Глава 31

Из-за активации защитных столбов — мощнейших древних артефактов, установленных вокруг города еще в эпоху магических войн, и с тех пор не раз служивших ему надежным стражем, — пользоваться обычным способом связи было опасно. Любое возмущение силы подобного рода фиксировалось магами созданной при местном отделении Ордена следственной комиссии, тщательно проверялось и зачастую блокировалось. Исключение составляли только приватные переговоры герцога Катара с Азгарским двором. Все остальные вынуждены были отказаться от привычных зеркал и кристаллов и вспомнить о бумаге и чернилах.

Но письмо, которое он получил не имело конверта и не нуждалось в рассыльном. Оно явилось само в образе мальчишки-оборванца. Тот долго шел за ним по улицам вечернего города, пока не выбрал укромный переулочек, чтобы сходу потребовать пять красненьких за "привет от друга". В кошельке, как назло было лишь серебро.

— Говори, — велел он, без сожаления прощаясь с блестящей монеткой.

— Сказано, что многого не ждали, потому и не расстроились сильно. Но гостей, ежели получится, встретить как положено. Но даже если не выйдет, сказали, не страшно. Дело не пострадает, только посредник без барыша останется…

Сейчас, когда основные силы сосредоточены в крупнейших имперских городах в ожидании куда более важного события, чем приезд эльфийского посольства, события в Кармоле отошли на второй план. Судьба королевства в любом случае решена. А вот его судьба все еще под вопросом. Если не удастся организовать гостям достойную встречу, посредник останется без барыша. И не исключено, что в дальнейшем от его услуг могут полностью отказаться. А как расторгаются подобные договоры, он знал.

— Что-то еще?

Бродяжка поморщился, то ли вспоминая, то ли обдумывая, не запросить ли дополнительную плату за остаток послания.

— Ну?

— Сказано, письмо лучше спалить.

— Много чести будет, — ухмыльнулся маг.

Пальцы без труда сдавили худую шею. Монетка выпала из грязной ладошки и поскакала по мокрым после недавнего дождя булыжникам. Он поднял ее, выходя из проулка, где оставил смятое послание, которое теперь никто уже не прочтет. То, что тело найдут, его не волновало — нижний город продолжал жить своей жизнью, и трупы на грязных портовых улицах так и остались нормой. Разве что в ожидании заокеанского посольства убирали их теперь быстрее и закапывали без проволочек. И без следствия.

О том, как встречать Лар'элланских гостей теперь, когда он остался один, думал все утро. Помощи не будет, а искать сообщников взамен тех неудачников, что погибли в холмах, или тех трусов, что сбежали раньше, чем слухи о сорвавшемся жертвоприношении достигли города, было бессмысленно. Он и этих семерых нашел с трудом — большинство волшебников Марони ничего против эльфов не имело и к Империи нежных чувств не испытывало.

Один и с минимальным запасом сил. Если бы тогда хотя бы удалось зарядить накопитель. Но нет, идея использовать в обряде чистокровного эльфа, привела к провалу. Да еще и девчонка эта.

Он вспомнил, как она лежала без сознания в одной из палат, жалкая и беспомощная. И стоило всего лишь подойти и накрыть подушкой бледное бескровное лицо…

— Простите, магистр.

Она вылетела из-за угла, стоило только подумать. Как будто специально поджидала.

— А, тэсс Эн-Ферро, — улыбнулся он. — Торопитесь?

Торопись, девочка, торопись жить. Тебе ведь совсем не долго осталось.

Но сначала — эльфы…

* * *

Через пустой холл и по широкой каменной лестнице еще можно было бежать вприпрыжку, а вот по второму этажу, мимо закрытых классов, где в полном сосредоточении внимали своим наставникам ученики, проходила как можно тише.

— Здравствуйте, тэр Марко. Простите за опоздание.

— Здравствуй. У тебя что-то случилось? — спросил он обеспокоено.

— Да. То есть, нет. Извините. Я просто…

— Проспала? — улыбнулся Медведь.

— Угу, — промычала я, заливаясь краской, ни столько от вины за опоздание, сколько из-за того, что явственно припомнила его причину.

— Ничего страшного, — добродушно отмахнулся наставник. И добавил строго: — И ничего удивительного — ты в последнее время совсем себя не жалеешь. Давай мы сделаем вот что: сейчас наскоро повторим то, что вчера успели разобрать, и иди домой. А завтра даю тебе выходной. А там уж и весел, так что придешь в Школу уже на следующей длани. И не спорь со мной!

