Глава 5
– Они как камни!
Трындит рыжебородый, семеня с ним рядом. В воздухе ощущается запах пыли, в носу щекочет, Эв замечает серый налет на верхних рамах, но длинному коридору, увешанному картинами предков и родственников от пола до потолка, все нет конца. Он любит и ненавидит замки одновременно. В них есть где разгуляться и спрятаться, но он помнит, что в них можно чувствовать себя ужасно одиноким, даже если они будут забиты слугами сверху-доверху. Он давно вырос и с тех пор предпочитает жить в домах поменьше.
– Его Величество просил не входить в класс! Но как же? Как же вы тогда спасете их?
Эверт остановился, заставив затормозить своих сопровождающих. Он наконец пришел в себя, выбросив из головы кружащуюся девушку.
– Как они выглядели? Как камни?.. А дальше?
– Ну, это, – кузнец все перекидывает молот из одной руки в другую, – серые они были. Одни полностью, а другие наполовину. Эх!.. Что же это делается, ваше сиятельство?
– Столько народу полегло!
Выслушав сбивчивые объяснения и сожаления людей, Эверт открыл портал и шагнул в него, не став дожидаться остальных. Темная дверь учебного класса испачкана мелом. Вдалеке виднеется еще одна. Там класс для тренировок. В этой части замка меньше картин, но больше разноцветных щитов. Не все они принадлежат семейству Дельвигов, большей частью представляя собой коллекцию Карла. Ему нравятся эти бесполезные и громоздкие игрушки.
– Там, ваше сиятельство! Там!
Столяр и кучер не отставали. Эверт даже позавидовал им: не столько прыткости и скорости, сколько легким. Пыль всегда выводила его из себя, делая пространство безжизненным.
– Что случилось?
Взгляд Эверта зацепился за деревяшку в его руке. Он хоть убей, но не помнил мебель с такими короткими подпорками. Хотя, за прошедшее время могло измениться многое, но зная Карла и его любовь ко всему старому, Эверт удивился, если бы тот не отреставрировал, а приобрел что-то новое.
– Что случилось?! Живо и кратко!
Повариха шлепнулась в обморок. Эв не обратил на это внимание, продолжая парить в нескольких сантиметрах от пола. Он всего лишь парит, да овевает себя ветром, чтобы не задохнуться от смрада, вырывающегося из щелей комнаты, за которой слышится все более усиливающийся шум.
– Его сиятельство практиковал заклинания…
Джонатан! Эверт прикрыл глаза на мгновение. Племянничек! Ну кто же еще! Карл пуст, да и не стал бы вытворять что-либо подобное в замке.
– Какое?
– Ну, я того, не знаю его, – замялся рыжий и почесал куцую бороденку.
Эв выдохнул: еще один! Сначала дура с подозрениями и предположениями о его ориентации, а теперь и тугодум!
– Как оно выглядело, дубина?!
– Ну, это… Как будто вихрь, но только низкий, с дымом и искрами.
Ясно. Он использовал огненную «подсечку». Джонатан все не оставляет надежд поступить на факультет боевых магов. Столько лет прошло, а он все в восхищении от красочных заклинаний боевых магов. Вот ведь дурачок. Такие гибнут в первые же годы! Хорошо бы счет шел на них. Учиться в этом направлении отправляют младших сыновей из многодетных семей в надежде на то, что те не вернутся, а государство выплатит семье положенные похоронные. Часто бывает так, что и хоронить уже нечего, но закон стар и никто и не думает исправлять его. Короне нужна грубая сила, а семьям – деньги.
– Его сиятельство… Младший граф. Графенок…
Кузнец толкнул рыжего в бок и показал глазами на Эверта.
– Мне плевать, как вы его зовете меж собой. Дальше!
– Стало быть он выпустил три таких штуковины, ножка то и подкосилась, совсем гнилой была. Шкаф покосился, стал заваливаться… Я обещал, что выстругаю новую.
– Что было в шкафу?
– Кристаллы, стало быть.
Эв приподнял бровь.
– Сколько их там было?
