Глава 2. Экзамены

День первый. Понедельник

Шар слетел с подставки и разбился на множество осколков, а находящийся внутри «дымок» вырвался на свободу и рассеялся в пространстве. Самой подставке ничего не сделалось, такую попробуй сломай, но мне и шара было достаточно. Хотя, нет, я ошибалась — место, куда крепился шар, отвалилось, и оттуда выпали какие-то мелкие детали. А я-то думала, подставка цельнолитая. Ошиблась. Ну и ладно, так даже лучше.

— Что ты делаешь? — бессмертный возник возле меня так неожиданно, что я шарахнулась в сторону и чуть не упала, но была мгновенно схвачена им. Упасть не дал, но и не отпустил. Несмотря на огромные лапищи, боли не причинил, хотя вырваться я и не пыталась.

— С ума сошла? — мужчина легонько тряхнул меня, заглядывая в глаза, для чего ему пришлось нагнуться. Голос злым не был, лицо тоже, скорее перевёртыш был удивлён и возмущён, но мне от этого легче не стало, я просто заледенела от страха.

— Отпусти её сейчас же! — раздался рычащий голос, и краем глаза я заметила приближающегося Моню. Шерсть дыбом, пасть оскалена, лапа с длиннющими когтями поднята в замахе. Ничего общего с меховым шариком, строящим оборотнице жалобные глазки.

— Магистр Филандр, отпустите девочку, вы пугаете её и её фамильяров, — раздался голос эльфийки, и огромные руки тут же отпустили мои плечи, бессмертный даже на пару шагов отступил.

Сразу стало легче дышать, я тоже отшагнула подальше от своего ожившего кошмара, поближе к животным. Все трое стояли в позе, предвещающей атаку, даже Лапка. Она, конечно, уже старенькая, но ласки практически такие же безбашенные в бою, как и барсуки, и тоже готовы без страха напасть на врага гораздо крупнее себя.

И хотя Клещ считал себя моим главным защитником, по факту им был именно Моня. Не уверена, что добралась бы сюда без потерь, если бы не он. Одинокая девушка — лёгкая добыча, девушка с барсуком — это примерно то же самое, что с двумя волкодавами. А вот Клещ, называющий себя моим защитником, в драку сломя голову не кидался, хотя приложить противника крепким словом умел виртуозно — хорьки по природе своей вовсе не такие агрессивные, как два других моих питомца. Впрочем, сейчас и он стоял, распушив хвост, что означало готовность кинуться на того, кто меня, по его мнению, обижал.

— Успокойтесь, Риони, никто вас здесь не обидит, — услышав голос эльфийки, я оторвала насторожённый взгляд от бессмертного и перевела его на женщину, потихоньку отходя от испуга. — Просто объясните, зачем вы разбили артефакт?

Я вспомнила, с чего всё началось, посмотрела на осколки, ещё и частично затоптанные, потом снова на задавшую вопрос и пожала плечами:

— Вы же сами велели мне продемонстрировать свою магию на левом артефакте.

— И как же вы пытались её продемонстрировать? — в голосе старика звучало искреннее любопытство.

— Вот так, — присев на корточки, я протянула руки к осколкам и выпустила магию.

Осколки тут же начали сползаться, слепляться в шар, который запрыгнул на подставку, уже втянувшую в себя выпавшие детальки. Из воздуха материализовался серый туман и влился в щели в шаре до того, как те срослись.

Я взяла уже целый артефакт и почувствовала, что он всё ещё не восстановился. Удивилась, огляделась, догадалась, в чём дело и, пересиливая себя и давя ком в горле, обратилась к сапогам бессмертного, выше поднять голову не решилась.

— Вы не могли бы приподнять ноги?

Мужчина послушно поднял левую ногу, потом правую, с подошвы правого сапога соскользнуло несколько крохотных осколков и влепилось в шар. После этого артефакт в моих руках едва заметно завибрировал, а серый туман сменился нежно-сиреневым светом с золотистыми искорками.