Я и не думала. Только покраснела, кажется, еще сильней.

— И чем хочешь заняться? — спросил Ил, когда я вернулась из Школы всего лишь через час с небольшим, да еще и сообщила о дополнительном выходном.

Никаких двусмысленных намеков его вопрос не содержал, и я задумалась. Чем можно заниматься здесь, в Марони, помимо учебы и домашних дел, я, по правде сказать, понятия не имела, поскольку все время проведенное тут только этим и занималась. Не считая, конечно, редких встреч с друзьями и парочки праздников, сопровождавшихся общенародными гуляниями. Но поскольку следующие общенародные гуляния планировались только по приезду эльфийского посольства, то есть не раньше, чем через длань, никаких идей по поводу интересного времяпровождения у меня не возникло.

— А какие есть предложения? — выкрутилась я, перекладывая ответственность за организацию досуга на сильные мужские плечи.

— Можем сходить куда-нибудь, — неуверенно предложил он.

— Куда?

Посреди длани можно было сходить только на рынок и по лавкам, заглянуть в Общественную библиотеку, посидеть в сквере и перекусить в каком-нибудь трактирчике. В "Крылатом волке" очень неплохо…

— На Эльмар, например.

Если бы я стояла или сидела, то наверняка бы упала. Но поскольку я в этот момент лежала на диванчике, положив голову ему на колени, сдержала рефлекторное "отпадание" челюсти и ограничилась выпучиванием глаз.

— Ты же Открывающая, — продолжал Ил, не замечая ответной реакции и продолжая рассеянно перебирать пальцами мои волосы. — Сможешь и проход открыть, и меня провести. Как раз за день управимся.

— Зачем? — поймала я его руку. — Что мы там забыли?

— Есть одно дело, — ответил он не слишком понятно.

С папашей своим решил меня познакомить, что ли? Это, безусловно, говорит о серьезности намерений, но мы с князем Окниром уже некоторым образом знакомы, и встречаться с ним еще раз я желанием не горю.

К тому же проходить через Врата мне сейчас вообще противопоказано, Лайс после последней встречи с шефом ясно сказал: ни в коем случае! Да еще и на Эльмар! Там же Дивер этот злобный, Рошан говорит, что тот с Кадмом заодно. А Кадм…

Я делал ее и таких как она и резал на части, чтобы понять, чем же она так хороша, Изначальная кровь!

От одного воспоминания по телу пробежала дрожь, даже Иоллар, казалось, почувствовал, и чтобы прогнать зловещее видение я еще крепче сжала его ладонь.

— Придумай что-нибудь другое. Поближе.

— Я глупость предложил, да? — спросил он, заглядывая в глаза.

— Нет, — я немного успокоилась и нашла в себе силы улыбнуться. — Если очень нужно, то сходим. Но как-нибудь потом. Хорошо?

— Обещаешь? — уточнил он с какой-то торжественной серьезностью, словно на самом деле предложение мне делал.

— Обещаю, — с той же серьезностью кивнула я.

Кто их эльфов знает? Может, это действительно предложение. Откажу, а потом, кроме как на себя, пенять не на кого будет.

* * *

Капитан Марега прибыл в лагерь ближе к обеду. Проверил посты, поговорил с командирами, минут двадцать смотрел, как проходят тренировки у двух десятков бойцов. Цепкий взгляд бывалого охотника и солдата выхватил из толпы зеленых курток десятника Эвлана. Подошел, поздоровался, крепко пожал протянутую руку.

— Ну, как тут новичок?

— Новичок? — прищурился десятник. — Не знаю, тэр Алез, в чем этот молодчик новичок, но уж никак не в нашем деле. Третий день в лагере, а уже наравне с прочими идет. Да и то, думаю, не на полную еще парень выкладывается.

— А сейчас он где? Что-то я его на площадке не вижу.

— Так его тэр Клари с собой на дальние подступы увел.

— Ребята твои его как приняли?

— Болезненно, — усмехнулся десятник. — Но после вроде как ничего, поладили. Он их вечерами взялся своим саатарским приемам учить. Интересная, скажу вам, тэр Марега, штука. В ближнем бою очень даже сгодится.

Капитан рассеянно кивнул, думая уже о чем-то своем.

— Когда Брайт возвращается? — спросил он.

— К ночи должен быть.

— Как приедет — сразу ко мне. И прочих десятников предупреди.

— Случилось что, тэр Алез?

— К герцогу люди от графа Тилана приезжали. Говорят, разбойники в их краях снова объявились.

— Так потеплело ж, — пожал плечами Эвлан.

