Глава 37

Ринара

— Ринара, я не хочу об этом говорить, — как-то жалобно произнесла княжна и без сил опустилась в кресло. В глазах ее стояли слезы.

— Злата, если граф что-то сделал плохое, как-то обидел тебя… Ты только скажи! Такой человек не достоин стать твоим мужем! — Рина начинала злиться на Рохена, еще не понимая, что случилось. — Одно твое слово, и князь отправит его обратно в Империю. Пусть катится туда, откуда приплыл!

Рина села в кресло рядом с подругой, оно оказалось достаточно широким, чтобы вместить их обеих. Больше ни у кого в комнатах не было таких удобств.

Злата вдруг коротко рассмеялась, и две слезинки скатились по ее щекам.

— Я благодарна тебе за то, что ты на моей стороне, но в этом случае я действительно перегнула палку. А Рохен повел себя даже слишком учтиво, учитывая обстоятельства.

— Если ты мне сейчас же все не расскажешь, я… Я не знаю, что тебе сделаю! — шутливо пригрозила Ринара.

— Пообещай, что не осудишь. — Княжна посмотрела на нее очень серьезно и вытерла влагу вокруг глаз.

— Даю слово.

Но даже после этого Златослава не сразу решилась. Она долго сидела, глядя на то, как огонь в очаге медленно облизывает поленья. Злата то хмурилась, то вдруг почти улыбалась, но как-то грустно, с затаенной тоской. Ринара не решалась ее торопить, понимая, что подруге нелегко признаться в том, что произошло между ней и Рохеном. Наконец она набрала в грудь побольше воздуха и затараторила, так быстро и тихо, что Рина едва разбирала ее речь. И с каждым словом глаза ее все больше расширялись, а брови ползли куда-то на лоб.

— А потом, утром, он вышел и позвал моего охранника, они о чем-то говорили, а я в это время пробралась обратно в свои покои, — закончила Злата и прикрыла глаза, очевидно, не в силах смотреть на подругу. Щеки ее продолжали пылать.

Рина долго молчала.

— Почему ты ничего не говоришь? — Злата вдруг на нее посмотрела, так внимательно и с вопросом во взгляде, что Рина смутилась.

— Я… я просто не знаю, что на это сказать, — честно призналась она.

— Правду, — с горечью произнесла княжна. — Давай, скажи, что я падшая женщина и не достойна называться княжеской дочерью.

— Злата, что ты такое говоришь? — Рина обняла ее и положила ей голову на плечо. — Во-первых, он твой жених, вы уже и так почти принадлежите друг другу.

— А во-вторых? — Злата прерывисто вздохнула.

— А во-вторых, между вами ничего не было.

— Но я готова была на все! На меня как будто-то что-то нашло, если бы Рохен не держал себя в руках, я бы согласилась на все, понимаешь? — с жаром зашептала она, и Рина ощутила, как на ее щеку упала горячая капля с лица Златы.

Ринара подняла голову и кивнула, принявшись вытирать слезы.

— Но, в конце концов, ничего страшного же не случилось. Вы даже не целовались.

— А жаль, — вдруг прошептала Злата и неожиданно рассмеялась сквозь слезы. Ринара не могла не ответить тем же.

— Скажи правду, ты так расстроилась из-за того, что тебе стыдно, или из-за того, что Рохен повел себя именно так, а не иначе?

Щеки княжны, уже принявший нормальный вид, опять мгновенно вспыхнули.

— И то, и то, если честно, — произнесла она и снова рассмеялась.

— О, Ясногорящий! Что мне с тобой делать?

— Расскажи, каково это — целовать того, кого любишь? — Злата встрепенулась. — После всего, что произошло, Рохен делает вид, что ничего не было, но я не могу в глаза ему посмотреть! А так хочется… Мне невыносимо хочется, чтобы он меня поцеловал! Но он слишком хорошо воспитан. Я же буквально подталкивала его, играла с ним, как кошка с мышью. А в итоге понимаю, что проиграла. И кто здесь кошка, а кто мышка — большой вопрос.

— Ты совсем скоро станешь его женой, — попыталась успокоить ее Ринара, а сама мимо воли подумала о Богриде, и внутри болезненно заныло. Златослава уже знает, что рано или поздно Рохен дотронется до нее, она станет принадлежать ему, а сама Рина находилась в более печальном положении. Неопределенность пожирала ее изнутри.

— День еще не назначен, нам сперва нужно поговорить с отцом. И до свадьбы могут пройти луны. Луны, Рина! О, господи, дай мне сил…

Ринара ободряюще улыбнулась и погладила Злату по руке.

— Ты сильная, ты справишься.

— Так что с поцелуем? — не унималась княжна, поблескивая глазами.

— Твое любопытство до добра не доведет. — Он легонько щелкнула подругу по носу. Та притворно надула губы.

Ринара встала и принялась ходить по комнате. При мыслях о Бо ей не сиделось на месте. Но говорить о нем было приятно, так она как будто становилась ближе к нему.

— Это как если кто-то дробит тебя на мелкие осколки, а потом вдруг одним прикосновением возрождает. И нет ничего нужнее его губ и ничего важнее его ласки. И это так хорошо, что не страшно умереть.

Злата поднялась, подошла к подруге и взяла ее за обе ладони, вглядываясь в глаза.

— Вы должны быть вместе.

— Он избегает меня, Злата.

— Поговори с отцом! — Ее глаза загорелись. — Расскажи о своих чувствах, пусть сам обсудит это с Богридом.

— Ясногорящий с тобой, Злата! — испугалась Ринара. — Отец — последний человек, с которым я буду это обсуждать!

— Но тогда тебе непременно нужно поговорить с Богридом. Скажи ему все как есть. Напрямую! — надавила подруга, крепче сжав ее руки.

— Я пыталась. — Рина покачала головой. — В последний раз он дал мне ясно понять, что ничего не выйдет.

— Но он же любит тебя! Я вижу, что любит!

— «Иногда обстоятельства сильнее желания нашего сердца», — процитировала она строчку из письма Богрида.

— Я в это не верю! — горячо возразила княжна. — Если вы любите друг друга, нет ничего важнее.

— Не заставлю же я его быть со мной… — растерянно произнесла Ринара.

— Подтолкни его, покажи, что вы друг без друга не можете, проберись к нему в комнату и…

Ринара не выдержала и рассмеялась.

— Ты понимаешь, что сейчас хочешь поставить меня в то же положение, в котором оказалась ты?

— Нет, у нас разные ситуации, — не согласилась подруга. — Как бы мне ни хотелось прикоснуться к Рохену, у нас все решено и остается только ждать. А вы с Богридом все никак не выясните, что между вами происходит.

— Значит, так тому и быть.

Ринара прикрыла глаза и глубоко вздохнула.

— Глупо, очень глупо, — пробурчала княжна.

— Может быть… когда-нибудь… А пока пусть все остается так, как есть. И уже очень поздно, а мне еще нужно покормить змей перед сном, а то опять всю ночь будут за крысами гоняться. А ты постарайся отдохнуть. Мой отец прибудет со дня на день, и все так или иначе решится.

Злата обняла Рину и поцеловала в щеку на прощание. Рина неторопливо направилась в свои покои, но вдруг услышала за дверью грохот. В испуге она рванула ее на себя. Сердце пропустила удар, когда она увидела представшую перед глазами картину.