— Магия вне классификации, — резюмировал старик. — Впрочем, девочка и так нам наглядно это продемонстрировала.

Я осторожно поставила артефакт на место, и стоило убрать руки, как в нём снова заклубился безликий серый туман. Потом взглянула на приёмную комиссию — бессмертный, к моему облегчению, уже вернулся на место на дальнем от меня краю стола и смотрел на меня несколько растерянно, взгляды остальных экзаменаторов светились восторженным любопытством.

— Скажите, — мужчина, тот, что помоложе, аж наклонился над столом, подавшись в мою сторону. — Кто вас обучал? Какие формулу вы сейчас использовали? Сколько силы влили? Куда направляли потоки?

С каждым вопросом я всё больше терялась, не зная, что отвечать. Наконец, смогла вставить:

— Никто не учил. Оно само. А формулы я не знаю.

— Интуит! — кажется, спрашивающий меня мужчина пришёл в полный восторг. — Ещё один!

— Двое подряд? — покачал головой старик. — Я такого не встречал… да лет двадцать уже, наверное.

— Интуиты чаще всего встречаются среди обладателей магии вне классификации, — высказалась эльфийка. — А предыдущий мальчик тоже был весьма нестандартным.

— Ну, ещё бы, — пробормотал бессмертный, а потом обратился ко мне: — Я так понимаю, того, что до поступления в академию магией пользоваться запрещено, вам тоже никто не объяснил?

Сюрприз за сюрпризом. Нет, что без диплома легально работать магом я не могу, это я знала, но чтобы совсем пользоваться было нельзя?

— Нет, никто, — покачала я головой.

— Ожидаемо, — кивнул он, потом оглянулся на остальных. — Силу магии проверять будем, или в этом уже смысла нет?

— Может и нет, но мне любопытно, — ответил тот, что помоложе, остальные закивали, поддерживая коллегу. — Пройдите, пожалуйста, к правому артефакту и просто прижмите к нему ладонь ниже циферблата. Разбивать не нужно. Хотя, я бы не отказался ещё раз понаблюдать за этим чудом.

— Я могу принести стакан, — подал голос всё это время молчавший человек, что приглашал нас в комнату. Кстати, он был в сером, а не в белом,

— Принесите, пожалуйста, — кивнул ему мой собеседник. — И пару тарелок прихватите. Ну, же, — это снова ко мне, — мы ждём.

Я сделала, что велели, и полюбовалась на то, как ожившая стрелка поползла по полукругу и застыла, чуть-чуть не дойдя до цифры восемь. А всего там было двадцать делений.

— Великолепно! — восхитился старик. — Магия выросла за эти пять лет в полтора раза. Такими темпами вы станете магистром ещё до сорока лет!

Было бы здорово! Только дожить бы до этих сорока…

Тут вернулся мужчина, уходивший за посудой, неся пару тарелок и стаканов. Их я тоже, по просьбе комиссии разбила, а потом восстановила. И разорванный когтями Мони платок эльфийки. И какой-то артефакт, извлечённый стариком из кармана. А потом приёмная комиссия, наконец, вспомнила, что кроме меня за дверью ещё желающие поступить сидят, а меня ещё экзамен по обычным предметам ждёт, в итоге меня отпустили с миром, вручив вместо зелёного уже сиреневый листок с золотым ободком.

Ушли мы из этой комнаты порталом — теперь понятно, куда девались те, кто до меня приходил. Точнее, сначала мы вышли через неприметную дверь, расположенную за спинами приёмной комиссии в узкий коридор, где я снова обнаружила указатели, пройдя по которым, оказалась перед дверным проёмом с радужной завесой вместо двери. Табличка, висящая рядом, предлагала приложить палец к кнопке, на которую указывала стрелка, а потом пройти сквозь проём.

