Глава 22

«Так хотелось сказать,

я шутил, забудь, рядом побудь.

Время лечит, а мне,

как и раньше, — в путь.

Ничего уже не вернуть, ничего уже не вернуть.

Вдохнуть-выдохнуть, выдохнуть-вдохнуть.»

Бумбокс «ДШ»

Багровая пелена застилала глаза. В голове пульсировала и грохотала с бешеным шумом злость, а грудь сдавило, будто бы стальным кольцом!

Честно сказать, Дамир уже и подзабыл, чтоб с ним такое бывало. Да и случалось ли? А уж чтоб из-за женщины, так вообще никогда не приходил в подобное бешенство, кажется. И стоило титанических усилий не выдать ничем своей реакции Акимову, пока потенциальный партнер, немного нервничая и чуть излишне радуясь, напоследок еще раз расписывал все плюсы, которые Дамир выиграет, приобретя долю в компании.

По хрену деньги и акции, если честно! Даже на выгоду в данный момент Пархомову было глубоко плевать!

А вот медленно и методично переломать кость за костью руку дебилу, ухватившему его, Дамира, женщину за талию, возжелалось внезапно до удушья! Стоило неимоверного напряжения и выдержки даже малейшим изменением выражения лица не выдать обуявшего его бешенства. Ревность выматывала, но точно не была лучшим помощником в ситуации, которую Дамир создал сам. И, несмотря на все накрывшие его эмоции, он это хорошо понимал.

Наверное, не так и плохо, что между ними сейчас имелось расстояние метров в двадцать. Да и общая рабочая обстановка офиса помогала сохранять остатки разума.

Блин! Никогда не думал, что его так с катушек сорвет, если уж начистоту! Видно, по глупой самоуверенности, считал, что непробиваем и его бог уберег от женской напасти… Ха-ха-ха! За подобное самомнение Дамира теперь провидение за все прошлые годы припечатало, видимо, выставив счет в лице Антонины.

Она, кстати, Пархомова тоже заметила. И сумела шикарно сохранить ровное выражение лица. Настолько, мля(!), что Дамиру захотелось подойти и встряхнуть ее! Или, что еще лучше, шокировать поцелуем! Ну ок, да, она его переубедила насчет этого нюанса. А особенно та реакция, с которой Тоня каждый раз откликалась на такую ласку…

Прошептать бы ей, ошарашенной, на ухо тихо, что все прошлое, та его долбанная записка — глупости! По-дурному пошутил, по-дебильному… Обоим позабыть бы об этом. Выдохнуть, начать все по-новой.

Но это ведь неправда, что хуже всего! И сложностей хренова туча над головами обоих… Он на ее макушку такие проблемы притянуть может, что капец просто, но отойти в сторону не сумел, не выдержал.

Так что, твою налево(!), сейчас точно не лучший момент, чтобы про поцелуи вспоминать или надеяться на легкое решение. Сдержанности и терпения не добавит, а тут торопиться уже нельзя. Ледяное выражение глаз Тони явно говорило, что второй раз она его так просто не подпустит к себе… Дамиру стоит разобраться на месте и разработать стратегию, как все вспять повернуть, убедив, что ему вновь можно поверить.

И все-таки имелся один обнадеживающий момент — она себя выдала! Может, другой кто и не заметил бы, но Дамир все еще смотрел Тоне в глаза… И успел уловить тот беззащитный проблеск, когда ее как током пробило! Напряжение, накаленное мегаваттами эмоций, проскочило между ними, от него к ней и назад опаляющей дугой… И дрожь, что по ее позвонкам прошла… Не видел, конечно, но будто уловил, зная на неком новом для себя, интуитивном понимании, научившись замечать, как в себе самом, любую мелочь ощущений конкретного иного человека, своей женщины.

В этот момент, словно осознав, что в чем-то прокололась, Тоня сильнее выпрямилась, «захлопнулась» от него, заморозила взгляд, прикрыв на мгновение глаза. Отстранилась, вновь вернув себе контроль. Окатила его безразличием и жестким отторжением, что засквозили в позе, повороте плеч, легком наклоне головы, просто-таки пульсирующем пренебрежением… Но и это выдавало ее не меньше той первой вспышки в расширившихся зрачках! Дамир уже точно знал, что эмоции подобной силы Тоня испытывает лишь к очень немногим… И это, однозначно, было хорошим подспорьем.

