Глава 29. Рамзин

Глава 29. Рамзин

- У меня уже губы опухли, - Плюша горячо выдохнула мне в губы и плавно отстранилась.

- У тебя хотя бы только губы опухают от поцелуев, - я нарочито горько вздохнул. Придержал Плюшу за талию, облегчая ей сидение, чтобы она лишний раз не напрягала ни рёбра, ни спину.

- Такой красивый! Я не могу!

Я хотел было начать млеть, но понял, что Плюша вновь радовалась букету, который я ей только принёс.

Она поставила его на тумбочку, так как на столе уже не осталось места – там стояли предыдущие букеты в трёхлитровых банках. Ваз в больнице, к сожалению, не оказалось, а я не мог остановиться маниакальное желание покупать Плюше букет каждое посещение. Даже если за день я заезжал к ней по два-три раза.

- А я красивый? – пришлось напрашиваться на комплимент.

- Ты? – Плюша внимательно на меня посмотрела. Плавно скользнула по тросу взглядом и вернулась к лицу. – Ну, что-то есть…

- Что-то?! – я возмущенно вскинул брови. – Да я ходячий секс!

- Да я вижу, - она многозначительно посмотрела в область паха, где весьма однозначно топорщилась ширинка. Положила ладони мне на щёки и, широко улыбаясь, подразнила. - Скоро лопнешь от воздержания и разорвёшься на тысячи мелких Матрасиков. Красавчик мой! – она чмокнула меня в губы и, вздрогнув, замерла, когда в наш ванильный диалог ворвался голос Камаза.

- Красавчик, где твой брат-дегенерат?

- Здравствуйте, - смущаясь, поприветствовала его Плюша и попыталась тактично соскользнуть с моих коленей. Я ей аккуратно помог в этом нелегком деле.

- И тебе не хворать. Тебя, кстати, выписывать собираются? – поинтересовался полковник.

- Говорят, что завтра отпустят домой, - ответила она и, встав, подошла к букету.

- Ну, и славно, - одобрительно кивнул Камаз. Заедешь к нам, кое-какие бумажки подписать. Так где твой брат? – снова обратился ко мне.

- Морковку трёт, - дёрнул я плечами.

- В смысле?

- Девушка у него новая. Рыжая. Морковкой называет, потому что имя запоминать лень, - уточнила Плюша.

- В принципе, я недалеко ушёл в своих догадках, - задумчиво протянул Камаз.

- А вы чего здесь? Случилось что? – спросил я, внутренне начиная настораживаться.

- Соскучился, - хмыкнул он. – Выйдем? На пару слов.

- Я скоро, - поцеловал Плюшу в губы и вышел вслед за Камазом, который брезгливо поморщился, глядя на меня.

- Ты когда таким сладким успел стать?

- Сейчас я припомню, с каким лицом вы встречаете свою жену, когда…

- Заткнись! – оборвал он меня на полуслове.

Минут десять мы обсуждали рабочие моменты.

Камаз ушёл, чтобы посетить других сослуживцев, которые лежали в этой же больнице с серьёзными ранениями после заварухи с Сухим.

Я же возвращался в палату к Плюше, надеясь с удовольствием провести оставшийся вечер за поцелуями, тихими разговорами и взаимными подколами. Но, войдя в палату, крайне пожалел, что взял отпуск, но не взял табельное.

Плюша, широко улыбаясь и смущаясь, стояла с букетом в руках.

Я такой не дарил.

А напротив неё стоял какой-то дохляк с петушиным начёсом на башке.

- Матвей, а это мой одногруппник – Арсений, - Плюша вежливо его представила и продолжила обнимать букет, нюхать его вонючие цветочки и мило улыбаться.

Мои букеты она так долго и нежно не обнимает.

Возможно, дело в том, что мы сразу, после того как я их дарю, целуемся, но не суть…

- Можно просто Арс, - гладкорожий хуй, двигающийся как на шарнирах, протянул мне руку для пожатия.

Хотелось всей пятернёй взяться за его модную стрижку и вышвырнуть за дверь, но пришлось пожать руку в ответ.

Плюша, всё-таки, смотрит…

Тощая рука утонула в моей ладони. Специально сжал посильнее. Дохляк заметно стиснул челюсти и задержал дыхание. Того гляди, слёзы из выпученных глаз брызнут.

Слабак.

Плюши и то сильнее руку жмёт.