Немного подумав, я вернула Лапку, едущую на Моне, в карман, Клеща повесила на плечо, а Моню взяла подмышку — именно так мы и прошли портал. Впервые в моей жизни.

Я ничего не почувствовала, хотя ждала каких-нибудь новых впечатлений, но нет. Вообще ничего, ну и хорошо.

Оказалась я в огромном помещении, шириной, наверное, во весь замок или чуть поменьше. Почти всё его пространство занимали столы, стоящие рядами, некоторые пустовали, но большинство было занято, и над ними возвышались полупрозрачные… даже и не знаю, как назвать. Назвала бы пузырями, но форма была немного иная, походила на пенёк, на который положили половинку арбуза разрезом вниз.

Я не успела задуматься, что это такое, как ко мне подошла высокая темноволосая девушка-дроу в форме, похожей на мундир бессмертного, только голубой, и отделки было поменьше. Рядом я заметила ещё несколько парней и девушек в форме разных цветов, а один из них вёл паренька в простой одежде к одному из пустых столов. Подошедшая ко мне девушка поздоровалась и вытянула у меня из пальцев сиреневую бумажку. Кажется, ей было не привыкать к застывшим столбом абитуриентам.

Предложив мне посетить туалет — уточнив, что это такое, я с радостью согласилась и была отведена ею в уборную, где заодно умылась и помогла своим зверюшкам справиться с непривычным зачарованным горшком, — девушка проводила меня к одному из столов и предложила сесть на довольно удобный стул.

— Вот ваше задание, — мне указали на стопку листов с напечатанным текстом, — вот эти листы можно использовать как черновики. Вот две магические ручки, заряжать умеете? Нет? Просто когда перестаёт писать, посылаете вот сюда небольшой импульс силы, как у портала, помните?

Я кивнула. О таких ручках я лишь слышала, самой доводилось пользоваться лишь обычными перьями, которые нужно макать в чернила.

— На выполнение всех заданий даётся восемь часов, вот этот таймер будет показывать, сколько осталось, справитесь раньше — жмите на эту кнопку, я подойду. Вот здесь бутылка с водой, если сильно проголодаетесь или срочно понадобится в туалет, нажимаете эту же кнопку, я остановлю таймер и провожу вас. Списывать запрещено, здесь ведётся видеонаблюдение.

— Что ведётся? — удивилась я непонятному слову.

— Артефакт такой, иномирный, он следит за всеми. Вопросы есть?

— Нет, — растерялась я.

— Если будут — жмите на кнопку. Купол руками не трогайте, — с улыбкой посоветовала девушка, потом сунула руку в карман, что-то там сделала, и надо мной поднялся точно такой же купол, как над соседними столами. И сразу же стало тихо-тихо, только наше дыхание, и всё.

Звукоизоляция! Снова то, о чём я лишь читала, но никогда не видела и тем более не испытывала на себе. Потрясающе! Я осмотрелась и через два стола справа увидела Томаса, который улыбнулся мне, ободряюще кивнул и вновь склонился над своим заданием. На его столе свернулась клубочком Ноппи, и я наконец увидела её целиком. На ней была одежда! Кофточка и брючки, зелёные, самые настоящие! На кошке!

А с другой стороны, бедняжка, должно быть, мёрзнет без шерсти, мне бы тоже было бы неприятно лежать на столе голой. Да уж, не самая удобная питомица, но не всегда получается выбрать, чаще бывает наоборот, кого судьба послала, того и любишь.

Моня и Клещ улеглись под столом в расчёте на долгое ожидание, им не привыкать, Лапка спала у меня в кармане, вынимать её я не стала. Взялась за листы с заданием. Ага, тесты по истории, по географии, по знанию основных законов Империи — ну, тут даже интуитивно догадаться можно, но я эти законы тоже зубрила. Сочинение на вольную тему не меньше чем на трёх листах, и, самое сложное — математика. Задачи, куча примеров и тест по знанию основных фигур и их частей, вроде углов и граней.