Разумеется, сам он тоже из последних долбанных сил делал вид, что отстранен и невозмутим.

Бл***! Практики по жизни в таком достаточно, правда, ранее как-то больше по бизнесу всегда приходилось «poker face» держать, с чувствами это он так впервые накололся капитально, конечно. Что не повод ломаться, елки-палки! Да и Тоню подставлять.

Однако его интерес и явное внимание было все же замечено Акимовым.

— Кстати, Дамир, очень вовремя! Два наших топ-менеджера, — вероятный партнер, похоже, решил его всеми «плюсами» сразу убедить.

Указал рукой в сторону стойки администратора, где и стояла Тоня с этим… ладно, блин, опустим, и еще какой-то девушкой, больше интересующейся Антониной, кажется, чем его персоной. Отчего-то сразу подумалось, что это и есть та ее подруга, с которой как-то так и не познакомился, не помнил уже имя. А вот Лукьяненко и секретарь Акимова смотрели на Дамира.

— Подойдем, я вас познакомлю? — предложил Акимов с энтузиазмом.

А Дамир продолжал пристально на Тоню смотреть, и что-то подсказывало ему, что она точно «знакомиться» не настроена.

Снова… Это было бы даже забавно, не тянись за их плечами горький шлейф. И в этот раз, Пархомов осознавал четко, привычный напор не сработает, потому что сам ее от себя оттолкнул, что было более существенно для Тони, чем все возможные объяснения и причины, кажется.

Ладно, ему точно не в чем ее упрекнуть.

— Не откажусь, — едва заметно кивнув, одобрил Дамир с легкой, ничего не значащей улыбкой. — Всегда стоит четко понимать, в кого деньги вкладываешь, ведь основная ценность вашей компании именно сотрудники, — будто бы с одобрением такой инициативы Акимова в голосе, согласился Дамир, идя следом к стойке секретаря.

Забавно, но Тоня с каждым его шагом к ней, словно бы назад подавалась. Хотя там и отступать особо некуда было из-за людей и той самой стойки, а она вся как отклонялась. И льда добавлялось в глазах. Даже эмоционально пыталась расстояние на максимуме сохранять.

— Антонина, Денис, думаю, вам будет интересно познакомиться — Дамир Пархомов, который в скором времени станет моим деловым партером и еще одним вашим «боссом», — очевидно, пытаясь сделать атмосферу непринужденной и более неофициальной, тем временем начал немного шутливо знакомить их всех Акимов.

— Если мы придем к согласию по всем деталям, — педантично и принципиально уточнил Пархомов, не отходя от серьезной роли. При этом прямо и даже немного навязчиво глядя прямо на Тоню.

— Разумеется, — кивнул Акимов.

Этот момент, казалось, его больше всего смущал, что и неудивительно. Наверняка, он до сих пор гадал, что же именно заставило Дамира сейчас над этим предложением задуматься, после такой паузы. Не то чтобы Пархомов собирался делиться своими причинами.

— И все же я уверен, что тут не возникнет сложностей, так что — Лукьяненко Денис…

Акимов указал на мужчину, но Пархомов не протянул руку, словно демонстрируя порядок и дистанцию. Просто кивнул, внимательно и пристально изучая… соперника, выходит. Дьявол! Тоже новый опыт, но Дамиру было не привыкать быстро разрабатывать эффективную стратегию. Да и надо еще разобраться, что Тоня таки на предложение этого Дениса ответила и насколько серьезно рассматривала такой вариант. Кольцо на руке еще ни о чем не говорит, тем более, когда она на Дамира обижена так, что у него во лбу уже дыра ее глазами пропалена, кажется.

Если его отстранённость и нежелание проявлять открытость и вызвала вопросы, то Акимов и Лукьяненко постарались это быстро замять. Денис тоже кивнул, поглядывая на босса, видимо, не вполне пока сориентировавшись, в каком русле двигаться. Акимов же решил не останавливаться.

— А это Антонина…

— Да, мы с Тоней друг другу представлены, — прервал Дамир, кивнув и ей в том же духе…

Потому как все в глазах его женщины просто-таки «кричало», что она его придушит тут же, если Дамир нечто большее себе позволит.

Кто бы мог подумать, что он уже так великолепно умеет ее мысли читать, а? И это несмотря на месяц разлуки. Интересный феномен.

