Глава 25

Глеб

- Когда первое слушание? – всматриваюсь в экран планшета, который так удачно положил в дорожную сумку. Как знал, что он мне понадобится даже на отдыхе. – Все документы уже подготовлены? Нет, Роберто, ты должен их еще раз проверить, иначе судебных разбирательств уже с нами не избежать. Да, жду твоего ответа в течение часа. Нет, это не обсуждается.

Прерываю телефонный разговор, откидывая на кровать два девайса, так как нервы уже натянуты, как и бушующая ярость внутри. Вот и отлучайся из Италии на год, оставив за старшего своего лучшего адвоката, не способного выполнить даже простейшие вещи. Хотя раньше за ним такого не наблюдалось.

Если Роберто проиграет столь важное дело, то о карьере адвоката может забыть. Именно же к нему пришел итальянский политик, дабы тот вел дело против одной проститутки, с которой многоуважаемый человек Рима провел несколько недель. Теперь же расплачивается за это шантажом и скандалами в прессе. Весь город стоит на ушах с тех самых пор, как прозвучала эта новость по всем СМИ.

На миг прикрываю глаза, чтобы абстрагироваться от всего мира и немного придти в себя. Ведь не стоит в разъяренном виде представать перед Ингой. Ее нужно к себе притягивать, но никак не отталкивать. Она мне еще нужна для осуществления мести, а значит надо быть с ней как можно чаще. Может даже и попасться на глаза ее папаше.

Пойду поищу Ингу и утащу к себе в спальню. Пожалуй продолжим с ней то, что недавно начали, пока нам не помешала ее подруга.

Покинув комнату, спускаюсь на первый этаж, где никого не обнаружив, выхожу на задний двор, тут же застывая на месте. На плетеном кресле, развалившись подобно царице Клеопатре, восседает Эвелина с бокалом красного вина. Сомневаюсь, что она выпила целую бутылку, так как предпочитает белое вино, тем более определенной марки.

- Где Инга, Эвелина? – интуитивно чувствую, что она точно знает, где девушка.

Ведь в соседнюю спальню никто не заходил, а минут пять назад я видел в окно их сидящих с Лерой на этом же самом месте.

- Неужели, тебе так нужна эта малолетка? – чуть приподнимает подол и без того короткого халата, давая показать отсутствие на ней нижнего белья. – Она же просто развлечение для тебя, Глеб, – чуть шире расставляет ноги, намереваясь в очередной раз безрезультатно соблазнить. – А вот нас с тобой многое связывает. Мы можем…

- Где она, Эвелина? – начинаю злиться из-за ее чертового поведения.

Где вообще пропадает ее муж, если она без него развлекается.

- Я всего лишь ей открыла глаза на ваши отношения, – делает в воздухе кавычки. – Кто же знал, что девочка, сломя голову, побежит прочь отсюда? – машет в сторону выходу с территории участка. – Она ведь еще и пьяна была, – кивает головой на недопитый алкоголь. – Всякое может найти на свою малолетную задницу, – поднимает вверх бокал. – Давай лучше выпьем, а-то…

Сука! Резко хватаю Эвелину за шею и буквально впечатываю в стену, чтобы не слышать ядовитую речь. С трудом дышу, находясь во власти неконтролируемой злости, подобной извержению самого опасного в мире вулкана.

В глазах наверняка отображается дикая, бешеная ярость, смешанная с ненавистью к этой стерве, когда-то появившейся в моей жизни. Где-то на задворках подсознания возникает мысль – свернуть её тонкую шею одним ловким движением, не обращая внимания на всхлипы и попытку вырваться. Но я не даю настолько сильно злости овладеть разумом.

Бывшая жена удивлена моим поступком и очень сильно боится, что приводит меня в неописуемую радость. Теперь точно сто раз подумает, прежде чем подходить ко мне.

Эвелина пытается вырваться, впиваясь ногтями в запястья. Но я сейчас в такой ярости пребываю, что даже боли не ощущаю, только огромное желание покарать её за длинный язык.

Тварь! Надо было ещё несколько лет назад от неё отделаться, но долбанная любовь затмила разум.

- Еще хоть раз подойдешь ко мне или Инге, – убираю руку с горла и отхожу на несколько шагов назад, – добьюсь судебного запрета на приближение. Или заявлю на тебя за преследование.

- Ты… просто… – сгибается пополам и откашливается. Голос хрипит, наверняка слезы льют ручьем. Да и на горле будут отметины от моих пальцев. Но тут Эвелина точно порадуется, хоть одна память обо мне.

- Катись к дьяволу, Эвелина!

- Пусть твоя малолетка потеряется или же ее…

Не обращая внимания на слова суки, со скоростью спринтера забегаю в комнату, хватаю ключи от машины и вот спустя две минуты выезжаю на главную дорогу небольшого дачного поселка. Включенные фары помогают разглядеть обстановку впереди, но пока что Инги я не вижу.