Надеюсь, справлюсь. Я не просто так пять лет всё это изучала. Спасибо библиотекарше городка, возле которого я жила — и учебники подбирала, и непонятное объясняла, и списанные книги отдавала. А я за это чинила ей и книги порванные, и мебель библиотечную, а порой и вещи, из дома принесённые. Мне не сложно, ей тоже — в общем, нашли мы друг друга к взаимной выгоде.

Довольно быстро разделавшись с тестами — чего сложного галочки ставить, если знаешь, где надо? — я взялась за сочинение. Раз на вольную тему, буду писать о том, что хорошо знаю — о лесной нечисти. Я о ней много знала, собственно, нечисть меня и вырастила, да и потом компанию составляла, когда меня из приюта выпустили, и я снова в наш лесной дом вернулась. Я б и не покидала его, да папа Клык перед смертью обещание с меня взял, что среди людей поживу, магии поучусь.

Вот, выполняю его наказ. Был бы у меня выбор — ни за что бы в Имперскую академию не сунулась, тут и ректор из бессмертных, и преподаватели некоторые, на одного вот, уже наткнулась. Только в других академиях либо обучение платное, либо, если примут на бесплатные места — всё равно нужно где-то жить и что-то есть. А здесь и жильём обеспечивают, и кормят, не экономя — Томас же просто так не скажет, раз его братья тут учились, — и форму выдают.

Главное — иметь сильную магию, и как только маг, меня после приюта тестировавший, сказал, что с такой силой я могу даже в Имперскую академию поступить, я поняла, что это мой шанс. И пять лет, зубря то, что другие дети учат в школах — а для приютских считается ненужным, читать-писать научились, считать, чтобы в лавке не надурили, тоже, и достаточно, — и, откладывая деньги на дорогу, я ещё и настраивалась на то, что рядом со мной могут оказаться бессмертные. Что не надо их бояться, о моём тёмном даре они никогда не узнают. И даже почти себя убедила, пока сегодня не столкнулась со своим ожившим ночным кошмаром во время экзамена.

Но я справилась. Да, я обмирала от ужаса, тряслась и покрывалась холодным потом, но всё равно испытание прошла, и ничего страшного не случилось. Значит, и дальше справлюсь. Главное — после академии я получу самый престижный в Империи диплом и хорошую работу. Кусок хлеба с маслом мне и моим питомцам будет гарантирован.

Описав историю семейки барсуков, живших поблизости — родителей и братьев-сестёр Мони, — и то, чем ласка-нечисть отличается от обычного дикого зверька, я выдохнула. Прошла половина времени, отведённого на экзамен, а у меня остались лишь задачи и примеры.

— Риони, мне… надо! — Моня подёргал меня за юбку, выбрав момент, когда я расслабилась и откинулась на спинку стула, чтобы чуть-чуть передохнуть перед новыми свершениями.

Вздохнув, нажала на кнопку. Знакомая девушка тут же подошла ко мне, проводила в уборную, потом выдала нам всем лёгкий, по её словам, перекус, ну, мне снова пирожки и бутерброды в неограниченном количестве, а перед Моней и Клещом поставила по миске с сырым мясом и нарезанными яблоками. Где она всё это взяла, я спрашивать не стала, но ещё раз убедилась в правильности своего выбора — здесь мы точно голодными не останемся.

Когда я возвращалась под свой купол, Клещ выпросил у девушки разрешение немного размяться, пообещав не хулиганить. Очарованная девушка, которой явно прежде если и доводилось видеть говорящих зверюшек, то не настолько близко, тут же ему разрешила, и следующие три часа он развлекал старшекурсников, приставленных к нам, абитуриентам, которые откровенно скучали в ожидании, когда кому-то понадобится их помощь.

Закончив делать задания по математике и перепроверив сочинение, я решила, что можно заканчивать. Растолкала Моню, умудрившегося задрыхнуть, примостив голову на мои ноги, и нажала на кнопку. И снова моя девушка поспешила на зов, открыла купол и узнав, что я уже всё, с улыбкой собрала мои листы и предложила идти за ней.

