ГЛАВА 5. Взрыв в Челси

«Ты следующая, Дженни».

Джон Ллойд

Тихий Челси взбудоражился не на шутку. И не только потому, что преступления в тихом районе, где жил доктор Вольф, случались нечасто. Как оказалось, викария здесь хорошо знали – и относились с большим уважением.

– А миссис Мэйбл и говорит – сходи к доктору Вольфу, он-то подскажет, что в аптеке взять, – причитала свидетельница, прижимая руки к лицу. Молодой констебль записывал показания, мудро опуская большую часть услышанного. – И ведь денег за советы не брал, святой человек! Ну я и пошла, как вдруг…

Полиции на узкой улочке, где располагался дом Константина Вольфа, оказалось столько, что они с Джоном не смогли даже завернуть в проулок – так и оставили машину у поворота. Две патрульные машины уже стояли по обе стороны, блокируя проезд и проход любопытствующих, но карета скорой помощи ещё не подъехала.

Джон не терял ни секунды – сорвался с места, перепрыгивая через валявшиеся на улице обломки мебели, обгоревших книг, вещей и стёкол. В полумгле, освещаемой лишь уличными фонарями, брат рисковал переломать ноги, но не задержался ни на мгновение. Окна вынесло взрывной волной не только в доме доктора Вольфа – соседи тоже лишились стёкол в ставнях. К счастью, по всей видимости, никто не пострадал – пробираясь вслед за Джоном, Джен впитывала море эмоций столпившихся соседей. Шок, тревогу, гнев…

Горя и личной боли среди них так и не встретилось. Доктора Вольфа любили, но он ни с кем так и не сблизился. По-видимому, одного друга в лице Джона викарию более чем хватало.

Среди суровых констеблей, опрашивающих соседей, Джен заметила Хосе Суараса, отгонявшего особо резвых зевак, и инспектора Адама Кёстера, к которому и подбежал Джон.

– Мы ждали тебя, – тихо проронил Адам, когда старший инспектор рухнул на колени перед распростёртым на мостовой неподвижным Константином. – Я только прибыл. Констебль вызвал медиков и пожарных. Внутри всё в дыму, зайти невозможно. Разнесло второй этаж, со стороны кабинета. Оттуда всё ещё валит дым, так что мы не осматривали…

Джен тихо остановилась за спиной Джона, вглядываясь в мертвенно бледное лицо Константина. Судмагэксперт казался тихим и неподвижным. Джен даже сказала бы – мертвее некуда. Доктор Вольф так и лежал в позе, в которой его нашёл вызванный соседями констебль – с неестественно вывернутой рукой, в пыли, с разводами копоти на лице и подсохшей кровью, вытекшей из носа. Других видимых повреждений Джен не увидела – вероятно, падая из окна, викарий подставил под удар руки и ударился головой уже потом, когда катился по мостовой. Но что творилось под одеждой, Джен не знала.

– Вольф, – неожиданно мягко, едва слышно позвал Джон. Бережно коснулся покрытой копотью щеки. – Вольф, не смей… Я же чувствую тебя… Зеркало! – вдруг резко обернулся старший инспектор. – У кого есть зеркало?

Джен растерянно развела руками, когда мужчины обернулись к ней. Верно, позор для истинной леди – но она не носила с собой ни зеркальца, ни косметички.

– Стёкла, – подсказал инспектор Кёстер. – Вы позволите, мисс Эвергрин?

Джен поколебалась всего миг, прежде чем снять и протянуть очки. Для близорукого человека остаться в размытом мире – всегда неприятность. Даже в подобных случаях она не могла избавиться от чувства беззащитности и беспомощности.

– Джон, это бесполезно, – тихо позвал Адам, глядя, как старший инспектор подносит очки к лицу доктора Вольфа. – Он вылетел из окна. Даже если приземлился удачно… После взрыва…

– Дышит!

Джон резко выдохнул, протягивая очки сестре. Надев их, Джен увидела, как брат рваным движением вытирает пот со лба и оборачивается, высматривая что-то в сумраке переулка. Даже замер, словно впитывая вибрацию в воздухе.

– Медики, – первым услышал сирену Кёстер.