Страх сковывает словно в тиски, руки немного дрожат, плохое предчувствие не покидает. Кажется, будто бы в таком маленьком поселке я вряд ли найду Ингу. Мысли об ужасах, которые с ней могут сотворить, так и роются в голове. Но больше всего злость на нее берет. За этот опрометчивый поступок в виде побега.7d423c

Дура! Ну вот куда она ушла на ночь глядя? Искать приключения на свои аппетитные вторые девяносто? Ну так она тут их легко найдет.

Черт! Ударяю пару раз открытой ладонью по рулю, крича долбанные проклятья, подкрепленные матом. Месть местью, но я никогда себе не прощу, если с ней что-то случится. Буду винить себя всю жизнь, что не уберег девушку. Еще одну.

- Инга! – ору на весь салон и резко давлю на тормоз, заметив на лавочке одиноко сидящую фигуру девушки. – Какого черта ты творишь? – вылетаю из машины с решительным намерением закинуть ее на плечо и вернуть в дом. – Алкоголь совсем разума лишил? Давно приключений на задницу не находила, что ли? Ну, так я могу тебе их обеспечить, – резко сдергиваю с места и слегка трясу, чтобы наконец-то в чувства привести.

- Пошел ты, Глеб, – произносит таким спокойным голосом, что аж не по себе становится.

Вглядываюсь в ее лицо, которое как раз освещает уличный фонарь. Заплаканное. Глаза красные, опухшие. Что же произошло? Убью Эвелину. Она довела Ингу до такого состояния.

- Что случилось? – уже более спокойно. – Инга, что с тобой?

- Ничего. Я просто хочу, чтобы ты меня в покое оставил. Иди к своей бывшей жене. Убирайся! Оставь меня в покое! – дергается в моих руках как выброшенная на берег рыба, борющаяся за жизнь. – У тебя же семья есть, которую ты кинул. Ребенок! – со всей силы наступает на носок своей пяткой, вынуждая отскочить от нее, подобно зайцу. – Ему же папа нужен!

- Какая еще семья? Какой ребенок?

- Тот, что родила тебе Эвелина! – разворачивается и начинает удаляться от меня.

Черта-с-два я дам ей уйти.

- Иди-ка сюда! – все-таки перекидываю ее через плечо, слыша отборный русский мат.

Удары кулачками прилетают в спину, а ноги дергаются из стороны в строну. Вот уронить бы ее на асфальт, в качестве урока на всю жизнь. Не нужно меня злить. Я же не маньяк.

- Глеб, я же сказала, чтобы ты оставил меня в покое, – пытается выбраться из машины, куда я ее посадил, тут же заблокировав двери. Птичка попала в клетку. – Мне совершенно…

- Инга, замолчи, – прикладываю палец к губам и тяжело вздыхаю, когда сажусь за руль. – Не кричи! – включаю зажигание и трогаюсь с места.

- Мне даже ехать с тобой в одной машине противно, – складывает руки на груди и с презрением фыркает, отворачиваясь к окну.

Можно подумать, я ей и правда не приятен. Она аж вздрагивает, когда я случайно дотрагиваюсь до ее плеча, чтобы убрать какую-то травинку. Будь ее воля, она бы уже давно выпрыгнула из автомобиля и побежала без оглядки, лишь бы быть подальше от меня.

- О каком ребенке ты говорила? – сворачиваю на соседнюю улицу. – Причем тут Эвелина?

- Как это причем? – слышится явным сарказм. – Она же мать вашего сына или дочки. Смотря, кого родила. А может это вообще близнецы, которые… Папа… – резко выпрямляется в кресле подобно струне, глядя перед собой.

Прослеживаю за ее взглядом, мысленно чертыхаясь раза два и сжимая крепко руль. Около черного внедорожника, облокотившись на него спиной, стоит Чернышов Павел Аркадьевич, прожигающий нас с Ингой дьявольским взглядом.

Какого хрена ему тут надо?

- Должно быть за мной приехал, – похоже, я произнес вопрос вслух, раз Инга тут же на него ответила. – Черт! – выхожу из машины следом за ней. Не намерен оставлять Ингу наедине с этим…мерзавцем, хоть он и отец.

Она же не знает о его настоящей сущности. О том, на что он может быть способен. Перед дочерью вряд ли папаша показывает свой истинный характер мрази и сволочи, которому бы стереть с лица хитрую ухмылку.

- Иди в дом, Инга, – Павел подталкивает дочь к входной двери. – Мне нужно поговорить с твоим преподавателем наедине, – ах вон оно что, по мою, оказывается, душу он приехал.

Как интересно!