Глава 54

Поход на Атропос был похож на медленное, неотвратимое движение тектонической плиты. Их армия, разношерстная и шумная, текла по выжженным землям, как темная, полноводная река. Слухи об их приближении летели впереди, сея панику среди лоялистов и зажигая огонь надежды в сердцах угнетенных. Мелкие баронские гарнизоны, встречавшиеся на их пути, либо сдавались без боя, переходя на сторону Люциана, либо запирались в своих замках, не решаясь вступать в открытое сражение.

Анна ехала верхом рядом с Люцианом, в самом сердце их войска. Она сменила свою крестьянскую одежду на прочный кожаный доспех, который для нее выковали гномы. За спиной у нее был лук, а у седла — тот самый ржавый, но теперь остро заточенный меч. Она не была воином, но она не могла оставаться в тылу. Она была одним из символов этого восстания, и ее место было здесь, рядом с их лидером.

Когда они подошли к столице, зрелище было одновременно и величественным, и пугающим. Атропос, город черных шпилей, казался неприступным. На его высоких, базальтовых стенах стояли тысячи гвардейцев в сверкающих доспехах. Над главными воротами развевалось огромное черное знамя с гербом правящей династии. Город затаился, как гигантский, хищный зверь, готовый к прыжку.

Как и планировалось, основная армия под командованием Брока и Томаса разбила лагерь в дне пути от города, начав демонстративную подготовку к осаде, отвлекая на себя внимание. А под покровом ночи три диверсионные группы начали свою тайную, смертельно опасную работу.

Первая группа, ведомая братьями-охотниками, должна была устроить саботаж. Они, как призраки, скользили вдоль стен, закладывая в слабые места кладки алхимические заряды, созданные магами долины.

Вторая, самая многочисленная, под командованием Киры, проникла в город через старый акведук. Анна, оставшаяся в штабной палатке, с замиранием сердца ждала сигнала. Связь они поддерживали с помощью зачарованных камней, которые могли передавать короткие световые импульсы.

И вот, глубокой ночью, камень на столе Анны трижды вспыхнул тусклым, зеленым светом.— Они внутри, — сказала она Люциану, который стоял рядом, всматриваясь в темноту в сторону города.

Начался самый напряженный этап. Группа Киры, двигаясь по лабиринту трущоб, добралась до старых арсеналов. Они бесшумно сняли немногочисленную охрану и вскрыли замки. Оружия там оказалось даже больше, чем они ожидали. Тысячи мечей, копий, щитов, покрытых пылью и ржавчиной.

И тогда Кира дала второй сигнал — красный огонь, пущенный в небо с помощью магического артефакта.

Этот огонь стал искрой, которая подожгла город.

Со всех сторон, из грязных переулков и покосившихся лачуг, начали выходить люди. Сначала десятки, потом сотни, потом тысячи. Это были те самые тени, которых Анна видела во время своей прогулки. Но теперь в их глазах был не страх, а ярость. Они хватали оружие, которое им раздавали люди Киры, и с диким, первобытным ревом бросались на немногочисленные патрули гвардейцев.

В городе начался ад.

Восстание охватило бедные кварталы, как лесной пожар. На улицах закипели ожесточенные, хаотичные бои. Гвардейцы, привыкшие иметь дело с покорной, запуганной толпой, оказались не готовы к такой ярости. Их стройные ряды смешались, их тактика была бесполезна в узких, забаррикадированных переулках.

Арманд, наблюдавший за происходящим с высокой башни дворца, был в бешенстве.— Что это?! — ревел он, обращаясь к своим генералам. — Как они посмели?! Отправить легионы! Подавить бунт! Убить всех!

И он совершил именно ту ошибку, на которую рассчитывала Анна. Он приказал снять два легиона со стен и бросить их в город, чтобы подавить восстание.

В тот же момент, как ворота открылись, выпуская карательные отряды, армия Брока и Томаса, ждавшая этого сигнала, нанесла свой удар. Но не по воротам. А по западной стене, ослабленной ночными взрывами.