Неуклюжий экипаж скорой помощи действительно уже показался в проулке – но проехать к пострадавшему из-за обломков мебели и столпившихся людей не мог.

– Надо расчистить, – дёрнулся Адам, быстро оценив ситуацию.

– Стой на месте, – жёстко приказал старший инспектор, поднимаясь на ноги.

Джон выпрямился во весь рост, замер на миг – и обломки интерьера буквально смело в стороны, под стены домов. По счастью, никого из отпрыгнувших людей не задело, а самые догадливые отбежали подальше от менталиста-телекинетика.

Карета скорой помощи наконец нерешительно продвинулась вперёд, подбираясь к пострадавшему.

Джен отступила в сторону, чтобы не мешать медикам. Королевская служба скорой помощи работала на удивление слаженно – молодой врач проверил пульс, махнул санитарам, и доктора Вольфа, по-прежнему безвольного и почти неживого, осторожно переложили на носилки.

– Я поеду следом, – быстро заговорил Джон, подходя к ней. – Прости, Джена. Хосе отвезёт тебя домой.

– Я понимаю, – тихо отозвалась Джен. – Прошу, дай мне знать, когда что-то прояснится. Доктор Вольф – сильный человек. Будем надеяться, он выкарабкается.

Джон только отрывисто кивнул, не глядя ей в глаза. Джен этого и не требовалось – всю гамму чувств, испытываемых братом, она ощущала, как собственную.

– Адам, – обратился к подчинённому старший инспектор, – проверь, что пропало. Зачем взрывать кабинет судмагэксперта? Только если что-то искали, нашли – и заметали следы. Опросите соседей. Может, видели кого…

– Уже занимаемся, – кивнул на констеблей инспектор Кёстер. – Завтра скажу больше.

Джон отрывисто кивнул, быстрым шагом покидая переулок. Карета скорой помощи уже выезжала, так что путь к служебному «Ситроену» старший инспектор проделал бегом, запрыгивая за руль и срываясь с места вслед за медиками.

Джен неуютно поёжилась, обхватывая себя руками. Вгляделась в зияющее чернотой, дымом и смертью развороченное окно на втором этаже. И вздрогнула, когда кто-то тронул её за руку.

– Мисс Эвергрин, – поприветствовал её сержант Суарас. – Я слышал пожелания старшего инспектора. Если инспектор Кёстер позволит…

– Пулей, – подтвердил Адам. – Ты нужен мне здесь.

Хосе просиял, быстро кивнул и приглашающе указал на служебный автомобиль, блокировавший движение с другого конца переулка. Запасным подъездом редко пользовались, так что там царили темнота, тишина и тревога.

Джен не возражала. Чем скорее она доберётся домой – тем лучше. Ни на месте происшествия, ни в больнице она уже ничем помочь не могла.

– Паршивая история, мисс Эвергрин, – вздохнул смуглый Хосе, когда они уже выруливали на главную дорогу. – Ведь это доктор Вольф делал заключение. Что-то здесь нечисто, нутром чую. Хоть я не менталист.

– Неплохо бы вызвать другого судмагэксперта, – заметила Джен. – Может, взрыв обусловлен магическим фактором. Возможно, работа стихийника. Например, мага огня…

– Эй-эй, – заволновался сержант. – Вы на кого намекаете, мисс Эвегрин? Не переживайте – если инспектор Кёстер что нароет, тут же сообщит.

– Я не о вас, мистер Суарас, – слабо улыбнулась Джен. – Стихийников в Лондоне, как и за его пределами, хватает. Есть как зарегистрированные, так и теневые маги.

– Вот только вручную искать всех – взопреешь, – буркнул Суарас. – Нет уж. Подождём, что утро покажет. Ночью мы там ни дьявола не разберём. В смысле, – поправился сержант, – темно же. А с судмагэкспертами накладка – таких, как доктор Вольф, не сразу сыщешь. Профессия новая, специалистов мало, а экспертов-менталистов ещё меньше. Возможно, что даже и ни одного.

Джен только головой покачала, и оставшийся путь домой они проделали в тишине. Молчать рядом с Хосе Суарасом оказалось неожиданно легко: болтливый сержант поймал её настроение и не стал давить отвлечёнными разговорами. Хосе молчал до самой двери, куда со всей старательностью проводил.

