Глава 27. Рамзин

Глава 27. Рамзин

Недолго наблюдал за плачущим трио и решил уйти от греха подальше, пока сам не разрыдался.

Оставил Плюшу с её семьей, по которой она, очевидно, очень скучала.

Закрыл дверь в палату и, прислонившись к ней спиной, облегченно выдохнул.

Плюша очнулась. Помнит меня, может говорить и даже привычно язвит.

Больше мне ничего не надо.

Теперь можно расслабить булки и тоже чем-нибудь перекусить, пока Плюша общается с сестрой и матерью.

Слегка прихрамывая на правую ногу (при штурме задело пулей икру), двинулся вниз – за братом.

Он тоже где-то здесь. С ранениями посерьёзнее: одна пуля крепко засела в его левом боку, а другая в правом бицепсе.

Но сильнее обеих этих пуль оказалось шило в его задницы, с которым он сейчас сваливал из своей палаты, воровато оглядываясь.

- О! Матрасик! – он громко шептал, приближаясь ко мне. Судя по тому, как он накидывал на плечи мою дублёнку, такси уже ждало его внизу.

- Ты куда собрался, полудурок? У тебя огнестрел. Два, - я показал ему два пальца. – На жопу ровно сядь и жди, когда медсестричка бинты поменяет и обезбол даст.

- Нахрен надо. Я всё это и сам могу сделать. Скоро Новый год, а мне не на ком его встретить, - он горестно вздохнул и чуть поморщился от боли, всовывая правую руку в рукав дублёнки. – Прикроешь меня, пока я сваливаю?

Понятно, что спорить бесполезно. Да и сил нет, если честно. Я не спал с того дня, как Плюша решила, что она Терминатор и сбежала из моей квартиры. Только минут десять назад позволил себе закемарить и тут же пропустил, как Плюша пришла в себя.

- Прикрою, - выдохнул я. Посмотрел на брата, который неуклюже, сопротивляясь боли, надевал на рукав со стороны подстреленного бока. – Дай сюда. Заебал.

Пока я с хмурым видом надевал ему свою же дублёнку и даже застегнул её на нём, этот пиздюк смотрел на меня с довольной-довольной ухмылкой.

Понял, почему он лыбится – мы будто оказались в садике, из которого я его, мелкого пиздюка, забирал домой. Так же одевал, застёгивал и вёл домой за руку, чтобы этот искатель приключений не залез в лужу, из-за чего я вечно получал дома от родителей.

- Хорош лыбиться. Бесишь, - буркнул я. Вынул из кармана дублёнки шапку и надел на его бестолковую голову.

- Так приятно видеть, как ты, прикрываясь мачизмом, заботишься о младшеньком братце, - ехидничал этот паскудник.

- Еще слово, и ты вернёшься в палату с переломанным ртом.

- Ты бьёшь меня, как девчонка. А знаешь, почему?

- Почему? – уже спрашивая, я знал, что ответ мне не понравится.

- Потому что любишь меня.

- Иди нахуй, - устало отмахнулся от него.

- Матушке шепнёшь, что я бодрым кабанчиком ускакал по делам?

- Она всё равно будет тебе звонить. Сам и скажешь.

- Согласен. Вру я явно лучше тебя.

- Ты бы, кстати, прекращал с этими двойными играми. Попадёшься к отморам, которые устроят тебе проверку, а ты её завалишь из-за своей же тупости.

- Не ссы. Нормально всё будет, - Макс сказал это с улыбкой, но я знал, что эта тема его раздражает. А он знает, что я всегда по-крупному переживаю, когда он лезет в очередную ОПГ, прикидываясь своим.

Я смотрел в глаза брата и что-то совсем размяк.

- Иди сюда, придурок, - буркнул я нарочито раздраженно. Притянул брата в объятия и похлопал по спине.

- Больно, блядь, - обронил он сдавленно.

- Заткнись, нахуй.

- Я тебя тоже люблю, братишка. Но отпусти. Реально больно, - стоило мне разжать руки и отойти на шаг, как это Макс заворчал, держась за бок. – Медведь, блин. Чуть душу из меня не выжал.

- Хилый ты какой-то.

- Зато красивый. А ты здоровый и уже, как дед, вечно чем-то недоволен. И как тебя Плюша твоя терпит?

- Кстати, будешь должен.

- В смысле? За что?

- За то, что сейчас сваливаешь, а я прикрываю.

- И что надо сделать?

- Праздник для Плюши. Подсобишь.

- Без проблем, - с лёгкостью согласился брат, даже не пытаясь вдаваться в подробности. – Только давай без твоих медвежьих обнимашек.

- Тронутых не трогаем. Вали, пока тебя не засекли.