Глава 20

Мишка заподозрил неладное не сразу.

Когда Оксана зашла в мониторную, они с Лешкой, как и положено, наблюдали за экранами. Ничего необычного не видели. Сновала прислуга по своим делам. Конюх выгуливал Дьявола, в кухне повариха Галина Ивановна мыла посуду.

Иногда изображение расплывалось, и Мишка чувствовал, как его голова падает на грудь. Тогда он встряхивался, протирал глаза и косился на напарника: заметил или нет. Но Алексей, похоже, чувствовал себя так же. Неудивительно: суточная смена подходила к концу, скоро придет другая пара секьюрити.

Оксана влетела и защебетала, как птичка, путая русские и украинские слова. Михаил сразу встряхнулся, заслушался ее звонким, словно колокольчик, голосом. Девушка призывно ему улыбнулась, а он уставился на ее губы, мечтая урвать поцелуй. Она давно нравилась охраннику, но строгие требования особняка не давали возможности расслабиться.

— Хлопчики, кави [кофе (укр.).] будете? — спросила веселая украинка и облизнула губы.

Все естество Мишки чуть не взорвалось. Он судорожно вздохнул, проглотил слюну и кивнул. Оксана умчалась, а он заторможенно посмотрел ей вслед.

— Ты не боишься?

— Чего? — Мишка повернулся к Алексею.

— Забыл, как неделю назад Лилька нам снотворное подсыпала? Хозяева до сих пор не знают. Второй раз не хочется попасть в ловушку.

— Ты думаешь? — Мишка задумчиво почесал затылок и посмотрел на монитор, где Оксана болтала с поварихой и открывала ящики шкафов. — Надо, кстати, проверить.

Закончить мысль он не успел: в комнату снова вбежала девушка.

— А обещанный кофе где?

— Ой! Забыла! Галина Ивановна отвлекла. Леш, сделай сам, а я Мишке компанию составлю.

Он подмигнула Михаилу, и тот чуть со стула не свалился от удивления. То к себе даже на три шага не подпускала, а то вдруг компанию решила составить. Девушка подождала, пока Алексей выйдет, и плюхнулась прямо Мишке на колени.

— Ты что? — хриплым голосом спросил он.

— Просто так. А що, не можна?

Оксана провела пальчиком по верхним векам, и охранник закрыл глаза. Вот шаловливые пальцы побежали по бровям, коснулись щек, края губ. Мишка чувствовал, как горячо стало в паху. Он заерзал, по-медвежьи сжал девушку в объятиях и потянулся к ней с поцелуем. Но она звонко засмеялась и вскочила.

— Ты куда? — раскрыл он глаза.

— Не балуй! Ох, який ти швидкий! — отрезвляюще отреагировала она.

Но Мишка не хотел отрезвляться. Он вскочил, сгреб девушку в охапку и полез с обнимашками. Оксана ловко вынырнула из кольца рук, хлопнула его по ладоням и убежала.

Алексей вернулся с подносом, на котором стояли чашки с дымящимся кофе.

— Представляешь, еле пачку нашел. И кто ее так далеко в шкаф засунул?

— В шкаф?

В голове у Мишки засвербела тревога. Что такое? Он видел, как Оксана открывала дверки. Может, это она?

— Ты чего? — Лешка посмотрел на друга встревоженно.

— Что-то мне неспокойно.

— Думаешь, Оксанка не просто так сюда забегала?

— Уверен. Давай записи посмотрим? — он умоляюще посмотрел на Алексея.

— А ты чем занимался, когда меня не было? — проворчал тот, но сел к компьютеру и стал перематывать запись назад. — На кого вместо экрана глазел?

Мишка похолодел. Он только что сообразил: девушка намеренно отвлекла его от монитора на несколько минут. Его догадка сразу подтвердилась: на экране Лиля пробиралась по аллее к воротам. Вот она открыла их и исчезла на дороге.

— Сучки! — взревел Мишка и вскочил. — Они договорились!

Он кинулся к выходу из комнаты, но его поймал Алексей. Он толкнул здорового охранника, и тот, как подкошенный упал в кресло.

— Ты куда собрался?

— Хозяину доложить. Девку надо остановить.

— Она уже уехала, и мы не знаем куда. Если доложишь, сразу признаешься в том, что упустил беглянку, а там и первый случай выйдет наружу. Нет уж! Где ты еще такую работу найдешь?

