Глава 43. Элина.

– Малыш, – слышу сквозь сон. – Ты как здесь оказалась?

Чувствую, как моей щеки касается горячая ладонь, и разлепляю глаза.

– Привет, – смущённо улыбаюсь. – Решила за тобой поухаживать и уснула, представляешь.

Руслан чуть натянуто хмурится.

– Я же не инвалид. За мной не надо ухаживать.

Блаженно откидываюсь на подушки и под пристальным горящим взглядом потягиваюсь всем телом.

– Блядь…

Слышу приглушенный стон.

– Что? – хитро щурюсь.

– Хочу тебя, но совершенно ни на что не способен, – хрипло выговаривает.

– Ты же не инвалид, Алиев? – издевательски взмываюсь и хохочу, что есть силы.

Вдруг становится не до смеха, я подскакиваю с места.

– Что случилось? – округляет глаза Руслан.

Судорожно мотаю головой, прикрыв рот ладошкой и бегу в ванную, примыкающую к спальне.

Там склоняюсь над унитазом.

Черт.

Так плохо, что хочется промыть желудок.

Быстро убираюсь, привожу себя в порядок подручными средствами. Даже щетку зубную новую в ящике выискиваю. А вот расчески у моего дорогого мужчины в ванной почему-то нет.

Прохожусь по волосам пальцами, взбивая уставшие локоны, и счастливо улыбаюсь себе в зеркало. Глаза горят, душа вот-вот отлетит оттого, что я просто в восторге.

Приподнимаю майку и оглаживаю впавший животик. В этот момент ничего не страшно. Ни беременность. Ни родильный зал. Столько всего меня ждёт, что глаза зажмуриваю от предвкушения.

Нас ждёт.

Счастливая жизнь.

Конечно, она не будет безоблачной. Я же не дурочка. Знаю свой характер и тем более знаю моего Алиева. У нас будут такие ссоры, что стеклам на окнах сотрясаться придется. Но они и должны быть. Иначе я превращусь в терпилу, похожую на мою маму. Когда долго носишь боль в себе, начинаешь ее вымещать на самых близких и беззащитных.

Например, на собственных детях.

Оттачиваешь свои комплексы на них. Заставляешь быть их идеальными, хотя сама такой не являешься.

Да и не надо быть идеальной!

Жизнь нужна, чтобы попросту отпустить своих демонов и разрешить себе быть неидеальной. Такой, как я сейчас с нечёсаными волосами и улыбкой до ушей.

Выбираюсь из ванной и живо бегу в кровать.

Мурашки по коже.

– Что случилось? – спрашивает Руслан. Как-то совершенно по-новому проезжается серыми глазами по моему лицу, задерживает взгляд на груди, которая совсем немного увеличилась в размерах.

– Съела что-то! – машу рукой.

– Съела…

– Угу, – жмусь к нему поближе. Его кожа горячая и ошеломительно приятная. Боже, вот уж кого нельзя упрекнуть в не идеальности, так это моего мужчину и его тело.

– И что съела? – Взгляда от меня не отводит. Ладонью касается моей руки и стискивает так, что я всхлипываю. Сердечко внутри бахает, но я не сдаюсь.

У меня внизу, в сумке коробочка красивая. С бантиком. А внутри тест. Хочу вручить ему торжественно. Сообщить по-человечески. В первый раз не вышло, так хоть сейчас.

– Не знаю, – облизываю пересохшие губы. Намеренно отшатываюсь, чтобы не сдать себя с потрохами.

– Подумай, – говорит он тихо прямо над ухом и прикладывает ладонь к моему животу. Так нежно гладит, что я у меня душа в пятки уходит, а из глаз слезы брызгают.

– Ты невыносимый, – реву, уже не сдерживаясь.

– Беременна?!

– Вот что ты за человек, – поворачиваюсь и смотрю в упрямые серые глаза. – Я хотела тебе тест подарить… с бантиком, чтобы ты удивился и порадовался.

Реву навзрыд, как дура. Руслан растерянно осматривает мои залитые слезами щеки.

