Глава 36

Ринара

Дни медленно текли своим чередом. Горожане продолжали стоять у стен цитадели, хотя количество бунтарей и поубавилось. Оставались самые воинственно настроенные. Впрочем, это почти не повлияло на внутренний уклад крепости. Вопреки опасениям Ринары, провизии хватало, и змееныши вдоволь ели мясо. Лапа Когтя полностью зажила, и он вместе с Клыком начал охотиться на не в меру любопытных грызунов. Ей казалось, что змееныши росли не по дням, а по лучинам. Теперь по размерам они походили не на кошек, а на крупных собак, но все так же ластились к ней и стрекотали по-птичьи. Хотя размеров маленькой комнаты им теперь явно не хватало. Они то и дело расправляли крылья, но для полета было слишком мало места. Рине очень жалела их, потому что не могла выпустить. В первую очередь, потому что это грозило опасностью для них же самих.

Ринара проводила с подопечными почти все время, учила их человеческой речи. Конечно же, мысленной. Змеи уже знали несколько слов, которые она четко слышала в своей голове: «еда», «охота», «друг», а еще «тихо» и «спать». Последние два слова они произносили с такой же недовольной интонацией, как и сама Ринара, когда они внезапно будили ее среди ночи, начав гоняться друг за другом. Они чем-то напоминали заморских птиц. Одна такая жила у Златославы во дворце: чуть меньше голубя, с ярко-красными перьями. Птица повторяла некоторые слова за княжной. Только, в отличие от нее, змеи точно знали их значение и слушались Рину, хотя с каждым днем все более неохотно.

Когда единственный почтовый ворон вернулся в цитадель, комендант тут же отправил его с новым поручением: отнести послание князю об обстановке вокруг замка. Через три дня пришел ответ о том, чтобы они ничего не предпринимали и ждали княжеского десницу, который выехал к ним тут же после получения письма. Приняв ответ, все в цитадели как будто немного расслабились. Теперь они хотя бы понимали, чего ждать.

С одной стороны, Ринара радовалась, что скоро будет рядом мудрый отец, который наверняка решит все проблемы, но с другой — опасалась того, как он воспримет своеволие змеев. Да, они были разумны, но ей становилось трудно с ними управляться, хотя она никому об этом и не говорила.

Богрида она видела только во время приемов пищи да украдкой поглядывала за ним через окно, когда он тренировал новобранцев. Между ними установился хрупкий мир. Они не спорили и не ссорились, но почти и не разговаривали. Лишь иногда Бо заходил к ней перед сном на пару щепок, чтобы узнать, как дела у нее со змеями. И каждый раз удивлялся тому, как быстро они растут. Рине иногда казалось, что он намеренно избегает общения с ней, но все же лучше так, чем когда они вовсе не имели возможности поговорить.

Златослава часто заходила к ней, они вместе возились со змеями, но почему-то княжна не слышала их мысленной речи, лишь стрекот, который они издавали, открывая уже внушительные пасти с рядами ровных и очень острых зубов. А вот Богрид их слышал и был поражен, когда впервые Клык мысленно обратился к нему, произнеся слово «друг». Видя замешательство Бо, Рина в тот момент жутко гордилась своими питомцами.

«Я же говорила, что они разумны!», — тогда с улыбкой победительницы сказала она.

Рина предполагала, что слышать змеев могли только люди с даром, по крайней мере, Рохен, который тоже несколько раз заходил к ней вместе с княжной, тоже не слышал ни слова. Все должно стать ясным, когда прибудет отец. Рина предвкушала его выражения лица, если он услышит их мысленную речь.

На очередном ужине Ринара, как обычно, сидела с княжной. Подавали запеченное на вертеле мясо с соусом из клюквы. Богрид расположился рядом с Рохеном, но чуть поодаль от девушек. Они о чем-то увлеченно беседовали. Удивительно, но после того боя, когда Бо чуть не навредил графу, они как будто сдружились. Ринара часто замечала их вместе, а иногда они практиковались в битве на мечах.

— Почему граф так далеко от тебя сел? — между прочим поинтересовалась Рина, уплетая угощение.

Но этот, казалось бы, логичный вопрос вызвал у Златославы слишком бурную реакцию. Она дернулась, а ее белая шея тут же покрылась красными пятнами. Княжна опустила взгляд в тарелку, стараясь ни на кого не смотреть.

— Злата? — Рина повернулась к ней всем корпусом. — Что между вами произошло? Все еще злишься на него за то, что он унес тебя из города?

— Нет, все в порядке, — тихо откликнулась она.

— Мне-то ты можешь не врать. — Рина нахмурилась. — Он тебя чем-то обидел?

— Нет, я сама виновата, — не глядя на подругу, откликнулась княжна.

Рина даже отложила двузубец, которым накалывала кусочки мяса. Златослава признала свою неправоту? Это что-то новое.

— Ничего не хочешь мне рассказать? — вкрадчиво уточнила Рина.

Теперь не только шея Златы была пунцовая, ее щеки пылали.

— Не здесь, — тихо сказала она, почти уткнувшись в тарелку носом.

Ринара снова окинула ее взглядом и постаралась как можно быстрее закончить трапезу. Через несколько щепок они извинились перед присутствующими и удалились из залы для приема пищи.

Златослава всю дорогу к своим покоям шла молча и не смотрела на Ринару. Когда за ними закрылась дверь, Рина коршуном налетела на нее.

— Ну?! Что случилось?