Глава 16

Сладко потянувшись, я уткнулась носом в горячую грудь оборотня, преспокойно спящего рядом.

— Лэйрр! — возмутилась. — Ты снова! — и столкнула его со своей шкуры.

Он же только отряхнулся, не пытаясь оправдаться.

Вот уже вторую неделю я жила в пещере с ним. И кажется, уже даже начала привыкать. Не смирилась, конечно. Но и плакать больше не тянуло пока.

Как и каждое утро до этого, сегодня он вновь полез на гору добывать мне цветок с утра. Затем следовал неизменный завтрак на свежем воздухе, на котором я присутствовала, укутавшись в тёплую меховую жилетку, которую оборотень мне то ли действительно сам сшил (в чём я сомневалась), то ли добыл у своих соплеменников (к чему больше склонялась). Он подавал мне всякие вкусности, а я благосклонно их принимала. И ела с большим аппетитом.

После он расчёсывал мои волосы и заплетал их в косы. Вчера вот заплёл целых две. А позавчера вплёл в них цветочки мелкие. Очень красиво вышло. Хорошо приноровился. Молодец.

Затем он уходил на охоту, а я разбирала свой гербарий, который он собирал мне всё это время. Потом кормила мелкую живность, что обосновалась возле нашей пещеры. Парочка крупных птенцов, мышки и лисёнок. Оборотня они не боялись, хотя каждый день он охотился на разных животных неподалёку. Разделывал и готовил дичь сам. Мне нужно было только её есть. И это я выполняла с удовольствием. Одна у меня теперь была радость в этом месте — вкусная еда.

Кстати, убирался в пещере он тоже сам. Иногда я его за это хвалила. Иногда нет. По настроению.

С того случая, как случайно подпалила ему пятую точку, целовал он меня совсем редко. И только убедившись, что поблизости нет никакого костра. Будто бы выжидал чего-то. Ну и я тоже ждала, не понимая, чего.

В тот раз пришлось оказывать какую-никакую первую медицинскую помощь. Правда, я впервые видела ожог на столь неприличном месте… Да и оказывала ему помощь его же руками.

Нет, вообще не сказать, что раньше видела их много. Но энциклопедии читала. А в них чего только не было. Про то, что ожог нужно промыть, было, например. И про то, что нужно перевязать чистой тканью.

На удивление, в пещере нашлись чистые штаны. А промывать… Ну не могла же я трогать его там! Поэтому отправила к источнику. Он был не так уж и далеко. Так что оборотень дошёл довольно быстро. Хотя у него выбора-то не было.

Старые штаны обуглились и прилипли… Наверное, не очень приятное ощущение. Судя по тому, как он взвыл тогда. Хотя меня почти не ругал. Помнил, что я ещё не до конца простила его за «бестолковую куклу». Только зыркал глазами зло и что-то бубнил себе под нос.

Да и выяснилось, что у него там какая-то магическая регенерация работает, вот и заживает всё как на собаке. Но такое сравнение оборотню не понравилось, поэтому я так больше не говорю, чтобы не ранить его тонкую душевную организацию.

Правда, признаваться в том, в чём собирался в тот момент, он передумал. Как и вести меня куда-то в другое место. Возможно, не прям сразу после костра… А чуть позже. Когда он вернулся промытый и переодетый, хромая на обе ноги и смешно подпрыгивая при ходьбе. Мне даже стало его немножко жалко, поэтому я встала на цыпочки и чмокнула его в щёку (исключительно в целях обезболивания и выработки эндорфинов!). Вот тогда-то оборотень и поплыл.

А я отчего-то засмущалась пуще прежнего.

И сама до сих пор не очень понимала, почему позволяю ему продолжать удерживать меня тут и прикасаться… Но после того, как сильно испугалась за него (вот так сгорел бы в костре, что бы я тут делала одна?), как-то даже смягчилась по отношению к нему.

Ну и если совсем честно, это было так приятно… Каждый раз он осыпал меня комплиментами. И действовал так мягко и нежно, что никак не могла собраться и отказать ему.

