Глава 16. О том, как я вышла замуж второй раз

— Ну что, готова? — он улыбался так довольно, что я почти готова была заподозрить в этом какой-то подвох. Хотя подвоха, конечно, не было.

Меньше двенадцати часов прошло с его ночного возвращения, а Харелт бодр как огурчик, даже и не скажешь, что очнуться не мог. Только легкая бледность еще выдает. А ведь спал часов пять, не больше.

Крепкий парень, это точно. Да и говорит, что мои нежные объятья помогли восстановиться, моя сила. Может быть…

— Идем? — он взял меня за руку.

Тот же храм, где я совсем недавно выходила замуж за Ренана. Признаться, чувствовала себя немного странно.

На этот раз здесь только жрецы и мы двое, никаких гостей. Их и в прошлый раз было немного, но теперь под высокими сводами совсем тихо и пусто, даже слегка не по себе.

Интересно, на самом деле, что боги ушли, а жрецы остались. И божественная магия эта работает до сих пор. Впрочем, возможно, магия с богами не связана или… Вот если смотреть на вещи реально, верю ли я местных богов? Странный такой вопрос… И боги ли они? Создатели этого мира. Супер-крутые маги? Так странно, потому что с одной стороны понимаешь, что все это, скорее всего, реальность, с другой стороны — слишком далеко выходит за пределы реальности, привычной мне.

Возможно, я смогу хоть немного разобраться в этом во дворце, там должны знать больше.

Харелт подвел меня к алтарю.

Никакой музыки, никаких торжеств. Все тот же жрец стоял, сложив на животе руки, смотрел на нас крайне неодобрительно. Харелт ему не нравился, после прошлого раза — уж точно.

— Лорд Торкул, — сказал жрец, — надеюсь, в этот раз вы не будете сбрасывать одежду и бегать по храму голышом?

— Если только в этом не будет острой необходимости, — холодно сказал Харелт.

— А разве в прошлый раз она была?

— Вы бы предпочли, чтобы я убил кого-нибудь молнией? Давайте не будем тянуть время.

— Боитесь, что кто-то помешает вам так же, как вы помешали лорду Ойгригу? — такой слегка злорадный сарказм в голосе жреца.

— Как вы представляете себе человека, который может помешать мне? — сказал Харелт. — Если только это не сам король.

— Вы слишком самоуверенны, лорд Торкул.

— Не слишком, — Харелт пожал плечами. — Так вы начнете?

Жрец задумчиво погладил живот, покачал говловой.

— Лорд Торкул, я не уверен, что вы вообще можете вступать с кем-то в брак. Как же исполнение вашего долга? Полагаю, мне стоит сначала отправить запрос в Аленкосс.

— Никакого обета безбрачия я не давал и никакие законы не запрещают мне взять жену. О моем долге — не вам судить. Но, полагаю, мне тоже следует отправить донесение о том, что вместо исполнения своих обязанностей, вы занимаетесь постоянным вымоганием денег.

Жреца даже передернуло от такого.

— Разве я прошу у вас денег?

— А разве нет? — удивился Харелт. — Даже если не говорить обо мне. Вот, лорд Ойгриг подтвердит, что ему пришлось дорого отдать за эту свадьбу, особенно за то, чтобы все сделали без задержек.

Жрец поджал губы, хотя верхняя все равно нервно и презрительно дергалась.

— Я всего лишь хочу соблюсти закон! — еще попытался он.

Харелт чуть сжал мою руку, я почувствовала покалывание, и вдруг легкое головокружение, так, словно он потянул из меня силу. Немного. И поднял другую руку, между его пальцев вспыхнули крошечные искорки.

— Не испытывайте мое терпение, — сказал он.

— Я сообщу, что вы угрожали мне.

— Сколько угодно, — согласился Харелт.

* * *

Руны на моем запястье были почти такие же, как в первый раз, но, все же, немного отличались. Не знаю, что они значат, и даже Харелт не знает, это какой-то древний язык, еще до Распада, сейчас здесь на таком не говорят.

На этот раз мы не стали тянуть и решили закрепить законность нашего брака сразу, как только вернулись в Гнездо. Вот прямо с порога — в спальню. Молча. Потому что вдруг не о чем стало разговаривать, мы и по дороге молчали, сначала еще пытались говорить о чем-то, но тишина все настойчивее повисала долгими паузами.

Ощущение неправильности.

Внезапной неловкости.

Хотя какая же может быть неловкость между мной и Харелтом после всего, что у нас было?

