Глава 6

Стена мы оттащили к деверьям и связали, затолкав кляп в рот. Не хватало еще, чтобы он очнулся в самый неподходящий момент и снова все испортил. Девонир все же исполнил свой замысел и надоумил сынка старейшины, как помешать ритуалу. Счастье, что Луд смог добраться до меня и вырубить Стена. Теперь нам предстояло попробовать еще раз привлечь духов, и я надеялась, что колдун останется в дураках. Луд велел мне сесть возле столба, и хотя я совсем не горела желанием туда возвращаться, пришлось подчиниться. Оказалось, что в центре поляны находится особое место силы, где лучше всего заниматься разными колдовскими действами. Парнишка достал из сумы мешочек, развеял вокруг столба порошок, а остатки высыпал мне на голову. – Сначала вонючий раствор, теперь порошок, – недовольно буркнула я, потирая кончик носа и борясь с желанием расчихаться на всю округу. – Мне срочно нужно искупаться. – Не ной, – оборвал мои стенания Луд, отойдя подальше. – Если получишь метку, сможешь мыться хоть целый день. – Должна получить, – отозвалась я и принялась вглядываться в черноту леса в поисках зеленоватых огоньков. Но ничего не происходило, сколько бы мы ни ждали. Я старалась не поддаваться панике, хотя в душе уже успела ни один раз попрощаться с нормальным существованием и вообразить напыщенное лицо Девонира. – Луд, – не выдержала я, – может, стоит позвать духов? Мне кажется, они понимают речь. Парнишка подошел ближе, и я увидела, что он от волнения покусывает губы. – Никогда не слышал, чтобы кто-то разговаривал с духами. Ведьмы и колдуны могут их призывать ритуалами. Обычные слова тут бесполезны. – Но нужно же что-то делать! – в отчаянии выпалила я. – Скоро рассвет, и будет поздно. – Что делать-то? – развел руками Луд. – Я думал, порошок их приманит. А теперь получается, и этого недостаточно. В лесу раздалась неожиданная трель пичужки, но быстро смолкла. – Слушай! – осенила меня идея. – А у тебя дудочка с собой? Луд уставился на меня с ошарашенным видом, явно не понимая, чего я от него хочу. – Ты про флуту, что ли? – Ну да. Можешь сыграть какую-нибудь спокойную мелодию, а я спою. Парнишка посмотрел на меня, как на умалишенную, но от комментариев воздержался. Он уселся рядом со мной у столба, вынул из сумы костяную дудочку, его верную спутницу во всех лесных походах, и заиграл. Звуки полились неспешной струйкой, постепенно наполняя поляну и окрестности грустной музыкой, навевающей воспоминания о прошлом. В детстве мама отдала нас с сестрой в музыкальную школу на вокал, считая, что ее дочери должны быть всесторонне развиты. Но оказалось, что голос есть только у меня, а Лида впервые не блистала талантом. Сестра настояла на том, чтобы бросить занятия, и мама, всегда потакавшая ей, согласилась. Я умоляла оставить меня в школе, и папа вопреки недовольству жены и старшей дочери пошел навстречу. Правда, я отучилась всего несколько лет, а потом родители развелись. Мы с мамой и сестрой переехали в другой район, и об уроках вокала пришлось забыть. – Кто тебя выдумал, звездная страна? – запела я свою любимую песню, окончательно уйдя в далекие детские воспоминания, где наш хор выиграл городской конкурс среди младших классов. Давно знакомые слова слетали с губ и уносились ввысь к ясному небу, усеянному неизвестными созвездиями. Сколько же я не пела? Наверно, целую вечность, или даже больше. Голос поначалу звучал неуверенно, но постепенно набрал силу и обрел присущую от природы глубину. Я так увлеклась процессом, что не сразу заметила в чаще огоньки. Спохватилась, только когда светлячки очутились у края поляны. Но почему-то на этот раз они излучали голубоватое сияние, вместо зеленого. Слова закончились, музыка стихла, и Луд осторожно отошел к деревьям, чтобы не мешать. В первое мгновение я невероятно обрадовалась, что нам все же удалось привлечь духов. А потом внутри возникло стойкое ощущение, что на мой зов пришли существа совсем иного порядка, нежели прежде. Голубых огоньков оказалось около десятка. Они не спешили подлетать и как будто изучали меня. Если зеленоватых светлячков я смело звала к себе, то эти мне внушали опасение. Создавалось впечатление, что в них кроется значительная сила, с какой стоит считаться. Наконец один из огоньков приблизился