На самом деле мне это нравилось. Нравилось, что он заботится обо мне. Что кормит. Нравились его рассказы о легендах оборотней. И то, как жадно он смотрит на меня. Нравились его случайные и намеренные прикосновения. И поцелуи нравились…

Конечно, я понимала, что делаю нечто запретное. Мало того, что живу с мужчиной под одной крышей (но тут у меня не было особого выбора, ведь уйти ночевать в лес было слишком страшно, а вести меня домой он отказывался). Так ещё и позволяю ему целовать себя…

Только как не позволять, когда он такой ласковый и внимательный? Нет, первые несколько раз после того случая с костром, я ещё пыталась противиться. А потом сдалась. И даже… Ну чего уж там. Даже сама ждала, когда он снова решит меня поцеловать. Иногда мне даже снились эти поцелуи…

Кстати про сон.

В тот вечер, когда потушил себя, он предложил спать вместе, чтобы я не замёрзла. И разумеется, я отказалась, фыркнув и отвернувшись. Ещё чего. Спать рядом с мужчиной!

Хотя он и пытался меня убедить, что в этом нет ничего такого, я не поверила. Но так как спать и правда было прохладно одной, его волка к себе всё же пустила…

Мой волчик оказался огроменным чудовищем. С клыками и когтями такого размера, что если я и не падала в обморок каждый раз, то только от страха, что пока буду без сознания, он меня и сожрёт. Хотя спать с ним оказалось очень даже приятно (я питала надежду, что пока я всего лишь сплю, а не в обмороке, кушать он меня не станет).

В тот вечер мужчина вышел из пещеры, предупредив меня, что вернётся зверем, и мне не стоит убегать от него по лесу с криками. И на самом деле вернулся. Я же тогда ещё не знала, что после отказа спать с ним рядом, он вознамерится спать со мной волком… Поэтому ошалело наблюдала, как зверюга растягивается на моих шкурах и прикрывает глаза.

«Волчик» очевидно не чувствовал угрызений совести. От слова совсем. Он даже казался очень довольным, что мы с ним тут. А когда я была вынуждена прилечь рядом (другого места для сна не было, а прогонять его стало как-то страшно), вдруг лизнул мою руку, выпрашивая ласки.

Вообще гладить Лэйрра я не планировала. Но так как не знала, одно ли у них с волчиком сознание, отказывать последнему не стала. Всё же и правда была к нему очень привязана… Ну и грелась, конечно.

Когда мои пальцы принялись перебирать его шерсть на загривке, волчик утробно заурчал. Ему, как и его человеческой части, кажется, очень нравилось, когда я его трогаю… Но если с мужчиной я себе подобного позволить не могла, то со зверем…

— Но я не забыла, как именно ты меня выманил, предатель, — поджала губы, продолжая его почёсывать.

Волчик грустно угукнул и жалобно прищурился, глядя на меня.

— Стыдно, да? То-то же. Выманил прямо в лапы к этому… — я закусила губу, сообразив, что теперь язык надо бы держать за зубами.

Волк толкнул меня носом в живот легонько. Словно извинялся.

— Хотя наверняка тебя просто заставили, да? Вынудили! Ну точно! — вдруг нашла я ему оправдание. Верить, что волчик по своей воле замешан в этом, не хотелось.

Ну и что, что он пугающе-огромный и устрашающе-выглядящий? В душе-то он тот же мой волчик, с которым я делилась своими мыслями и эмоциями долгое время одинокой жизни…

Так как-то само собой я его и простила.

И теперь каждую ночь из пещеры выходил человек, а возвращался волк, чтобы греть меня всю ночь и тихонько урчать на ушко. Против такого соседства по большому счёту я не возражала. Тем более, что на утро мужчина никак не комментировал то, что вечером я обсуждала с волчиком. Мне казалось, это потому, что он нас не слышит…

Правда, последние дни оборотень повадился превращаться в человека под утро. И уже который день я просыпалась не от того, что волчик лижет меня в нос, а от прикосновений горячих рук к своей талии, или лёгкого поцелуя…

Правда, если внешне как реагировать на такое, я знала, то внутри меня преследовало смятение. Близость этого мужчины волновала и разгоняла по телу тёплые волны. Я никогда прежде не ощущала подобного. И теперь не знала, что и думать.

Про колдовство у Лэйрра уточнила (кстати, обращаться к нему на ты оказалось не так уж сложно, особенно если это необходимо для того, чтобы прогнать его из своей постели), на что он только расхохотался. И заверил меня, что колдовать оборотни не умеют. Но с чего бы мне ему верить? Тем более, что со мной действительно происходило нечто странное… Необъяснимое…

Чем больше я проводила времени тут, в этой пещере, с этим мужчиной, тем меньше я скучала по дому и желала вернуться в свою скучную без сестёр жизнь… И с этим мне ещё только предстояло разобраться…