Глава 14. О мечтах, планах и горячей ванне

Я долго пыталась убедить себя, что все будет хорошо, что здесь можно жить, нужно лишь немного обустроиться. Я пыталась.

И камин так весело потрескивал, мы с Харалтом сидели рядом, обнявшись. Он пытался развлечь меня историями о жизни здесь. Сомнительное развлечение, надо сказать. Вообще-то летом они здесь камин не топят, и так вроде тепло. Ну, кому как, конечно… Для меня Харелт готов жечь огонь хоть целыми днями. Дерева на острове нет, так что дрова приходится возить издалека. Не то, чтобы это слишком дорого, просто зачем? Вернее дорого, конечно, но деньги у него есть, на дрова хватит. Они тут обычно предпочитают одеться теплее.

И обед был такой вкусный, кухарка явно старалась для нас. Конечно, все очень просто, без изысков… рагу с потрохами… Действительно, очень вкусно все, должна признать. Да и в еде я не привередлива. С этим, как раз, справлюсь.

А потом мы пошли прогуляться… Харелт нашел мне теплый плащ. Ветер здесь, у самого края, такой, что пробирает до костей. И солнце только сквозь дымку пробивается…

Между прочим, сейчас лето. И даже страшно подумать, как будет, когда придут холода. Да здесь околеть можно на ветру!

Ладно, думала я, зато хорошие люди мне здесь рады.

Честно говоря, окончательно добило вечернее умывание. Я уж молчу, про то, что дома я привыкла к горячему душу утром и вечером. Но даже в Гленнхоле могла просто попросить сделать мне горячую ванну, в этом не было проблем.

Только стоило заикнуться про ванну здесь, как Харелт скорбно поджал губы. Я видела, он чувствовал себя странно и неловко, но не сразу поняла отчего. Он позвал Майрег, которая совмещала здесь работу кухарки и экономки, сказал ей, и Майрег сразу нахмурилась. По ее взгляду я понимала, что ляпнула какую-то страшную глупость, в ванне здесь не моются. Но возражать Харелту кухарка была не готова.

Они принялись обсуждать, хватит ли у них воды, и если налить целое корыто, то сколько же ведер надо? Но можно потом, пожалуй, эту воду пустить на стирку, да и посуду мыть, пожалуй… А завтра утром отправят Брадена, пусть приведет еще воды, бочки три пусть сразу.

Ох, ты ж…

Я сказала, что нет, если все так сложно, то не надо мне ванны, я готова подождать, пока с этим не будет таких сложностей. Хотя понимала, что сложности с водой тут будут всегда.

Хуже с водой было только тогда, когда я несколько дней жила у Кейтег. Там даже никакого Брадена нельзя было за водой послать, там сколько дождевой соберешь, столько и твое, только пить, без всяких купальных глупостей. Но там я жила временно. Понимала, что все люди на маленьких островках так живут, что только на крупных есть озера, где-то даже реки и такой проблемы не стоит. Но здесь — вот так. А по краю — все островки маленькие, чем ближе к горизонту, тем больше распад.

Майрег смотрела на меня и искренне не понимала, что же этой зажравшейся девице из большого мира надо? Все же есть — еда, вода, крыша над головой, беспокоиться, как свести концы с концами не нужно. Нет, Майрег, конечно, молчала и вежливо улыбалась, но я отлично видела все в ее глазах.

А Харелту обычно хватает полведерка, чтобы умыться. Можно еще мокрым полотенцем обтереться. И воду он не греет, разве что зимой, когда совсем ледяная, потому что с дровами тут тоже беда. Да нормально, он привык, всю жизнь же так. Но мне они будут ставить вечером ведерко к камину, чтобы согрелось, и вода будет теплая и в комнате тепло.

Я понимала эту заботу и очень ценила.

Может, я еще привыкну?

Нет, я переживу это, конечно…

Смогу продержаться так неделю, даже месяц… может быть, даже пару месяцев смогу. Но всю жизнь? Вот так, беспросветно… Или, скорее, пару лет, а потом Харелта убьет молния, а меня выставят на улицу. И неплохая вероятность, что жизнь моя после этого станет еще хуже.

Огонь в камине потрескивал.

Вечером я сидела на полу, на расстеленной у камина лохматой шкуре, обхватив колени, смотрела на огонь. Харелт занимался каким-то делами, но должен был скоро прийти.

А я… думала, как мне быть со всем этим.

Я не смогу, надо смотреть правде в глаза. То есть, при необходимости смогу, конечно, это не самое плохое, что могло случиться со мной. Но я бы не хотела провести тут годы.

Понимаю, если бы с Харелтом у нас была бы настоящая безумная любовь. Сильные чувства. Он мне нравится… действительно нравится, мне с ним хорошо, мне приятно разговаривать с ним, очень приятно, когда он меня обнимает. Но что-то большее… Возможно, со временем, но сейчас я не готова говорить о чем-то таком.