Мы вышли в обычную дверь — через портал здесь только входили, — и попали во что-то вроде небольшого холла с лестницей и несколькими дверями. Ага, значит, зал занимает не весь этаж, но всё же большую его часть. За ближайшей дверью оказалась проходная комната, — от коридора она отличалась лишь квадратной формой, — где на стульях вдоль стен разместилось десятка полтора поступающих, и где было предложено подождать и мне тоже, а сама девушка прошла дальше, в ещё одну дверь, унеся мои бумаги, в том числе и ту, сиреневую. Вышла она буквально через полминуты, уже с пустыми руками, ободряюще улыбнулась мне — а может, Клещу, — и ушла.

Дальше началось ожидание. Время от времени старшекурсники приводили очередных абитуриентов и отдавали за дверь их работы. Из той же двери время от времени кто-то выглядывал и вызывал по имени одного из ожидающих, обратно они выходили с разными выражениями лица — кто с радостным, кто с расстроенным, кто просто с сосредоточенным, пара девушек — в слезах, один парень, выходя, шибанул дверью так, что едва не снёс её с петель.

Мой знакомец, хозяин Ноппи, зашёл после меня и, в отличие от большинства ожидающих, не нервничал, ногти не грыз, вдоль стульев туда-сюда возбуждённо не прохаживался, просто сидел, расслабившись, о чём-то тихонько болтая со своей кошкой. А мой взгляд невольно притягивала его огромная фигура.

Ну, не совсем «огромная», была здесь и пара орков, их мускулы бугрились так, что едва не разрывали короткие рукава рубах, шеи тоже были очень широкими, от ушей до плеч — по прямой, все они в целом были какими-то слишком массивными. А Томас был просто большим. Не тощим, вытянувшимся, но массы не набравшим, нет. Он был достаточно мускулистым, производил впечатление очень сильного, но и перекачанным не выглядел, его большое тело было удивительно гармоничным.

Лицо Томаса особой красотой не отличалось — нос широковат, рот большеват, глаза небольшие и близко посаженные, сказывалась капля орочьей крови, — но в целом впечатление от лица было приятным. А вот волосы были хороши — чёрные, аж в синеву отливали, они вились крупными кольцами, закрывая шею и уши, падали на лоб. Эх, мне бы такие локоны, мои-то волосы были абсолютно прямыми.

В общем, парень как парень, не урод, но и не писаный красавец. Но почему-то мой взгляд всё время возвращался к нему, может, потому что здесь он был единственным моим знакомым? Точнее, из знакомых лиц был ещё парень с книгой из первого коридора, но его вызвали практически сразу после моего прихода, и он был среди тех, кто не нервничал и быстро ушёл с довольной улыбкой.

Наконец, вызвали и меня. Зная, что вскоре выйду обратно, животных я оставила в «прихожей». Войдя, увидела просторное помещение, конечно, намного меньше первого, но с десяток столов там стояло. За ними сидели уже преподаватели — судя по возрасту, — возможно, аспиранты, на их столах лежали наши работы, я узнала листы, а ближе всего к двери стоял стол, за которым сидел мужчина, не очень старый, но с роскошной лысиной, волосы остались лишь смешным венчиком на затылке.

Жестом подозвав меня, он с улыбкой сказал:

— Мы рады приветствовать вас, Риони, в Имперской академии, добро пожаловать в ряды наших студентов. Хотя в ваших ответах и были ошибки…

— Ошибки?.. — обмерла я.

— Их было немного, и они не были критичными. Ваших знаний общеобразовательных предметов вполне достаточно, чтобы обучаться в нашей академии, а учитывая силу вашей магии, вам простилось бы и большее.

Я с облегчением выдохнула, мужчина заметил это, но лишь усмехнулся краешком рта и продолжил.

