Глава 8

— Так что насчет того банка? — Санек смотрел на него как-то слишком уж внимательно, а еще с сарказмом.

— Какого именно? — отозвался Дам, с удовольствием глотнув горячий и крепкий кофе, мысленно послав странности в поведении приятеля подальше.

У них сегодня было до хрена дел по контрактам и пара встреч уже у самого Пархомова. Но ни о каких банках вроде речи не шло. Не понял. Что не помешало наслаждаться утром, кстати. И пофигу, что спал всего пару часов. Эта ночь с Тоней его как зарядила энергией: бурлило все внутри, даже слишком бодрым и живым себя ощущал, чего давно не случалось. И Дамиру это ощущение нравилось, черт возьми!

— У тебя над воротником рубашки такой засос, что даже смотреть неловко, Дам. И это мне, — ухмыльнулся уже во весь рот Чехов. — И так как вероятную кандидатуру, с которой ты мог провести эту ночь, еще и настолько интимно, ибо ранее я на тебе подобных меток не помню, я только одну себе представить могу… Ты меня огорчаешь, друг, — тяжко вздохнул Санек, не прекращая лыбиться, как дебил, по ходу.

— С каких пор на твое настроение влияет, с кем я ночь провожу? — искренне удивился Дамир, не въехав в «тонкий» юмор приятеля. Его больше заинтересовала вывеска цветочного на той стороне дороги от кафе, где завтракали. Надо бы не быть хамом и послать Тоне букет, с признательностью. Заслужила…

— С тех самых, когда я умудрился поспорить с Лехой, что ты таки узнаешь у этой Антонины про «ТЕКО», несмотря на личный интерес. А Леха, наблюдая за тем, как стремительно ты исчез с ужина следом за ней, утверждал, что даже не вспомнишь. Ты подвел меня, Дам. Я не ждал от тебя подобной подлости, — уже скорбно заключил Чехов тоном Дона Корлеоне. И вздохнул так, словно присутствовал на его похоронах.

— А с какой радости вы, вообще, на мое личное время и интересы спорить стали, а? — если честно, это вызвало раздражение. Взрослые мужики, а ведут себя, будто до сих пор в университете и никаких проблем и забот. — Страдаете херней! — резковато заметил Чехову, который, судя по взгляду, в душе угорал с его реакции.

— Сам виноват, слишком остро реагируешь на эту свою Антонину. Давно такого за тобой не водилось, вот и не удержались, — таки рассмеялся Саня, подмигнув.

— Много проиграл? — хмыкнул в ответ Дамир, если честно, еще не погасив раздражения.

И да, про банк он даже не вспомнил после первого же поцелуя на той подземной парковке. Как ветром из головы выдуло… Ну и по барабану! Не сильно этот банк был Дамиру и интересен, если честно, вот совсем…

— Не то чтобы много, но для моей самоуверенности и веры в друга — ощутимо, — все с тем же сарказмом отозвался Чехов, приступив к завтраку, который как раз перед ними поставили.

— Блин, как дети малые! — фыркнул Дамир, придвинув тарелку со своей яичницей. — До чего опустились.

— Да просто Лехе этот банк реально интересен, — словно признав, что они немного перегнули, наконец-то нормально заговорил Чехов. — Прямо загорелся этим вариантом, как я понял. Настолько, что, не имея на тебя никаких надежд, сам поперся утром к Акимову изучить варианты инвестиций и про «ТЕКО» узнать подробней, — поделился с ним информацией Саня. — Рассчитывает, что статус тебя, как «общего друга», сделает Ильенко более лояльной и готовой делиться с ним информацией…

— Я надеюсь, у него хватит мозгов, ограничиться чисто деловым интересом? — непонятно почему, вновь вспыхнул раздражением Дамир, резко распотрошив свою порцию омлета. Столовые приборы явно выдавали это его настроение, что было плохо.

— Не буянь, Дам, все мы поняли. И то, что Антонина — твоя территория, вчера моментально уловили. Ты очень внятно это транслировал, — усмехнулся Чехов понимающей ироничной улыбкой. — Леха чисто по делам с ней общаться будет.

