20. Вляпаться может каждый

Ночь с субботы на воскресенье

Они сидели на балконе дома Вершининых втроём – Вита, Инга и Анатольич.

Ольга уехала домой. Ей написала мама – мол, где ту носит. Ольга перезвонила, услышала, что за неё переживают, и что без неё хватает проблем, и почему она ещё не дома. Попыталась объяснить, что предупреждала, но натолкнулась на агрессию. Видимо, мама Ольги не в себе из-за обстоятельств своей жизни, поэтому и дочь грызёт, хоть та и не при чём.

Вита посмотрела на это и порадовалась, что Таню успокоило её сообщение – она у Инги, дома будет завтра. Таня в ответ передала привет Инге и Анатольичу.

В итоге Ольга вызвала такси и уехала, и Дарина тоже вызвала такси и уехала. Киру Инга уложила спать в комнате одной из своих старших сестёр, обе они уже живут своими домами. Правда, перед тем Анатольич заставил всех пообещать, что не будут разговаривать о том, что здесь обсуждали, ни с кем больше. Правда, Вита усомнилась – а вдруг понадобится? Но он пожал плечами и ответил – понадобится, так решим. А пока так.

И вот теперь они сидели втроём на балконе, предварительно утеплившись – май как-никак не летний месяц. Пили горячий чай – притащили чайник туда. Смотрели на ночной город – с этого балкона и Ангару хорошо видно, и правый берег.

- Валь, кому могла помешать Вита? Что за чушь? – недоумевала Инга.

- Так вот с первого взгляда никому. Если бы кому-то откровенно мешала, то на этого человека первым делом и подумали бы, правда? – её брат вертел в руках пустую чашку и смотрел куда-то на тот берег.

- Вит, ты же капец наблюдательная, ты же на всех смотришь теперь, я уверена. И что? Никто-никто? Ничего особенного? Всё так же, как и было? – продолжала Инга.

- Да вообще всё не так, - выдохнула Вита. – И я не знаю, почему. В предыдущей версии мы не поругались со Стасовым. Он как-то, ну, спокойно перенёс то, что я выиграла тот конкурс. И до того всю неделю вылезали какие-то его мелкие косяки – что он о чём-то не сказал, или наоборот, сказал то, чего не было. Или всё это и раньше было, просто я не замечала.

Вите было неловко обсуждать свои личные дела при кураторе группы, который так-то молодой симпатичный мужчина. Но… нужно ж разобраться, правда? И если не с ним, то куда ещё податься-то? Из разумных взрослых, вот с кем прямо можно было бы поговорить, ещё имелись артефактор Алексей Павлович и баба Дуся, но вдруг ещё и придётся? Потому что до того момента, как из кабинета украдут артефакт, уже осталось меньше недели, а она так и не поняла, что делать. И кого подозревать.

- А ещё есть какие-нибудь различия? – продолжал спрашивать Анатольич.

- Да полно, - Вита взглянула на него, столкнулась с взглядом внимательных серых глаз и уставилась в пустую чашку. – Мирская не крала мою письменную работу. Я согласилась отмазать Дарину от гнева Ксении Петровны, когда она не пришла на репетицию. Мы не пошли в «Тихий омут», Кира пошла сама, никуда там не встряла, просто потусила и уехала в общагу. Ну и можно найти ещё кучу мелочей.

- А ты сама всегда поступаешь так же, как раньше?

- В том и дело, что нет. Если так же, то я приду стопроцентно к тому же результату. А мне вроде бы этого не нужно. Я… немного пыталась расшатать систему. Но я запуталась, совсем запуталась, и не понимаю, что делать.

Вот, она это и сказала, сказала словами через рот. И что?

- Ты с Татьяной не обсуждала? – интересуется Анатольич.

- Нет пока, но собиралась, - кивает Вита.

- Отлично. Я бы тоже её кое о чём спросил. Завтра можно?

- Да, она как раз дома.

- Вот и славно.