Он держал меня за руку всю дорогу, иногда чуть поглаживая мою ладонь большим пальцем. И в глаза старался не смотреть. Я пыталась спросить: «что не так?» Но он только качал головой. Все так. Все правильно. В голове даже мелькнула мысль — он передумал меня отпускать, но пока не может решиться признаться. Жену он имеет право оставить себе, и с этим ничего не сделать. Никто силой не сможет отнять у него.

Потом я стояла, смотрела, как он раздевается. Очень спокойно, по-деловому, и только ноздри чуть подрагивают. Я даже остановилась чуть-чуть, наблюдая за ним. Потом начала раздеваться сама.

Нам нужно сделать это.

Он справился быстрее, сложил все на кресло у окна и стоял еще, наблюдая, как я стаскиваю сорочку.

Поняла, что нервничаю. Совершенно не понимаю из-за чего, ведь даже эту ночь мы провели вместе, и все было отлично. И все будет так же. Но нервничаю все равно. Настолько, что даже голова в вороте застряла и ни туда, ни сюда. Глупо и смешно, и немного обидно. Я дернула, но только еще больше зацепилось за ухо.

— Да подожди ты, — Харелт вздохнул. — Не развязала.

Подошел, вытряхнул меня из сорочки, бросил ее в сторону. И замер. И плечи так напряжены. И синие глаза…

— Спасибо, — неуверенно сказала я.

Он вздохнул и прижал меня к себе. А сердце-то у него как колотится! Даже несмотря на всю спокойную сосредоточенность…

Я обняла его в ответ, прижалась к плечу, чуть потерлась щекой… может быть, это было лишнее, потому что он вздрогнул от моего прикосновения, вдруг резко выдохнул, подхватил и уложил на кровать.

— Ива… — очень серьезно сказал он, — как твой муж я клянусь любить и защищать тебя до конца своих дней.

Так неожиданно, даже чуть пафосно, но честно, что мне окончательно стало не по себе. «До конца дней» — из его уст звучало зловеще. Но даже не это… то, как он это сказал…

Я хотела было ответить, сказать, что я тоже что-то там клянусь, и вообще… не успела найти слов, и он не дал, наклонился ко мне, поцеловал меня в губы. А потом как-то совсем не до разговоров стало. И как-то все быстро, напряженно и немного отчаянно. Словно он боится не успеть, передумать, или пытается что-то кому-то доказать. Немного страшно даже.

Быстро. Без лишних ласк и объятий.

А потом, закончив, и пару секунд на отдышаться… он резко оттолкнулся от меня, кажется, хотел было встать, но не встал, не убежал, а только сел, повернувшись ко мне спиной.

— Харелт?

Он не отозвался.

Запястье чесалось. Руны потемнели и словно налились кровью. Выстроились иначе.

Вот и все. Теперь я законная леди Торкул.

— Харелт, — снова позвала я. — Что с тобой?

— Все хорошо.

Но я должна спросить.

— Ты не отпустишь меня?

Мне вдруг показалось, он просто не знает, как это сказать.

Он обернулся удивленно.

— Отпущу, конечно. Не волнуйся.

— Но не хочешь?

— Какая разница, чего хочу я? — бросил немного резко, зажмурился. Несколько секунд сидел так. Потом выдохнул. — Прости, Ива. Мы ведь уже все решили.

Я решила. А он всю жизнь делал то, что должен, и такой судьбы не выбирал.

— Харелт…

— Не надо, — прервал он. — Не стоит, не говори ничего. Я и сам все знаю… Так, — он облизал губы, развернулся ко мне, пересел, пододвинувшись ближе, — нам нужно сделать еще одну вещь. Я поставлю на тебя свою метку с двусторонней связью. Это нужно для того, чтобы в случае опасности ты могла позвать меня.

— И что ты сделаешь? Это ведь далеко. Прилетишь? Прямо туда?

Это казалось почти невероятно.

— Да, — сказал он. — Прилечу.

— Тебе же нельзя летать над большой землей, в центр?

— Ничего. Если моей жене будет угрожать опасность, если это действительно нужно, то можно, — спокойно сказал он.

— Ты думаешь, такая связь может понадобиться?

— Я хочу быть уверен, что если понадобится, то у тебя будет возможность меня позвать. Мне так будет спокойнее.

— Хорошо, — сказала я. Пожалуй, мне тоже.

— Тогда ты лучше ложись, а то голова может закружиться. И закрой глаза.

