23. Валентин. Хороших студентов нужно спасать
Валентин Анатольевич Вершинин не собирался ни работать в магическом училище славного города Сибирска, ни становиться куратором какой бы то ни было группы. Он и в Сибирск возвращаться не хотел, если честно. Но уважаемый человек, руководитель диплома и магистерской диссертации профессор Мокроходов сказал:
- Валентин, что в Петербурге, что в Москве людей много и очень много. Да, здесь и возможностей поболее, чем в родном городе. Но если ты проявишь себя там, то потом сможешь вернуться сюда уже не как магистр магических наук с некоторым небольшим практическим опытом, но – как опытный послуживший маг с хорошим образованием. Видишь разницу? Магическое управление любой губернии – место активное и горячее. Магов всегда недостаёт, и тому, кто будет в первых рядах, достанутся и чины, и награды. А что с ними делать дальше, ты увидишь и поймёшь.
Валентин поверил… и согласился принять должность в магическом управлении Сибирска. Что характерно, должность оказалась – специалист по работе с молодёжью. Обязанности понятны – адаптация молодых магов к работе по магической специальности, реклама магического образования, мероприятия для того, чтобы молодые маги проявляли себя… неудивительно, что когда оказалось, что в училище недостаёт мага-менталиста, все коллеги по управе единогласно показали на него пальцем – мол, Валентин Анатольевич, это ж прямо для вас.
Вообще магическим образованием и его доступностью в отдельно взятой губернии занимался целый отдел управы. Потому что нужно выискивать этих самых одарённых людей и привлекать на государственную службу, а перед тем – образовывать. Но с обычными-то людьми, которые магически неодарённые, бывает непросто, а с магами так и вдвойне. С одной стороны, всех магов уже давным-давно учитывают, и детей со способностями – тоже. Но на практике, все знают, бывает всякое. И способности поздно проявляются, и развивать их хотят далеко не все, и планы на карьеру детей у родителей могут оказаться совсем другими. И значит – работайте, Валентин Анатольевич, посещайте школы, проводите профориентацию, посещайте колледжи и вузы, придумывайте всякий движ и получайте результаты. А чтобы вам лучше понимать этих самых молодых магов – вот, держите, группа «три-один» Сибирского магического училища. Что, в этой группе учится ваша младшая сестра? Так вам и проще будет, она вам все расклады покажет, кто есть кто и чем знаменит.
Валентин отлично помнил Ольгу Фёдоровну, преподавателя, которого ему предстояло заменить. Строгая, суровая, видевшая всех насквозь. Да он же не справится! Вести занятия – это же не единичная лекция о магической безопасности для молодёжи, или интеллектуально-магическая игра, или квиз о великих магах России или что там ещё ему приходилось делать. И ладно занятия, теорию он помнит, не успел ещё позабыть. Но нужны же разные практические задания, так же? Конечно, он поиспользует кое-что из того, что с ним самим делали в Петербургской академии, но программа-то иная, и вообще сначала нужно самому понять разницу – чему учим в училище, чему – после. Ну да, он тоже выпускник училища, поступивший в Академию, но программа училища была ему легка и необременительна. Потом говорили, что мог и сразу попытаться в Академию, были высокие шансы поступить, но он отчего-то не решился. Пошёл обычным путём – училище в Сибирске, потом уже дальше. Правда, старшие сёстры дальше пошли в медицинскую академию тут же в Сибирске, и сейчас уже вполне так целители – Ксения травматолог, как отец, а Анна невролог, как мама. Валентину же целительства свыше не дали, значит – нужно не идти по проторенной дорожке, а искать свой путь самому. И если, например, однокурсница Таня Петровская справилась без какой-либо поддержки родни, то ему с поддержкой сам бог велел справляться. Поэтому он собрался и отправился устраиваться на работу и знакомиться с группой.
Конечно, Инга уже кое-что рассказала и показала фотки – и группы в целом, и своей компании. Компания зачётная, Валентин одобрил – будущее светило юриспруденции Ольга, повелительница магической косметологии Кира и сестра Тани Петровской Вита, потенциально мощный менталист с прицелом на академию. И плюс к ним ещё полтора десятка приличных студентов и раздолбаев, как же без них, родимых?
Необыкновенно серьёзный Фёдор, иногда Валентину казалось, что он вообще не умеет смеяться ни над чем, и тоже весьма неплохой менталист.