— Потеплело, — вздохнул капитан. — Каждый год одно и то же. И откуда они только в лес наш лезут? В этот раз, ходят слухи, едва ли не сотня собралась.

— Когда пойдем? — встрепенулся десятник.

— Не торопись, Эвлан, — осадил его командир, — не торопись. Разведчиков вперед вышлем. Если их и впрямь так много, то тут с умом подходить надо. А то вспугнем — разбегутся по лесу, до зимы не выловим. Так что, как я сказал, ребят предупреди. Дождемся Брайта, все и обсудим.

* * *

Никуда мы не пошли. Ни на Эльмар, ни даже в Марони. Дома остались.

Наплевав на здоровое питание, не тратя времени на готовку, наделали бутербродов, заварили чай и часа два сидели на кухне, просто болтая о всякой ерунде. При чем каждый исподволь пытался вставлять в непринужденную беседу действительно интересующие его вопросы, словно смелости не хватало спросить прямо.

Иоллара, как я поняла, в первую очередь интересовали мои бывшие. По-моему, не самая лучшая тема для разговора. И можно было раз и навсегда развеять все его опасения и подозрения, сказав только, причем, абсолютно не кривя душой, что все мои предыдущие мужчины именовались таковыми исключительно по анатомическим признакам и совершенно, как выяснялось в процессе общения, не соответствовали моему представлению о самом этом понятии. Но, решив, что в женщине должна быть загадка, ограничилась полным тайны взглядом поверх щербатой чашки, и кошачьим мурлыканьем:

— Ты действительно хочешь это знать?

Мне вот совсем не хочется слышать обо всех его похождениях. Боюсь, за долгую эльфийскую жизнь их набралось слишком много. Кстати, вот и мой следующий вопрос!

— Ил, а сколько тебе лет? — я презрела правила игры и просто спросила.

Он отчего-то смутился.

— Ты действительно хочешь это знать? — не слишком удачно попытался он повторить мою отговорку.

— Хочу, — нетерпящим возражений тоном заявила я.

— Больше, чем тебе.

Ну, это понятно. Он и с Лайсом познакомился, когда меня еще на свете не было. Но все-таки интересно знать точный возраст. Ой, мамочки! — осенило меня вдруг, — неужели он такой старый, что даже говорить не хочет? Может ему не полтысячи лет, как я однажды думала, а целая тысяча!

— А все-таки сколько? — уже с некоторой опаской повторила я.

Ил засопел и уставился на свои босые ноги.

Но если уж я решила что узнать, отделаться от меня не так-то просто. Поняв, что дистанционное общение не дает искомых результатов, отставила чашку и самым наглым образом влезла ему на колени. А когда не совсем верно истолковавший мой маневр эльф, обнял меня и потянулся губами в надежде на поцелуй, отстранилась, упершись ладонями ему в грудь, требовательным тоном повторив свой вопрос:

— Сколько тебе лет?

— Какая разница? — снова попытался поцеловать меня Иоллар.

Я опять уклонилась, как и он от ответа.

— Хорошо, — сдался он после третьей безуспешной попытки. — Я скажу. Но не просто так. Играем в путника*, и если я проигрываю, называю тебе одну цифру своего возраста, с конца. Если ты, — он хитро улыбнулся, — снимаешь одну вещь. Идет?

Интересное условие.

— Идет!

Первые две партии сравняли счет, и, лишившись штанов, я получила цифру "девять". Третья игра пополнила мои познания "пятеркой", но уже следующая оставила без рубашки. Пропустив мимо ушей комментарии Ила по поводу моего нижнего белья, сосредоточилась на картах и была вознаграждена очередным выигрышем. Надеюсь, все-таки его житие еще не перевалило за три цифры, даже если последней, а точнее первой, окажется "девятка".

— Ну?

— Что, ну? — рассеяно переспросил он, разглядывая меня с весьма заинтересованным выражением.

— Третья цифра, — напомнила я, уже начиная забывать под этим недвусмысленным взглядом об основной теме разговора.

— Иди сюда, — позвал он, поднимаясь навстречу. А когда я подошла, обнял и жарко прошептал в самое ухо: — Извини, но третьей цифры пока нет.

Я, даже не сообразив, что это значит, попыталась было возмутиться:

— А зачем мы последнюю партию играли?

— А вдруг бы я выиграл? — улыбнулся он.

— Ах ты!..

Первоначально предполагалось, что я буду его душить…

Как много мы еще не знаем друг о друге. Казалось, разговаривать можно было целую вечность, а вопросы находились сами собой.