Я послушно легла, вытянулась на кровати.

Он сел рядом, положил руку мне на лоб.

— Возможно, будет немного жечь и чесаться, но ты не дергайся, ладно? Не трогай. Это скоро пройдет.

— Хорошо, — сказала я.

И тут же почувствовала, как его ладонь наливается теплом. Все сильнее. Горячо. И так, что действительно уже жжет! Закусила губу, зажмурилась. Ничего же ведь со мной не случится?

— Потерпи, — шепотом сказал Харелт. — Уже скоро.

Ой-ой-ой! Когда венатор ставил метку, такого не было. То есть, что-то было, но не так. Даже в ушах шумело.

В какой-то момент я чуть было не схватила Харелта за руку, чтобы оторвать от себя.

— Сейчас, — шепнул он.

И только придавил сильнее. Ох… Сознание даже поплыло, словно я куда-то проваливаюсь.

— Все! — он отпустил, но так медленно…

Он поднимал руку, мне казалось, моя расплавленная кожа тянется вслед за ее ладонью… До паники даже. Словно вытягивается в тонкую нить.

Я сделала усилие над собой, открыв глаза.

И ничего не было. К руке Харелта ничего не тянулось.

Я потрогала лоб, но там тоже все как обычно, гладкая и даже чуть прохладная кожа. Это только у меня в голове… фу ты, черт…

Харелт неуверенно улыбнулся.

— Страшно было, да? Это только вспомогательный образ, созданный в твоем сознании. Чисто физически с тобой ничего не происходит. Ты чувствуешь нить? Закрой глаза, если тебе так будет легче.

С открытыми глазами это давалось немного хуже, а вот с закрытыми — действительно, я отлично чувствовала, как от моего лба тянется ниточка.

— Потяни за нее сама, — сказал Харелт. — Можешь прямо руками потянуть. Иногда физическое действие помогает быстрее справиться с магией.

С закрытыми глазами я буквально видела эту нить пред собой. Сначала мысленно, потом и на самом деле я подняла руку, представила, что берусь за нее и потянула. Короткий резкий вздох Харелта.

Есть?

— Получается, — сказал он. — Отлично. Можешь открыть глаза. Давай тогда договоримся так: каждое утро, когда проснешься, ты легонько дергай, и я буду знать, что с тобой все хорошо. Если пропустишь один день — не страшно, но если три дня — я начну беспокоиться и попытаюсь узнать, как ты. Если пройдешь отбор, мы тогда решим, как поступить дальше. Но пока — давай знать. Если тебя будет угрожать опасность — ты сразу тяни и дергай изо всех сил.

Я кивнула.

Очень благодарна, на самом деле. Теперь я буду знать, что случись что, он сможет вытащить меня. Подстрахует.

— Спасибо, — я потянулась к нему, обняла. Он как-то напрягся в моих объятьях, замер.

— Ладно, — сказал он чуть натянуто. — Ты отдыхай пока, а я пойду, немного прогуляюсь. Полетаю, наверно. Не переживай, там грозы нет, я просто… ну, мне иногда нравится просто полетать у самого края. К утру вернусь и отвезу тебя Гиллеврею. Если еще не вернусь, он сам прилетит за тобой, и езжай тогда с ним, не жди меня. Хорошо?

— Да, — кивнула я.

Пока он летает там, буду переживать все равно… но пусть летит, если ему надо. Мне не удержать.

Он поднялся, натянул рубашку.

— Прости, Ива, — сказал тихо, уже собираясь уйти. — Мне тяжело даются все эти ожидания и расставания. Я все равно сейчас больше ничего не могу сделать. Дальше ты сама. Если что-то понадобится — зови.

Да, я понимаю. Пусть так. Пусть идет, ели в небе ему проще, чем здесь.

Очень боялась, что он не вернется и я не увижу его, что так и придется уехать отсюда не попрощавшись. Так, что снова почти всю ночь уснуть не могла. И, уснув лишь под утро, проспала почти до полудня.

Но, когда проснулась, поняла, что Харелт сидит на краю кровати и смотрит на меня.

— Ну, что, сейчас позавтракаем и поедем? — сказал он почти бодро и уверенно. — А то тебе потом еще далеко лететь.

* * *

С венатором мы встретились в Гленнхоле, замке Ренана. Он ждал меня.

— Леди Торкул! — довольно ухмыляясь, мессир Гиллеврей склонил голову. — Я буду рад сопровождать вас во дворец. Надеюсь, вы не заскучаете в моей компании.