— Надеюсь, — отбросив вилку и нож на тарелку со звоном, Дамир резко поднялся и, проигнорировав излишне веселый взгляд Чехова, пошел на улицу, к тому самому цветочному.

* * *

Когда в кабинет постучали и на пороге появился курьер с букетом, Тоня удивилась. Искренне. Не то чтобы ей редко дарили цветы… Хотя и не скажешь, что часто, не тот у нее характер, и мужчины это чувствовали. Кроме Дамира… Или он по-своему все трактовал. Однако и от Пархомова она такого шага не ждала, наверное.

К букету не прилагалось записки, но Тоня почему-то не сомневалась в том, кто отправитель. Охапка синих ирисов, упакованная в серо-стальную пленку. Черт, этот гад умел впечатлить… И не только сексом. Выглядел букет обалденно красиво, причем с явным намеком на мужской стержень ее характера, что Пархомова забавляло, судя по всему.

«Спасибо за потрясающую ночь! Послезавтра повторим?», — стоило ей отпустить курьера, пришло сообщение на телефон с неизвестного номера.

Дамир! Все-таки собрал всю информацию, не ошиблась, как и с личностью отправителя цветов. Развеселилась.

«Могу тебе просто сбросить номер доставки пиццы, если сам не знаешь;-)» — предложила с ехидным смайлом. «Спасибо за прекрасный букет… И да, за такую безумную ночь тоже благодарна:-)» — все же честно признала.

«Нет, в этот раз у меня, и за ужин я отвечаю. Пицца была хороша, но часто таким баловаться не стоит», — тут же ответил Пархомов, проигнорировав намек на то, что Тоня не придет… Умный, зараза! Как теперь отказаться, когда точно знает, что ожидает ТАКОЕ?!

«Как и мной…», — все же не устояла перед искушением подразнить самоуверенного самца.

«А вот с этим я не согласен, птичка. Мне пока очень и очень занятно с тобой… баловаться», — не остался в долгу этот нахал.

Не выдержав, Антонина вслух рассмеялась.

«Твоего адреса я не знаю», — намекая на его полную осведомленность «фыркнула» она.

«Я приеду за тобой, лично привезу и все покажу», — без всяких признаков угрызения совести, отозвался Дамир, почему-то этим заставив ее рассмеяться еще громче.

«Подумаю. Решим по времени ближе к следующему вечеру», — чтоб не считал, что она готова бежать по щелчку его пальцев (хотя разве не так все и обстояло на самом деле?), отписалась Тоня и отложила смартфон.

Попыталась на работе сосредоточиться, но улыбка никак не желала исчезать с губ, и взгляд, вместо того, чтобы изучать котировки на экране ноутбука, к букету на ее столе приклеился. В таком виде Тоню и застал Дэн, ввалившийся в ее кабинет без стука через минуту.

— Ого, Воронов тебе уже букеты шлет? Ты его чем очаровать пыталась, чтобы к себе перетащить? — раздраженно и будто бы с обидой буркнул Денис, первым делом уставившись на цветы.

Тоня удивилась, не понимая, с чего он такие выводы сделал. Но и не собиралась хамство попускать.

— Алексея Воронова ко мне Акимов направил. Очевидно, имел для этого свои основания и причины. Я его не очаровывала, а предложила варианты по инвестициям, — резко оборвала инсинуации она, не уточняя почему-то, что цветы не от Алексея. — По какому праву ты входишь без стука, Денис? — холодным тоном поинтересовалась, делая вид, что крайне поглощена последними сводками с бирж.

И вдруг поняла, что со стороны, если быть не в курсе об их ночных… хм, «обсуждениях» парфюмов с Пархомовым, букет ирисов и правда больше на деловую признательность похож, нежели на намек о сексе. Очень уж серьезный с виду… Это для них с Дамиром тут море «недосказанности» спрятано.

Денис, будучи не в курсе ее мыслей, уставился слегка оторопело.

— А с каких пор я стучаться должен, когда к тебе захожу? — Денис, похоже, растерялся. И даже с претензией уточнил, скривив такую нагловатую гримасу, что Тоня нахмурилась.

