57

– Вы могли бы постучать, – мой голос прозвучал неожиданно твердо, хотя внутри все дрожало от его внезапного вторжения.

– Мог бы, – он вошел в комнату с небрежной грацией хищника, – но тогда ты бы не открыла.

– Естественно! Я принимаю ванну! – я инстинктивно глубже погрузилась в воду, пытаясь прикрыться руками. Пар клубился в воздухе, создавая призрачную завесу между нами.

– А должна была ужинать со мной в столовой.

Проклятый упрямец! Его высокая фигура отбрасывала длинную тень на стену, делая его еще более угрожающим.

– Я не голодна, – процедила я сквозь зубы, стараясь сохранять остатки достоинства в этой нелепой ситуации.

Норд медленно приблизился, его взгляд скользил по моему лицу, словно пытаясь прочесть мысли.

– Стойте где стоите, ваше высочество.

В ответ он только хмыкнул. Я дернулась, попытавшись встать, но его тяжелая рука легла мне на плечо, пригвождая к месту. Его пальцы скользнули выше, убирая влажные пряди волос. По коже пробежали предательские мурашки, оставляя за собой огненные следы.

В полной тишине, нарушаемой лишь потрескиванием свечей, Норд провел пальцем по одному из бледных шрамов на моей спине. Его прикосновение было почти невесомым, но я чувствовала, как напряглось все мое тело.

– Нравится? – я вложила в этот вопрос весь яд, на который была способна. Пусть это тело принадлежало не мне, но именно мне довелось испытать боль от его жестокого наказания.

Норд не ответил, но атмосфера в помещении мгновенно сгустилась, став почти осязаемой. В воздухе повис тяжелый аромат его парфюма, смешанный с запахом свечного воска. Капли воды стекали по стенам, словно слезы, а тени от пламени плясали на потолке, создавая причудливый танец света и тьмы.

– Не нравится, – его голос прозвучал неожиданно хрипло, а пальцы снова заскользили по тонким шрамам, словно пытаясь стереть их с моей кожи. – Я должен испытывать удовлетворение от того, что расплатился с тобой... но не испытываю.

В его словах было что-то странное, почти болезненное. Я подтянула колени к груди, создавая хоть какой-то барьер между нами. Темная вода скрывала мое тело, но взгляд Норда, казалось, проникал сквозь любые преграды. Я не понимала, о чем он говорит. А может, и не хотела понимать. Ведь что бы он ни говорил сейчас, его ненависть к Инес – ко мне – оставалась неизменной. И для меня эта ненависть была абсолютно необоснованной.

Пламя свечей дрогнуло от его тяжелого вздоха. Капли воды медленно стекали по моей спине, смешиваясь с его прикосновениями, от которых по коже разливалось предательское тепло. Это тело помнило его слишком хорошо, реагировало слишком остро.

– Пожалуйста, покиньте ванную комнату, ваше высочество, – мой голос прозвучал тише, чем хотелось бы.

Воздух между нами густел с каждой секундой, наполняясь невысказанными словами и подавленными эмоциями. Каждый вдох давался с трудом, словно я тонула не в воде, а в этой тяжелой атмосфере.

Он резко развернулся и вышел в коридор, но не для того, чтобы оставить меня в покое. Я услышала, как он отдает какие-то распоряжения – его властный голос эхом отражался от каменных стен. А затем он снова появился в дверном проеме, его силуэт четко вырисовывался на фоне более яркого света из коридора.

– Раз ты не хочешь спускаться к ужину, поедим здесь, – в его тоне слышалось что-то среднее между приказом и насмешкой. – Десерт принесут через пять минут.

Я в изумлении уставилась на него, не веря своим ушам. Капли воды стекали по моим плечам, а в голове крутилась только одна мысль – он издевается? В этой абсурдной ситуации – я в ванне, он врывается без стука – он думает о десерте?

– Десерт? – мой голос прозвучал почти пискляво от удивления.

В тусклом свете свечей его глаза казались темнее обычного, а тени подчеркивали резкие черты лица.

– Есть возражения?

Есть! Я тут голая в ванне сижу не для того, чтобы десерты поедать!

Этот крик прозвучал только в моей голове, а на деле я только губы поджала. Он ведь все равно не услышит меня. Сделает, как сам хочет. Упертый баран.