Глава 35. Элина.

– Ми-ия, – тяну нервно, пытаясь с помощью влажной салфетки, спасти свой нежно-голубой сарафан, в который дочь смачно заехала черничным мороженым.

Руслан тихо посмеивается, откинувшись на спинку скамейки.

Мы прогуливались вдоль набережной, когда, на мою беду, Мия заметила прилавок с мороженым.

– Что ты смеёшься, Алиев? – ворчливо проговариваю. – Твоя дочь испортила мою любимую вещь.

– Мамочка, я не специально, – дует губы ребёнок. Такая милая и чумазая, что не могу долго на неё обижаться.

Устало вздыхаю, швыряя грязные салфетки в урну.

– Конечно, не специально, Мия, – успокаивает её отец, поглаживая темные кудряшки на голове. – Не расстраивайся! Купим маме новое платьишко.

– Не надо, – округляю глаза, как будто он сказал что-то страшное.

Я ведь не из-за этого… Мне ничего не нужно, у меня есть достаточно денег.

– Пойдём покупать маме платьишко, папа, – уже хлопает дочь в ладоши.

– Хорошо, – выдыхаю, сдаваясь. – Только оплачивать буду я сама.

– Угомонись, – Руслан поднимается со скамейки и подхватывает дочь на руки.

Забираю сумочку и семеню за ними.

– Я сама за себя буду платить. Слышишь, Алиев?

– Не слышу. Мия, мама что-то говорила? – смеясь спрашивает.

Та весело отрицательно мотает головой и хохочет.

– Вот ведь спелись, а? – против воли тоже заражаюсь хорошим настроением.

Догоняю Руслана с Мией и крепко обнимаю обоих, пытаясь пощекотать под ребрами поочередно.

Подшучивая и мило издеваясь друг над другом, добираемся до огромного зеркального торгового центра. Внутри него прохладно и безумно красиво.

Вообще, Дубай для меня – это сочетание восточной сказки и нового времени.

Я обожаю этот город! Тем более, сейчас. Когда в нём произошло наше воссоединение.

В первом попавшемся бутике Руслан с Мией заставляют меня перемерить кучу разнообразных платьев. Потом приносят несколько пар туфель и аксессуары.

Перестаю противиться, так как ловлю себя на мысли, что мне безумно приятно быть Его девочкой. Ведь, в конце концов, это тоже своего рода проявление заботы.

Просто мой мужчина пока не может по-другому. Всему нужно учиться.

После салона женской одежды посещаем детский магазин, где Мия окучивает папу еще на несколько платьев, только на несколько размеров поменьше.

В итоге бродим по коридорам торгового центра, увешанные пакетами, но счастливые и довольные.

Как семья.

Я даже мечтать о таком не смела.

– Пообедаем в ресторане, – предлагает Руслан. – Здесь есть отличный морской. Ты пробовала устрицы?

– Конечно. Мы часто бывали в Дубае.

– Понял, понял. Нефтяные трусливые зайцы, – произносит, раздражённо закатывая глаза.

Давлю смешок.

– Ты просто ревнуешь, поэтому всё время пытаешься задеть Вову, – задиристо поднимаю подбородок.

– Я и не спорю, – отвечает Руслан спокойно, а у меня в душе от его признания происходит атомный микровзрыв.

Он ревнует.

Значит, есть чувства? Просто так ведь не ревнуют, правда?

На подходе в ресторан замечаю знакомую фигуру. Мужчина, увидев нас немного дергается, но тут же широко улыбается.

– Руслан Тимурович, вот так встреча, – произносит Анатолий Юрьевич.

– Добрый день, – отвечает Алиев невозмутимо и обращается к безумно красивой женщине, стоящей справа. – Алла, отлично выглядите.

Это что, его жена?!

Мое лицо заливается краской, и тут же хочется провалиться под землю. Полноватый мужчина, будто чувствует это и округляет глаза. Незаметно мотает головой.

Предатель проклятый!

– Русланчик, привет, – тепло здоровается Алла и переводит взгляд на Мию. – Дочка твоя? Слышала, что ты теперь человек семейный. Очень рада за тебя.

– Да, эта маленькая леди – моя дочь Мия. А это – моя Элина.

Стреляю в него убийственным взглядом, который он тут же ловит и отражает своим непонимающим.

– Пообедаем вместе? – спрашивает Алла. – Элина, вы не против?!

– Нет, конечно, – произношу тепло. В конце концов, она ни в чем не виновата.

Проходим в ресторан и усаживаемся за столик, который предлагает администратор. Мие предоставляют детское кресло, в котором она тут же начинает ерзать и стонать. Проголодалась моя девочка.

– Какая она чудесная, Эля, – произносит Алла. – Можно, я буду тебя так называть?

– Я не против.

– Толя, ты только посмотри какая крошка. Быстрее бы внуки пошли. Я уже жду не дождусь.

– Ну что за прихоти, Аллочка, – возражает ей муж.

Пока они рассуждают, когда их повзрослевшим детям стоит заводить потомство, я пристально изучаю женщину напротив.

Да, она не молодая, но очень ухоженная и приятная. Короткие волосы стильно уложены, макияж сдержанный, но как будто бы профессиональный. А еще у нее безумно притягательные духи и дорогой брючный костюм из натурального льна.