– Так целый шкаф и был!
Эверт разозлился. Пол под его ногами искрил и источал синий туман. Слуги пятились. Желание Эверта полевитировать оказалось не лишним. Джонатан каким-то образом нашел способ открыть шкаф. Кристаллы разбились… Но как? Хин достаточно прочный материал и его не разобьешь вот так просто, если только он не треснул от переполнившей его силы. Откуда она взялась? Львиная часть способностей мальчика должна быть заблокирована до тех пор, пока тот не переступит порог академии.
– Почему не использовали их?
– Так его сиятельство велел все по старинке делать. Боится он их.
Вместо того чтобы тратить кристаллы на отопление, свет, передвижение и даже защиту: граф решил сложить все яйца в одну корзину. Лучше бы он отправил кристаллы обратно в Смог[1]. Эверт нашел бы им применение.
– Поэтому поместил их в учебный класс! – выдохнул Эв.
– Так его милость Леннивайн, – продолжал объяснять рыжебородый, – он приказал, а мы перенесли. Наше дело маленькое.
Эверт приоткрыл дверь. Ручку тут же стало вырывать из рук, послышалось близкое сипение короля. Он узнал в нем Лайнелла сразу и безошибочно. Эв уже слышал что-то подобное в его исполнении. Дело было в далекой юности. Дурацкая студенческая шутка, что чуть было не закончилась трагедией и поиском нового претендента на престол. Вот только тогда он спас его, а сейчас выходит, что сам привел в объятия смерти. Угораздило же согласиться с ним в его предложении искать подмоги.
– Держись!
Эверт схватил короля за куртку и стал подтягивать к себе. Мебель в классе была перевернута. Пол то и дело вспыхивал. Кто-то стонал и звал на помощь, а кто-то мычал что-то нечленораздельное, опрокидывая предметы и гремя чем-то. Его вдруг схватили за руку. По рукаву заскребли чьи-то мертвецки-бледные пальцы. Через мгновение Эв узнал в напавшем старого знакомого Леннивайна, которого сам же выписал для обучения Джона. Парнишка был мертвее некуда, с остервенением вгрызаясь в ткань его заляпанного камзола. Терпеть это было невозможно, но Эв продолжал тащить к себе короля одной рукой, а другой отпихивать от себя обезумевшего учителя.
– Вихрь?! – приговаривал он зло. – Вихрь?! Вашу ж мать!
Джонатан использовал что-то другое. На ум пришли слова слуги: «они, как камни!», но это все равно не вязалось с обратившимся в труп репетитором.
– Эверт! – послышалось откуда-то из глубины комнаты. – Дядя! Это ты?!
Король к его немалому облегчению оказался жив. Вид имел бледный, светлые волосы его спутались, разметались по темнеющему полу, голубые глаза потеряли краски и практически слились с белками. Зато глупый мальчишка, из-за которого началось все это, по счастливой случайности выжил!
– Сюда! – крикнул он кузнецу. – Это король! Тащи его к залу для тренировок!
Дельвиг заглянул в класс и едва нашел в себе силы, чтобы втащить себя обратно.
– Где Карл?! Где граф?
– Не знаю, милорд. В покоях. Отдыхает или отлеживается.
– Нашел время!
– Плох его сиятельство. Лорд Джонатан…
Его утягивала продолжающая вспыхивать остаточная магия. Вдобавок ко всему в него пытались вцепиться и подтащить к себе еще несколько мертвецов, что находились в классе до этого, постанывая, а теперь решившие, что им надо бы перекусить… Человечиной. Узнать в них слуг было можно, но… Эверт не хотел думать об этом. Им просто не повезло. Он захлопнул дверь. В нее что-то стукнулось. Глухо, как если бы кто-то швырнул мяч или глобус, что более вероятно для этого помещения.
– Лайнелл?! – Эв сначала похлопал, а потом с силой ударил по его щекам. – Лайнелл! Приходи в себя!
Король отмахнулся от него на третьей пощечине, задержал свой взгляд на нем и вновь закрыл их.