Талантливый Иван, на «раз» сочетающий технику и музыку.
Красотка Вика, умеющая связать материал и силу, это даётся немногим.
Две Насти – одна может объяснить кому угодно что угодно, вторая профессионально утекает от любых наказаний, обвинений, претензий и вопросов.
Раздолбай Гришка – на первый взгляд раздолбай, а на второй – спортсмен и человек, умеющий отменно работать руками.
Модель Амалия – учиться может, но не хочет, полагает, ей это не нужно.
Вера и Лена – эти и не хотят, и не могут, но их родители заставляют…
В общем, как всегда – у каждого миллион своих особенностей, которые нужно учитывать. Но ничего, Валентин разобрался. Он считал, что разобрался. И был уверен – выпустит своих, и не будет больше брать никакое кураторство, потому что... потому что. Много душевных сил и времени, и никакой возможности думать о диссертации.
И он полагал, что выпустит всех без проблем ровно до того момента, как оказалось – на самом деле всё не так, всё совсем не так. И отчего-то самые лучшие его студентки стали мишенью для каких-то непонятных происков.
Значит, нужно спасать. Хотел серьёзное дело? Получи. Прямо сейчас. Спаси вляпавшихся девчонок из некрасивой ситуации. Придумай, как спровоцировать дурищу Звонцову на неадекват, и пусть студенты зафиксируют. И приходи на совещание по выпускным группам во всеоружии.
Заодно глядишь, что новое узнаешь.
* * *
Совещание по выпускным группам было назначено ещё на прошлой неделе, после четвёртой пары в понедельник, ничего нового. Валентин зашёл в кабинет директора Зайцевой одним из последних, но свободное место было – возле Алексея Павловича, артефактора. И хорошо, что не возле Звонцовой, ухмыльнулся он про себя.
- Коллеги, начинаем работу, у нас ведь все пришли, так? Отсутствующих нет? Рита, дай листок, пускай все запишутся – на всякий случай, - Зинаида Васильевна оглядывала присутствующих, кивнула секретарю. – Постараемся побыстрее, думаю, все заинтересованы, значит – не затягиваем. И наш первый вопрос – итоговая аттестация студентов выпускного курса. Я искренне надеюсь, что все аттестованы и выходят на выпускные экзамены, так? – сейчас взгляд директора сделался особенно грозным.
- А что мы делаем с теми студентами, которые, предположительно, не сдадут итоговый экзамен по теории магии, потому что не утруждали себя изучением предмета в течение курса обучения? – поинтересовался Дмитрий Иннокентьевич Денисов, преподаватель той самой общей теории.
Предмет непростой, но как считал Валентин – для мага обязательный. Нужно знать, как ты применяешь силу, и что от того в мире случается. И с этим предметом сложности решительно всегда и у многих. А в комиссии на итоговых экзаменах не только преподаватели училища, но и маги из управы. И если свои бы вздохнули и поставили трояк, то со сторонними может не прокатить.
- И как же вы, Дмитрий Иннокентьевич, допустили такое, что у вас выпускники могут не сдать экзамен? – ехидно поинтересовалась Зайцева. – Наверное, вы хотите с них чего-то несусветного?
- Я хочу с них того, что предписывают нам стандарт и программа, - пожал плечами Денисов. – Не более.
- Дмитрий Иннокентьевич, кто может не справиться? – спросила Валерия Андреевна Метелина, зам по учебной работе.
Разумная адекватная дама, как всегда полагал Валентин, и сегодня уже имел случай ещё раз в этом убедиться.
- Мирская и Коптев, - пожал плечами Денисов. – Шустова скорее вытянет, чем нет, также Рыков, Горин и Орисова. А в двоих названных я сомневаюсь.
Ну да, Мирская. Упорное нежелание что-либо учить, как и у Коптева, и слава всем высшим силам, что Стёпа Коптев не в группе «четыре-один», а у Ксении Петровны.
- Признайтесь, Дмитрий Иннокентьевич, вы придираетесь, - влезла героиня сегодняшнего дня Звонцова.
- Вы можете проверить знания Мирской сами, уважаемая Алина Леоновна, - усмехнулся Денисов.
