Глава 1. Невеста и жених

Катя

Стою возле дверей и каждый раз вздрагиваю, как вижу подъезжающий свадебный кортеж. Но уже третий раз трубят клаксоны машин, а это все еще не за мной. То есть, все еще не Олежек. Вот и сейчас едут, сигналят, орут что-то из машин, но точно знаю — это не моя свадьба. Пока еще не за мной.

В третий раз смотрю на часы на руке и удивляюсь безалаберности своего лучшего друга: снова опаздывает! А ведь вчера он мне сам написал сообщение: «До встречи в ЗАГСе в девять тридцать».

По этому случаю вчера я сделала все от меня зависящее: позвонила сменщице, договорилась, что на работу в отдел записи брачующихся не выйду, по той самой причине, что сама выхожу замуж. Маринка визжала в трубку и радостно желала удачи, а я все это время ее консультировала, какие пары немного сместить по времени, чтобы влезть в это самое окно в девять тридцать. То есть, создала все условия для того, чтобы пролезть без очереди.

Сегодня же время бежит неумолимо быстро, стрелки часов несутся со скоростью бешенной лошади на скачках, которой жокей наподдал хлыстом под зад.

Однако времени на то, чтобы привести себя в порядок, у меня все равно остается. Достаю из маленькой сумочки небольшое зеркальце и проверяю свой идеальный макияж. Все в порядке, я выгляжу просто превосходно, не зря ведь за бешенные деньги вызвонила лучшего визажиста города, чтобы она сделала из меня фарфоровую куколку, место которой на витрине самого дорогого магазина. И платье — просто восторг!

Верх — красивый, расшитый кристаллами Сваровски бюстик, он блестит, если на него попадают солнечные лучи или прицельное освещение, — я проверила в салоне, который специально для меня открыли в десять вечера. Корсет утягивает и без того тонкую талию, приподнимает грудь, от чего она становится просто невероятно воздушной и манящей, а низ платья распускается садовым ухоженным цветком. Белый цвет мне идет невообразимо, я всегда это знала и сегодня получаю тому подтверждение — уже услышала сто тысяч комплиментов, пока стою у входа в ЗАГС.

У платья есть секрет, и я его планирую раскрыть своему лучшему другу, который наконец решился сделать нашу старую договорённость реальностью, пригласив в ЗАГС. Я покажу ему настоящий танец новобрачной. И это будут не какие-то там лёгкие танцы в привычном понимании этого слова. Сняв нижнюю юбку, сделав платье откровенным мини, я покажу ему фейерверк эмоций, который он запомнит на всю свою жизнь. На самом деле, если бы я продемонстрировала ему этот танец чуть раньше, то и приглашения во дворец торжеств не ждала бы так долго, — он бы мне возбужденно продышал его в ухо сразу, стерев нашу границу многолетней френдзоны.

Работа во дворце торжеств, в отделе записей актов гражданского состояния накладывает своеобразный отпечаток: я знаю где, как и за что в кратчайшие сроки достать все, что нужно для свадьбы. И вчера, как паук, воспользовалась всеми возможностями, которые мне дала моя паутина.

Хмыкаю и расправляю кружево юбки. Платье просто потрясное! Олежек, как увидит, сразу решит, что правильно сделал, что написал мне вчера это сообщение. Я просто куколка.

И вдруг за спиной я слышу гром среди ясного неба. Вернее, голос, который вызывает во мне неконтролируемый приступ гнева:

— Катерина, вы ли это?

— Черт, — ругнулась, по-моему, слишком громко, и Борис-мать его — Эдуардович меня сто процентов услышал.

Ненавижу этого человека всеми фибрами своей души, и как только слышу его голос, по открытым рукам и плечам сразу же бегут мурашки — так неприятна его персона.

Так и есть, он явно услышал всю мою «радость» в голосе, и, посмеиваясь, переспрашивает:

— Что? Что происходит, Катерина?

В этом он весь: вальяжен и обманчиво — мягок, словно кот, расхаживает перед мышеловкой, но точно знает, когда нужно опустить лапу, чтобы защелка закрылась. Вот и сейчас, увидел меня из окна своего кабинета, позвонил вниз, в окно записи брачующихся, узнал, что Маринка работает сегодня вместо меня и спустился вниз, чтобы лично поймать на прогуле.

А все из — за того, что я не могу ему простить ухода моей любимой руководительницы и порчу ему первые рабочие будни своими подзуживаниями женского коллектива. Потому что считаю: из-за таких, как он — высокомерных, эгоистичных яппи, честные женщины и лишаются работы.