Его ремарка удивила Акимова, все равно вызвав излишнее внимание, но тут вмешался чертов Лукьяненко.

— Да, ведь вы плотно сотрудничаете с Вороновым, который пользуется услугами нашей компании и является клиентом Тони, — словно пытаясь подчеркнуть, что они с ней близки и он в курсе всех дел Антонины, Лукьяненко крепче придвинул женщину к себе, будто бы надавив на ее талию. В голосе Дениса, на поверхности ровном, прозвучал вроде некий намек…

Показалось ли Дамиру, что она поморщилась? Да нет, вряд ли… Казалось невероятным, чтобы в такой ситуации кто-то попытался довлеть или ей боль причинить… Хотя руки ему переломать захотелось еще сильнее!

И тут Дамира догнало понимание оговорок, отвлекая!..

Воронов?! Перевел взгляд на Тоню, и вновь на Лукьяненко глянул.

Он мгновенно пересмотрел ситуацию, как со стороны. Всех этих людей: ее подругу, Лукьяненко, саму Тоню… Похоже, никто не подозревал и намека на то, что между ними что-то было в прошлом. С одной стороны, конечно, заело, елки-палки, что она роман с ним прятала даже от подруги… С другой… Выходит, если на его догадки и эти полунамеки опираться, здесь имелась теория, что у нее роман с Лехой был?! Об этом ли свидетельствует недовольный взгляд Дениса и настороженный подруги, отошедшей чуть в сторону, когда Акимов стал всех знакомить?

И смех, и грех, блин! И рассмеяться хотелось, и ввернуть ей упрек… но и понять мог, тем более в свете всего, что сам сотворил. А Тоня будто еще сильнее голову вскинула, глядя теперь на него с прямым вызовом… Так скоро в потолок будет пялиться. Тоже о мыслях Дамира догадалась?..

Даже как-то не по себе стало, не привык, чтоб кто-то его настрой улавливал, разве что Чехов, так тому сам бог велел после стольких лет дружбы.

— Действительно, мы давно дружим с Алексеем, — после небольшой паузы, повисшей над ними всеми, медленно кивнул Дамир, продолжая Тоне в глаза смотреть еще секунды две.

А потом перевел взгляд на Акимова.

— Тем более тогда знаете, что это лучшие наши сотрудники… — сразу подключился тот.

— Позвольте, я сам оценю потенциальных подчиненных, — вновь прервал его Дамир с вежливой улыбкой. — Вот с каждым из них и обсужу все те моменты, по которым вопросы остались, — словно немного шутливо предложил. — Посмотрим, сумеют ли они меня убедить в выгоде данной инвестиции, — подмигнул, продолжая держать радушный тон. — А сейчас прошу меня простить, но сегодня еще есть несколько встреч, — подведя черту, добавил всем сразу, демонстративно поглядев на наручные часы. — Во сколько мы завтра можем встретиться, чтобы все обговорить? — и тут же повернулся к Лукьяненко, намеренно используя тактику напора, не позволяя сориентироваться.

Да, жестко, но он хотел понять и изучить его. А Тоне… Ей он хотел дать время привыкнуть к мысли, что вновь появился в ее жизни, наверное. Или же… что тоже нельзя было исключить, поняв, куда нужно давить в сравнении себя с Лукьяненко, не оставить Антонине и шанса на оборону от Дамира.

Замуж она собралась, блин!.. Сейчас, как же! Так он и отпустит ее… Она же его до хрена цепко своими пальцами держит, глазами этими, обжигающе-ледяными!

Вот и Дамир право имеет.

— Около одиннадцати можем? — после короткого обмена взглядами с Акимовым, относительно быстро сориентировался Денис.

— Меня устраивает, — кивнул Дамир. — А послезавтра на десять я ваши доводы послушаю, Антонина, и все сравню. До встречи, — не дав никому ответить, кивнув всем разом, он на мгновение дольше задержался взглядом на Тоне.

Резануло виной изнутри ребер по-новой от глубины, что в ее глазах запылала огнем…

Быстро пожал руку Акимову и ушел, прикидывая, как свои дела передвинуть, чтобы с этими встречами втиснуться. Как ни крути, но ради этой женщины он, оказывается, чем угодно рискнуть готов. Прав здесь Санек, не оспорить теперь.