- Мощный тип, - хохотнул пацан, с усилием высвободив помятые пальцы из моего захвата. – Он, типа, твой секьюрити?

Это он разговаривал с Плюшей. Я здесь будто в роли шкафа в футболке.

На его предположение о секьюрити я сказал бы «хуюрити», но, опять же, Плюша смотрит. Пришлось держать язык за зубами.

- Это Матвей, майор полиции, - пояснила Плюша, а я добавил:

- И её парень.

- А-а… - пацан явно струхнул. Ещё раз смерил меня взглядом, примерно прикидывая щелбаном какого пальца я выщелкну его из палаты. - А я Арсений. Людин одногруппник, - он нервно хохотнул.

- Я с первого раза понял, кто ты. Я не понял только, что ты здесь делаешь? Кто пропустил? – я скрестил руки на груди. Знаю, что так выгляжу ещё более мощно и угрожающе. Бицепсы, опять же, так внушительнее выглядят.

Плюша поняла, что я делаю, и молча закатила глаза. Снова уткнулась носом в этот сраный букет, который совершенно точно скоро полетит в окно.

- А кто мне запретит? – хмыкнул парень. Вроде попытался отыграть самоуверенного альфача в Плюшиных глазах, но было заметно, что хвост у него поджат. Ещё и хохолок свой модно-петушиный постоянно пальцами причесывает. Раздражает. – Ради Люды можно и обмануть кого-нибудь. Прикинуться потерянным братом и сунуть кому надо шоколадку. Да, Люда?

А сейчас он совершил огромную ошибку. Если ещё секунду назад я внутренне почти убедил себя потерпеть этого дохляка ради Плюши, то сейчас, когда он якобы по-братски похлопал Плюшу по плечу, а она поморщилась от боли и заметно стиснула зубы, у сопляка не осталось шансов.

- Так, потерянный братишка, иди-ка ещё раз потеряйся, пока я тебе не сунули в шоколадку, - я взял его за шкирку, как щенка и повёл к двери. Этот червь в куртке начал дёргаться, но сразу перестал, когда вместо ворота куртки я крепко сжал его шею. Вывел из палаты и подтолкнул в сторону выходы.

- Рили?! – возмутился шнурок. – Ты знаешь, кто мой отец?

- Будущий покойник, если сунется ко мне или Людмиле. Ты, кстати, тоже, - предупредил я. Пока по-хорошему.

Закрыл дверь и повернулся к Плюше.

Она смотрела осуждающе и всё ещё обнимала этот скручивающий мои нервы букетик.

- Дай этот веник, - протянул я к нему руку. – А то пацану нечем выметаться.

- Не дам, - боевая Плюша отвела букет в сторону. – Он мне его подарил.

- Я тебе дарю цветы.

- Не только ты. Видишь? Арсений тоже.

- Плюша, - я очень старался не потерять самообладание. – Отдай.

- Что за неандертальские выходки? Это просто цветы. Арс пожелал мне здоровья.

- Он сделал тебе больно.

- Просто Арс не так хорошо, как ты, знает, как со мной сейчас нужно обращаться. Но я ему потом объясню, и, уверена, он будет со мной нежен.

По хитрому блеску в её карих глазах и улыбке, которую он поспешила спрятать в букете, я понял, что Плюша наглым образом испытывает моё терпение.

И ей это нравится.

Стерва!

- Ты специально? – я сузил глаза. Хотел нагнать строгости, но, глядя на Плюша, сам едва сдерживал улыбку.

- А что? Нельзя? Что за лев этот тигр? Ррревнует! – рычала она насмешливо и ехидно хихикала.

- Иди-ка сюда, - протянул я нарочито угрожающе и, подойдя к ней, мягко обнял. Букет только мешал. – Убери этот веник. Реально бесит.

- Но он так вкусно пахнет, - произнесла она с хитрой улыбкой, а затем добавила. – И букет тоже.

- Плюша, - рыкнул я тихо, потеревшись кончиком носа об её нос.

- Ты, оказывается, так мило ревнуешь, - она позволила мне забрать из её рук букет, который я сразу швырнул на стул за её спиной. – Обиделся? – обняла меня в ответ и с нежной улыбкой заглянула в глаза.

- Не дождёшься, - обхватил её хитрое личико ладонями и мягко поцеловал в уже вытянутые для меня губы. – Но при случае шею ему сверну.