Глава 20

Парк находится на пути к дому, поэтому прошу водителя притормозить на остановке в нескольких метрах от входа. Назар паркуется следом. – Лена с детьми гуляет здесь, – сообщаю Назару, как только он подходит ко мне. Он кивает, и мы вместе заходим парк. Набираю номер сестры, чтобы понять, в какую часть парка нам следует идти. – Они в центре у ротонды, там сейчас установлены батуты и карусели, – указываю рукой направление. Тёплый ветерок развевает мои волосы, пока мы не спеша идём по прямой дорожке в центр парка. Я думала, что Назар засыплет меня вопросами, но он на удивление молчалив. Изредка кидаю на него косые взгляды, но он не отвечает мне взаимностью, смотрит лишь прямо. Когда в поле моего зрения появляется ротонда, я сканирую взглядом открытую площадку и замечаю сестру с детьми возле яркого красного батута в виде дракона. Ускоряю шаг и даже не замечаю, что Назар остался где-то позади меня. Но зато меня увидела моя девочка и уже бежит сломя голову в мои объятия. – Маруся! – Подхватываю дочку, поднимаю и кружу один оборот. На большее меня уже не хватает. Не лялька уже моя чемпионка. – Чем занимаетесь? Маруся, пока рассказывает, аж подпрыгивает на месте как маленькая козочка: – Мы прыгали на батуте! А ещё тетя Лена обещала карусель и сладкую вату! Большую и розовую. Можно, мамочка? – А как же ушки? – Не отпадут мои ушки! – Смешно прикрывает их ладошками. Качаю головой с улыбкой. Ну что за сладкоежка! Маруся вдруг резко подбирается и хватает меня за руку, смотрит поверх моего плеча, хмуря бровки. Я чувствую её напряжение. Оборачиваюсь и вспоминаю про Назара. Он стоит в паре метров от нас и внимательно разглядывает нашу дочь. Маруся отвечает ему таким же взглядом. И тут на секунду теряюсь, так как без понятия, кем представить Назара нашей девочке. Другом семьи или просто дядей? И тут мне на помощь приходит тот, от кого я её точно меньше всего ожидала. – Назар! – Подскакивает к Лунегову мой старший племянник. – Пашка? – вопросительно уточняет Назар, а после кивка мальчишки тянет его в объятия. Хлопает по спине, а затем взъерошивает волосы на макушке. – Да ты вымахал, парень! Я помню тебя вот таким, – показывает рукой рост нашей Маруси. Это он, конечно, приуменьшил, но мне приятно, что он помнит моего племянника и узнал спустя столько лет. Пашка действительно вымахал. – Ты навсегда вернулся? Ты всё ещё гоняешь на мотике? Ты научишь меня? – льются вопросы от Пашки, на которые Назар охотно отвечает. Опускаю взгляд на Марусю, что всё так же крепко сжимает мою ладонь и с любопытством следит за разговором Назара с Павлом. Пашка всегда был для Маруси авторитетом, и то, что старший брат так легко общается с тем, кто вызвал у дочки настороженность, немного её успокаивает. – Мам, это же тот дядя, который ударил папу? – Да, милая. Это твой дядя Назар. Мы же говорили тебе, что у них была такая игра. Маруся вскидывает бровь, но не спорит. Моя маленькая мудрая девочка. Назар с Пашкой продолжают увлечённый разговор, но я замечаю, как Лунегов продолжает стрелять глазами в нашу девочку. Понимаю, что так просто племянник не отстанет от Назара, пока не узнает всё, что его интересует, и предлагаю дочке пойти к тёте Лене и купить ту самую сладкую вату. Маруся дважды оборачивается, чтобы посмотреть на болтающих Назара и Пашку, которые следуют за нами. Ленка, увидев нашу компанию, удивлённо вздёргивает брови. “Как это понимать?” – так и кричит выражение её лица. Я лишь пожимаю плечами – мол, понимай как знаешь. Но, когда систер хмурится, я обнимаю её за плечи и произношу на ухо: – Потом всё объясню. Ленка отстраняется и качает головой. Я подмигиваю Мишке, который восседает в коляске словно король и всем своим видом