Глава 21

Мишка отключил телефон и посмотрел на напарника.

— Что? Витя бушует? — Алексей нервно щелкнул по сигарете, сбрасывая пепел на землю.

— А ты как думал? Хреново. Хозяин велел приехать.

— Ек макарек! Бля! Вот влипли! Ну, Лилька, стерва! Попадись мне.

Он выбросил сигарету в урну и пошел к машине. Мишка поплелся следом. Ответ придется держать серьезный.

— Слушай, что говорить будем? — угрюмо спросил он у Лешки, когда уже выехали за пределы Москвы и до поселка осталось совсем немного.

— Ты предлагаешь выкручиваться?

— Нет. Можно правду сказать. Только частично. Черт, не знаю, как оправдываться будем, что упустили девчонку?

— Ничего говорить не надо. По ситуации посмотрим.

Посмотреть ничего не получилось. Как только они открыли дверь в кабинет хозяина, в них сразу полетел цветочный горшок с кактусом, который всегда стоял у ноутбука. Охранники успели среагировать и отскочить в сторону. Керамический горшок ударился о стену, и его осколки рассыпались по всему полу.

Один из них чиркнул по щеке Михаила, он вздрогнул, рука взлетела к лицу, но тут же безвольно повисла вдоль тела.

— Виктор Романович, — тихо сказал он, — разрешите доложить?

— Говори.

Владимирский вернулся за стол. Он выпустил пар и теперь выглядел относительно спокойным, хотя сесть охранникам не предложил. Мишка только успел заметить, что в кабинете, кроме него и Алексея, находится еще и адвокат хозяина, которого можно смело назвать адвокатом дьявола.

Это было плохо. Райзман не знал пощады. Иногда Мишке казалось, что нервы у его тезки железобетонные, их ничто не способно разрушить.

— В двадцать тридцать мы заметили, — начал он, — как Лилия Викторовна вышла на пробежку. Ничего криминального в этой ситуации не было. Она просто бегала по аллее. Приблизится к калитке, развернется и обратно трусит. Сначала мы напряглись, но все было спокойно, вот мы и переключились на другие объекты. Когда заметили, что она открывает ворота, забеспокоились.

— Плохо волновались. Позвонить мне или Марте не сообразили? — рявкнул хозяин, побагровев. Его рука опять искала на столе что-то, чем можно было запустить в нерадивых работников. — Или мой приказ — не выпускать дочь с территории особняка — пустой звук?

— Простите, — Мишка поднял голову. — Вы еще не приехали с работы, а Марта Эриковна находилась в тренажерном зале. Не хотелось ее тревожить. Я сразу выбежал за ворота посмотреть, но увидел только удаляющийся огонек такси.

Он замолчал, чувствуя, что глупо оправдывается.

— А еще нам странным показалось… — начал Алексей.

Мишка незаметно ткнул напарника в бок, тот повернулся. «Молчи!» — Он сверлил Алексея взглядом, боясь, что тот невольно подставит Оксану. Но Владимирский достал телефон, и Мишка облегченно вздохнул: слава богу! Не услышал.

Хозяин набрал какой-то номер, подождал, набрал еще. Нахмурился, нервно постучал костяшками пальцев по столу и снова позвонил. На этот раз удачно.

— Марта, ты нашла Лилю? Не отвечает? Ну, засранка, пусть только появится дома, я ей… Черт! Позвони Лилиной подружке. Как там ее зовут? Да, да, Настя.

Что он сделает дочери, Владимирский не уточнил, но хорошего будет мало, это точно. Хотя… если девушка не отвечает на звонки родителей, возможно, хочет на какое-то время спрятаться.

— Виктор, Лиля недоступна? — поинтересовался Райзман.

— Нет. И мне это не нравится. Дальше! — Теперь Владимирский повернулся к охранникам.

Они вздрогнули, будто их ударили хлыстом, и Михаил продолжил рассказ.

— Виктор Романович, мы решили вас не тревожить и сами вернуть девушку домой.

— В штаны наложили от страха?

— Нет. Выполняли свою работу, тем более что пришла смена и мы могли спокойно оставить пост.

— И?

Мишка и Алексей, перебивая друг друга, рассказали, что обнаружили в клубе. Постепенно нервная обстановка сменилась деловой. Владимирский позвонил своим помощникам и отдал нужные распоряжения. Охранники так и стояли, как истуканы: им не позволили сесть на место, но и уйти они не могли. Наконец Алексей несмело спросил:

— Виктор Романович, скажите, что нам делать?

