из сна.

— Вот чёрт… — выругался я негромко, наблюдая у себя последствие сна.

«Не хватало ещё, чтобы мне снилась тётка моей дочери!»

Гневно скинул с себя одеяло и направился в душ.

Холодная вода, крепкий кофе — отличное лекарство от неожиданного и нежеланного желания.

«Проклятая девчонка! И что в тебе такого, что я со вчерашнего дня так много думаю о тебе?!»

Настроение было на нуле.

Гнев и недовольство бурлили в крови.

Быстро привёл себя в порядок. Оделся и вышел из своей спальни.

Я был неприятно удивлён царившей тишиной в номере.

Не церемонясь, вошёл в спальню Натальи, где она спала вместе с Дианой, и коротко улыбнулся, увидев свою малышку сладко спящей в своей кроватке.

Подошёл к кровати Натальи, и на секунду залюбовался.

Она сама выглядела как ребёнок и спала точно также.

Тёмные волосы были раскиданы по подушке, под щёчку она положила обе ладошки и сладко-сладко спала и тихонько сопела, приоткрыв алые губы.

«Проклятье!»

Сдёрнул с неё одеяло и прошипел в самое ухо, сонной девушки, которая не сразу поняла, что произошло.

— Уже пять тридцать утра, а ты всё ещё в постели. Немедленно вставай и приводи себя в порядок. Диана вот-вот проснётся. Нам нужно быть с утра в клинике, если ты об этом забыла и решила сладко спать вместо того, чтобы заботиться о здоровье моей дочери.

— Макар, ты что, не с той ноги встал? — растерянно произнесла она, сонно потирая глаза. — Нас ждут к восьми часам. Ещё времени вагон…

От неё пахло теплом, сладким печеньем и уютом.

И эта желанная сладость меня жутко взбесила.

— У тебя десять минут, — сказал я строго. — И не Макар, а Макар Демидович.

И ушёл, оставив её ошеломлённую.

Хлопнул бы дверью, высвобождая свою злость, но моя малышка сладко спала.

И чтобы дать выход своему непонятно откуда взявшемуся гневу и раздражению, решил включить ноутбук и просмотреть электронную почту, на которую вчера мне прислали отчёты начальники из разных отделов.

Чувствую, сегодня они все получат отменную взбучку.