Как помнилось Валентину, эта самая Алина Леоновна накануне выпуска была в похожей ситуации, потому что учить теорию магии не хотела, и не учила. И приставала ко всем со слезами, чтобы ей помогали. И вроде кто-то из их отличников натаскивал её на решение задач, и как-то натаскал, выходит. Валентин слышал, что Денисов пришёл в училище пять лет назад откуда-то из европейской части страны, где до этого тоже преподавал теорию магии. И разумные студенты никогда на него не жаловались, только если много задал. Но много задавать случается решительно всем. Так что в споре он на стороне Денисова.
К счастью, по общей менталке Мирская вытягивала на «достаточно», что равнялось тому самому трояку, а индивидуальной у неё не было. А то тоже думал бы сейчас, что делать.
- Комиссия? – сверкнула глазами Валерия Андреевна. – Для Мирской и для Коптева?
- Она ещё и физкультуру пропускала, там забор из пропусков стоит, - сообщила физкультурница Алёна Викторовна. – И на отработку не приходит.
Дальше оказалось, что Лена Мирская напропускала у всех, и в последние две недели разве что стала ходить в целом почаще. А Денисов рассказал ту самую изумительную историю, как Мирская стащила работу Виты и выдала за свою.
- Моё предложение: сейчас очень просить Дмитрия Иннокентьевича принять долги у Мирской и Коптева, а если не сдадут, то справка, - сказала Валерия Андреевна.
- Справедливо, - согласилась Александра Даниловна, зам по воспитательной. – Ещё бы участвовали где-то и в чём-то, но нет же! Нечего их жалеть.
- Постойте, коллеги, - кажется, Зайцева поняла, что обсуждение ушло куда-то не туда, куда она рассчитывала. – Вообще вы в курсе, что отец Мирской наш спонсор? И что именно его стараниями мы смогли в этом году заменить паркет в трёх аудиториях второго этажа и часть книжных стеллажей в библиотеке? А мать Коптева из тех, кто поставляет продукты в нашу столовую! И как мы будем смотреть в глаза этим людям, которые доверили нам своих детей, а мы, выходит, не оправдали этого доверия! – Зайцева драматично посмотрела на потолок.
- А документ мы им выдадим с записью – за шкафы и продукты, или всё же о том, что присвоена квалификация «маг-специалист»? – усмехнулся Денисов. – Можно подумать над формулировкой – ну там за особо вкусные продукты, или за особо ровный паркет. Наборный, рисунчатый.
- Обычный, - Савельев рядом с Валентином отчётливо давил в себе усмешку.
- Вот, коллега подсказывает, что даже паркет и тот обычный. А мы тут вроде о магическом образовании, или мне показалось? – поднял бровь Денисов.
- Балаган какой-то, - выдохнула Зайцева. – Валентин Анатольевич, а почему вы молчите? Это ваша студентка! Скажите уже тоже, что вы сделали для того, чтобы она была аттестована? А потом послушаем, что нам скажет Ксения Петровна о Коптеве!
Вообще Валентин не мог сказать, что вот прямо наизнанку вывернулся, чтобы заставить всех учиться. Поговорил пару раз с проблемными, с разным результатом.
С Рыковым у них вообще мгновенно установилось взаимопонимание. Тот честно сказал, что напрягаться не хочет, свой минимум получил и ему достаточно, и за пределы выходить не будет, то есть – всё сдаст, без хвостов и неудов. Так и действовал.
Горин, в отличие от Рыкова, сам толком не понимал, что ему нужно. Юлил, ныл, что не понимает, не может и не справляется. Валентин пару раз пугал, пару раз давил, на том и ехали.
Шустова опускала глазки и бормотала, что всё понимает, будет стараться, просит прощения, это случайно, дальше будет иначе. И так всегда. Как-то вытягивала.
А Мирская буквально при первой же индивидуальной встрече начала хлопать длиннющими ресницами, поглядывать в глаза и вздыхать, и даже за руку подержаться попробовала. Валентин прямо ожидал чего-то подобного хоть от кого, чтобы опробовать некую придуманную им самим технику. Потому что на методике преподавания магических дисциплин предупреждали – студенты будут пробовать продавить вас и так, найдутся такие, кому окажется проще телом, чем умом и силой. Но, во-первых, везде камеры висят, а во-вторых, стоило Мирской взять его за руку, ей на голову тут же свалился с потолка таракан. Обычный таракан, но ей хватило – тут же бросила руку, подскочила, заверещала. Конечно же не поняла, что в реальности не было никакого таракана, лишь иллюзия.