— А это? — я осторожно провела пальцем по неровному шраму на его плече.

— Упал неудачно, лет в двенадцать, поскользнулся на острых камнях. Ездили с дедом на Южные скалы. Ты была на Южных скалах?

Я отрицательно помотала головой:

— А это? — губами коснулась длинной белой полоски на груди.

— Раван, — поморщился он.

— Это тогда?

— Когда? — не понял Иоллар.

— Лайс, говорил, ты его на Раване спас. Грудью закрыл.

Оказалось, судя по шраму, вовсе и не метафора.

Эльф неожиданно рассмеялся.

— А братец твой — романтик! Надо ж было придумать: грудью закрыл! Я вообще-то не собирался никого закрывать. Точнее закрыл, но не грудью, а с мечами против того крипса вышел. Только он меня все же достал. На пару секунд раньше, чем я его.

— Но все равно ты Эн-Ферро спас, — уверенно произнесла я.

— Это еще подумать надо, кто кого в итоге спас, — возразил Иоллар. — Думаешь, далеко бы я с дырявым легким ушел? Лайс, когда оклемался, подлечил меня немного, а потом на Свайлу вывел. А там уже меня быстро подлатали.

— Маги?

— Хирурги, — улыбнулся он. — Волшебство не во всем помочь может. Во всяком случае, Лайс так говорит.

— Сколько тебе было? — до сих пор не верилось, что он такой молодой. По эльфийским меркам разумеется.

— Двадцать семь, как тебе сейчас. Я тогда единственный раз на Свайле побывал. А года через четыре туда уже не попасть было, — вздохнул он. — Ты же, наверное, знаешь.

Я не просто знаю. Я и есть та самая причина, по которой теперь на Свайлу не попасть. Как бы Лайс меня не успокаивал, что бы не говорил, но не было бы меня, и многое в Сопределии было бы сейчас по-другому. По крайней мере, отец был бы жив.

— А ты его видел? — грустные мысли навели на новый вопрос. — Хранителя Кира?

— Видел, а что?

— Ну, — я пожала плечами, а сердце забилось так сильно и так громко, что звук его отдавался в висках, — Лайс про него рассказывал. Просто интересно, действительно ли он таким и был, как Эн-Ферро говорит.

— Действительно, — сказал Ил серьезно. — Я не много Хранителей встречал, но Кир, наверное, был самым лучшим. Жаль, что он умер.

— Расскажи про него, — попросила я, стараясь, чтоб голос не дрогнул.

Положила голову ему на грудь, опуская вниз лицо, чтобы он не заменил навернувшиеся на глаза слезы.

— Он хороший был, — произнес после короткого раздумья Иоллар. — И простой. Я иногда даже забывал, что с драконом общаюсь. И шутил он много. Как-то расспрашивал нас с Эн-Ферро, где мы бывали, чем занимались, чему Лайс меня учил, а потом улыбнулся и говорит: "Я когда наследником обзаведусь, тоже тебе, Лайс, на воспитание отдам. У тебя неплохо получается"…

Так оно и вышло, папа. Так и вышло.

— …А то еще грозился… Дьёри? Что случилось?

Я и не заметила, что пара слезинок скатилось ему на грудь.

— Ты что, плачешь? — Ил подтянул меня повыше, с тревогой вглядываясь в лицо.

— Нет, — я наскоро вытерла глаза.

И почему нельзя рассказать ему всего? Почему?

— Опять ты, — проворчал эльф с упреком, целуя меня в прикрытые влажные веки. — Я тебе об одном, а ты снова о Феасте этом вспомнила, о ребятах?

Теперь вспомнила. Впервые за прошедшие сутки.

— Не нужно, — прижался он щекой к моему лбу, — не сейчас. Ладно? Хочешь, я тебе веселое что-нибудь расскажу?

— Нет. Просто обними меня и сажи, что все будет хорошо.

— Я итак тебя обнимаю, — улыбнулся он. — И все будет хорошо. Веришь?

Верю. Только если он будет рядом.

На следующий день выбрались на нашу полянку. Романтика романтикой, а тренировки я бросать не собиралась. Как и учебу, за которую принялась по возвращении, пресекая всяческие поползновения эльфа отвлечь меня от книг и конспектов, — раз уж тэр Марко, щадя меня, не объяснил до конца специфику работы с поисковыми заклинаниями, то придется разбираться самой. Тем более что от обещаний своих я отказываться не намерена. А Ил? Я думаю, он поймет.