– Ваше величество, а как же страна? Как же долг? Лайнелл! В пекло!
– К черту долг! Прекрати бить короля! – прохрипел тот, перестав наливаться синим цветом. – Этот дурень решил привязать их к месту. Живых! Но не мертвых!
– Разберемся! Сначала ты!..
Продолжал сипеть король, хватаясь за горло. Эв потер руки, прикоснувшись к его шее так, как будто собрался душить его. На самом деле это выглядело иначе, но тут на ум пришли смешливые замечания, и он предпочел другое сравнение. Шея Лайнелла осветилась желтым, ярко вспыхнула. Дальше свет стал распространяться по телу, разогревая холодеющую кровь венценосной особы. Лицо Лайнелла порозовело, губы налились красным, пальцы перестали быть ледышками, бедро перестало «серебриться», приобрело обычные краски и конвульсивно задергалось. Мнущиеся в коридоре слуги боязливо попятились назад. Эв только цыкнул на них, и они вернулись.
– Кухарку и оставшихся людей в замке вывести во двор. Сюда больше не возвращаться!! Поняли меня?!
Их как ветром сдуло, но стоило признать, что мужики оказались не из робкого десятка. Стояли за его спиной до последнего. Пол вон уже почернел, местами провалился, «заурчал» еще далекими голосами, а эти только пятились, да подпирали собой раскачивающиеся щиты, да падающие манекены.
– Ног не чувствую, – пожаловался Лайнелл, сжав его руку. – Дружище, сделай что-нибудь.
Обращение Лайнелла заставило его сердце болезненно сжаться. У него осталось не так много друзей и король один из них. Давно он не обращался к нему подобным образом и отчего-то в эту самую минуту Эву стало страшно. Вновь ему стало казаться что замок пуст и его покинули все, отправившись на дурацкую войну и по другим не менее важным делам.
– Лекаря! Лекаря!
Дельвиг открыл портал прямиком во дворец, наплевав на все.
– Лекаря!
Пусть тьма проглотит этот замок, а он, если понадобится, зашвырнет этот замок в самую бездну. Эву всего-то и надо вытащить из комнаты виновника случившегося «торжества».
– Мама? – раздалось позади слабо знакомым голосом. – Эй! Кто-нибудь?! Выходите уже!
Эв совсем забыл об их спасительнице.
– Мне нужен кристалл! – прокричал он в закрывающийся портал. – Срочно!
Он передал Лайнелла подоспевшим стражам, оглянулся на девушку и вернулся обратно. Хотя стоило поступить иначе: наплевать на племянника и девчонку, сопроводить короля до самых покоев, а уж потом беспокоиться о близких и тем более посторонних людях. Таков его долг. Сначала отчизна, жизнь и безопасность монарха, а уж потом все остальное.
– Замок что надо, но пожалуйста, хватит!
Девчонка вышла из-за угла как была: в рубашке, в бриджах и в сапогах, с намотанными на руки и ноги тряпками.
– Иди сюда!
В противовес приказанному девушка попятилась, бросив один единственный взгляд на чернеющий и искрящийся пол.
– Что это за хрень? Нееет!
Она вжалась в стенку, прикрыла глаза и испустила какой-то обреченный вздох, несколько раз побившись головой о каменную поверхность.
– Нееет!
– Иди сюда! – повторил Эверт, приближаясь к этому недоразумению и протягивая ей руку.
Послышался детский крик, стена учебного класса задрожала, щиты, словно сговорившись, рухнули, чуть было не засыпав их обломками. Через секунду их и каменные блоки, парты и стулья, книги и карты, инструменты, макеты и указки вынесло в соседнюю комнату вместе с убранством малой гостиной.
– Это не может быть сном! – продолжала стонать девушка.
На груди у Эверта предупреждающе затрещало. Малый кристалл оказался переполнен. Его магия стала притягивать тьму: в коридоре потемнело еще больше, а в углах заклубилось. Девчонка опрокинула старый манекен и попятилась обратно за угол. Точнее за то, что осталось от него. В глубине комнаты послышался приглушенный плач и новые слова заклинания.