— И что ты предлагаешь?

— Сейчас придет смена. Мы сами Лилю домой вернем. Тогда хозяин нас не уволит. Скажем, сразу заметили, но не успели остановить. Это лучше. Я сейчас сотру эти кадры, будто ничего и не было.

— Нет! Не трогай! Это доказательство, что она сама сбежала! — крикнул Мишка. — Верни все назад! Парни не будут перематывать пленку и просматривать запись, если никто ничего не заподозрит.

Смена пришла через полчаса. Охранники сидели как на иголках. Они нетерпеливо посматривали на дверь, на часы, на мониторы. Когда показались новые дежурные, они мгновенно передали дела и кинулись в раздевалку.

— Звони Ксюхе! — приказал другу Лешка. — Позови ее в кухню. Галина Ивановна уже ушла.

— Зачем?

— Она наверняка знает, куда ее подружка пошла.

Оксана прибежала, не подозревая, что идет на допрос. Лешка ждал ее в слепой зоне, чтобы не вызвать раньше времени подозрений у сменщиков. Как только она показалась в дверях, он сразу схватил ее за шиворот и прижал спиной к холодильнику.

— Ты что делаешь? — вскинулся Мишка и бросился на защиту девушки.

Та переводила испуганный взгляд с одного мужчины на другого, но уже не смеялась.

— Хлопцы, вы чего?

— Будет тебе чего! Рассказывай, куда опять Лилька намылилась?

— Никуда, в своей комнате сидит, — ответила Оксана, но по бегающему карему взгляду Мишка понял, что Леха попал в точку.

— Только не ври! Мы видели, как она вышла за ограду.

— Правда? — округлила глаза Оксана. — Я не знала.

— Хватит мне тут ваньку валять! Говори. Не хочешь, тогда позвоню Виктору Романовичу, а дальше… сама знаешь, что будет.

Оксана испугалась. Она, как и охранники, держалась за прибыльное и спокойное место.

— Хлопцы, так я же тут ни при чем. Она сама.

— Говори! Мы не заложим. Скажем, что сами вычислили.

— Она поехала в клуб «Пандора», — ответила наконец Оксана и заплакала.

— Все, не хнычь! Мы на связи.

Охранники кинулись за дверь. Найти адрес клуба было несложно. Около десяти вечера они уже расспрашивали всех сотрудников о девушке. Но никто после драки Лилю не видел.

— Миш, пошли в мониторную.

Друзья просмотрели ролики и обнаружили девушку на плече постороннего мужчины в боковом коридоре, который вел к выходу.

— А это что еще за хрен? — закричал Мишка, показывая пальцем на мощную спину, обтянутую белой футболкой.

— Первый раз видим. Может, дружок вашей девушки?

Охранники просмотрели все ролики, но везде этот незнакомец стоял спиной к камере. Кроме темных, слегка вьющихся волос, белой футболки и черных джинсов, ничего разглядеть было нельзя.

— Слушай, может, она уже домой вернулась? Ее компания еще здесь. Глядишь, девку обидели, она сорвалась и домой махнула.

— Ага, на плече у неизвестного? Видел же сам, как она его ногами и руками колотила. Явно не по своему желанию убегала.

Проверили камеру у входа в клуб. Она была разбита. Охранники переглянулись: это совсем им не понравилось. Мишка набрал номер Оксаны.

— Ну что? Нашли Лилю? — сразу откликнулась девушка.

— А она домой еще не вернулась?

— Нет…

Слабый огонек надежды погас, не успев разгореться.

— Что делать будем? — спросил Лешка.

— Надо сдаваться хозяину.

— Может, сами поищем?

— Нельзя. Если Лилю похитили, значит, упустим время, пока сами крутиться будем. У нас и связей таких нет, — Михаил снова набрал номер Оксаны. — Ксюха, позвони Лиле, потом сразу мне. И не реви ты! Еще рано хоронить девку!

Он нервно постукивал кроссовкой о пол в ожидании ответа. Когда зазвонил телефон, оба охранника подпрыгнули.

— Ну? Не отвечает? Вот бля… Все, пока.

Он отключился, немного потоптался раздумывая, потом решительно нажал на цифру один на экране телефона. Долго никто не отвечал, наконец в трубке раздался недовольный голос:

— Какого?

— Виктор Романович, это Михаил.

— И?