Так, это — поиск пропавших вещей, пока отложим. Животные — тоже не то. Вот! Поиск людей. То, что нужно!

"Чтобы найти интересующего вас человека возьмите…"

— Мне скучно, — заявил Иоллар, закрывая мою книгу.

Какая наглость!

— А чем ты раньше занимался? — поинтересовалась я, пытаясь отобрать у него свой учебник. — Когда я в Школу ходила?

— Мечтал о тебе, — вздохнул он.

— Ну помечтай еще часик, — попросила я. — Это правда, очень важно.

— Хорошо, — легко согласился эльф, возвращая мне книгу.

Слишком уж легко согласился, но в тот момент я не обратила на это особого внимания, отыскивая нужную страницу.

"Чтобы найти интересующего вас человека…"

— Я мечтаю, что когда-нибудь мы с тобой пойдем на Навгас, и я покажу тебе галерею Дасипи, а потом мы возьмем напрокат прогулочный кар и поедем в горы Рокота, и на серпантине я выжму такую скорость, что ты будешь просто визжать от страха, что мы вылетим за ограждения. Но мы не вылетим, это уж я тебе обещаю! А в конце дня снимем номер в отеле на пике Победителей, закажем…

— Ил, а ты не мог бы мечтать про себя?

— Мог бы, — кивнул он.

— Спасибо.

"Чтобы найти интересующего вас…"

— Закажем белое апелейское и салат из креветок, возьмем…

— Ил! — начала я злиться. — Ну ты же сам сказал!

— Я сказал, что мог бы, — усмехнулся он. — Но не буду. Дьёри, у тебя же выходной, неужели так трудно отложить на время свою учебу, и просто поговорить со мной?

— О салате из креветок? — раздраженно уточнила я.

Неужели так сложно хоть ненадолго оставить меня в покое?

— Нет, об "Основах практической магии", — копируя мои интонации, прочел он название лежащего на столе тома.

— Ил, мне нужен всего час! — прорычала я.

— Чтобы потом ты еще три часа рассказывала, что новенького откопала в этих затасканных книжонках? Или я тебя не знаю? Ты после своих магических наук ни о чем другом говорить не можешь!

— Ну да! — окончательно разозлилась я. — Тебе было бы намного приятней рассуждать на тему моих визгов в горах Рокота!

— Да ты уже визжишь, как резаная!

— Что?

Возможно, на этот раз я его действительно придушила бы. Но на его счастье кто-то затарабанил во входную дверь.

Мы с Илом переглянулись.

— Кто там? — спросила я почему-то шепотом.

Эльф осторожно выглянул в окно.

— Группа поддержки! — сообщил он со злорадством.

— Чья? — снова прошептала я.

— Твоя, естественно, — ухмыльнулся он, скорбно добавив: — Я-то тут кому нужен?

Я бы могла сказать, что, когда не вредничает, мне, но выглянула в окно, и радостно подпрыгнув, побежала открывать двери.

"Группа поддержки" явилась в полном составе. Эх, гадина я все-таки бессовестная — совсем про ребят забыла. А они, молодцы, — помнят!

— Мы не вовремя? — спросил делегированный на крыльцо Сэллер, в то время как вся компания выжидающе столпилась за его спиной.

— Вовремя! — просияла я. — Лайса как раз дома нет!

Не любит братишка визиты моих товарищей. У него для этого причины есть, но ребятам-то не объяснишь.

— Я же вам говорила! — заявила довольная, всезнающая Вришка, отталкивая Сэла и прорываясь в дом первой.

— У нас разуваются, — напомнила я, прикидывая в уме, станут ли в маленькой прихожей восемь дополнительных пар обуви. — Сюда проходите.

Я открыла дверь в гостиную и любовалась, как оживает, набиваясь народом, скромная комнатушка.

Иоллар весьма достоверно изобразил на лице радость, здороваясь с парнями и поочередно целуя руки, как и в первую встречу, разрумянившимся девушкам.

— Вы что, прямо из Школы? — спросила я, когда все кое-как разместились на диване, креслах и принесенных с кухни табуретках.

— Нет, — отозвалась Алатти, — мы успели в город через портал сбегать — купили булочек к чаю.

— Благодетели вы мои! — завопил вдруг Ил, пытаясь в порыве благодарности обнять толи прелестную маркизу, толи объемистую сумку, которую она, испугавшись неожиданного всплеска эльфийских эмоций, рефлекторно прижала к груди. — Не дадите бесславно пасть от голодной смерти!

— Я еще пирожков с яблоками взяла, — пролепетала в растерянности огневичка.