И он сам отлично понимает, что мне здесь не место. Он хороший парень, но…

Я даже не знаю, что ждем меня, если я поеду во дворец. Может быть смерть. А может роскошная жизнь.

Тихо скрипнула дверь.

— Ива? Ну, как ты?

Он подошел, опустился на шкуру рядом со мной у камина.

Я постаралась улыбнуться.

- У тебя тут весьма неплохо. Немного обжиться и будет совсем хорошо.

Он фыркнул, сел по-турецки, подтянув к себе ноги.

— Мне тут уже прислали запрос, на каком основании я увез тебя. Я сказал им… — он слегка запнулся, втянул носом воздух, — в общем, я сказал им, что собираюсь на тебе жениться.

— Что?

Я развернулась к нему. Не то, чтобы это было новостью, мы обсуждали что-то такое, но я не особенно воспринимала всерьез.

— Не бойся, я не стану держать тебя здесь, — сказал Харелт. — Ты точно так же сможешь уехать. Но зато будешь официально под моей защитой. Никто не причинит тебе вред, потому что иначе ему придется иметь дело со мной. У тебя всегда будет возможность вернуться сюда, если что-то пойдет не так.

— А зачем это тебе?

Он дернул плечами.

— Ну, я точно ничего не теряю. Это совсем не сложно для меня. И если есть возможность помочь девушке, то отчего бы это не сделать? Не бойся, это не ловушка.

Я не боюсь. Я, пожалуй, вполне доверяю ему. Хотя, конечно, если соглашусь, у него будет полное право оставить меня здесь, и никогда не отдать венатору. Никому не отдать. Меня это слегка пугает, несмотря на все доверие. Я знаю Харелта совсем недолго… вдруг, я ошибаюсь?

— Но ты же хочешь, чтобы я осталась?

Он потер переносицу.

— Ива… Давай прямо, хорошо? Да, я хочу, чтобы ты осталась. Ты мне нравишься, но даже больше того — мне нужна твоя сила. Рядом с тобой я наверняка смогу прожить больше. Кто знает, может быть даже до конца положенного срока и потом выйти на заслуженный отдых. Но это все равно никакой гарантии не даст. Даже если ты будешь рядом, я все равно могу погибнуть в любой момент, так что… — он чуть умолк, раздумывая. — Но я уж точно не хочу каждый день видеть, как ты страдаешь, как жалеешь о том, что осталась. На маленьком островке недовольная женщина может превратить и мою жизнь в ад. Уж прости, я это проходил. Когда не хочется возвращаться из полета, снова видеть и слышать все это… и выжимаешь последние силы до предела. Короче, при таком раскладе сдохнешь еще быстрее. Я, честно говоря, очень надеюсь, что ты попробуешь, но отбор не пройдешь. Не смотри на меня так, претендентов много и ты…

— Ты не веришь в меня?

— Верю, конечно… Но там многое решает случай. Если тебе не повезет, ты сможешь вернуться, и больше не будешь мучиться мыслью, что не попробовала, не использовала свой шанс. Так будет проще.

— А если мне повезет?

— Тогда ты молодец, останешься во дворце, — он неуверенно улыбнулся.

— Ты готов рискнуть?

— А что я теряю?

Что-то меня вдруг задело все это. С одной стороны я понимала, что Харелт прав, и я не успокоюсь, если не попытаюсь, и у меня будет куда отступать. Но все это выглядело так… нехорошо выглядело. Если вернусь, буду чувствовать себя ничтожеством. А он великодушно защитит меня.

Вдруг подумала, что у венатора, похоже, та же стратегия — отправить меня сюда, чтобы я осознала свою глупость и прибежала к нему.

И по всему выходит, что оба они, скорее всего, правы, манипуляторы хреновы.

* * *

Утром я проснулась от того, что зверски чешется рука. Запястье, в том месте, где были брачные руны. Я почесала, потерла, хотя лучше не стало, даже легкое жжение я чувствовала.

Приоткрыла глаза. Солнце уже поднялось.

На запястье больше никаких рун, только розовые полосы от моих ногтей. Ох, не буду больше так чесать.

Харелт спал рядом, обняв подушку, подтянув под себя ноги, и так, во сне, выглядел одновременно смешным мальчишкой и обалденно красивым мужчиной. И сразу хотелось прижаться к нему, особенно, вспоминая вчерашние вечерние ласки, плавно переходящие в утренние. Мы заснули еще до рассвета, но небо уже начинало слабо сереть на востоке. У меня теперь все тело ныло от таких упражнений, давно я так… вернее, вот так — вообще никогда.

Чуть натянула на себя одеяло, а то прохладно как-то, камин давно погас и комната успела остыть. Не хотела будить Харелта, да и самой еще поспать не мешало, но он все равно проснулся, почувствовал.

Приоткрыл глаза, долго смотрел на меня, я даже, кажется, покраснеть успела. Не знаю, о чем он думал, но глаза его были такие темные, и едва заметная улыбка в уголках губ.

— А я теперь свободная женщина! — вытащила руку из-под одеяла, показала запястье ему.