— С тех пор, как мы расстались, разумеется, — тем же холодным тоном напомнила она, немного зависнувшая в мыслях на прошлой ночи, где Дэна и в помине не было.

Надо бы собраться.

Денис, стоило признать, стал выглядеть смущенным. Слегка. Попытался придать себе виноватый вид.

— Я как раз насчет этого пришел поговорить, Тоня… Тупо как-то вышло…

— Ты сейчас о чем конкретно? — иронично уточнила, вновь переводя глаза на ноут.

Ей было неинтересно. Вот вообще… Ночь с Дамиром как выжгла любые связи и симпатию, интерес, который ведь испытывала ранее к Дэну, любые эмоции… Все исчезло, чужой человек бухнулся в кресло напротив, будто никогда даже не соприкасалась кожей с его голым телом. Дрожь неприятия при мысли об этом. Уффф…

Вот это ее Пархомов «проработал», однако. Даже немного страшновато стало. Не захлебнуться бы в этом омуте по имени Дамир. Несерьезно же все, понимает.

— Давай просто забудем последние дни, а? Я вел себя… не лучшим образом, — попытался тем временем подобрать деликатное определение Денис, вероятно, не заметив, что ей безразличны его старания.

— Ты вел себя, как мудак, давай уж начистоту, — ровно отозвалась Тоня, закрыв одну вкладку на рабочем столе, и принялась вместо этого изучать входящую почту.

— Я, надеюсь, ты не верила всему, что тут ваши сплетницы разносят! — возмутился на это обозначение Денис, кажется, не поняв, что она об ином, а не о слухах, о его вероятной интрижке еще с кем-то.

— А чему именно из этих слухов стоило верить? — отчего-то его возмущение вызвало лишь снисходительную улыбку.

Сама себя пока не поняла. Оторвалась все же от документов, глянула на недовольного Дениса.

— Денис, давай на чистоту, — прервала до того, как явно раздраженный этими поддевками и чем-то раздосадованный мужчина принялся бы убеждать ее. — Мне не интересно. Все, точка. У нас были странные отношения, хоть и насыщенные, не отрицаю. И они себя изжили. За последние дни я осознала это целиком и полностью. Даже благодарна тебе, что хватило решимости тогда встать и уйти, хоть и с хамством.

— А если я не согласен? — резко бросил в ответ Дэн, отчего-то рывком подскочив с кресла и нависнув над Тоней. Уперся кулаками в стол.

Вот так он себя не вел еще. Не по себе стало почему-то, даже описать не смогла бы, что именно зябко дрогнуло внутри, и от этого гадко, отвернуло.

— Я против — этого достаточно, — твердо отрезала Тоня, не выдав непонятную слабость и эту отвратительную дрожь.

Напоминало страх. Ну с чего ей Дениса бояться? Сто лет знакомы и никогда ничем ее не пугал, раздражал больше. Это недосыпание сказывается, видимо. Встряхнувшись, Тоня сильнее расправила плечи. Взгляд зацепился за ирисы… и это неожиданно придало ей сил, как мелькнувшее воспоминание о том, что Пархомов, шутя, хвалил ее «мужскую» самоуверенность.

— Отношения строятся двумя людьми, Дэн. Мы с тобой точно не готовы и не хотим их строить. Ни ты, ни я. Нам еще вместе работать, так давай обойдемся без всех этих скандалов, как взрослые, — улыбнулась уголками губ.

Денису не понравилось то, что она говорила, явственно видела раздражение и злость в глазах мужчины напротив. И он все еще продолжал нависать над ней. Странно. Казалось бы, облегчение должен испытать. Тоже не замечала от него огромной любви. Или права Эля всегда была, что ему так было проще и удобней на контроле ее дела держать, еще и удовлетворение получая по ходу?

— Думаешь, я не найду, кем утешиться? — фыркнул тем временем мужчина, рассматривая Тоню с каким-то высокомерием, что ли. — Здесь таких достаточно…

— Значит, сплетни не так уж и врут, — заметила она ровно, продолжая улыбаться. — Твое дело. Ты ушел, я свои выводы сделала. И с тобой быть не хочу, Денис. Давай не терять при этом уважения, — предложила еще раз.