– Хватит нести чушь и иди сюда! – обратился Эверт к девушке, выругался еще раз, даже не думая прикусить язык в присутствии молодой женщины.
Ему не к ней стоит обращаться, а к мальчику.
– Джонатан! Замолчи и не предпринимай ничего! Ты слышишь меня?! Ничего! Я помогу тебе!
Девчонка тем временем продолжала нести нечто маловразумительное, подобрала кусок деревяшки и всадила ее прямо в голову вцепившегося в ее тряпки покойника.
– Реалистично, – произнесла она, брезгливо стряхнув труп со своей ноги.
Она обогнула ширившееся темное пятно, заглянув в дыру, туда, где находился бывший класс. Настенные панели в нем были оторваны, окна выбиты, тряпки занавесок болтались на палках, словно боевые стяги, а в центре этого, прямо у обломка грифельной доски, стоял огнеупорный шкаф: огромный, темный, с черненными золотыми ручками и… двумя кирпичами вместо выбитой ножки. Он устоял и чем-то напомнил ему старого генерала. Не в те размышления потянуло Эверта. Не в те!..
– Это сон или галлюцинация от анестезии…
В словах странной девушки прозвучало сожаление и грусть, но Эв махнул на это рукой. В настоящем бою мало романтики и уж тем более красивых моментов.
– Чего ты висишь?
У него даже дыхание перехватило от этого полного наглости вопроса, и Эв не сразу нашелся с ответом, несколько раз по-глупому разинув рот. Действительно, а чего он?!
– Сделай так, чтобы они не подобрались ко мне! Сможешь?!
Эверт отмахнулся от ее «но», шагнув во внутрь. Он понял, что начинает неметь, вновь воспарил над полом…
– Круто! – послышалось позади. – Хочу также!
Дельвиг не сразу понял, что улыбается в ответ на это. Он пригляделся к кружащейся (!!!) воронке неподвижности, разглядел в ней элементы упокоения, набрал в легкие воздуха и принялся разрушать их, стирая символы и руны своей собственной энергией.
– Видят Боги я выпорю тебя! – выкрикнул он в сердцах, обращаясь к прячущемуся Джонатану.
Он собирал один пласт заклинания и швырял его в тут же открывшийся портал. За спиной раздавались глухие удары и чавканье, не всегда понятные ему реплики и ругательства.
– Круто ты детей успокаиваешь!
Девчонка появилась в зоне его видимости.
– Я бы из принципа продолжила делать то, что делала!
– Кто бы сомневался! – огрызнулся он в ответ на это. – Одна пустая голова поддерживает другую.
Эверт как раз убрал разряженную воронку, но вместо нее открылась пропасть, из которой потянулось невероятно длинное щупальце и тут же вцепилось ему в ноги, а потом еще одно и еще, принявшись тянуть его вниз. Они тут же принялись падать обратно, отсекаемые огнем и сотворенными им (будь они трижды прокляты!) подсечками. Плоские огненные вихри пропадали в пропасти, вызывая в ответ полный боли и ярости рык, вспыхивали напоследок особенно ярко и гасли окончательно. Эверт начал страшиться и гнал прочь такие мысли: что еще вычитал и применил его непутевый племянник?! А главное, где он нашел все это?
– Куда?!
Девушка перемахнула через чернеющий провал в невероятно длинном прыжке и кажется что уперлась в шкаф носом, схватившись за его ручки.
– Где ты там?!!
Пристав на носочках, она ударила по дверце кулаками, только потом открыла ее и обнаружила сидящего на одной из высоких полок Джонатана. В его руках переливались огромные кристаллы, а у самых ног лежала какая-то книга.
– Марта? Это ты?
В голосе племянника слышалось плохо скрываемое удивление, но Марта не спешила отвечать на его восторги и полный неверия возглас.
– Красивые, – протянула она, потянувшись к кристаллам и постучав по ним ногтем. – Я так понимаю, что все дело в них.