— Сейчас вам нужно пройти в библиотеку, она на четвёртом этаже, мы сейчас, кстати, на восьмом. — Ага, вот почему нас в комнату для экзамена порталом отправляли! — Там вам выдадут комплект для новичков — карты главного корпуса и всей территории, правила проживания и обучения, расписание уроков, и прочее, там же подскажут, как пройти в общежитие — оно у вас с розово-сиреневой крышей, — и, если захотите, сможете получить сразу комплект учебников. Можете вселяться в свою комнату прямо сейчас или провести оставшуюся до начала занятий неделю вне академии. Держите свой пропуск, — и мне вручили очередной листочек, на этот раз белый, плотный и обтянутый чем-то гладким и прозрачным, — будете показывать в библиотеке, на складе, коменданту общежития при заселении, на воротах при возвращении в академию после увольнительных и везде, где у вас его спросят.

— Спасибо, — пробормотала я, и в это время один из преподавателей положил на стол «главному» стопку листов со словами:

— Идеально. Ни единой ошибки.

— Пригласите его, — кивнул приятно удивлённый «главный», а я поспешила выйти, поняв, что со мной закончили, и ещё не до конца осознав, что всё позади.

Я сделала это! Теперь я — студентка Имперской магической академии! Конечно, её ещё нужно закончить, не вылетев, а отсев здесь зверский, об этом даже легенды ходят, но главное — я добралась и поступила. И уже сегодня ночью буду спать в удобной постели в тепле и полной безопасности, на сытый желудок. И даже носа за ворота не высуну, пусть домашние детки догуливают последние дни свободы, я той свободой наелась на всю оставшуюся жизнь.

Едва я вышла в комнату ожидания, как за моей спиной раздалось:

— Иветтомассор, зайдите.

Так вот кто у нас всё без ошибок написал. Я восхищённо взглянула на Томаса, он в ответ чуть смущённо улыбнулся, словно догадался о причине моего восхищения, хотя услышать слова преподавателя вряд ли мог, и мы разошлись в разные стороны. Я поймала себя на том, что довольно улыбаюсь, точно так же, как некоторые абитуриенты, выходящие из этой двери. Теперь мне стало понятно — почему. Но неужели всех остальных не приняли?

Пока шла к лестнице, взглянула, наконец, на выданную мне небольшую бумагу и тут же остановилась, с ужасом глядя на собственное изображение, красующееся на моём пропуске, который я должна теперь показывать везде и всюду. Про то, что с людей можно снять магией изображение и перенести его на бумагу, я знала, видела подобное в газетах. Но если бы я хотя бы заподозрила, что меня будут запечатлевать для пропуска, потратила бы время, чтобы хоть немного привести себя в порядок.

А сейчас на меня смотрела девушка, последний раз заплетавшая косу вчера утром. Выбившиеся из косы пряди были частично убраны за уши, частично висели вдоль лица. На щеке красовалось грязное пятно — прислонилась во сне к годами не мытому стеклу в окне дилижанса. Сейчас его уже не было, я умылась перед письменным экзаменом, но на изображении оно теперь будет красоваться… наверное, не меньше года, раз под моим именем написано «первый курс», потом, наверное, поменяют, но до этого…

Судя по меховому бугру на левом плече, сняли меня перед тем, как я шагнула в портал, скорее всего, когда читала, как им пользоваться. Интересно, Клещ порадуется тому, что тоже попал на магическую картинку, или, как и я, расстроится, что предстал на ней в далеко не самом красивом положении — кусок спины, вид сзади. Ладно, надеюсь, он не станет рассматривать этот листок.

Хотя, надежда на это была слабая, Клещ отличался редким любопытством. Так что, буду надеяться, что он себя просто не узнает.

— И что у тебя там такое интересное? — раздалось откуда-то сверху, и я, вздрогнув от неожиданности, развернулась и увидела стоящего рядом Томаса.