— Богиня! — восторженно выдохнул наглый эльф, принимая сумку и глядя в мою сторону с показной обидой и скрытым злорадством. — Она меня второй день голодом морит! — пожаловался он на меня моим же друзьям, некоторые из которых тут же отреагировали осуждающими взглядами. — Книжками обложилась, — кивнул на стол, — учится с утра до ночи, готовить отказывается, а в город не пускает!

Я от такой бессовестной лжи просто опешила.

— Учится? — строго переспросил Сэллер. — Гал, тебе же тэр Марко специально лишний выходной дал, что бы ты отдыхала!

Ясненько, зачем Иоллар этот цирк устроил — сейчас еще и школьные товарищи начнут мне нотации читать.

— А почему ты его в город не пускаешь? — недоуменно спросила Мила, очевидно, беспокоившаяся больше не обо мне, перегруженной учебой подруге, а о симпатичном голодающем эльфе.

— Его отпусти — через три дня воротится! — вернула я остроухому вруну ехидный взгляд. — Ты думаешь, он в трактир пойдет?

— А куда? — наивно удивилась Милара.

Най с Фертом переглянулись с понимающими улыбками. Неужели наши мальчики уже настолько повзрослели, что добрались-таки до злачных мест Портового города?

— Действительно, куда? — оскорбленным тоном поинтересовался Иоллар.

— Ну, я, как девушка порядочная точного адреса не знаю…

Парни снова переглянулись, и заметившая эти перемигивания Риса подозрительно уставилась на Дана.

— И чем я заслужил подобное мнение? — голосом прославленного трагика вопросил Ил, вышибая слезу из сострадательных слушателей.

— А какого мнения я должна быть о мужчине, который едва в лес зашел, как тут же подцепил майлу?

— Майлу? — практически одновременно повскакивали со своих мест парни, включая Дана, который, впрочем, под гневным взглядом возлюбленной тут же изобразил на лице полнейшее равнодушие.

— Ты что, правда, лафию встретил? — с изумлением и даже с завистью спросил у эльфа Най.

Иоллар только плечами пожал:

— Ну, если Галла имеет в виду ту бесстыжую особу, которую я хотел всего лишь поцеловать и даже не заметил, как она стянула с меня штаны…

Я густо покраснела. Впрочем, никак себя этим не выдала, так как подобная реакция наблюдалась у всех девчонок — не привыкли мы добропорядочные, чтобы при нас велись столь откровенные разговоры.

Ил и сам понял, что сболтнул лишнего. Закашлялся.

— Ладно, — пришла я в себя. — Выкладывайте свои булочки, а я пойду, чай заварю, чашки достану.

— Я помогу, — неожиданно вызвалась Риса.

Войдя следом за мной на кухню, подруга плотно прикрыла дверь.

— Мы пришли, — тихо начала она, — потому что очень за тебя волновались. Ты после того случая совсем нас забросила, даже просто видеться перестали. Тэр Марко Сэлу сказал, что выходной тебе дал, потому что ты себя совсем учебой измучила…

— Риса, ты же видишь, со мной все в порядке, — успокоила я ее. — Я очень рада, что вы пришли, но переживать за меня не нужно.

— Я теперь за тебя еще больше переживать буду, — вздохнула девушка.

— Почему?

Она какое-то время собиралась с духом, прежде чем выпалить:

— Он же эльф!

Я не успела и рот открыть.

— Только не ври мне! — сказала она грозно. — Я же не слепая! Я, как только вас вместе увидела в Чародейкину ночь, сразу все поняла.

В Чародейкину ночь? Так ведь тогда ничего еще и не было!

— Вы же только друг на друга и смотрели, — грустно усмехнулась моему недоумению подруга. — А потом, на том кладбище… И после, когда он в лечебнице сидел. И сейчас. Только это все равно ничего не меняет.

— Почему? — отпираться я уже и не думала.

— Я же сказала, он — эльф!

— Ну и что? — я действительно ее не понимала.

— Что? — набросилась она на меня. — Родителей своих спроси, полукровка!

— От полукровки слышу! А родители мои давно умерли.

— Извини, — смутилась Риса. — Тогда у Ферта поинтересуйся, как долго его папаша эльф с матерью его прожил. Или, хочешь, я тебе расскажу, сколько моя мать эльфийка была с отцом? Или почему она меня на Каэтар отправила?

— Учиться?

Зачем же еще?