А он словно бы задумался, хотя явно не пропустил ее намека на свои похождения и уже не опровергал. Но Тоня не судила, скорее, устало наблюдала, как Денис раскачивается на носках, упираясь в ее стол около букета.

Пусть только попробует перевернуть вазу — прибьет… каблуком от туфли! Даже если не нарочно выйдет.

И, будто прочитав эту «угрозу» у нее во взгляде, Денис оттолкнулся от столешницы, отошел к окну. Обернулся оттуда, как-то задумчиво вдруг став изучать Антонину.

— Ладно. Так, значит так… Взрослые, — вроде бы согласился. И то счастье. Да и успокоился, похоже. Выдохнул. — Но к Чехову не лезь, это мой клиент… И Воронов должен был быть моим, они же дружат… — как не сдержался.

«Ну, е-мое! Детский сад, песочница…»

Тоня выдохнула, подумав, что может теперь на все плюнуть и курить свои любимые сигареты даже при Денисе. А еще вспомнился вчерашний завтрак и она за столом с тремя мужчинами… Что бы Дэн сказал, узнав? Что она переманивает его клиентов? Хмыкнула, не сдержавшись.

— У нас Акимов распределяет новых клиентов, Денис, если ты забыл, ему виднее, кому и что поручать. Работай эффективней, и никто не сможет твоих клиентов переманить, — справедливо, как ей показалось, заметила Антонина, достав сигареты из ящика стола и прикурив.

Денис скривился, не любил дыма действительно. Ну так она и не держит его.

И, словно уловив эти ее мысли, Денис передернул плечами, направившись к двери.

— Ладно, Тоня. Я тебя услышал. И понял. Но… закончен ли наш разговор? Уверена, что не передумаешь?.. — он замер у двери, будто бы ожидал, что она сейчас его останавливать бросится, шанс давал…

Тоня промолчала, всем видом демонстрируя, что уверена в своем решении. Денису это не понравилось, но и скандал он не закатил.

— Удачных сделок, — холодно, но ровно бросил, уже открыв двери. В коридоре точно кто-то подслушивал, Тоня поклясться могла, что слышала шум и шушуканье. Нет им покоя, все неймется любопытным, своей бы жизнью занялись!

— И тебе, Дэн, — так же ровно и спокойно пожелала. Искренне. Если честно, вновь зависла на рассматривании букета.

Денис кивнул и ушел. Что ж, все еще неплохо вышло. Хоть очередной сцены на показ не устроил. Все-таки достойно отказ принял в этот раз, хотя Дамир и считал, что Денис не из таких…

Елки-палки! Она снова о Пархомове по поводу и без думает! Надо на работе сосредоточиться! И собрать информацию о тех компаниях, про которые ее Воронов спрашивал, кстати. Что бы там ни происходило в личной жизни, на работе это не должно сказываться — ее принцип. И ведь удавалось обычно. За что Акимов ей даже шашни с Дэном всегда прощал. А Пархомов оказался настырней, вцепился в мозги, как клещ!

* * *

Она и с Вороновым о Дамире говорила, хотя, видит бог, не хотела… Не хватало еще погореть и всем признаться, что, по ходу, запала на этого мужчину. Чревато и опасно. Лучше бы его вообще из мыслей вытурить. Только как?! Когда приходят всякие… кгхм, клиенты, намеками бросаются, «разговоры разговаривают»…

… — Вы совершенно не похожи на женщин, которые Даму обычно нравятся, Антонина, — разглядывая ее с явным интересом, еще и голову на бок склонив, задумчиво проговорил Воронов, когда они устроились в ее кабинете за этим самым столом ранее утром.

Она глянула на мужчину, оторвавшись от презентационных папок, которые как раз просматривала, выбирая те, что хотела предложить Алексею. С вопросом и холодной иронией подняла бровь, демонстрируя свое отношение к такому замечанию.

— А с чего вы решили, что меня интересует, какие женщины ему нравятся, Алексей? — аккуратно сортируя бумаги, раскладывала те перед Вороновым, делая вид, что абсолютно не понимает, с чего тот об этом заговорил.