– Если позволите, мисс Эвергрин, – тяжело проронил Суарас, – старший инспектор совершенно зря таскает вас за собой. Нет, я допускаю, что у менталистов одной крови особая связь, но всё же – это большой риск. Не поймите меня превратно, мисс Эвергрин, но доктор Вольф тоже был другом Джона. Не хотелось бы, чтобы неприятности, которые притягивает старший инспектор, приземлились ещё и вам на голову.

– Джон – мой брат, – просто ответила Джен. – И я сделаю всё, чтобы ему помочь.

Сержант угрюмо кивнул, и Джен поймала быстрый взгляд исподлобья.

– А жених ваш не возражает против поздних поездок? Или старший инспектор и с ним договорился?

Невзирая на тяжёлые события, трудный день и общую усталость, Джен не удержалась от искренней улыбки. Сержант Суарас оказался человеком непосредственным, бесхитростным и живым, как огонёк свечи на ветру.

– Какой ответ вам хотелось бы услышать, мистер Суарас? – всё ещё улыбаясь, поинтересовалась она.

Хосе неловко пожал плечами, но взгляда не отвёл. Только заулыбался наконец, блестя белоснежными зубами в темноте.

– Честно? Что жениха у вас нет, что я вам тоже нравлюсь, и что когда мы распутаем это дело, вы согласитесь на свидание со мной, мисс Эвергрин!

Джен тихо рассмеялась, покачала головой и протянула руку.

– Позвоните утром, Хосе, – попросила она, ощущая, как её ладошку обжигает горячечное пожатие сержанта. – У соседки есть телефон. Или я позвоню сама – на углу стоит автомат. Скажите только, где вас застать – в управлении или дома? Подозреваю, что глаз не сомкну, пока не узнаю, как там доктор Вольф, и что нашли на месте взрыва.

– Я бы предложил услуги сонного терапевта, но инспектор Кёстер ждёт меня в Челси, – вздохнул Хосе Суарас, с неохотой отпуская тонкие пальчики Джен. – Насчёт позвонить не беспокойтесь, мисс Эвергрин. Я заеду к вам лично. Нет-нет! – возразил Хосе, хотя она не протестовала. – Мне не в тягость.

Джен и не сомневалась, потому что сержант Суарас излучал прямо-таки готовность всё бросить и заниматься утешением мисс Эвергрин вместо расследования. И всё-таки тревожное чувство не отпускало до самого утра. Джен проворочалась всю ночь, забывшись коротким сном уже на рассвете, и проспала затем почти до полудня.

С трудом приведя себя в порядок и сбегав к соседке – воспользоваться телефоном – Джен вернулась домой, наспех соорудила ланч и уже собиралась вызывать такси, когда в дверь позвонили.

Из-за двери веяло серьёзностью, усталостью и тревогой.

– Проходите, – быстро сказала она, приглашая сержанта Суараса в гостиную. – Я сварю вам кофе.

– Некогда, мисс Эвергрин, – непривычно сурово откликнулся Хосе, останавливаясь на пороге. – Я, собственно, почему к вам… хоть он меня и уволит…

– Говорите, – похолодела Джен.

– Старший инспектор собирается к подозреваемому, – тут же сдал начальника Хосе. – Имя Джанфранко Медичи вам о чём-то говорит?

– Бывший жених Эвелин, – рассеянно кивнула Джен. – И он, кажется, не в ладах с законом.

– Это мягко сказано, – возразил Хосе, неловко переминаясь на пороге. – И если позволите, мисс Эвергрин, вашему брату без сопровождения туда никак нельзя. Без, дьявол его побери, целого взвода сопровождения.

Джен размышляла всего секунду.

– Можете отвезти меня к Джону? – быстро спросила она, сдёргивая пальто с вешалки. То самое, изумрудно-зелёное и безумно дорогое.

– На это и надеялся, – сдержанно кивнул Суарас, помогая ей надеть пальто. – Я многое повидал рядом с Джоном в Ирландии, но если его нашпигуют свинцом с порога, телекинез не спасёт. Объясните это старшему инспектору, мисс Эвергрин, потому что у нас с Адамом не получилось.