— Ты меня напугал! — выпалила обвиняюще, крепко прижав к груди свой позор.

— Ой, только не говори, что твоё фото страшнее моего, не поверю! — гигант закатил глаза, а потом сунул мне под нос свой пропуск.

А я ещё над своим… как он сказал? Фото? Интересное слово, надо запомнить. В общем, зря я переживала, оказывается, у меня всё ещё вполне миленько, подумаешь, грязная, лохматая и с куском хорька на плече. У меня хотя бы просто тёмный пушистый однобокий воротник получился, а вот мордочка Ноппи красовалась на половину снимка — она явно пыталась обнюхать или рассмотреть что-то, а потому потянулась вперёд, а лицо Томаса осталось сзади. При этом его глаза были заведены куда-то под лоб, приоткрытый рот скривился, и в целом выражение лица было ужасно смешным.

Похоже, перед порталом он закатил глаза точно так же, как минуту назад, вот только одно дело — живая гримаса, и совсем другое — застывшая. Получился и правда ужас.

— Спасибо, — от всей души поблагодарила я того, кто снял тяжёлый камень с моей души. Я продемонстрировала ему своё фото и не удержалась: — А о чём ты тогда подумал?

— О том, что меня держат за идиота, объясняя прописные истины.

— Я впервые в жизни видела портал, — призналась со вздохом.

— Правда? Прости, я как-то не подумал… Просто для меня это уже что-то настолько привычное, что и в голову не пришло, что таких лифтов где-то нет. Вот мне за это и расплата. А ты вышла очень даже миленько, уверен, у половины ребят на фотографиях какие-нибудь гримасы. Хотя я всё равно чемпион!

— Кто? — не поняла я. Обижаться на Томаса не получалось, он просто излучал позитив и извинялся абсолютно искренне.

— Победитель. Нужно будет чуть позже устроить конкурс на самую ужасную фотку на пропуске. Будешь за меня болеть?

— Не надо Риони за тебя болеть! — тут же возмутился Клещ. — Ещё чего! Сам болей, ты вон какой здоровый, а Риони маленькая! И так прошлой зимой простыла — боялись, что помрёт.

— Только барсучьим жиром её и спасли, — подхватил Моня. — Я для неё трёх диких добыл.

— Ты убивал себе подобных? — Ноппи с любопытством высунула нос из своего привычного укрытия.

— Они мне не подобные, они дикие. Я нечисть, а они просто звери. А за Риони я кого хочешь порву! — набычился Моня.

— В общем, не будет она вместо тебя болеть! — поставил точку Клещ.

— Вот глупый, — в голосе кошки прозвучал глубокий вздох, хотя она даже не шевельнулась. — Болеть за кого-то, это значит, переживать и желать его победы.

— Глупо, — фыркнул Клещ. — Болеть — это плохо, желать победы — хорошо. Это разное совсем.

— Так ты будешь желать мне победы? — поправился Томас, с улыбкой слушая перепалку нашей нечисти.

— Обязательно, — кивнула я. — Уверена, ты победишь.

— Слушай, — он снова уставился в мой пропуск, — у тебя тоже магия вне классификации? И общежитие с розово-сиреневой крышей?

— Да, — кивнула я, потом вспомнила слова старика и уже сама уточнила: — А ты тоже интуит?

— Ага. А что, и ты? Надо же!

— Они тоже очень удивились, — я поверить не могла в такое совпадение.

— Слушай, я знаю, где наше общежитие, братья карту показывали. Давай сначала заселимся, отдохнём, а потом и в библиотеку сходить можно будет. Или даже завтра, я тебе самое главное и так расскажу, а то там сейчас не протолкнуться, наверное.

Я вдруг осознала, насколько же я грязная, и как мне хочется нормально искупаться и переодеться.

— А давай, — кивнула, соглашаясь, и мы вместе отправились в моё будущее жилище, очень надеюсь, что на следующие пять лет, не меньше.