- Успокойтесь, Елена, вернитесь на место и сохраняйте спокойствие, будьте любезны, - сказал Валентин холодно.
И добавил ей ментально страха и неуверенности – так, чуточку, чтобы руки не распускала. Ей оказалось достаточно – заревела, сказала, что ничего не понимает и не справляется, но будет очень стараться. На том и разошлись.
- Я согласен с предложением Валерии Андреевны, - ответил он.
Вот ещё, если приличных студенток пугают справками, то отчего бы Мирскую не попугать?
Дальше Ксения Петровна говорила что-то подобное о Коптеве, а потом Зайцева снова упёрлась взглядом в Валентина.
- Вообще неудивительно, что мы обсуждаем подобные вопросы. Что происходит в вашей группе, Валентин Анатольевич?
- Вы о чём, Зинаида Васильевна?
Ему очень хотелось спросить примерно то же самое и именно у неё – что происходит в моей группе, госпожа директор?
- Они сегодня сорвали занятие по истории магии, и кроме того, на ваших студентов жалоба, они участвовали в какой-то безобразной драке в субботу!
- Ого, уже в безобразной драке?
Валентину стало интересно – Зайцеву ввели в заблуждение, и она проглотила, или она намеренно хочет утопить нескольких приличных студентов? И в любом случае ему нужно быть осторожным, чтобы не навредить девчонкам. Ольге ещё и дома достаётся, плюс ко всем неприятностям в училище, а Вите…
А Виту просто хочется уберечь от всех неприятностей этого мира. Потому что девчонка же справляется, совершенно сама и отлично, и какому идиоту может прийти в голову её закапывать?
- Давайте по очереди, - Валентин взялся рулить. – Насколько мне известно, никто занятия не срывал. Есть видеозапись. Показать?
- Какая ещё видеозапись? – нахмурилась Зайцева.
- Обыкновенная, студенты сделали, как только увидели – что-то пошло не так. Они же сейчас всё фиксируют, не стоит об этом забывать, - Валентин постарался сделать улыбку не слишком ехидной. – На большой экран, так? Отправить вам или Маргарите Степановне?
- Маргарите Степановне, - кивнула Зайцева.
Неуважаемая Валентином Алина Леоновна побледнела и прикрыла рот рукой. Вот, посмотри на себя со стороны, драгоценная, на то, как ты из ничего раздула скандал.
Он перекинул файл секретарю и с улыбкой следил за всеми приготовлениями. Договор с Рыковым сработал на все сто, Валентин подозревал, что Звонцова легко спровоцируется на какую-нибудь ерунду, ну так пускай получает, если ума нет.
И вот на экране аудитория, в которой работает Звонцова, слышен бой часов, она заходит, здоровается, и следом за ней заходит Ольга. Получает с порога и отправляется восвояси. Дальше Звонцова отмечает присутствующих, спрашивает домашнее задание, потом Ольга возвращается, и начинается скандал.
- Выключите это, - Зайцева брезгливо морщится. – Валентин Анатольевич, почему ваши студенты позволяют себе подобное?
Валентин уже хотел начать защитную речь, но вмешалась Валерия Андреевна.
- Зинаида Васильевна, на мой взгляд, студенты не позволили себе ничего особенного. Мне жаль, что опоздание студентки на тридцать секунд может вызвать у уважаемой Алины Леоновны такой… чрезмерный отклик. Лично я не нашла в действиях студентки состава преступления и допустила её к занятию. Но после просмотра записи у меня создалось впечатление, что Алина Леоновна что-то имеет к Кольцовой, но, простите, не знает, к чему привязаться. Скажите, коллеги, я правильно понимаю, что студентка Кольцова не из тех, к кому есть претензии по учёбе и поведению?
И с ней все согласились, а Валентин выдохнул – не пришлось ни с кем открыто конфликтовать, и это тоже хорошо.
- Значит, Алина Леоновна могла сделать Кольцовой замечание и не демонстрировать всей группе такую… излишне бурную реакцию, - завершила Валерия Андреевна.
И бурчала что-то вроде «ещё бы приличных студенток не доставали». Валентин был с ней в том полностью согласен.
- Студентка Кольцова из лучших в нынешнем выпуске, - сказал он. – Из тех, кто непременно пойдёт учиться дальше, и кого мы будем ставить в пример младшекурсникам. Нужно ли… принимать так близко к сердцу незначительное опоздание студентки на занятие? Тем более, что к занятию она была готова, что и продемонстрировала.