Дамир подыхал без нее каждый день этого гребаного месяца! Несмотря на кучу проблем, попытки защитить капитал и отбить наезд на один из бизнесов, который вел совместно с Вороновым, наплевав на продолжающиеся угрозы и полные непонятки с самим Лехой… Независимо от того, как огрызался в ответ на поддевки Санька… Хотя Чехов и так понимал Дамира, как облупленного, кажется. Потому и сообщил о помолвке Тони. Наверняка, знал, что такая новость послужит последней красной тряпкой для его безумного собственнического инстинкта.

И сработало же! Он готов был уйти, ее защищать ценой своего отречения, как оказалось, как бы хреново Пархомову без Тони ни было бы. Но отдать ее другому своими руками… Ни фига! На это Дамир не мог пойти. И, черт его раздери, но он нуждался в том, чтобы точно знать, что и она на нем также повернута! Даже если придется теперь бороться за это… И о безопасности, блин, не забывать!

* * *

Тоня не знала, как именно ей удалось отбиться от Эли и Дениса. Сейчас даже не вспомнила бы, что тем наплела, учитывая, насколько все были перевозбуждены новостями и жаждали обсудить вероятные изменения в компании. И только какой-то, упрямо повторяемый Тоней, бред про необходимость подготовиться к встрече с клиентом и якобы обещанные ею файлы-презентации для другого клиента, которые она должна дооформить, помогли вырваться из приемной босса. Вот уж в чем Тоня точно сейчас была не в состоянии участвовать, так это в обсуждении «самоуверенной наглости, напора, но и неоспоримой деловой хватки Пархомова». На последней характеристике даже Дэн кивал с уважением…

Елки-палки! Да Тоня, как никто другой из присутствующих, наверное, знала об этих качествах Дамира! И не нуждалась в напоминании! Потому ли ее сейчас так трясло?!

Провернула ключи, запирая замок изнутри, практически распласталась по полотну двери, понимая, что ноги не держат. Медленно и изможденно сползла на пол, уткнувшись лицом в колени.

Мамочки! За что ей это?! Какого черта Дамир здесь делает?! С чего вдруг решил в долю войти? И какого дьявола он так пялился на нее, словно целиком заглотнуть готов? Будто и не было этого месяца — в его темно синих глазах все тот же огонь пылает, отзываясь жаром у нее в груди…

Да какого черта?! Разве не он сам сказал, что «ему достаточно»? Или это не из-за него она последний месяц себя манекеном за стеклянной витриной ощущает? Пластиковой куклой, которую отодвинули за ненадобностью в темный угол, пока жизнь пролетает, бежит и бурлит снаружи?! Это ведь все его вина!

Так какого дьявола Пархомов смотрел на нее так же, как и тем, последним вечером, когда своей женщиной назвал? С какой вдруг придури явился? Или решил приятное с полезным совместить? Сделка стала интересна по материальной выгоде, а тут так «кстати» Тоня еще работает, почему бы и не воспользоваться?..

Даже думать в таком ключе было противно.

Мерзко, гадко настолько, что хотелось свернуться клубочком и завыть, снова зарыдать, как в тот день, когда от него ту чертову записку получила… И мир какой-то далекий, непонятный, странный. Совершенно разобраться не могла, что происходит! Эта треклятая боль, которую так и не пережила, не переборола, душу вспарывает, плещется в желудке кислотой, травит сердце обидой и… любовью.

На кой черт ей чувства к этому гаду?! Почему не перегорели до сих пор?! Зачем он явился, оживляя это все и отправляя Тоню вновь по всем кругам ада?!

Как ей работать в таком состоянии? Как еще самому Пархомову что-то доказывать, когда плюнуть в лицо хочется и хорошенько каблуком по виску припечатать, хоть немного боли выплеснув…

Но она же умная и опытная, и сдержанная, е-мое! Она себе такого позволить не может! Выдержка — наше все. И надо взять себя в кулак, не позволяя растекаться тряпкой, да еще и ему нос так утереть, чтобы даже не подумал, будто бы Тоня по нему убивается! Никогда этого Дамир не дождется! Она ему и шанса не даст к ней подкатить с намеками!

Тоня с начальством не спит, и Пархомов об этом в курсе! А если что… окей, она и уволиться готова. Опыта, умений и знаний хватит, найдет себе другую работу, но, блин, как же хотелось ему насолить! Хоть как-то отыграться за ту уймову тучу боли, в которую Дамир ее месяц назад утопил по макушку, а Тоня до сих пор выгрести и выплыть не в состоянии…

— Тоня? Мне можно войти? — осторожный стук в дверь и тихий голос Эли заставил встряхнуться, напомнил, что она на работе, как ни крути.