Алексей усмехнулся, показав, что он заметил и оценил ее старания, но тоже не дурак.

— Вы правы во всем, Антонина. И в том, что очевидно и немного нагло любопытен здесь лишь я. Надеюсь, что не очень разозлил вас этим, — склонил голову, как бы извиняясь. — И в том, что вам не нужно интересоваться ничем подобным, Дамир и без этого целиком поглощен, что меня и поразило. Я ведь с ним еще со старшей школы знаком, как и с Сашкой. Мы дружим уже бездну времени и… что тут скрывать, нынешнее поведение и отношение Дама к вам нас поражает, — с эдакой легкостью человека, привыкшего находиться в центре внимания и говорить «обо всем начистоту», сообщил он.

Антонина скрестила руки на груди и откинулась на спинку своего кресла, прямо глянув на Воронова.

— Возможно, я что-то неверно поняла, Алексей, но я считала, что мы здесь для того, чтобы изучить интересующие вас варианты инвестиций. Если не так, прошу меня простить. Однако я готова квалифицированно вам помочь лишь по этому вопросу, — делая вид, что ей ни на йоту не польстили его слова об интересе Пархомова и о необычности этого интереса (ой, ладно, а ночью ты этого сама не поняла, Тоня?), ровно заметила она нейтральным голосом.

И удалось же, а! Прям гордиться собой может! Хотя у нее до сих пор тянет пара засосов на ключице, что Дамир поставил, главное, сдержаться и не начать растирать.

Воронов, удивив ее, вдруг расхохотался, запрокинув голову. Ок, ладно… она другой реакции ждала.

— Туше, Тоня… Надеюсь, на правах друга Дамира позволите мне так себя называть? — еще посмеиваясь, наконец, отдышался Алексей. — Меня тоже можно по имени и просто, я вообще не любитель официоза, это у нас Санек от подобного тащится, чтоб вы в курсе были. Но, что-то мне подсказывает, что и он для вас на исключение пойдет. И таки да, я получил ответ на свой вопрос, хоть вы и не горели желанием отвечать. Спасибо! Начинаю Дама понимать, — Воронов подмигнул ей, немного опешившей от всего этого представления, если честно. — Но вы правы, целиком и полностью, Тоня, — до того, как она хоть что-то ответила бы, продолжил Алексей, пользуясь послаблением, на которое еще не получал разрешения.

Видно, у них в компании это была обычная практика, если самого Дамира вспомнить.

— И в чем же, Алексей? — немного язвительно из-за того, что не совсем была довольна общим течением беседы, хмыкнула сама в том же русле.

Ей разрешили, в конце концов, ну и потом, им можно, а ей, значит, нет? Обойдутся. Тоня за равноправие.

— Меня сюда привели инвестиции и вопросы по ним, к сожалению… Иначе Дамир меня просто по стене размажет. Он, знаете ли, не только на гитаре тренькал в университете, — все еще явно посмеиваясь, подмигнул ей Воронов с некоторой ностальгией в голосе, но и наигранной тревогой о собственном будущем. — Так что, расскажите-ка мне о банковской сфере, Тоня. Есть ли там что-то интересное? — и Алексей, с таким видом, будто и не нес тут всякую чепуху, принялся внимательно изучать бумаги, что она уже подготовила.

Ну или притворялся весьма неплохо.

Интересный и забавный, не поспорить, да и своя харизма имеется. Он ей даже нравиться начал… чисто по-человечески. Они все были по-своему хороши. Но как же до Дамира далеко и Александру, и Алексею!..

В ее глазах, во всяком случае.

Зато вдруг стало ясно, что с Пархомовым и Чеховым они и правда хорошие друзья. Слышались какие-то теплые нотки, когда Алексей друзей вспоминал, пусть и пытался это не афишировать…

* * *

— Тоня? Что Денис хотел? Бесился из-за Воронова? — коротко постучав и не дожидаясь ответа, зная, что ей можно, в кабинет заглянула Эля, отвлекая ее от дум о встрече с тем самым Вороновым.

