Глава 37

– Тетя Валя, – поворачивается ко мне Рената. – Только не отдавайте меня замуж, пожалуйста! Я поправлюсь, все делать буду. Я все умею. Мама меня научила, – всхлипывает она.

– Это шутка, Реночка, – улыбаюсь ей. – Никто тебя без твоего желания никуда не отдаст. Запомни это, пожалуйста.

– А что, неплохой варик был бы! – хохочет Денис. – С Хафизовыми породнимся. Будешь у нас богатая и знаменитая…

– Ой, не надо нам никакого богатства, – фыркает Герцогиня. – Мы тоже не на помойке родились. Икорку с маслицем на хлебушек мажем. Но запомни, Ренка, надо выбирать из своего окружения или выше. Упаси тебя бог от голодранцев, – напутствует она.

А у меня в голове зреет нехорошее, но верное подозрение.

Наверняка на Надьку и Рену мой муж открыл трасты. А может, и недвижимость какую оформил на Свешникову.

«Как бы узнать?» – ломаю голову.

Пишу Вере Городницкой и получаю совершенно простой и точный ответ.

«Ты же входишь в состав учредителей, Валечка. Попроси полный доступ к системе банка».

Вхожу, естественно! Рем на меня и детей половину капитала раскидал. Но я никогда не присутствовала на собрании учредителей, никогда ничего не подписывала и не лезла в дела мужа. Он правил и правит сам. По доверенности.

Как быть теперь? Может, выведет меня из состава учредителей и впишет новую женщину. Или останусь я, как номинал.

В любом случае стоит попробовать.

«Рем, – пишу Лактомскому. – Дай мне, пожалуйста, полный доступ к системе банка. Хочу кое-что проверить».

– Это связано с разводом? – тут же перезванивает он. Голос резкий. Колючий. О такой и порезаться можно.

– Нет, – выдыхаю порывисто. Господи, да мне даже в голову не пришло. – Личный вопрос.

– А-а, – тянет он расслабленно. – Тогда Дениса попроси, он тебе настроит доступ. Но сама понимаешь, эта информация не для обсуждений с третьими лицами.

– Да, только для меня лично, – заверяю Рема.

– Вот тебе делать нечего, Валя, – усмехается он. – А меня спросить не хочешь?

– Потом спрошу, если потребуется, – отрезаю уверенно. Смотрю на дорогу и сама не представляю, что я хочу найти и откуда мне начинать.

Но и сложа руки сидеть не собираюсь. Мне надо самой докопаться, когда начались у Лактомского шуры-муры со Свешниковой. И где я сама накосячила?

Почему он меня на нее променял? Почему?!

– Вы как доехали? – мягко интересуется Рем.

– Все нормально. Встретили Мурада Хафизова. Тебе привет от него, – докладываю весело. – Предложил Ренку засватать за старшего сына…

– Не надо нам таких женихов, – смеется в трубку Рем и просит включить телефон на громкую связь. – Рената, мы тебе другого найдем. Нашего! Но лет так через десять-пятнадцать, – добавляет строго. – Рано тебе еще. Сейчас выздороветь надо…

– Да, папа, да! – восклицает девочка. Подрывается с места и тут же опускается обратно. Видимо, больная нога не дает. Хотя на обезболе. Я же утром колола.

– Все, Рем, пока, – заканчиваю разговор. – Заселимся, Денис тебе сообщит, – ворчу в трубку и решаю больше не общаться с Лактомским. Так точно никаких нервов не хватит.

Да еще «мама», «папа», «мы», обращенные к Ренате, режут душу на части. Слезы накатывают, не могу с ними справиться. Отворачиваюсь к окну и вздрагиваю, когда на предплечье ложится худая ладонь Герцогини.

– Все будет хорошо, Валюш, – сжимает по-дружески мою руку. – Выдыхай, девочка. Жизнь продолжается.

– Спасибо, теть Зин, – накрываю ее ладонь своей. Пальцы скользят по тонким пальцам, по массивным перстням.

– Да за что, милая? – улыбается она и шепчет тихо. – Это тебе спасибо. Взяла меня с собой. А то бы сейчас сидела одна и на луну выла.

– А что вы там секретничаете? – со своего места все замечает Денис. – Решаете, где обедать будем?

– А что тут решать, Денька? Вот ты даешь! – фыркает Герцогиня. – Обедаем дома. Домработница уже стол накрывает. Вот проблему нашел, – передергивает плечами.

– Я иногда завидую Антону и Ляльке, – смеется он. – Почему я не ваш внук?

– Маму свою спроси, – парирует Герцогиня.

И сын, мой великовозрастный балбес, переводит на меня недоуменный взгляд.

– Мам? У тебя что-то было с дядей Юрой?

– В детском саду рядом на горшках сидели, – пресекает инсинуации Зинаида.

– Точно, – улыбаюсь я. – Мы еще бесились с ним на тихом часе.

– А папа?

– Спал как зайчик, – под общий хохот сообщаю я.

– А волосы ты ему когда подстригла? – спрашивает Денис.

– Это уже в первом классе. На трудах. Он и не заметил ничего. Потом, правда, твоя бабушка приходила в школу разбираться, – рассказываю я, и на душе становится легче.

Рем, естественно, прав. Мы неотделимы друг от друга. Нас многое связывает. И разорвать полностью не получится. Поэтому надо научиться мирно сосуществовать. Приспособиться как-то!

Вот только как, если сердце пробито навылет, и нервы ни к черту. Как строить мир на пепелище? Я не умею, если честно.