— Не только, — горько выговорила девушка. — Она не хотела видеть, как ее дочь начнет стареть у нее на глазах, а потом умрет, в то время как она все еще будет молодой и красивой. Поняла? Эльфы и люди слишком разные, чтобы их любовь продолжалась долго. А ты, пусть и не совсем человек, но со временем все же состаришься, а он будет все таким же. Думаешь, когда у тебя на лице появятся морщины, твой саатарский красавчик будет любить тебя все так же сильно?

Ее слова заставили меня задуматься. Несоответствие продолжительности жизней — в самом деле проблема. Хотя, так как я дракон всего лишь на половину, есть надежда, что я проживу ненамного дольше эльмарского эльфа.

— Знаешь, Риса, — улыбнулась я, — мы пока не строим далеко идущих планов, я даже не уверена, что все это серьезно. Так что хватит за меня волноваться, и помоги, как и собиралась, с чаем. И если не трудно, сохрани этот разговор в секрете. Надеюсь, ребята не все такие же догадливые?

К беседам о голодных эльфах и лафиях (к огромному сожалению парней) мы больше не возвращались, выпили чай, болтая о городских и школьных новостях, большинство из которых сводилось к скорому приезду эльфийского посольства. Чуть царапнуло по сердцу, когда Ферт неожиданно вспомнил о недавнем происшествии, но к счастью, оказалось, что разговор он завел для того, чтобы попросить Иоллара продемонстрировать свои чудесные мечи. Хвала богам, на Таре тоже были известны случаи проявления необычных способностей среди перворожденных, и клинки Т'арэ не вызвали нездорового интереса. Парни тут же затеяли дискуссию на тему кровного дара эльфов, разглагольствуя, что лучше: подобный дар или истинная магия. А девчонкам обязательно понадобилось потыкать в дивное оружие пальцами, дабы убедиться, что оно вполне реально. В результате Алатти, решившая помимо реальности проверить еще и остроту меча, поранила палец и со страдальческой миной и благосклонной улыбкой принимала извинения от моего ненаглядного, покуда он с непритворной тревогой прикладывал платочек к нежному аристократичному пальчику. Пришлось (тщательно подбирая выражения, чтобы не устроить банальную сцену) напомнить жеманной маркизе, что затягивать порезы Мара научила нас еще в первые месяцы.

Когда закончились чай и булочки, Ил достал из погреба вино, сыр и копченый окорок, и, выложив все это на стол, существенно поколебал миф о собственном недоедании. А когда и вино было выпито, гости попрощались, и мы наконец-то остались одни. Как ни была я рада встрече с друзьями, но тратить на них последний перед возвращением Эн-Ферро вечер мне не хотелось.

— Мы же не поссорились? — робко поинтересовался после их ухода эльф.

— Не успели. Ребятам спасибо скажи — вовремя пришли.

— Еще и пирожками накормили! — улыбнулся он.

— Ага, а то я тебя чуть было до голодной смерти не довела, — напомнила я.

— Ты меня одной только вредностью своей до смерти доведешь! А приготовить, правда, не мешало бы чего-нибудь — два дня уже на бутербродах.

— Завтра приготовлю, — пообещала я. — К тому же Лайс должен вернуться, его-то точно одними бутербродами не прокормишь.

Ил при упоминании о карде утратил всякую легкомысленность.

— Я поговорю с ним завтра. О нас.

— И что ты ему скажешь? — с замиранием сердца спросила я.

Скажи ему, что любишь меня и жить без меня не сможешь! Мне сейчас скажи.

— Скажу, что мы уже не маленькие и сами разберемся в своих отношениях.

Я подавила разочарованный вздох.

— Не стоит, — покачала головой.

— Почему?

— Он не поймет. А я не хочу выслушивать очередную лекцию — как не крути, для магистра Эн-Ферро мы оба еще дети.

— И что ты предлагаешь? — угрюмо справился он. — Встречаться тайком, скрывать все, как и наши уроки?

— Ил, поверь мне, — сказала я мягко, не желая снова с ним спорить, — сейчас не самое подходящее время. Лайс только-только смирился с моим решением остаться на Таре, сам пытается как-то устроиться. Да и вообще, он последнее время на нервах, хочешь добавить ему еще одну причину для беспокойства?

— Я просто хочу быть с тобой, — насупился эльф.

Я тоже хочу быть с тобой, Ил. И мне абсолютно наплевать на все, что скажет по этому поводу Эн-Ферро. Мне куда важнее, чтобы ты сказал мне то, чего я очень-очень жду.

— Я сама с ним поговорю, — пообещала я. — Попозже.

