Глава 17 · Волчик

Волчик. Так ласково Лея называет моего зверя. Того, кто добился места альфы в стае не по праву рождения, а силой. Бесконечными боями, доказывая, что я имею на это право. Именно я, а не мой троюродный брат — трус и эгоист, которому всегда своя рубашка была ближе к телу. А на стаю — плевать.

Мне надоело наблюдать за этим около десяти лет назад. Я вызвал его на бой. А потом, после победы, и всех тех, кто был не согласен с таким положением вещей. В итоге, уничтожив недовольных, мой волк стал тем, перед кем склоняют головы все в нашей огромной стае. Старые и молодые, волчицы и волчата.

Долгое время я менял принятые ранее установки на более цивилизованные что ли. Начал вести переговоры с людьми, прекратив длительную изоляцию. Считал, что так оно правильно. Жить в мире.

По идее наша стая занимала довольно обширные территории, на которых было всё необходимое. По сравнению с нашими богатствами — людские тускнели. Там, где они возводили дворец из серебра, у нас был из золота. Вот только оборотни уделяли богатствам куда меньше внимания.

Нам неважно — в лесу жить или в роскошном замке. Нам важно другое… Семья. Истинная пара. Которые в последние годы находились всё чаще среди людей.

Осознав, что я видел уже всех волчиц в стае (с некоторыми даже пытался выстроить долгосрочные отношения, но без продолжения рода это было бессмысленно), решил тоже отправиться в людские земли. Поискать свою судьбу. И с удивлением нашёл…

В какой-то момент волк перестал слушать меня и понёсся куда-то, не разбирая дороги до тех пор, пока и я не учуял нежный сладкий аромат, сводящий с ума. Мы понимали, что она там — за высокой каменной стеной. Но как её оттуда выманить? Как достать?

Тогда и нашли небольшой ход, в который к ней бегала местная мелкая живность. Прекрасная принцесса и мне предложила объедки со своего стола…

Но волк принял бы от неё что угодно. Он облизывал её руки, тыкаясь носом в подкоп, который мы же и расширили. Тянулся к ней, убеждая меня вломиться и забрать.

Мы имеем право. Она уже наша.

И возможно, я бы так и поступил, если бы моей матерью не была человеческая женщина, которую когда-то похитил мой отец. Это позже она полюбила его. Позже захотела оставаться с ним по доброй воле. Но мне, ещё когда только повзрослел, рассказала, каким ужасом казалось ей в начале то похищение, сколько горьких слёз она пролила, когда огромный оборотень силой утащил её с собой и в тот же вечер сделал своей женой, не спрашивая согласия и не слушая её мольбы.

Слова матери возымели эффект. Я понял, что люди не чувствуют притяжения, как мы. И дал себе слово, что не поступлю так жестоко. Что предоставлю своей паре возможность привыкнуть ко мне. Дождусь, пока она меня полюбит и захочет быть моей сама. Только тогда расскажу, что выбора не было изначально.

Вот только как познакомиться поближе с капризной принцессой, запертой в башне, и расположить её к себе, если приходишь к ней только в виде зверя? Нет, конечно, таким образом мы многое узнали о ней. И хотя на мой взгляд, Лея была слишком уж наивной и совсем не умудрённой опытом, на все её странные и порой не очень дальновидные мысли мы реагировали разве что снисходительной нежностью. Научится ещё. Поймёт. Вырастет. А мы направим, поддержим, поможем.

Оставалось найти способ сблизиться с ней и в человеческом обличье…

Идею подсказал мой друг детства — он всегда был рядом в сложных моментах. Был и теперь. Предложил отправить к правителю Средних земель сватов на людской лад. Традиции у них такие. Я так и поступил. Хотел по правильному, по-хорошему.

Но в ответ вместо согласия отдать мне младшую дочь в жёны я получил приглашение на турнир…

Он собирался разыграть мою пару среди других! Он хотел отдать её победителю!

Друг тогда едва удержал меня от того, чтобы нестись к отцу истинной и расправиться с ним немедленно. Я ведь сказал последнему, кто она для меня, рассудив, что так ему будет проще отдать её замуж, что он поймёт — для оборотня пара священна. Я никогда не дам её в обиду. А он устроил турнир…

Мечтая перегрызть ему глотку, я еле удерживал зверя внутри. Он рвался наружу. Он хотел крови отца нашей избранницы, и уже почти не слушал меня, что надо дать ей время. Однако неимоверными усилиями я смог договориться со своей звериной половиной.