И насколько бы хреново Тоне ни было, раскисать не имеет права.

— Да, сейчас открою, — растерев лицо трясущимися пальцами, тяжело вздохнула и поднялась… Посмотрела на свои ноги, вдруг разболевшиеся дико, и сбросила туфли.

К черту их! Ковровое покрытие чистое, относительно мягкое, а она хоть немного расслабится. Отперла замок. Подруга тут же зашла в кабинет, настороженно присматриваясь к Тоне.

— Ты как? — встревоженно спросила Эля, ухватив ее за руку.

Тоня даже напряглась на мгновение, подумав, что ее настолько легко вышло раскусить, и Эля поняла, что это Дамир, и сейчас придется все объяснять, рассказывать…

— Он тебе о Воронове напомнил, да? Тяжело? — слегка развеяв эти опасения, уточнила подруга.

Почему-то испытала облегчение, которое позволило улыбнуться, хоть и принужденно. Эля была убеждена, что Тоня таки влюбилась в Алексея, а тот… чисто поиграл с ней. И сколько бы сама Антонина не отрицала, подруга лишь больше убеждалась в этой догадке, кажется. А то, что сам Воронов, как сквозь землю провалился в то же самое время, укрепляло ее в таких мыслях. Как и Дениса, похоже… Отпускал такие намеки ее «жених». Упоминал, что может на себя его взять, если Тоне сложно теперь рабочие отношения продолжать…

Рыцарь в сверкающих доспехах, блин. И словно не хочет повысить продуктивность своего отдела, ага.

— Нет, Эля. Я просто в целом устала, и работы еще до вечера столько сделать нужно, что ужас просто, — как можно спокойней попыталась отмахнуться, но дрожащие пальцы выдавали, скорее всего. Да и голос надломленный. — А Пархомов… Непонятно, что ему в нашей компании вдруг понадобилось? Ведь особо и не было информации, что Акимов привлекает сторонний капитал… — тут она лукавила, но ведь не признаваться, что Дамир с ней об этом в постели говорил. — И чего он от нас с Денисом ждет? Что проверить хочет? Не облегчает его появление нам неделю, да? — будто бы беззаботно, просто в общем русле заинтересованности, пожала плечами, отвернувшись. — Я еще, кажется, ногу натерла, представляешь? Вроде и туфли не новые, а так подставили, — попыталась вообще в другую сторону разговор повернуть. Правда, не была уверена, что Эля купится.

Пошла к окну… Интересно, до сегодня не задумывалась, у нее кабинет на пятом этаже, Тоня не боялась вниз смотреть. Но у Дамира после той, памятной ночи и их секса «на окне», считай, спокойно видами любовалась. Надо бы проверить, кстати, боится она все еще высоты или теперь способна этот страх контролировать?.. Возможно, сумеет и Пархомовым так переболеть? Вот выдохнет, переспит сегодня ночь, завтра проживет, все обдумав. А потом… встретится с ним послезавтра один на один, посмотрит глаза в глаза… И поймет, что ее отпустило, переболела?..

Блин! Самой смешно стало, даже через все те внутренние слезы и дикую боль, что наружу старалась не выпустить.

Ну хоть помечтать можно?! Судя по взгляду Эли, подруга ей тоже поверила не особо.

* * *

Впрочем, оказалось, что этот день еще не закончил преподносить ей свои гадкие сюрпризы. И именно сегодня, то ли из-за общего переполоха в компании, то ли испытывая адреналиновый кураж перед предстоящим «вызовом» в виде беседы с Пархомовым, Денис вдруг решил, что может и должен их окончательно «сблизить».

Не то чтобы Тоня разделяла его стремление, если уж начистоту. Особенно после сегодняшнего дня. Больше того, к своей растерянности и некоторой неловкости даже, она не сразу поняла, на что Денис рассчитывает и намекает, приглашая на ужин.

— Спасибо, но мы уже были сегодня в ресторане, — ровно улыбнулась, думая совсем не о том мужчине, что стоял сейчас перед ней. — День выдался слишком насыщенным, не хочется снова в официоз. Домой бы и расслабиться, — намекая на то, что очень хочет остаться в одиночестве, Тоня наводила порядок на столе, намереваясь ехать домой.