Поворачиваюсь к своему начальнику и делаю очень невинное выражение лица. Вкупе со свадебным платьем оно должно произвести на него такое же впечатление, как разрешение есть сладкое для диабетика. По крайней мере, я на это очень надеюсь.

— Доброе утро, Борис Эдуардович, а я тут это…замуж собралась.

— Вижу, вижу, — он смеется, и оглядывает меня с ног до головы. Предсказуемо ныряет глазами в вырез платья и с трудом возвращается к моим глазам. Вижу, что его взгляд заволокло такой незаметной дымкой, и от этого злюсь еще больше — чувствую себя как муха на липучке.

И вот тут, как только мой новенький босс открывает рот, чтобы сделать замечание по поводу того, что я подменила смену работы без его ведома, подъезжает белый лимузин и из машины выходит Олежек.

Я тут же забываю про своего начальника и изо всех сил машу другу рукой:

— Я тут, я здесь, это я! Я пришла! — кричу ему так громко, что Борис — пижон- Эдуардович морщится и незаметно прикладывает ладонь к уху.

Не могу передать свою радость словами: Милованов не подвел, и все мои вложения в собственный внешний вид должны окупиться с лихвой. Наконец-то мы поженимся!

Руки трясутся, колени дрожат. Чувствую себя так, будто только что сошла с очень быстрой карусели — немного пьяной от счастья и озадаченной: а что же дальше? Рядом саркастично хмыкает начальник, но я даже ухом не веду. Сейчас не то время, чтобы пререкаться с новеньким пижоном, который строит из себя не понятно что.

И тут вдруг происходит то, что невозможно представить ни в одной самой страшной фантазии в мире: Олежек обходит машину кругом, чтобы открыть дверь автомобиля, из которой появляется девушка в белом платье.

Приглядываюсь, надеясь распознать в этом белом облаке его маму, но зрение на обманешь: Олежек ведет под ручку ко входу в ЗАГС невесту. Судя по тому, как они оба улыбаются, будто выиграли миллиард в лотерею, сегодня свадьба должна состояться не у меня, а у них!

Перед глазами все плывет, ноги подкашиваются. Хорошо хоть Борис — свет-Эдуардович оказывается рядом и поддерживает меня под руки, иначе бы тут валялся хладный труп невесты, как самая прекрасная свадебная примета о долгой и счастливой жизни.

— Катюша! Как хорошо, что ты все сделала! — улыбается Олежек, а его спутница лыбится мне во все свои тридцать два начищенных зуба.

— Катюша, рада познакомится! Олежек столько о тебе рассказывал! — щебечет пигалица. Ее голос режет без ножа: такой высокий, скрипящий, противный, немного похожий на звук растираемого по стеклу пенопласта.

— Ну так что, ты забронировала нам с Юлечкой время? — он оправляет по талии свой прекрасно скроенный пиджак, поправляет галстук и мне хочется броситься ему на шею и задавить его этой модной синей удавкой.

Дрожу, сдерживая слезы злости и неконтролируемой ревности.

— ЗЗабронировала, — давлю слово из глотки, а сама думаю только о том, смогу ли сбежать от позора от собственных коллег, которые смотрят на наш разговор в окошко, куда подают брачующиеся свои документы.

— Кстати, Кать, а ты чего в платье нарядилась? Поддержать нас решила, что ли? — хихикает Олег.

Я знаю: позор неминуем и мне придется признаться во всеуслышание, что его сообщение я восприняла как предложение выйти замуж. Даже не представляю, как они все будут смеяться надо мной, изгаляясь на все лады, шутя и оттачивая свое чувство юмора. И Олег, и эта белобрысая пигалица, и, самое главное, мой начальник — Борис — Люцифер- Эдуардович.

Слезы не то, что закипают в глазах, они просто на реактивной скорости поднимаются откуда-то из глубины моей души и сжимают горло судорогой. Они готовы пролиться рекой, бурным потоком смывая красивый мейк-ап, ради которого мне пришлось ехать в три утра к лучшему мастеру города к черту на кулички.

Но тут происходит самое невероятное событие, которое по праву достойно киношного Оскара. Если бы я такое прочла в любовном романе, то сразу бы сказала голосом Станиславского: не верю!

Но мой мажористый начальник, подмигнув мне, поворачивается к Милованову и полным достоинства голосом заявляет ему:

— А разве Катя не предупредила? Она сегодня замуж выходит. За меня.

Говорит, а сам мне руку легко пожимает.