Стена рухнула с оглушительным грохотом. И в образовавшийся пролом хлынула река народного ополчения.

Началась битва за столицу.

А в это время третья, самая маленькая группа, начала свою миссию. Анна, Люциан, Каин и еще несколько лучших бойцов, переодетые в доспехи убитых гвардейцев, под прикрытием всеобщего хаоса, скользнули в город.

Их вела Элис.

Они встретились с ней в условленном месте — в заброшенной часовне у дворцового сада. Маленькая принцесса была бледна, как смерть, но в ее серых глазах горела стальная решимость. Она провела их через тайные ходы, о которых знала только она, — через винные погреба, через старые, заброшенные покои для слуг.

Они были уже почти у цели, у входа в сокровищницу под тронным залом, когда их остановили.

В коридоре перед ними, как будто ожидая их, стоял Арманд. А рядом с ним — Катя.

На Арманде были черные, как сама ночь, доспехи. В его руке был огромный, пылающий магическим огнем меч.— Я ждал вас, — сказал он с ледяной усмешкой. — Неужели вы думали, что я настолько глуп? Что я не замечу, как моя маленькая, никчемная сестренка бегает по дворцу, как испуганная крыса?

Катя стояла рядом с ним, и на ее лице была торжествующая улыбка.— Здравствуй, сестренка, — пропела она. — Сюрприз.

— Элис, беги! — крикнул Люциан, выхватывая свой меч.

Началась решающая схватка.

Люциан бросился на Арманда. Их мечи столкнулись с оглушительным звоном, высекая снопы искр. Это был не просто поединок. Это была битва двух принцев, двух наследников, двух идеологий. Арманд был сильнее, его магия была сокрушительной. Но Люциан был быстрее, яростнее. В каждом его ударе была боль за убитую сестру, за растоптанный народ.

Каин и его воины сражались с личной охраной Арманда, «Тенями» — элитными убийцами в черных плащах.

А Анна осталась одна. Против Кати.

Ее сестра не была воином. В ее руках не было оружия. Но она была не менее опасна.— Ну что, Лия? — прошипела она, медленно идя на нее. — Доигралась в свою справедливость? Ты всегда была такой. Всегда лезла не в свое дело. Всегда все портила. Ты испортила мне жизнь. А теперь я испорчу твою.

Анна не стала с ней сражаться физически. Это было бы глупо. Ее битва была другой.— Ты сама все испортила, Катя, — сказала она холодно и спокойно. — Своей завистью. Своей пустотой. Ты могла иметь все. Но тебе всегда было мало. Тебе нужно было, чтобы у меня не было ничего.

Их поединок был поединком слов, взглядов. Но в этот момент, когда они стояли друг напротив друга, пока вокруг бушевала битва, с потолка, ослабленного магическими ударами, начал сыпаться камень.

Огромная каменная глыба сорвалась вниз и рухнула прямо на то место, где стояла Катя.

Анна в последний момент успела отскочить. А Катя… Она лишь вскрикнула, и ее торжествующая улыбка сменилась выражением ужаса и недоумения.

Все было кончено.

В это же время Люциан, израненный, но несломленный, нанес Арманду решающий удар. Он обезоружил его и приставил меч к его горлу.— Это за Лиру, — прорычал он. — И за всех, кого ты убил.

В тронный зал, откуда они вышли, ворвались гвардейцы. Но это были не гвардейцы Арманда. Это были солдаты одного из пограничных легионов, которые, узнав о восстании в городе, перешли на сторону Люциана. Во главе их стоял старый, седовласый генерал.

— Ваше Высочество, принц Люциан, — сказал он, преклоняя колено. — Армия с вами. Город наш.

Битва за столицу была окончена. Титаны пали.

Анна стояла посреди этого хаоса, глядя на тело своей сестры под обломками, на поверженного Арманда, на ликующих солдат. Они победили. Но она не чувствовала радости. Лишь бесконечную, опустошающую усталость. Ее война была окончена. Но какой ценой?