— Ладно, ты во много права, — усмехнулся Дэн шире, — можем и домой заказать ужин, чтобы больше времени друг на друга потратить… — и вот тут его пауза, а также взгляд оказались настолько многозначительны, что дошло даже до сумеречного ныне сознания Антонины.

Она оторопело уставилась на Дениса, нетипично для себя растеряв слова.

— Я не совсем это имела в виду, Дэн, устала очень, — как можно более корректно заметила Тоня, откашлявшись.

— Понимаю, — ничуть не смутился и не сбавил напора Денис, более того, подошел к ней совсем близко, приобняв вдруг за талию. — Появление Пархомова в тебе неприятные ассоциации с… его друзьями вызвало, — вроде бы аккуратно стараясь подбирать слова, кивнул Денис. — И об этом всем я тоже помогу тебе забыть, — завершилась фраза таким многозначительным взглядом, что Тоню аж тошнотой подвернуло.

И этот, блин, туда же со своими догадками! Тоню их «проницательность» уже раздражала. Потому она достаточно резко отступила в сторону, высвобождаясь из рук Дэна.

— Я не сплю и не кручу романы с клиентами, Дэн! — куда более резко, чем стоило, наверное, из-за этого отрезала она, пресекая догадки и инсинуации. — И мое настроение никак не связано с Пархомовым… — интересно, у нее на лбу не загорелась красная надпись «лгунья»? — Если не брать в расчет то, что мне пока не особо понятно будущее компании в свете новых перспектив.

— Так давай это вместе и обсудим, расслабимся, приятно вечер проведем, — похоже, ее нервозность вообще не испортила настроения Денису.

Он вновь приблизился к Тоне и обхватил рукой теперь за плечи… И вот тут ее что-то насторожило. Непонятное, как звоночек интуиции, что ли. Заставило дернуться, в попытке отступить, но Денис, оказывается, держал достаточно крепко, еще и словно бы запер ее между собой и столом, отрезав пути к бегству. А еще, несмотря на искушающую улыбку на его лице, в глазах мужчины поблескивало раздражение. Ему точно была не по нраву уклончивость Тони.

— Нет, Денис, — уже без всяких намеков или обтекаемых фраз, твердо заявила Антонина, демонстративно разведя плечи и жестко выпрямив спину, пусть это и оказалось сложно, когда он так на нее давил.

Но и нависать над собой не собиралась позволять! Как и пытаться морально давить!

— Я не готова пока к подобному этапу переходить. И домой сама поеду, — твердо обрубила.

— В смысле, не готова?! — Денис фыркнул, словно Тоня пошутила. — Мы сто раз уже к этому… этапу переходили, — усмехнулся он шире, да только и огонек раздражения в глазах не исчез, добавился злостью. — И никто не жаловался, ты была даже очень довольна… Так что, думаю, надо просто отодвинуть в сторону твои капризы. Все понимаю, женское настроение и тому подобное…

И Денис вдруг, без всякого учета ее мнения, дернул Тоню на себя крепче, как-то жадно почти припечатавшись к губам Антонины своим ртом.

А ее… Блин, аж передернуло! И ведь правду сказал, тысячу раз целовались! Да и секс между ним был всегда… неплох. Не жаловалась раньше. Но сейчас жутко противно стало, неприятно, мерзко. Потому, что сегодня Дамиру в глаза смотрела? Или просто тело теперь не в состоянии будет никого воспринимать, «своего» мужчину найдя?.. Печально, если так, учитывая, что Тоне прибить этого самого мужчину хотелось невыносимо. Но и это не добавило привлекательности поцелую Дениса.

И такая дикая, невыносимая, безумная тоска во всем теле по Дамиру! Господи, за что?! В каждой клеточке, в каждом нерве, кажется. Трясти от нужды в том, кто сам от нее отказался, начало!.. А на этом фоне прикосновения Дениса отравляют.

Дернулась все же, уперлась руками в грудь Дэну. Отклонила голову назад по максимуму, хоть так стараясь отстраниться, хоть стол и мешал.

— Денис, я не готова переходить дальше, — веско, с намеком проговорила, вытерев губы пальцами.

Хорошо, помады к вечеру не осталось, не размазалась. Посмотрела твердо мужчине в глаза… И ее передернуло от вспышки злобы, которая вспыхнула у Дениса во взгляде! Он был не просто не доволен ее реакцией, а разъярен!