— Кажется, Лилию Викторовну похитили.

***

Игорь бежал, не разбирая дороги. В голове билась только одна мысль: девушка в запертом доме сходит с ума от страха. Не натворила бы случайно непоправимых дел. Он рассчитывал, что быстро обернется туда и обратно. Он не ожидал, что просека превратится в непроходимое болото.

Ноги промокли моментально. Сверху тоже поливал дождь. Чума почти мгновенно стал сырой насквозь, но ни на секунду не сбавил ход. Черт с ней, с машиной! Завтра дорога высохнет, тогда он вернется за ней.

Но главное сейчас даже были не мокрые ноги и не хлюпающий влагой нос. Чума боялся за девушку. Он посмотрел на часы: его отсутствие затянулось. Прошло сорок минут с момента отъезда.

— Господи! Только подожди меня. Только подожди, — бормотал он.

Когда в дождевом мареве показалась ограда дома, а над ней не полыхали языки пламени, он выдохнул от облегчения. Все вокруг выглядело мирным и спокойным, и даже дождь перестал лить стеной. Черная туча уходила за горизонт, и сквозь разреженные облака нет-нет да выглядывало солнце.

Игорь открыл ворота, бегом преодолел расстояние до крыльца и остановился отдышаться. Прислушался: в доме было тихо. Он осторожно, стараясь не шуметь, повернул ключ в замке. Вошел. Тишина. Он сделала два шага в кухню. Никого. Заглянул в комнату — девушки не было.

Сердце замерло от страха. Адреналин ударил в кровь.

— Лиля, ты где? — крикнул он, и тут что-то с грохотом упало.

Чума бросился в комнату и поймал на лету падавшую девушку. Он притянул ее к груди, будто ребенка, и прижался губами ко лбу.

— Как ты мог? Меня бросил! Одну!

Каждый выкрик она сопровождала ударом кулака в грудь Чумы, но он ничего не чувствовал. Он был счастлив, что девушка в доме и ничего с собой не сделала.

— Тихо, тихо, — повторял он, покачивая Лилю на руках.

Он вспомнил, как нес ее после падения с лошади, но тогда она казалась ему очень тяжелой. А сейчас… что изменилось?

«Тогда я вывихнул плечо», — вспомнил он и обрадовался: нет, его отношение к девчонке осталось прежним: она дочь врага.

— Отпусти меня, — тихо сказала Лиля, — Ты весь мокрый и грязный.

Чума опомнился. Он поставил девушку на пол и посмотрел на себя.

— Да, бежал по лесу.

— Откуда? И вообще, ты хотел взять меня с собой, а запер. Так нечестно! — Губы Лили задрожали.

Вообще уже ничего не осталось от той скандалистки, которая была вчера и сегодня утром. Сейчас перед Чумой всхлипывала от обиды милая девушка, которую он незаслуженно довел до слез.

Он опять почувствовал стеснение в груди. «Черт, этого только не хватало! Нельзя ее жалеть! Нельзя!»

— Посмотри на меня, — Игорь развел руки, — хотела вместе пробежаться по грязи под проливным дождем?

— Мог и предупредить!

— Не мог! Я думал, вернусь через десять минут. Не вышло. Прости.

— Да что случилось?

Лиля теперь выглядела обеспокоенной. Она взяла двумя пальцами Чуму за грязную футболку, которая когда-то была белой брендовой вещью, и презрительно скривила хорошенький нос.

— Дорогу размыло. Машина в грязи застряла. Пришлось домой бежать под дождем.

— А зачем бежал? Волновался за меня? Так тебе и надо! Нечего девушек одних оставлять!

— А что здесь произошло?

Игорь показал рукой на раскрытые дверки шкафов, разбросанные пакеты, вытащенные банки консервов.

— Ничего. Я просто убирала продукты, раскладывала все по местам, — неожиданно смутилась Лиля и затарахтела: — А тут услышала шаги и спряталась. Страшно все же! И вообще, где твоя вода?

— В колодце.

— Пошли.

— Куда?

— За водой. Мыться не собираешься? И я из-за тебя на чушку похожа стала. И вообще, ты кормить меня будешь?

Чума оглядел девушку. Домашний халат, который она нашла в шкафу, был мокрым и тоже грязным.

— Я сам принесу.

Он схватил ведро, но Лиля вцепилась в него тоже.

— Я с тобой!