Когда ты убедишь меня в том, что события трех последних дней для тебя значат нечто большее, чем очередное, одно из многих, приключение.

— Попозже? — продолжал он выражать свое недовольство. — А до этого что делать? Прятаться? Делать вид, что ничего между нами нет, и не было? Да мы же даже поговорить нормально не сможем! Даже не…

Чтобы заставить его замолчать, пришлось воспользоваться его же способом.

* * *

Знойные бескрайние джунгли. Потоки раскаленной лавы. Отражающие свет полуденного солнца окна огромной башни.

Он уже бывал здесь. Он уже знал, что ждет его в конце пути…

Но вдруг все исчезло. Растаяло.

Сдавившая грудь тревога отпустила, и он смог вдохнуть полные легкие свежего морского воздуха. Он стоял на пустынном пляже, на берегу незнакомого, удивительно чистого, прозрачно-зеленого, как бесценный изумруд, моря. Ощущал под ногами теплый песок. Слышал негромкий шум волн. А еще он знал, что если пойдет туда, в сторону спускающихся к воде скал, то обязательно встретит ее…

* * *

Эльмар

На этот раз Дивер выбрал для встречи Эльмар, и Кадма это вполне устраивало. Он уже устал за последние месяцы от Дифрана, не радовали даже величественные вулканы и девственные тропические леса — стоило только взглянуть на идеальные формы и кукольные лица дефилирующих по коридорам башни иллюзорных девиц, как тут же возникало желание убить кого-нибудь. Например, хозяина этого странного места.

Эльмар, конечно, тоже не драконий рай. Недаром соплеменники стороною обходят этот Мир, хоть он и легален. Странно, что никто из них до сих пор не задался вопросом об отсутствии здесь помимо эльфов и орков иных рас. Ведь если хорошо подумать в Мире могло не быть гномов, троллей, гоблинов, да и тех же эльфов могло не быть, но вот люди, которые появлялись на всех планетах Сопределья с неизбежностью неистребимых паразитов, коими, по мнению Кадма, зачастую и являлись, на Эльмаре появиться должны были в любом случае. Так нет же! Хранитель Юули, Крагаса и Фелли в свое время долго ломал голову над этим вопросом и пришел к выводу, что без вмешательства ненавидящего этот народ Дивера здесь не обошлось. В конце концов, он был Хранителем Врат в этом Мире едва ли не с момента его зарождения и наверняка мог придумать какой либо способ не допустить развития на Эльмаре человечества. Людей Дивер разводил на Баелсе, и на его счастье Великий Круг Хранителей не был в курсе царящих на этой планете обычаев. Хотя, усмехнулся Хранящий Кровь, бывавший в том Мире, правильно обставленные жертвоприношения могут оказаться довольно-таки приятным времяпрепровождением.

— Что на этот раз? — Кадм застал хозяина на увитой плющом террасе.

Дом Дивера на Эльмаре расположен был очень символично — на границе эльфийских и орочьих земель, и с террасы прекрасно видны были и отливающий перламутром княжеский дворец в Долине Роз, и пограничные башни Сумеречного Края.

— Я не могу докричаться до мальчишки, — ответил дракон.

— Как, не можешь? — прошипел гость. — Ты же уверял меня, что твое оборудование не дает сбоев!

— Не дает! — огрызнулся Дивер. — И в первый раз я практически поговорил с ним. Но потом его словно отрезало.

— Отрезало?

— Да. Какая-то странная сила. Я даже объяснить тебе не могу. Я поначалу думал, что его прикрывает кто-то. Маг.

— Эн-Ферро, — уверенно произнес Кадм.

— Нет, это не магистр Пилаг. И не драконы. Была у меня версия, что его закрывает Гвейн или Рошан, но это не их сила.

— А чья?

— Понятия не имею. Да это и на магию в чистом виде не похоже. Создается впечатление, что помимо меня, его зовет еще кто-то. Причем, зовет постоянно. Думает о нем, волнуется, защищает. Если и в следующий раз ничего не выйдет, я начну верить в сказки об ангелах-хранителях.

— Верь во все что угодно, — огрызнулся визитер. — А я больше ждать не намерен!

— У тебя появились другие идеи?

— Еще не знаю. Но когда Эн-Ферро шел за твоим эльфом, сворачивал ненадолго на Юули. По официальной версии навещал дальнего родственника. Старик абсолютно бесполезен, но стоит еще раз разузнать, не интересуется ли Лайс все-таки мальчишкой. И если у господина магистра проснулись вдруг отцовские чувства, с ним будет намного проще общаться.