Джен выскочила из дома следом за Хосе, захватив зонтик. Не прогадала – снаружи уже накрапывал весенний лондонский дождик. Неощутимый лишь для счастливцев, не носящих очков.

– Как доктор Вольф? – спросила она, поспешно забираясь в припаркованную у входа машину.

Хосе захлопнул за ней дверцу и оббежал автомобиль, плюхаясь на водительское место.

– Жив, – посуровел сержант, проворачивая ключ в зажигании. – Ему повезло, мисс Эвергрин. Адам с ребятами с утра на месте. Никакой магии: обычная взрывчатка в кабинете. Док выпрыгнул из окна, это его и спасло. Да, он в ужасном состоянии, и опасность жизни до сих пор не миновала. Причём не только из-за сотрясения, переломов и прочих прелестей падения со второго этажа.

– Поясните, – попросила Джен, судорожно вцепившись в ручку двери, когда автомобиль рванул с места.

Пожалуй, зря они с доктором Вольфом грешили на стиль вождения Джона. У сержанта Суараса дела с этим обстояли ещё хуже.

– Джон сказал, что тот, кто хотел смерти дока, очень расстроится из-за собственного позора, – пояснил Хосе, добавляя газу. – Поэтому придёт снова, завершить начатое. В больничных стенах, мисс Эвергрин, чего только не происходит.

Джен мысленно согласилась, потому что опыт работы в медучреждениях у неё как раз имелся. Автомобиль нёсся знакомыми улицами, распугивая прохожих и вызывая дикий свист у констеблей, и Джен забеспокоилась.

– Нас же сейчас остановят, – осторожно заметила она.

– Пусть догонят для начала, – широко ухмыльнулся смуглый сержант и резко завернул на соседнюю улицу. И мягко придержал Джен за локоть, когда её бросило в сторону. – Так вот, мисс Эвергрин… Джон оставил с доком пристава, чтобы тот следил за тем, как бы доку чего лишнего в лекарства не сыпанули. Ну и как бы не появились парни с пушками, которые закроют брешь в собственной репутации.

Джен помрачнела, качая головой.

– Джон рискует. Его ведь отправили в отпуск! Наверняка суперинтендант Гиббс не оценит подобного рвения. Ещё один скандал семье точно не нужен…

– Вы многое проспали, мисс Эвергрин! – с ухмылкой возразил Хосе. – Старшего инспектора решением Гиббса этим утром вызвали из отпуска! Утаить шила в мешке не удалось, газетчики уже раструбили всему миру, какова невестка лорда Энтони Ллойда. Чей сын и наследник, к слову, работает в управлении уголовного розыска и наверняка покрывает любимую, как может. И вынужденный отпуск никого не обманул. Хотя, как по мне, Гиббс просто почуял самодеятельность старшего инспектора и решил, что уж лучше в управлении, но под присмотром, чем в отпуске и во всех тяжких. Дело, разумеется, по-прежнему ведёт инспектор Адам Кёстер. И успешно ведёт, хочу сказать!

Джен заинтересованно глянула на раскрасневшегося сержанта. И впрямь она многое проспала! Хотя и без дела не сидела, разумеется.

– Домработница дока Вольфа заметила смуглых парней в округе. И соседи тоже видели чужаков, – прибавил Суарас. – Составили портреты со слов свидетелей – рожи итальянские, не промахнёшься.

– Выходит, Джон взял верный след, – тихо проронила Джен.

– Итальянцев в городе много, – вздохнул Хосе. – Есть Медичи – личность мутная, но с ним, я слышал, можно договориться. А есть клан Ламорте – вот тот совершенно больной. Прям на всю голову, мисс Эвергрин! – разошёлся Суарас, заметив, что Джен тихонько усмехнулась. – Я уверен, вы в своей психушке и не таких видали, но Ламорте – особый кадр. Засадить бы ублюдка прямиком на электрический стул, да доказательств не хватает, а свидетели, как на подбор, мертвы!

– Медичи наверняка тоже опасен, – прервала Джен горячие излияния сержанта. – И я беспокоюсь о Джоне.

Хосе заметно расслабился и кивнул, сбавляя скорость.

– Хорошо, что у старшего инспектора есть вы, мисс Эвергрин, – заметил Суарас. – Уверен, ваше доброе слово остановит даже выстрел. С чьей бы стороны тот ни раздался.