— Кто из вас раньше работал в полиции?

— Я, — поднял руку Мишка.

— Сможешь отследить номер дочери?

— Все силы приложу.

— Давай. Через час жду результат.

Он махнул рукой, показывая, что все свободны. Сам Владимирский тоже встал и направился к двери. За ним засеменил и Райзман. Когда охранники садились в свою машину, из пристройки выбежал водитель хозяина и поспешил к гаражу.

— Как думаешь, куда поедет? — спросил Алексей.

— У него свои каналы есть. Бандитские, — шепнул Михаил. — Если Лильку действительно похитили, перевернет всех, а найдет.

— Как-то в похищение девчонки не очень верится, — засомневался Алексей.

— Почему? Все же видели, как ее уносил на плече какой-то мужик.

— Требования до сих пор не выставили.

— Ну, здесь три пути: тянут время, чтобы довести родителей до нужной кондиции, или пока нет возможности позвонить, или похитили с иной целью.

— Какой? Думаешь, месть?

— Не знаю. Но Владимирский — гад еще тот. Сколько фирм разорил! Не удивлюсь, если кто-нибудь на такое дело решится.

— Ну, не знаю. Я в жизни не встречал человека, который на похищение решится.

Определить место нахождения телефона девушки не удалось. Вадим, хороший знакомый Михаила, услышав просьбу, почесал затылок, помялся, но решил помочь, тем более что Владимирский обещал за услугу приличную сумму отвалить. Кто же откажется от подработки?

Но сколько Вадим ни пытался, ничего не получалось. Охранники уже заметно нервничали: все меньше оставалось времени до назначенного хозяином часа. Наконец Вадим развел бессильно руки.

— Пока ничем помочь не могу. Телефон либо выключен, либо уничтожен.

— Погоди, а разве по геолокации его нельзя разыскать? Сейчас столько приложений всяких.

— Фильм не снимай! — резко ответил Вадим. — Без связи телефон отлично ищут в кино, но в реальной жизни это не так быстро и просто. Но можно подождать, пока он заработает. Тогда есть шанс, и то неточный.

— Почему?

— Я смогу определить только примерные координаты. Представь, чем дороже смартфон, тем большее количество вышек он охватывает. Каждая вышка работает в радиусе сорока — сорока пяти километров. Я укажу примерный квадрат местности, а дальше уж сами разыскивайте.

— Ого! Если это большой город, то найти практически невозможно.

— Опять не так понимаешь. Похититель не привезет девчонку к себе в квартиру или в место, где много народа. Значит…

— Что?

— Господи, до чего вы недогадливые! — крякнул Вадим. — Значит, нужно вычислять склады, заброшенные заводы или одинокие постройки, расположенные подальше от людских глаз.

О неудаче Михаил сообщил хозяину. По негласной договоренности с напарником он решил больше ничего не скрывать, чтобы потом Владимирский не отыгрался на них за случившееся.

— Сидите на месте. Ждите. Вдруг телефон выйдет на связь.

— А сколько ждать?

— Сколько понадобится, столько и ждите! — отрезал босс и отключился.

Чем Владимирский занимался в это время сам, парни не знали и даже боялись предположить: они работали в особняке Владимирского недавно и пока ни в каких заварушках не участвовали, но слышали всякое.

Они просто тихо радовались, что сидят в теплой квартире знакомого и наблюдают за мониторами, а не рыщут сейчас по помойкам в поисках девушки, не допрашивают компанию ее кавалера.

Ночь прошла без изменений. Охранники немного поспали по очереди, сменяя друг друга. Вадим занимался своими делами. Утром он показал Михаилу, что нужно делать, когда появится сигнал, и ушел на работу.

Он вернулся под вечер, но результата все не было. Охранники устало терли глаза, зевали, но боялись даже на шаг отойти от мониторов. Увидев Вадима, они расслабились: теперь можно отдохнуть и нормально поесть. Целый день они питались кофе и бутербродами. Только Мишка включил газ под сковородой и приготовился разбивать туда яйца, как закричал Вадим.

— Есть! Есть сигнал! Телефон вышел на связь.

Охранники бросились к нему, забыв о еде.

— Ты успел запеленговать телефон?