Она забрала их из рук Джонатана и бросила в пропасть. В ответ на это расщелина осветилась голубовато-белым светом, выпустила сноп искр, что-то в ней недовольно заревело... Эверт не стал дослушивать причитания нового, неизвестного ему монстра, закрыв провал окончательно. Вместо него открылось едкое болото, принявшееся растекаться во всех направлениях уродливым оранжево-желтым пятном. От него шел пар, комнату заполнили кислые запахи, шипенье погружаемых в него предметов и хлопки образовывающихся на его поверхности пузырей. Магия нестабильного подростка продолжала чудить и подкидывать все новые и новые сюрпризы.
– Вправо! – неожиданно выкрикнула ему девушка, перебравшись вместе с мальчиком к стене.
Эверт подчинился, как делал это на поле боя, бездумно доверяя тому, кто сражается с ним плечом к плечу. Хрипящий Леннивайн, отчего-то сильно уменьшившийся, подкрался к нему сзади, кинулся, да так и упал в зловонную лужу, продемонстрировав вывернутые у щиколоток ноги. Он хрипел, пытался встать, но ему это не удалось. Он так и остался там.
– Я же сказал тебе не соваться ко мне!
– Я же сказал тебе не соваться! – передразнила она его и скорчила выразительную гримасу. – Ты говорил о них.
Марта кивнула на почти что утонувший труп.
– Я все сделала, но одного я пропустила.
Эверт вновь задержал взгляд на ней. Это было равносильно самоубийству. Ситуация могла измениться в любое мгновение. Но черт возьми! Он не так часто встречал таких сумасшедших. Ей не было страшно. В отличие от него и от заплаканного племянника рядом. Ей было плевать на все. Девушку не страшила смерть, возможность стать одной из восставших, оступиться и провалиться вниз, оказавшись в окружении неведомых тварей.
– Тяни!
Марта не теряла времени даром, вцепившись в шкаф двумя руками. Она повернулась к Джонатану, прикрикнув на него еще раз:
– Помогай! Тяни его! Не стой!
Тяжелый, отделанный несколькими слоями железа шкаф отказывался поддаваться и дать им опрокинуть себя. Эверт очнулся, попеняв себе на свою заторможенность. Стена соседней комнаты просела во внутрь от призванного Эвертом заклинания каменного кулака. «Генерал» сдался, наконец покачнулся и рухнул в едкую жижу импровизированным мостиком. Вовремя сотворенный щит спас Эверта от летящих в него брызг.
– Быстрее! – поторопил он их
Племянник оказался рядом с ним в мгновение ока, прижался к руке, словно испуганный щенок, а вот Марта… Она вдруг замерла, покачнувшись в сторону желто-оранжевой жижи. Она хмурилась, как будто прислушиваясь к чему-то.
– Не время для обмороков, – поторопил ее Эв. – Давай же!
Уперевшись одной ногой в стремительно погружающуюся стенку шкафа, Дельвиг протянул руку, приобнял Марту за талию и подтянул к себе.
– Жжет и не проходит, – пожаловалась она, наградив его очень внимательным взглядом. – Так быть не должно.
Удивительные глаза. Насыщенные, но не однородные. В своей расцветке напомнившие ему треснувшие изумруды.
– Наоборот, – поправил он ее, отвлекшись от лица и взглянув на прожженный рукав ее рубашки. – Но это лечится.
– Наверное.
Эверт вновь открыл портал, проигнорировав очередной треск малого кристалла. Девушка в его руках испуганно охнула и напряглась. Он не придал тому значения, запихивая в узкий проем портала негодного мальчишку.
– Зови на помощь и скажи тем, кто откликнется на зов, что ты от меня! Марта, теперь ты! Марта?! Эй!
Девушка потеряла сознание, безвольно повиснув в его руках. Эверт выдохнул, расширил проем и буквально бросил ее тело на черно-белый мрамор пола. Хорошо бы чтобы ее состояние оказалось правдой, иначе он выпорет обоих и не посмотрит на то кто ее брат, отец или мать.
___
[1] Смог – столица королевства Эйнхайм