Джен не была бы так уверена, но и разубеждать Хосе не стала. Людям надо во что-то верить и кого-то подбадривать, чтобы не упасть духом самому.

– А вот и старший инспектор! – обрадовался Суарас, притормаживая возле уютного террасного домика. – Мы успели прям впритык, мисс Эвергрин! Не зря гнал, – похвалился Хосе, выскакивая из-за руля.

Сержант и впрямь не даром торопился: инспектор Ллойд как раз забрался в машину и захлопнул дверь. Если бы они не перегородили «Ситроену» дорогу, тот бы сорвался с места, невзирая на гостей.

– Джон! – радостно поприветствовал начальника Хосе. – Тут такое дело: мисс Эвергрин настаивала, прямо проходу не давала, пока к тебе не отвезу…

Джен выбралась из машины, следя за братом. Джон открыл дверцу, но наружу так и не вышел, разглядывая то сестру, то подчинённого. Старший инспектор не удивился, увидев их вместе, и вопросов не задавал. Комментариев, впрочем, тоже не отпускал, хотя на Суараса поглядывал хмуро и подозрительно. Затем решился.

– Джен, – позвал он. – Садись ко мне.

– Ну и… верно, – не слишком успешно подавил разочарованный вздох Хосе. – А я, значит, следом…

– Нет. Вернёшься в управление, – коротко проинструктировал старший инспектор, захлопывая дверцу. Джен оббежала машину, усаживаясь к брату.

– Не могу, – развёл руками Суарас. – Я ведь сейчас в подчинении у инспектора Кёстера, а он велел сопровождать тебя в пасть к дьяволу. В смысле, на встречу с Медичи. Потому что лишние стволы там точно пригодятся.

– А лишние трупы – нет, – отрезал старший инспектор, опуская стекло. – У Медичи больше людей, он на своей территории. Тебя пристрелят раньше, чем ты схватишься за пушку, Хосе. А теперь езжай в управление и скажи Кёстеру, что не смог меня догнать.

– Прости, Джон, – неожиданно спокойно отозвался Хосе. – Я не пущу тебя одного к итальянцу. Тем более – с мисс Эвергрин. И лгать Адаму я тоже не стану. Это, между прочим, пятно уже на моей репутации: Суарас ещё ни одного беглеца не упустил!

Джон неожиданно улыбнулся. Светло и, как почувствовала Джен – немного грустно.

– Тогда не лги, – вздохнул старший инспектор. – Позвони из автомата Кёстеру и передай, что колесо спустило. Не твоя вина, что я ушёл.

– Колесо в порядке, – нахмурился Суарас, невольно оборачиваясь к машине.

Джен только и успела прикрыть руками уши, когда Джон выстрелил. Хосе подскочил, ругнулся и дикими глазами уставился на хлопнувшее колесо, насквозь прошитое пулей. Джон не ждал: крутанул руль, объезжая машину, вдавил педаль, увеличивая скорость.

Джен увидела в зеркало, как Хосе рванулся следом, но остановился, пробежав несколько шагов. Одинокая фигура сержанта на пустой улице постепенно отдалялась, так что Джен со вздохом повернулась к брату.

– Я бы уговорила Хосе и без порчи служебной машины, – укоризненно сказала она. – Джон, порой я думаю, что тебе тоже стоит перебраться в клинику к профессору Присли. Подлечить нервы.

– Найду убийцу, – нахмурился Джон, не отрывая взгляда от дороги, – и мне сразу полегчает, Дженни.

Брат выглядел собранным и бледным, а также свежевыбритым и наспех приведённым в порядок. Верно, не спал всю ночь, проведя её в госпитале, у постели друга. Затем сразу поехал в управление, а оттуда – домой, ненадолго, только принять душ и переодеться…

Джен тихонько повела носом, принюхиваясь. Так и есть – пахло мылом и дорогим одеколоном. Запах потрясающий – так дышит морозная свежесть. Наверняка Эвелин выбирала мужу в подарок, в напоминание о том, кому он теперь принадлежит. С её способностями и красотой – неудивительно, что мисс О’Рид вскружила голову заезжему лорду…

– Я не хочу, чтобы ты шла со мной к Медичи, – вдруг тяжело проронил Джон.