— Тебе не кажется, что ты сама себе противоречишь, Тоня? — как взбесившись, рявкнул Денис у нее над самым ухом. Сжал руки сильнее, так, что ей немного больно стало, сдавил кожу. — Нечего характером вертеть, я и так прекрасно тебя знаю. И вот это «хочу-не хочу» со мной уже не прокатит! Ты мое кольцо на пальце носишь! — все с той же злостью едва не в лицо ей выплюнул.

— Так оно не обручальное, Денис, и я тебе не жена пока. Согласия не давала, все еще думаю, что ты сам и предложил, — выпрямившись так, что самой стало больно от натяжения и напряжения связок в спине, ровно заявила Тоня, не демонстрируя, что внутри что-то дрогнуло в испуге.

Показалось, конечно, скорее всего, но почему-то возникло ощущение, что Денис в таком гневе, того и гляди, ударить может. Не замечала за ним раньше подобного. В последние месяцы разве что, полгода, возможно… когда стал увлекаться какими-то таблетками «для снятия стресса и концентрации внимания», как сам объяснял. Несдержанней стал, перепады характера четче видны стали… Но Тоня все равно не собиралась поддаваться.

— И кольцо… Никаких проблем, держи его назад, — приложив усилие, она все же оттолкнула Дениса, хоть и было ощущение, что тот колеблется, не желая ее отпускать из захвата. Но таки дал пространство.

А Тоня тем временем принялась кольцо снимать с руки.

— Нет. Прости, — Денис перехватил ее руки, стиснув пальцы. Но теперь уже аккуратно, явно демонстрируя, что контролирует себя и раскаивается. Шумно выдохнул, как признав вину. — Я сам на взводе из-за непоняток в компании, и на тебя набросился… Черт, но ты меня заводишь все так же, даже больше, Тоня. А у нас давно ничего не было, слишком… Вот и не остановился вовремя, — Денис улыбнулся с раскаянием, и глаза вроде тоже злость поумерили, не было уже того огонька, только попытка заслужить прощение. — Не снимай кольцо. Оно для тебя. Думай… Я дольше терпел, еще потерплю… Уверен, ты поймешь, что это самое верное решение… — помолчав, словно не знал, что сказать больше, он еще раз наклонился и уже совсем иначе, едва ощутимо, поцеловал ее в щеку. — И права ты, день напряженный… Не вовремя я тему поднял. Отвезти тебя домой? — когда Тоня так ни слова и не сказала, уточнил, похоже, успокоившись.

— Нет, сама доберусь. Такси вызову, — покачала головой, не сбавив настороженной холодности.

Тоне категорически не понравилось то, что случилось только что. Но пока внятно свои ощущения описать не сумела бы. Стоило поразмыслить.

Ее машина сегодня на СТО была, проходила предпродажный осмотр, хотелось четко понимать, в каком состоянии выставляет ту на продажу. 1439f7c

— Хорошо, — Дэн кивнул еще раз. Отошел. — Я позвоню вечером, поболтаем. Может, дашь совет, как с Пархомовым говорить завтра, ты-то с ними пару раз обедала, что-то замечала, вероятно, — как стараясь перевести все в шутку, добавить легкости, говорил Денис.

А она только плечами пожала.

— Не знаю, не уверена. Что я знаю о нем, кроме предпочтения в блюдах и кофе? Да и то, недостаточно опыта для статистики, — изнутри будто подморозило. И мысли уже вообще не о Денисе, а об этом треклятом Дамире. Изгладывают, выпаливают… — Могу уснуть только, устала очень. На беззвучный тогда поставлю, не обижайся.

— Да, конечно, понимаю. До завтра, Тоня, — Денис как-то тяжело глянул. Обиделся все же.

Но ей без разницы в этот момент. В животе боль адская, не физическая, но от того не менее реальная. Как бы ей Пархомова забыть?! Как самой послезавтра с ним один на один в кабинете остаться и сделать вид, что и Тоне наплевать на него с высокой колокольни?!

Напрочь про Дениса забыла. Невнятно кивнула на это прощание, уже не присматриваясь, что там у «жениха» в глазах, вернулся к своим сборам, пробормотав:

— Пока, — когда Денис вышел.

Что он ей ответил, Тоня вспомнить была не в состоянии.