Да, Ульяна по сравнению с ней девчонка совсем. При чем явно жене Анатолия Юрьевича уступает. Если только в размере груди выигрывает, да в объеме губ.

Но ведь не в этом счастье?!

У меня вообще грудь миниатюрная. Губы пухлые от природы, и на том спасибо.

Руслан накрывает мое колено ладонью и чуть сжимает. Стискивает зубы.

Я, конечно, иногда сумасбродная. Дикая. И ему, бывало, врала. Да что уж говорить, о дочери три года молчала.

Но вот так, держать лицо, перед ни в чем не повинной женщиной?

Её муж вчера при мне облизывал любовницу, которой оплачивает номер в самом крутом отеле Дубая и, по всей видимости, содержит её.

– Эля, Руслан, простите нас. Мы снова спорим. Двадцать семь лет в браке и все время находим тему для дискуссий, представляете? – улыбается женщина.

– Это прекрасно, Алла, – отвечает Руслан и перемещает руку на моё плечо, обволакивая ароматом своей туалетной воды.

– Залог счастливой жизни – быть друг для друга интересными, – продолжает она. – В этом и заключается секрет крепкого брака.

Моё плечо предусмотрительно сжимается, а Руслан галантно отвечает:

– Спасибо, Алла. Твой совет приму за честь.

Официант терпеливо ожидает заказ. Следующие два часа я стараюсь отвечать на вопросы и быть вежливой. Всё это время в голове колотится одна мысль.

Бедная, несчастная женщина.

Она ведь и не в курсе, что «счастливый брак» – это бутафория. Миф. Пыль.

Её муж изменяет ей. Предаёт.

Прямо здесь же, пока они находятся на отдыхе.

Насладиться вкусом блюд от шеф-повара мне не удается. Слишком сильные эмоции и переживания.

Руслан же расслаблен, что неимоверно злит меня и взрывает изнутри. Потому что для него это норма! То, что этот мужчина изменяет своей жене «по-алиевски» – нормально.

Это открытие заставляет моё сердце завибрировать.

Я не хочу.

Не хочу жить, как моя мама.

Довольно радушно прощаемся с семейной парой и отправляемся к себе в апартаменты. Руслан пытается шутить, отвлекать, но я практически не реагирую.

Переодевшись в шелковый домашние шорты и топик, укладываю Мию на дневной сон и иду в гостиную, чтобы разобрать покупки.

Руслан выходит из душа. Узкие бедра обернуты белоснежным полотенцем, а кожа на груди влажная и манящая. Лицо гладко выбрито. Хочется забраться на него верхом и крепко обнять.

Но я отворачиваюсь к дивану и продолжаю вскрывать пакеты, пока не чувствую, как сзади в меня упирается прохладное тело.

Вздрагиваю от неожиданности.

– Давай потом уберём? – говорит, аккуратно убирая из моих рук новое платье.

– Надо сейчас, – отвечаю излишне холодно.

Руслан резко отстраняется и чертыхнувшись уходит. Закусываю нижнюю губу от обиды.

Может, перегибаю палку?

Боже. Во мне столько сомнений и посоветоваться абсолютно не с кем. Мама просто не поймёт.

Руслан возвращается одетый в пижамные штаны и тонкую футболку. Взяв телефон, плюхается в мягкое кресло и проверяет мессенджеры. Быстро печатает кому-то сообщение, открыто улыбается в экран. Кому интересно?

Затем освобождает руки и долго наблюдает за мной. Хмурится.

– Ты можешь, блядь, спокойно мне сказать, что не так? – произносит мрачно, упирая локти в колени.

В комнате медленно оседает напряжение.

– Всё нормально, – отвечаю, зыркнув предостерегающим взглядом.

Я в шаге от того, чтобы вывалить негодование прямо на него.

– Нет. Ненормально. Ты недовольна.

Сжимаю кулаки до боли и поднимаю на него глаза.

– Ульяна вчера звала в Атлантис. Теперь пойдем с ними ужинать?

– Если хочешь – пойдём, – пожимает равнодушно плечами Руслан.

Ядовито усмехаюсь.

– Я в шоке над тобой, – поражённо качаю головой.

– Что не так?

– Как ты можешь спокойно общаться и с Аллой, и с Ульяной одновременно?

Серые глаза становятся темнее.

– Что мне надо сделать? – устало уточняет.

–Это подло, Руслан! Как ты этого не понимаешь?

– Подло? – складка между бровей становится глубже. – Считаешь, я подлый?

– Я так не сказала. Я оцениваю не тебя, а всего лишь твои поступки, – возражаю, топая ногой.

Он смачно матерится под нос и откидывается на спинку кресла.

– Я не буду указывать взрослому мужику, что ему делать, – объясняет мне как ребенку, склонив голову на бок. – Анатолий Юрьич мне никто. Мы иногда пересекаемся по бизнесу. В остальном чужие люди.

Цокаю и отворачиваюсь к окну.

– То есть, для тебя это норма. Всё ясно, Алиев!

– Что ясно? – слышу ледяной тон. – Договаривай.

Господи, мы ругаемся. Каждый из нас словно в раковину залез с головой.

– Иметь любовницу для тебя – как само собой разумеющееся, – тихо говорю.

Вместо ответа Руслан поднимается, забирает телефон и уходит на кухню. Смотрю вслед удаляющейся спине и чувствую, как по щекам катятся слёзы.