— Отлично, — сказал он. — А за меня теперь замуж выйдешь?

— Да, — согласилась я. — Похоже, это самое верное решение.

Я думала над этим вчера, еще сомневалась, но вот сейчас, утром, сомнения исчезли окончательно. Глупо упустить такой шанс. Наверно, больше всего меня смущал вопрос — какая от всего этого польза Харелту? Я не очень понимала и невольно ожидала подвох. Но, если бы он хотел удержать меня, то смог бы сделать это и так. У хранителя его добычу и его женщину никто не посмеет отобрать. Просто себе дороже. Тем более, что ни у кого больше прав нет. Даже король не станет отбирать у хранителя.

Так что, хочется жениться — пусть женится.

— Должны пройти, по крайней мере, сутки, — сказал он. — Так что завтра мы отправимся к ближайшему храму Лейтиш и поженимся.

Очень просто и буднично. Но в этом и не должно быть никакой романтики, это очередной деловой договор.

— Но ведь потом ты меня отпустишь? — еще раз, на всякий случай, уточнила я.

— Отпущу, — согласился он.

Только вместо того, чтобы отпускать, пододвинулся ближе, сгреб меня и притянул к себе. Впрочем, я была совсем не против.

Ближе к вечеру появился мой бывший муж, вместе с королевским венатором.

Никаких сцен, никаких скандалов, хотя я видела, Ренан был крайне недоволен. Но конфликтов с Харелтом не хотел. Так что сразу перешли к обсуждению размеров компенсации.

О Ренане я даже не волновалась, с ним и так все понятно.

А вот довольная ухмылка венатора мне не нравилась, раздражала даже.

— Сколько вам нужно времени, чтобы уладить все дела со свадьбой? — с легким сарказмом поинтересовался он. — Дня три-четыре хватит? А то я устал уже торчать в этой дыре.

— Вы так уверены, что я поеду с вами? — сказала я.

— Конечно. Я видел много женщин из вашего мира, но ни одна из них по доброй воле не захотела бы жить здесь.

— А вдруг это настоящая любовь?

Венатор засмеялся.

— Не смущай мальчика, смотри, у него уши краснеют. Он, конечно, хорош собой, горяч и, наверняка, очень внимателен к тебе. Но ведь тебе не этого надо? Ты хочешь большего.

— С чего вы взяли, что знаете, что мне надо?

Он пожал плечами.

— Это всего лишь мое предположение. Но основанное на богатом опыте. Скажите, если я не прав.

Он развел руками. Да, он прав, черт бы его побрал.

Харелт молчал.

Я, наверно, впервые посмотрела на это со стороны, на Харелта другими глазами. Все это ведь так несправедливо по отношению к нему, и мне слегка стыдно.

Но венатор прав.

— Ну, так четыре дня хватит? — спросил он. — Я сам могу заехать сюда, забрать ее, и вам, лорд Торкул, можно не беспокоиться.

Харелт быстро глянул на меня.

— Четыре дня должно хватить, — холодно сказал он. — Если только не будет неожиданных долгих вылетов.

Вот черт… все равно все это мне не нравится.

Харелт отсыпал Ренану денег за меня. А вот о полях решили тихо забыть. Ренан попытался заикнуться, но Харелт так посмотрел на него, что мой бывший муж только горестно вздохнул. Времени на поля у нас нет, но я могу еще накопитель подзарядить, если есть свободный. И хватит на этом.

Они уехали, а мы остались.

Мне погрели ведро воды к вечеру. Я помылась в тазике, вспоминая детство на даче.

И уснула потом в объятьях Харелта… Хотя чувство какой-то неправильности происходящего меня не оставляло все равно. Впрочем, может быть, для этого мира — все в порядке вещей, и только я дергаюсь?

А вот ночью неожиданно проснулась от того, что Харелт вскочил с постели.

— Что случилось? — я села тоже, глядя на него.

Он быстро натягивал штаны.

— Гроза приближается северного фронта. Не сильная, но, похоже, тени тоже идут. Ты оставайся тут, Ива, не ходи за мной. И пока я не вернусь, лучше не выходи на улицу, и лучше даже не подходи к окнам… ну, к окнам просто поосторожнее, в окно орлом я не пролезу.

— А когда ты вернешься, — спросила я.

— Не раньше полудня. Скорее всего ближе к вечеру. Но все зависит от грозы, это может затянуться. Будь осторожнее. Если вдруг гроза подойдет близко, тебе покажут, где прятаться.

Как-то становится не по себе от всего этого.

— Ты тоже будь осторожен, — я вылезла из кровати, подошла, обняла его, прежде, чем он успел убежать. — Я буду ждать тебя.

Прижалась к нему. Он обнял меня в ответ.

— Спасибо, — сказал тихо, поцеловал меня в макушку. — Не волнуйся, все будет хорошо.

Я кивнула.

И он ушел.

Я все же выглянула в окно, видела, как огромный орел поднимается в небо и летит куда-то на север, за Горизонт.

Только вернись… а то как же я без тебя?