— Да, примерно. Девушка находится далеко от Москвы. В Спас-Клепиковском районе.

— Боже! А где это?

— Рязанская область. Но искать придется везде. Я же говорю, что могу только примерное место обозначить.

Тут же раздался звонок. Уставший и раздраженный голос Владимирского спросил:

— Засекли? Лиля только что звонила матери.

— Да.

— Отправьте мне карту по емейл. И сами живо сюда!

***

Лиля с ужасом наблюдала, как Петр осторожно сделал шаг к крыльцу и остановился, напряженно вглядываясь в темноту.

Обнаженное тело блестело, бедра, обтянутые полотенцем, вызвали у нее приступ необычайного волнения. На секунду она даже забыла об опасности, затаившейся в кустах.

Хотя… разумом она понимала, что никакое крупное животное не сможет перебраться незаметно через глухой забор. Да и глаза светились высоко для такого низкого зверя, как волк. И все равно неприятное чувство тревоги росло в душе. Она была на грани истерики, когда увидела светящиеся точки у забора.

Вот похититель махнул Лиле рукой, намекая на то, что она должна уйти в дом, но девушка отчаянно покачала головой. Тогда он резко наклонился. Полотенце развернулось и упало к его ногам. Кажется, он даже не заметил этого, настолько был направлен на цель.

Зато заметила Лиля и уставилась на белеющее в темноте тело. Быстро опомнилась, отвела глаза, но сознание вдруг переключилось с одного объекта на другой. Она уже не думала о волке, а как завороженная, смотрела на мужчину — сильного, красивого и даже благородного в ее глазах. Другой бы на его месте давно разобрался с вздорной скандалисткой, которая только и устраивает проблемы, а этот… этот терпеливо сносил все ее закидоны и даже выручал в критических ситуациях.

Лиля увидела, что Петр поднял камень, и насторожилась. Только он примерился, чтобы кинуть, как светящиеся точки сместились в сторону. Он тоже повернулся и бросил.

Что-то зашумело в кустах, вспорхнуло и с противным резким криком понеслось прямо на девушку. Лиля взвизгнула, одним прыжком слетела со ступенек и бросилась к Петру. Он засмеялся.

— Сова.

— Не может быть! — Лиля держалась за локоть голого мужчины и тряслась от пережитого шока. — А у нее тоже глаза светятся?

— Ага. Ты сама подумай, как волк мог забраться на закрытую территорию?

— Да, верно.

— Ты мне разрешишь одеться?

— Ой!

Девушка отпустила руки, смутилась и подняла полотенце, потом не глядя протянула его мужчине. Как хорошо, что уже темно и он не заметит ее неловкость. Лиля показала пальцем на сумку и побежала к дому. Она влетела в кухню, захлопнула дверь и прижалась к ней спиной. Только после этого перевела дыхание.

Что с ней творится? Почему незнакомый человек, похитивший ее, вызывает такие эмоции? Первый раз он произвел на нее впечатление, когда спас от понесшей лошади. Уже тогда Лиля почувствовала, как задыхается в его объятиях. И сегодня! Столько всего произошло за день! Другая и за всю жизнь не испытает такие приключения, а у нее каждый час — событие.

Лиля стала прибираться в кухне, а заодно разглядывать содержимое пакетов. Хотелось есть, но кроме лапши быстрого приготовления в сумках ничего вкусного не было. Тогда она села на пол и опять раскрыла холодильный шкаф под окном. Девушка взяла в руки банку тушенки и увидела, что срок годности еще не прошел.

— Вот и отлично! — пробормотала она.

— Что отлично?

Лиля покосилась на вход в дом: там стоял Петр. Он оделся и выглядел вполне прилично. Влажные волосы блестели, черная футболка обтягивала мощный торс, а синие джинсы ладно сидели на стройных бедрах.

Девушка почувствовала, как затрепыхалось в груди сердце. Она вскочила на ноги, вскинула с вызовом голову и выпалила:

— Я хочу есть! Ты собираешься морить меня голодом? Затащил в эту глушь, угробил машину, чтобы мы не выбрались, а теперь еще и есть не даешь?

Похититель удивленно поднял брови. «Так тебе и надо!» — подумала Лиля, прекрасно понимая, что тактика «лучшая защита — нападение» на этого мужчину не действует. Но ей хотелось за словами скрыть свое смущение.