так близко, что я могла легко коснуться его рукой. Светлячок завис над моей головой, а потом вдруг шарахнулся в сторону и помчался прочь. Другие тоже подхватились и понеслись обратно в лес. – Нет! – не сдержала я стон разочарования. – Как же так? Ну почему и эти улетели? Луд вышел из-за ствола и, переступив с ноги на ногу, промямлил: – Кажись, запах их все же отпугивает. – Запах? – растерянно переспросила я и только сейчас вспомнила, что Стен облил меня какой-то дрянью. Нервы сдали, и я заплакала, совсем как в детстве, когда прибегала к папе и жаловалась на очередную выходку Лиды. Только теперь папы рядом не было, и утешать меня никто не спешил. – Давай еще раз попробуем с музыкой и песней, – без особой надежды в голосе предложил Луд. – Поздно, – покачала головой я. – Светает. Над лесом посерело небо, и сияние звезд постепенно начинало угасать. – Не видать тебе метки! – раздался крик Стена с края поляны. Сынок старейшины непостижимым образом освободился от кляпа, выполз из-за деревьев и теперь злорадствовал: – Утром придет Варга и поставит на тебе клеймо изгнанницы. И тогда… Тогда ты за все ответишь. – Заткнись! – рявкнул Луд, сжимая кулаки. – Время еще есть. Нужно хотя бы попытаться. – Бесполезно, – со вздохом разочарования и боли отозвалась я. – Больше не могу бороться. Парнишка оказался рядом, тряхнул меня за плечи и процедил: – Не смей сдаваться, Катрин! Это твой последний шанс. Размазав слезы по щекам, я завопила, срывая голос: – Духи леса! Где вас носит?! Можете вы мне помочь, или нет?! Тут у моих ног зашуршала трава, и появились два крошечных горящих янтарем глаза. От неожиданности я взвизгнула и вцепилась в руку Луда. – Что это? – в страхе прошептала я. – Кажись, панголион, – также тихо отозвался парнишка. – Не шевелись. – Кто? – не поняла я, таращась на выползшего к столбу небольшого красноватого крылатого ящера, длиной со среднюю дыню-торпеду. Луд не ответил, а существо двинулось в мою сторону, вскарабкалось по босой ноге на колени и заговорило: – Будущая нареченная, готова ли ты заключить со мной договор ради метки духов? – Луд, о чем это он? – спросила я, стараясь не дрожать. – Чего? – удивился парнишка. – Панголион, небось, проголодался. А ты так орала, вот он и решил тобой закусить. Сиди молча. Он ядовитый. Вдруг вонь его отпугнет. Иначе он нас сожрет. Ящер оскалился, и меня затрясло от вида пасти, переполненной острыми зубками. – Он меня не слышит, – снова заговорил все тот же голос, и я готова была поклясться, что он звучит, как мужской. – Только тебе дано говорить с духами и магическими животными. – Мне? – переспросила я, ощущая, как по спине стекает струйка ледяного пота. – Долго объяснять, – поморщился ящер. Правда, выражение его морды совсем не изменилось, но я точно знала, что он именно поморщился. Чудеса. – Отвечай уже, – поторопил он. – Готова заключить договор или как? – Ты можешь поставить метку? Ящер нетерпеливо переступил передними лапками и с раздражением ответил: – Не я, дуреха. Но я приведу тех, кто оставит на тебе знак своей милости. – Что нужно делать? – тут же решилась я. Панголион со свистом выдохнул и принялся объяснять: – Мои знакомые духи благословят тебя знаком нареченной принца. Если, конечно, ты подпитаешь их своей силой и возьмешь нас троих во дворец на отбор. – Зачем? – с подозрением покосилась на него я. – И что значит «подпитать»? – Тебе нужна метка, или нет?! – разозлился ящер. – Время на исходе. Решай быстрее. Солнце встает. Первые лучи уже коснулись верхушек деревьев, и предрассветная мгла отступила, так и норовя исчезнуть окончательно. – Хорошо! Я согласна! – выпалила я. – Назови свое имя и произнеси, что клянешься исполнить условия договора, – велел панголион. – Я, Катрин, готова заключить с тобой договор. Зови скорее своих духов. Клянусь подпитать кого скажешь и потом заберу во дворец. Все что угодно, только быстрее! Ящер с довольным видом кивнул и цапнул меня за указательный палец. От неожиданности я вскрикнула, но панголион уже лизнул своим раздвоенным серым языком ранку, и она тут же затянулась. – Ты что творишь?! – возмутилась я, прижимая к груди ладонь. – Договор нужно скреплять кровью, – хладнокровно заявил этот паразит, махнул хвостом и исчез в траве.