Джен удивилась.

– Но это ты так решил, – напомнила она. – Хотя мог бы оставить с Хосе.

– Хотел поговорить. Как думаешь, – медленно, словно размышляя, продолжал Джон, – ты смогла бы повторить эксперимент, о котором говорил Вольф? Я наводил справки – до Присли ты ведь работала в лаборатории? Насколько ты уверена в собственных силах?

Отчаяние, надежда, растерянность…

– Да, работала, – медленно отозвалась Джен, разглядывая брата. – И рассказала бы тебе и без всяких справок. Почему мы никак не можем нормально поговорить, Джонни?

– Прости, – помолчав, проронил Джон. Мельком глянул на сестру и оторвал одну руку от руля, сжимая её пальцы. – Дженни, я схожу с ума. Эвелин дала слово не возвращаться к прежней жизни. И я ей верю! Но всё это… Джен, я ненавижу сомнения. Себя ненавижу. Я так запутался, сестрёнка…

Джен медленно погладила напряжённую ладонь брата большим пальцем. Тяжело вздохнула.

– Я сделаю всё, чтобы помочь, – напомнила она. – Вот только как провести эксперимент, если у нас нет ни формулы, ни реагентов, ни шприцов?

– Есть, – Джон улыбнулся, и от брата буквально повеяло облегчением и торжеством. – У нас всё есть, Джена! Вольф отправил запечатанный пакет с курьером, велев вручить мне из рук в руки. Не знаю, как Константин понял, что к нему придут, вот только во взорванном кабинете не оказалось уже ничего ценного. У нас в наличии всё, кроме учёного-менталиста, способного создать сыворотку.

Джен молчала так долго, что старший инспектор даже посмотрел на неё, оторвавшись от дороги. Лицо Джона буквально посветлело от улыбки, хотя в этот момент брат не испытывал ничего, кроме злого торжества и гнева – на убийцу, кем бы тот ни оказался. Джен чувствовала брата так же остро, как и всегда: его чувства стали её собственными. Словно одно сердце и одни реакции на двоих. Ни с одним другим человеком такого эффекта добиться не удалось. Что сказать, одна кровь…

Несомненно, профессор Присли с большим удовольствием провёл бы на них свои эксперименты.

– Я боюсь испортить реагенты, – наконец ответила Джен. – Я проводила лишь простейшие анализы. Но я могу спросить у профессора Присли.

Джон поморщился так, словно она предложила ему скисший бульон. Даже руку убрал, вновь положив на руль.

– Только если он окажется последним человеком, способным нам помочь, – признался брат.

– По крайней мере, у него есть все условия, – пожала плечами Джен. – А ещё холодильные установки для реагентов. Где ты их хранишь?

– В надежном месте, – улыбнулся Джон. – И это не все хорошие новости, Джен!

Старший инспектор дождался нетерпеливого тычка под рёбра от сестры и коротко рассмеялся, перед тем, как вновь посерьёзнеть.

– Тело Миранды наконец полностью разморозили. И возможно, у нас есть орудие убийства, Джен! Помнишь, тело разбилось вдребезги? Словно ледяная скульптура? Так вот, среди прочих предметов разморозили часть авторучки, которую держала Миранда в момент падения. Ручка, конечно, тоже разбилась, но эксперты её восстановят. И если наши подозрения верны, то осталось лишь убедиться, что шприц и в самом деле спрятали внутри. При письме Миранда невольно активировала механизм, и… Как только мы докажем это и существование самой разработки, с Эвелин снимут обвинения! Суду придётся пересмотреть решение и дать дополнительные сроки для расследования. Останется лишь найти убийцу. И я не успокоюсь, пока не найду того, из-за кого мою жену сажают на электрический стул, взрывают лучшего друга… бьют по репутации семьи…

– Но не по твоей, – задумчиво подметила Джен. – Ты лично пока не пострадал.

– Ну да, – мрачно согласился Джон. – Снайперская работа! Подонок методично избавляется от близких мне людей. И если это так…

Брат глубоко вдохнул и порывисто схватил её за руку.

– Ты следующая, Дженни. И это главная причина, по которой я предпочитаю не упускать тебя из виду.