— Хорошо. Сейчас приготовлю, — неожиданно кротко согласился он, а Лиля почувствовала стыд: налетела на мужика неизвестно за что.

— Я помогу. Давай сделаем макароны по-флотски с тушенкой. Я видела: у тебя есть спагетти.

— Разве консервы еще не испортились?

— Нет. Срок годности подходит.

— Ладно.

Петр включил электрическую плитку, а Лиля засуетилась, полезла в шкафчик за кастрюлей. Она встала на цыпочки, чтобы ее достать, но не дотянулась. И вдруг девушка почувствовала, как ее ладони коснулись пальцы похитителя. Она вздрогнула, отдернула руку. Было такое чувство, будто ее ударило током.

Она кинулась к ковшику, зачерпнула воду из ведра и ждала, пока Петр поставит кастрюлю на плиту.

— Тебя правда Петр зовут? — неожиданно спросила она, когда они сели за стол, как добропорядочная семейная пара.

— А что? — буркнул он, не поднимая глаз.

Лиля посмотрела, как макароны быстро исчезают у него во рту, и неожиданно подумала, что он даже ест красиво. Она попыталась вспомнить, как вел себя за столом Димка, и опять удивилась, что в голове у нее не возникло ни одного образа. Она вздохнула.

— Ничего. Просто интересно, с кем я оказалась заперта в чужом доме.

Похититель встал, налил в тазик горячей воды из чайника и стал мыть посуду. Лиля полотенцем вытирала тарелки. Каждый думал о своем, но тишина в доме не создавала неловкого напряжения. Наоборот, казалось, что так было всегда и так правильно.

— Ложись спать на кровати, — сказал Петр.

— А ты где?

— На лежанке у противоположной стены.

— А-а-а…

— Не бойся, я тебя не трону. Не в моих интересах.

Похититель лег на топчан и отвернулся к стене. Лиля выключила свет, подошла к кровати и тяжело опустилась на нее. Она не боялась. Женским чутьем она уже поняла, что, несмотря даже на его грубые прикосновения перед пожаром, он не собирался ее насиловать.

«Господи, но зачем я ему нужна?» — Эта мысль не давала девушке покоя.

— Петр… прости, я буду называть тебя так, пока другого имени не знаю. А что в твоих интересах? Зачем мы здесь? Можешь сказать?

— Не хочу.

— Ну вот. Поговорили, называется, — обиделась Лиля.

— Спи. Завтра будем вытаскивать машину из лужи.

Его голос звучал глухо. Лиля немного поворочалась и не заметила, как погрузилась в сон.

***

Сначала она увидела маму. Та почему-то сидела в ее комнате и сердито постукивала хлыстом для верховой езды по коленке. Явно была чем-то недовольна.

Потом в поле зрения появился отец. Он широко открывал рот. Его ухоженное лицо побагровело от злости. Лиля проследила за ним взглядом и поняла, что отец кричал на мужчину, который стоял на коленях. Его руки были связаны за спиной, на глазах черная лента.

Вдруг отец выхватил хлыст и изо всех сил ударил незнакомца. Лиля закричала от страха, рванулась, но мать удержала ее на месте.

— Говори! Говори! — рычал Владимирский, раз за разом опуская хлыст на обнаженные плечи связанного.

Тот только вздрагивал, но молчал. Кровавые полосы расплывались по коже.

— Папа! — Лиля вырвалась из рук матери и бросилась к незнакомцу. — Перестань! Не бей его!

Отец не обратил на ее слова никакого внимания. Тогда девушка повисла у него на руке. Владимирский легко, как муху, смахнул дочь и снова ринулся на связанного.

Лиля кинулась ему наперерез. Кончик хлыста пришелся как раз на ее спину.

Она просто взвилась от боли, выгнулась, запрокинула голову, слезы градом покатились из глаз. Лиля повернулась к отцу и, глядя прямо в его глаза, упала на колени, раскинула руки в стороны и закрыла собой незнакомца.

***

— Очнись! Что с тобой?

Лиля с трудом разомкнула веки, но спросонья не поняла, кто ее трясет и почему.

— Папа! Не бей его! — снова крикнула она.

— Лиля, Лиля! — знакомый голос звал будто издалека.

Девушка наконец проснулась. Она открыла глаза, увидела рядом лицо того мужчины, который стоял на коленях, вскрикнула и… бросилась к нему на шею.