– Тш-ш… ты чего? – нежно ведёт губами по мокрым следам. – Я удивлюсь и порадуюсь, снова и снова. Мне несложно ведь.

Плач переходит в истеричный смех.

– Боже, я тебя просто обожаю, Алиев, – шепчу, обвивая мускулистую шею руками.

– Бе-ре-мен-на, – словно на вкус перебирает это слово Руслан и прикрывает глаза. – Я счастлив.

– Точно? – спрашиваю, не отводя взгляда, чтобы поймать мгновенные реакции его мимики и не упустить важное для себя. – Мы… ведь не планировали?!

Глупо улыбаюсь.

– Ты не планировала, – отвечает на выдохе. – А я уже детскую забронировал в конце коридора.

Кивает на дверь.

– Вот ты жук! – тыкаю его в бок, забывая о спине.

Удовлетворённое лицо вдруг омрачается.

– Блин, прости, – шепчу, зацеловывая каждую родинку на груди. – Я не специально.

– Нормально всё. Сам виноват.

Чуть позже, когда валяемся в постели и листаем в телефоне картинки с дизайном детской комнаты для мальчика, меня вдруг посещает мысль, которая крутилась на языке с момента встречи в супермаркете.

– Руслан, – поднимаю на него удивленный взгляд. – А ты ведь располагал сведениями, что Алла тоже изменяет Анатолию Юрьевичу?

Тело подо мной чуть напрягается.

– Знал, – кивает. – А ты откуда?

– Я встретила её… случайно…

Боже. Это ведь он, мой мужчина… так стремился меня оградить от отвратительной правды.

– Алла давно по молодым мальчикам, – говорит спокойно, но в отголосках этой фразы слышу отвращение.

– А у вас… ничего не было?

Данный вопрос последние минуты просверлил дырку в моем счастливом сердце.

– Нет, – произносит категорично.

Фух. Выдыхаю с облегчением. Конечно, это было до меня. Но все равно неприятно. Я рада, что ошиблась.

Весь день проводим в кровати. У Алиева постельный режим. А у меня дикое желание от него не отлипать.

Услышав стук входной двери на первом этаже, натягиваю джинсы и спускаюсь. Вместе с Ольгой Викторовной готовим ужин, и я кормлю своего горе-спортсмена. Затем помогаю принять душ и меняю простыни.

Сама после вечерних процедур, натягиваю огромных размеров футболку. Она вкусно пахнет стиральным порошком и домом.

– Я переживаю, – говорю, усаживаясь на краешек кровати.

Руслан хмурит брови. Сжимает мою ногу чуть выше коленки.

– Как воспримет Настя новость о беременности? Я, получается… подвожу её.

– Не волнуйся. Что-нибудь решим.

– Ну, ещё полгода я буду в силах полноценно трудиться.

– И не надейся, – почти рычит мой тигр, а я легко потешаюсь. – Все переработки в прошлом. Я сам поговорю с Андреем. Придумаем, кого поставить вам в помощь.

– Ладно, – соглашаюсь.

В конце концов, надо учиться хотя бы делать вид, что слушаюсь.

Вырубаю свет и укладываюсь рядом. Мы целый день провели полуголые в кровати, потом принимали душ вместе, но о сексе даже не обмолвились. Трогали, конечно, друг друга, но больше с нежностью, а не страстью.

Решив взять инициативу в свои руки, мучительно медленно веду ладонью по широкой груди от ключицы к кубикам на прессе. Возбуждение будоражит кровь, чувствую себя похотливой кошкой.

Мужская рука настойчиво тянет мою ладошку книзу и накрывает ей пах.

– Теперь тебе придётся лишить меня девственности, – шутит Руслан со смешком и тяжело дышит, сдавливая мои пальцы на своем члене. – Правда, вряд ли сегодня я на что-то годен.

– Отдыхай, Алиев, – шепчу, отбрасывая одеяло и присаживаясь рядом. Веду коготками по коротким волоскам на бёдрах, нетерпеливо облизываясь. Резинка у черных боксеров спускается ниже. – Я всё сделаю сама.