— Там холодно после грозы и мокро.

— Ничего. Не сахарная, не растаю.

— Как хочешь.

Они вышли во двор. Девушка шлепала за Чумой по лужам, но не отставала. Он сначала подошел к воротам и запер калитку на задвижку.

— Кого боишься? Волков? — тут же спросила Лиля.

— Их тоже. Места дремучие.

— Мамочки мои! Что мы здесь делаем? Может, в Москву вернемся?

— Как? На чем? Машина в грязи буксует.

— А вытащить ее можно?

— Теоретически — да. Завтра возьмем лопату и топор, прогуляемся к джипу.

— А зачем все это?

— Надо нарубить веток, подложить их под колеса и вытолкать машину.

— А кто будет толкать? — Лиля задумчиво посмотрела на него. — Я?

— Конечно! Ты же водить машину не умеешь.

— Но у меня не хватит сил.

— Значит, будем ждать, пока дорога высохнет.

— Ага! И где твой колодец?

Чума повел девушку за дом, где стоял дровяной сарай, баня, а рядом был сруб колодца. Он показал Лиле, как нужно набирать воду. Второе ведро она уже наполняла сама и радовалась, как ребенок, когда крутила ручку и наблюдала, как в темной глубине с громким бряканьем исчезает цепь.

Она наклонилась и посмотрела вниз.

— У-у-у! Как глубоко! Ты никогда не спускался в колодец?

— Нет. Даже в голову не приходило, — сказал, как обрубил Чума. Ему не нравился дружеский тон девушки. Она будто приехала в отпуск и теперь познавала основы деревенской жизни.

Он отнес ведра в дом, включил чайник, потом сходил за дровами. К вечеру похолодало, И Чума видел, как девушка начала дрожать. Он зажег огонь в печи и повернулся к Лиле.

— Ты мойся в доме, а я у колодца.

— Я одна не останусь!

— На улице уже темно и холодно.

— Ну и что? Переживу.

— Ну тогда топай за мной, — вздохнул Чума и, не оглядываясь, направился к шкафу, где взял полотенце.

Игорь вышел из дома и остановился у колодца. Он планировал раздеться до трусов и хорошенько отмыть грязное тело, но Лиля не сводила с него глаз, поэтому просто набрал воды в тазик и стал неловко плескаться. Ледяная вода только размазывала грязь по одежде и коже, а не делала ее чистой.

И тут он неожиданно разозлился: «Хочет смотреть? Да ради бога! Устрою ей представление!»

Чума решительно стащил футболку, расстегнул ремень на брюках и потянул вниз молнию.

— Ты что делаешь?

— Не видишь? Раздеваюсь. Или я должен мыться в одежде?

— Нет. Но…

— Не нравится — не смотри. Отвернись. Или иди в дом. Для тебя тоже вода согрелась.

— Но…

— Что, «но»? Закончи наконец свою мысль!

— Ты снова грязное наденешь?

Чума недоуменно посмотрел на свои вещи. Лиля права: он забыл взять с собой сменную одежду.

— Можешь мне принести сумку?

— Какую?

— Черную, спортивную. Там есть брюки и футболка. Или просто поставь сумку на крыльцо, я сам возьму.

Он резко расстегнул замок и снял брюки. Теперь он стоял в одних боксерах и смотрел на Лилю. Она смутилась, опустила глаза и побежала к дому.

Во дворе совсем стало темно. Игорь почти ничего не видел. Окна дома выходили на лицевую сторону, а здесь была глухая стена, поэтому свет почти не проникал сюда.

Чума пожалел, что не взял с собой фонарик. Если честно, он давно бы уже привел себя в порядок, если бы не препирался по любому поводу с вздорной девчонкой.

Он на ощупь умылся ледяной водой, хорошо еще, заранее взял кусок мыла, растерся докрасна полотенцем, а девушка все не шла.

— Черт! Неужели опять вредничает? Что там этот раз? Одежду спрятала? Или разрезала?

Он обогнул дом, сделала два шага к крыльцу и замер: его сумка валялась на земле, а Лиля зажимала обеими руками рот и смотрела куда-то в сторону.

— Что такое? — спросил он.

— Там… — сказала Лиля одними губами, подняла руку и ткнула пальцем в пустоту. — Волк.

Чума проследил за девушкой взглядом: в глубине темных кустов, росших у забора, светились чьи-то глаза.