Глава 26

Глеб

- Чему обязан вашему визиту? – спрашиваю у ублюдка, едва за Ингой закрывается входная дверь. – Решили проверить мой учебный план или же диплом об образовании?

- Напиши заявление об увольнении по собственному желанию, – а он не тянет, тут же с места в карьер. – Иначе тебя ждут…

- …крупные неприятности, – заканчиваю столь предсказуемую фразу. – Да, я знаю, – облокачиваюсь плечом о крыло своей машины, ни капли не боясь этого якобы грозного мужика, что когда-то мог легко меня запугать. – Только вот есть одна проблема, Павел Аркадьевич, – вижу, как желваки на его скулах ходуном ходят, а руки сжимаются в кулаки. Он же не ожидал от меня такого ответа. – Я не собираюсь выполнять ваш приказ.

- Послушай меня внимательно, засранец, – делает два шага ко мне, а его прихвостень, что прохлаждался на переднем сиденье, тут же выскакивает из автомобиля, поправляя солнцезащитные очки.

На улице ночь, а он стоит из себя сотрудника «Людей в черном». Телохранитель мерзкого преступника, отмывающего деньги с помощью лекарственных средств, не заботясь о больных людях, которым они очень нужны.

- Нет, это вы меня послушайте, многоуважаемый Павел Аркадьевич, – резко выпрямляюсь, стоит ублюдку подойти ко мне на расстояние вытянутой руки. – Я уже давно не тот маленький мальчик, которого так легко запугать и выгнать из страны, дабы жениться на женщине, что была для меня всем в этом мире. Но один ублюдок захотел отобрать ее у меня.

- Аллу? – удивленные глаза. – Отобрать? Да она по доброй воле прыгнула ко мне в постель, отдав свою девственность. Твой ангел, как ты говорил когда-то, совсем не была чистой и милой девочкой, – ехидная улыбка дьявола растягивается на его лице. – Грязная, развратная девка, не способная даже сына мне родить.

Совсем себя не контролирую, а просто хватаю смеющегося Чернышова за воротник рубашки и слегка отрываю от земли, под которой так хочется похоронить ублюдка. Прихвостень уже намеревается ринуться к нам со всех ног, но Павел останавливает его взмахом руки.

- Не смей своими чертовыми словами порочить доброе имя Аллы, – отпускаю его, машинально вытирая руки об брюки.

Он как был мерзким гавнюком, так им и остался. Ничего по сути не изменилось.

- Алла была моей женой, Богатырев, – поправляет одежду. – Она выбрала меня, со мной пошла под венец, ведь… – разглядывает меня с ног до головы, – ты тогда был нищим студентом, который ничего не мог ей предложить.

- Зато сейчас все по-другому.

- Да, я слышал об твоих успехах в Италии, – так, значит, кто-то из его людей за мной следил, наверняка, проверяя выполнение тех угроз практически двадцатилетней давности. – Но тут Россия, ты на моей территории. Захочу, снова вышвырну тебя из города, без права на возвращение. Забери свои чертовы документы из университета и…

- Я согласился преподавать право на весь учебный год, поэтому никуда отсюда не уеду, – кулаки так и чешутся проехаться по этой наглой физиономии. Павел Аркадьевич до сих пор считает себя Богом, якобы решающим чужие судьбы.

Но ничего, скоро все изменится. Когда Антон нароет о нем кучу грязи, мы сможем прижать его к стенке и огласить на весь мир результаты своего расследования. Чернышов еще не знает, что его впереди ждет. Пусть наслаждается жизнью со своей невестой.

- Нет, ты уедешь, – снова приказной тон. – Покинешь МГИМО и будешь держаться подальше от моей дочери. Инге нужно к свадьбе готовиться с сыном прокурора, а не флиртовать с каким-то нищим преподавателем.

Какая знакомая фраза. Нечто подобное я уже слышал от матери Аллы, Евгении, когда приходил к ним на квартиру в поисках девушки. Мне тогда дали отворот поворот, так еще «пригласили» на помолвку моей невесты с каким-то бизнесменом. Увидеть же я должен был воочию, как близкий человек меня предает, беря за руку чужого мужика.

- А если твоя дочь не хочет за него замуж? – да я и не позволю этому случиться. По крайней мере, не сейчас.

- Инга будет слушаться своего отца, а не какого-то…

- Богатырев, какого черта ты вновь в неприятности то встрял? – неожиданно появившийся Арсений не дает Павлу закончить фразу, но, с другой стороны, пора было прекращать это блеф. – Кто это такой? – окидывает Чернышова мимолетным взглядом.

- Отец Инги, – говорю ему правду. – Он приехал, чтобы забрать дочь домой, да только она не желает с ним никуда ехать.

Не позволю девушке покинуть территорию домика, так как мы еще толком не объяснились друг с другом. К тому же Эвелина должна рассказать о своей лжи. Сука очередной выходкой чуть не подвергла ее опасности ночью на улице, а сейчас припеваючи спит в комнате, наслаждаясь проделанной работой.

- Где она? – Павел поворачивается к моему другу.

Когда тот не отвечает на вопрос, отталкивает его в сторону и намеревается пройти в дом, только застывает на пороге, чуть не врезавшись в…Ингу, сзади которой плетется еще и Валерия.

Какого черта?

- Я готова ехать домой, папа, – отдает ему свой чемодан. – Лера тоже с нами поедет.

- Инга, – перехватываю ее за руку, не давая уйти, – мы с тобой еще не поговорили.

- Мы уже все с вами, Глеб Александрович, – даже не оборачивается, словно ей противно смотреть на меня, – обсудили. Я обязательно подготовлю доклад на заданную тему, – что за бред она несет? – Разберитесь сначала в своих…проблемных лекциях, – взмахивает длинными волосами. – А сейчас, простите, мне нужно ехать домой, – вырывает руку, поправляет кофту и кивает головой Арсению. – До свидания. Мне здесь очень понравилось. Попрощайтесь за нас с Семеном, – садится на заднее сиденье, даже не посмотрев в окно.

Хоть оно и тонированное, я бы все равно на интуитивном уровне почувствовал ее взгляд темно-карих глаз. Вместо этого на улице вдруг резко становится холодно, поднимается небольшой ветер, пронизывающий до самых костей, а черный автомобиль покидает территорию двухэтажного домика, увозя прочь девушку, похоже проникшую ко мне в самое сердце.