И потому, воспользовавшись тем, что в лицо нас правитель не знает, я прикинулся советником, а все переговоры вёл мой друг. Он всё равно был сильнее всех кандидатов в женихи. Я был уверен, что победил бы любого. Да вздумай он сразиться со мной, и мне пришлось бы несладко. Так что не сомневался, что мою принцессу он выиграет. Я же был слишком нестабилен, так и норовя закапать её слюной, а остальных претендентов на место её жениха — разорвать. Вот мне и стоило держаться подальше от них всех. И в первую очередь — от неё.

Только моим планам не суждено было сбыться.

Я-то думал, победим всех, заберём невесту, привезём во дворец, а там раскрою ей тайну, за кого именно она выйдет замуж, и завоюю её сердечко. Да какое там.

Её отец запросил за дочь баснословную сумму. У нас она была, разумеется, но всё же мысль, что жену мне продают, не покидала. Однако и тогда я наступил на горло неприятию всего происходящего, и руками друга выложил на стол кругленькую сумму.

Казалось, дело сделано. Принцесса теперь моя.

Но вот в её планы, как выяснилось, замужество не входило. Она прилюдно отказалась от свадьбы. И хотя отчасти я даже порадовался, что мой друг, представший в виде короля, ей не понравился, всё равно её отказ существенно усложнил ситуацию. Особенно если учесть тот факт, что её отец всего лишь пожал плечами безразлично, явно не собираясь ничего предпринимать.

— Но Вы дали нам слово! — бушевал я. — Позвольте увезти её! Дальше мы сами уговорим, — пытался убедить его.

Про то, что уплаченное золото он тоже возвращать не собирался, несмотря на отказ, я промолчал. Всё же за свою пару я дал бы и больше той огромной суммы.

— Ну не могу же я неволить младшую любимую дочь, — притворно вздыхал правитель. — Такая уж выросла, — разводил руками. — Капризная, изнеженная. Что поделать? Да и разве нужна Вам такая жена? Сами подумайте…

Он явно водил нас за нос. Ни грамма искренности не было в его словах.

Хотя в итоге пригласил к её покоям, пообещав попробовать переубедить дочь. Да только услышали мы там совсем другое. Признаюсь, впервые принцесса так сильно меня разозлила. Настолько, что не будь остудившего мой пыл друга рядом, даже не знаю, чем бы закончился наш с ней разговор. Зато идея, как убить разом всех зайцев, родилась тут же.

Лея правда сама напоминала храброго зайчишку — трясётся вся от страха, но дерзит. И эти её заявления о грязных животных, пещерах и дикарях тут же сложились в моей голове в прекрасную картинку.

Дело оставалось за малым — выманить её, увезти в такую пещеру, которую она себе представила, показать, как сильно она не права, а потом раскрыть, как на самом деле мы живём и заставить пожалеть о сказанном. Мой личный дворец располагался прямо за горячим источником, куда я водил её купаться. От пещеры до него идти было всего ничего. И увидев в первые дни, как ей тяжело, я даже уже подумал изменить решение, и не дожидаться её исправления. Только вдруг понял, что мы с ней даже за эти несколько дней очень сблизились. А там… будет много чужих, которых она будет смущаться, снова закроется от меня.

Мне же безумно нравилась именно такая Лея — смешно соблюдающая правила в таких условиях, не способная даже расчесаться сама и позволяющая мне делать это для неё, получая неимоверное удовольствие, когда касаюсь, удивляющаяся всему вокруг, и искренне верящая, что я действительно дикарь… И кажется последнее уже начинало ей даже нравиться.

Мой зверь успокоился, раз пара под боком. Я тоже не мог перестать умиляться ей и облизываться на её стройную фигурку, только и мечтая, что однажды мне позволят не просто лечь рядом в облике волка.

Если честно, уже поняв её натуру, я немного побоялся разрушить то, что между нами только начинает появляться. Дворец никуда не денется. Мне с ней и в пещере отлично. Всем необходимым я её и тут обеспечил, притаскивая из дворца и одежду, и свежую еду, и ещё какие-то безделушки, которые она просила. А у Леи настроение меняется слишком быстро. Поэтому и решил ещё немного повременить. Подождать, пока моя капризная зайчишка привыкнет ко мне настолько, что будет готова простить за эту маленькую ложь, призванную одновременно и немного поменять её мировоззрение, и позволить нам сблизиться.

Вот только кого я обманывал, когда на это рассчитывал? Моя капризная принцесса никому ничего не забывает…