— Немного… Но больше хотел восстановить отношения, — постаравшись собраться с мыслями, которые сегодня своевольно бегали табунами диких лошадей туда-сюда, отозвалась с кривой улыбкой.

Поднялась и пошла к кофемашине, чтобы сделать им с подругой по чашке напитка, так и не успели же сегодня еще выпить.

— И? — кажется, настороженно поинтересовалась Эля.

Она была против, читалось между строк. Подруге очень не понравилось то, что Тоня рассказывала об их разрыве в ресторане. Не одобряла такого поведения у мужчин. Интересно, что сказала бы, расскажи Тоня о неприятных каких-то ассоциациях, возникших сегодня от поведения Дэна?

Но зачем? Она все равно не собиралась наступать дважды на одни грабли.

— Я же не дура, Эль. Не хочу с ним больше в этот сериал ввязываться. Никакого удовольствия уже, одни проблемы. Да и устала, что обо мне весь офис судачит…

— Ну, судачить о тебе так и так не перестанут, — усмехнулась Эля, но явно одобряя решение. — Но нам-то что? Пусть хоть языки себе сломают, строя догадки. А — ты молодец, и полностью права!

Тоня сама расплылась в улыбке — с логикой Эли было сложно поспорить. О ней все время пытались выдумать какие-то слухи и сплетни, даже если и в помине не было ничего.

И тут в двери вновь кто-то начал стучать! Удивилась, оглянувшись.

— Проходной двор какой-то сегодня! — со вздохом посетовала подруге. — Да! Войдите! — разрешила, подав готовый кофе Эле и поставив готовиться себе.

— Доставка, распишитесь, — в дверь вошел молодой и немного нервничающий курьер. Видно, охранники на входе в офис его немного запугали.

— Да, спасибо, — быстро чиркнув подпись, Тоня отпустила парня.

С удивлением уставилась на увесистую и весьма красивую коробку шоколадных конфет. К ней прилагался конверт.

— Это от кого? — полюбопытствовала Эля, приблизившись. Видимо, только теперь заметила цветы на столе. — У тебя сегодня интересно, — заметила, блеснув лукавой улыбкой. — Неудивительно, что «информационный отдел» на ушах, — намекая на тех самых сплетниц, которым нынче беспрестанно икалось, наверное, протянула.

И самой любопытно, понятное дело.

— Понятия не имею, — заглянула в конверт.

На Дамира казалось, совсем не похоже. И точно:

«Прошу прощения за излишнюю наглость сегодня. Не хотел преступить никаких и ничьих границ. Благодарен за Вашу помощь. С уважением и восхищением, Алексей Воронов».

— От Воронова, — если честно, опешив, поделилась с подругой. — Он сегодня странно себя вел, было такое. Хотя и не сказать, что вне норм, скорее, нет. Чудаковато. Но вот, извинился… — посмотрела на конфеты.

Подумалось вдруг, что это может больше для Пархомова быть сигналом, если Алексей решил, что Тоня тому сообщит о разговоре утром… Бог их знает, как у них заведено общаться.

Голова закипит скоро! Без мужчин проще, вот уж правда! Хотя… после такой ночи есть свои доводы «за» их присутствие в жизни.

— Давай, к кофе как раз, — решила тут же распечатать, отставив пока непонятные моменты в сторону, и Элю угостить.

— М-да, очень интересно… — вновь задумчиво протянула подруга, осмотрев кабинет еще раз очень выразительно. Но, будто поняв, что Тоня не готова ничего обсуждать, а про личность дарителя цветов даже не заикается, просто взяла конфету. — М-м-м, вкусно!

Тоня рассмеялась против воли.

— Я тебя обожаю, родная! — искренне обняла и призналась, стараясь обеим кофе не расплескать.

— Взаимно, Тонечка. И потому я надеюсь, что рано или поздно ты поделишься со мной этой увлекательной историей, — подмигнула довольная Эля.

— Обязательно! — пообещала Тоня, и сама с удовольствием откусив шоколад. В самом деле, очень вкусно! — Когда сама хоть что-то пойму.