- Алина Леоновна, следите за собой, - буркнула Зайцева.
И если Валентин что-то понимал, то директриса племяннице потом ещё и вломит. Ничего, пускай. Нечего за счёт студентов решать проблемы своих родственников.
- А что там за жалоба? Почему я ничего не знаю? – поинтересовалась Александра Даниловна, зам по воспитательной работе.
Вообще все такие дела должны идти через неё, она права.
- Мне позвонили и рассказали о том, что наши студентки нападали на студентов университета! С применением магии! – сообщила Зайцева.
- Валентин Анатольевич, вы в курсе? – зам по воспитательной навела орудия.
- В курсе, более того, я был там вечером в субботу, - улыбнулся ей Валентин и переключился на директора. – Как вы думаете, Зинаида Васильевна, почему произошёл звонок вам, а не полноценная официальная жалоба, или, прости господи, досудебная претензия?
- Чтобы я решила вопрос, конечно же! – тут же отреагировала директриса.
- Каким образом?
- Наказав виновных!
- А вы уверены, что знаете, кто виновен? – Валентин постарался улыбнуться ласково.
- Мне обрисовали ситуацию достаточно подробно.
- О том, что обвинители были пьяны, как свиньи, вам тоже сообщили?
- Что? – о нет, она пока не понимает.
- У меня есть воздушный слепок ситуации, понимаете? И я примерно понимаю, что должно быть на записях с камер. И предупредил, что повреждение записей сыграет и против заведения, и против студентов университета.
- Расскажите уже, не томите, - усмехнулась Александра Даниловна.
- А что – девушки отправились в клуб в субботу, к ним там грязно приставали, они отбились, а я их оттуда забрал, вот и всё. Как по мне – говорить не о чем.
- И что же в таких местах делают ваши отличницы? Кольцова, Петровская, Изместьева, кто там ещё был? – поинтересовалась Звоцова.
- Моя сестра Инга там тоже была, - усмехнулся Валентин, - она меня и позвала.
К Инге не цепляются – понимают, что он будет копать такое до упора. Но он и за остальных будет копать, так что пускай лучше даже и не пробуют, да?
- На мой взгляд, нечего там делать, а если будет официальная жалоба, то сказать, что у нас воздушный слепок, и всё, - вынесла вердикт Александра Даниловна. – Что, девочкам уже и не сходить потанцевать? Все совершеннолетние, слава богу, и в итоге все в порядке. Никого ж не повредили? – глянула она на Валентина.
- Никого. Некоторые на ногах не держались – ну так пьяные были.
- Вот и ладно. Зинаида Васильевна, я попрошу в следующий раз передавать подобные вопросы мне, я разберусь, их не обязательно обсуждать всем коллективом. Равно как и несдержанность наших молодых преподавателей. Мы хотели решить все вопросы быстро, а что вышло в итоге?
- Я благодарю всех за работу, коллеги, - произнесла Зайцева. – Алина Леоновна, останьтесь.
Вот и славно, пусть поговорят.
Валентин ещё спросил о текущем у Савельева, но тот был краток.
- Ваши звёзды у меня не учились, а все те, кто учился, справились.
- Вот и славно.
Он пока не понял, говорить ли об охоте на некий артефакт… решил, что ещё посмотрит и, возможно, скажет.
А Звонцова попалась Валентину на выходе из училища.
- Знаешь, Вершинин, я это так не оставлю, ясно тебе? Мало не покажется!
- Алина, мне кажется, ты снова заблуждаешься. И насчёт собственной значимости, и что можешь решать дела твоей сестры через ни в чём не повинную студентку.
Она не сказала ни слова, но он понял – не ожидала. Думала, никто не догадается. Всегда такая была, думала, никто не поймёт, где она наврала и накосячила. Но во время учёбы за неё заступалась маменька, приходила и ныла. А теперь вот Зайцева заступается. Ничего, ещё разок в луже из-за Алиночки посидит, и перестанет заступаться.А вообще, кого бы спросить – откуда взялась на месте директора эта вот Зинаида Васильевна? В годы его учёбы никого такого и близко не было!
- Ну знаешь, - прошипела она и убежала, только звук каблуков и остался.
А Валентин сел в машину и поехал домой.