- Витка, мы всё распутаем, поняла? Даже и не сомневайся, – Инга тут же оказалась рядом, взяла из её рук чашку. – Давай я тебе ещё чаю налью. Там есть шоколадка, разгрызём сейчас.

Вита отдала чашку, Инга унеслась в дом.

- Вита, Инга права, распутаем, - сказал Анатольич. – Что кажется тебе сейчас самым трудным?

Она задумалась. Самым трудным? Ссора с Егором? Нападки некоторых особо одарённых? Ну да нападки и раньше были, просто она не обращала внимания, шла себе дальше, и старалась пропускать всё это мимо ушей. Она не думала, что мешает кому-то настолько, что её примутся выживать из училища накануне выпуска.

Но… она же теперь это знает, да?

И теперь Вита понимала - ей реально дали время. Время и возможность. Чтобы поднять голову от книг, конспектов, экрана ноута и телефона. И внимательно посмотреть – что за люди окружают её, окружали почти четыре года? Она была уверена, что все они… о нет, не хуже неё, но, но!

Кто-то одарён, но ленив. Не хочет напрягаться, так сойдёт. Родители заплатят за универ или ещё за какое-нибудь образование, а потом найдут непыльную работу.

Кто-то больше интересуется однокурсниками, чем образованием. Крутит романы, ищет всяких ощущений. Пытается прокачивать магическую силу об другого мага и через секс с другим магом.

Кто-то просто не хочет учиться, а сам не знает, чего хочет. Хочет играть в игры на телефоне и зависать по кафешкам.

И уж конечно, она, Вита Петровская, лучше них всех. Потому что – одарённая, потому что – целеустремлённая, потому что – знает, чего хочет, и как этого добиться. Потому что магия – это про неё. Она не хочет всю жизнь заниматься магическим клинингом или сидеть в приёмной у какого-нибудь чиновника, которому захотелось секретаря с дипломом мага.Она получит самое лучшее образование и станет… кем? Большим человеком. Как Татьяна, только не в Сибирске, а где-то ещё. И будущее это у неё уже в кармане.

И вдруг внезапно оказалось, что… всё не так, да? И люди вокруг не такие никчемные, и она вовсе не такая крутая? И многие привычные однокурсники – сами по себе неизведанный мир, вроде того же Гришки?

А она-то теперь кто и где? Вот это оказалось самым-самым. Что она может? Подготовиться и ответить на семинаре? Выполнить задание на практике? А толку-то с того? В реально опасной ситуации она не очень-то справилась, если бы не Анатольич, им бы туго пришлось.

- Наверное, мне и вправду не нужно давать диплом, - прошептала она. – Я бессмысленность и бездарность. Я умею только хорошо учиться, и всё. Я не вижу людей вокруг, не понимаю их, какой я менталист? Какой я маг, если не смогла понять, куда приведут мои же действия? И вообще какой человек?

Она смотрела на спящий город где-то там, впереди, и не видела ни подсветки мостов, ни огней плотины, ни сияющих церковных куполов. Ничего. И даже не сразу поняла, что по щекам побежали слёзы.

- Вита, ты в полном порядке, поверь, - сказал Анатольич. – Понимаешь, любой человек может попасть в непростую ситуацию не по своей воле, стать объектом чужих интриг или чужой злобы. Или просто показаться удобным для того, чтобы решить свои проблемы, вот как нашу Олю пытаются заставить отвечать за личные дела её родителей. С тобой всё хорошо. Ты отлично держишься, я вот не знаю, что бы делал, доведись такое до меня.

Это звучало… отлично. И хоть Вите всегда говорили, что не нужно строить жизнь, опираясь на чужое мнение, но это оказалось бесценно – получить внешнее подтверждение тому, что с тобой всё в порядке.

- Ви-и-ит, - это вернулась Инга, поставила на широкий подоконник закипевший чайник, банку какого-то варенья и добавила пару шоколадок из кармана, и обняла её. – Мы победим, мы обязательно победим, слушай Вальку, он в этом понимает. Стасова в жопу, Мирскую туда же, и Шустову с Волчек, и кто там ещё есть.

Вите очень хотелось поверить. И она поверила.