показывает, как ему наскучило наблюдать за кучкой голубей, что в паре метров от нас клюют семечки, рассыпанные для них сестрой. Мне кажется, ещё пара минут, и он снова начнёт свою обычную шарманку. – Где Сеня? – спрашиваю сестру, корча рожицу Мишке, пытаясь вызвать у того улыбку, но мой самый младший племянник – кремень. – Пошёл узнавать ценник на картинг. – Надеюсь, ты им не разрешишь? – Уже разрешила, – ошарашивает меня сестра. Что с ней не так? Это же такой риск! И это всего лишь дети! Но ничего этого я не успеваю сказать. – Привет, Дёмина, – приветствует Ленку Назар в их излюбленной манере. – Ну привет, Лунегов. Сколько лет, сколько зим… – И не говори. А ты, я смотрю, время зря не теряла. Это же не Сеня? – со смешком уточняет Назар. Мы с Ленкой не сдерживаемся и прыскаем смехом. – Это Михаил. Мой младшенький. Тут как раз подбегает запыхавшийся Арсений и сообщает, что за один круг всего двести рублей. И сразу же замолкает, когда замечает Назара. Он был младше Мишки, когда видел Назара в последний раз, поэтому точно его не помнит. – Сеня, Маруся, это дядя Назар – наш друг и старший брат нашего папы Стаса, – представляю детям Назара. Его лицо на долю секунды кривится от моего представления, но он быстро берет себя в руки. Неужели думал, что я сразу представлю его папой Маруси? Но тем не менее Назар, открыто улыбаясь детям, протягивает ладонь для рукопожатия сначала Сене, который с готовностью её принимает, затем Марусе. Она сперва смотрит на меня и, когда я ей киваю, с осторожностью вкладывает маленькие пальчики в руку своего настоящего отца. Глаза Назара загораются ярким огнем, когда он нежно обхватывает второй рукой её ручку и немного покачивает. – Ты очень красивая, Маруся. Вся в маму. Дочка от комплимента оттаивает и скромно улыбается. – Спасибо, дядя Назар. На заднем плане слышу, как Пашка с воодушевлением зовёт всех пойти в сторону полосы картинга. – Назар, ты же нами? – окликает Пашка. – С удовольствием, – отвечает Лунегов. По пути я хочу купить детям сладкую вату, но Назар отодвигает меня в сторону и расплачивается за мой заказ. А после, словно Дед Мороз, вручает всем детям по палочке с ярким воздушным облаком сладости. “Очки зарабатывает”, – усмехаюсь по-доброму. Занимаем широкую скамью, и пока Назар идёт уточнять все вопросы про безопасность, мы с Ленкой переглядываемся. – Есть одиночные карты, а есть парные, – информирует нас Назар. – Пашка может спокойно погонять самостоятельно, а я составлю компанию Сеньке. Мальчишки радуются и убегают надевать шлемы. – И ты не боишься? – спрашиваю сестру. – Уж лучше под моим присмотром, чем за моей спиной. Да и нам повезло, что главный гонщик нашей юности с нами. – Наверное, ты права. – Смотрю на Назара, который помогает мальчикам с их шлемами. Перед тем как натянуть свой, он ловит мой взгляд и нагло подмигивает. Отворачиваюсь, пряча улыбку за прядями. – А мне можно тоже прокатиться? – Подпрыгивает на месте Маруся, когда Сеня и Пашка с довольными мордашками возвращаются к нам. – Маруся, я не умею на таких кататься… – начинаю отпираться, но дочь меня удивляет: подбегает к Назару и берёт его за руку. – А я с дядей Назаром. Он же с Сенькой катался. Чем я хуже? – Ты девчонка! – авторитетно заявляет Сеня. И, тыча пальцем в Марусю, заключает: – А девчонки не гоняют! – Ещё как гоняют, – смеётся Назар. – Ты просто не видел, парень, – хлопает Сеню по плечу. – Можно, мамочка? – складывает вместе ладошки дочка и делает глазки кота из Шрека. – Хорошо, – соглашаюсь. Маруся подпрыгивает на месте пару раз и уже через секунду тащит Назара за руку в сторону карта. Я с какой-то щемящей тоской наблюдаю, как он нежно собирает Марусе волосы и прячет их в шлеме, как проверяет ремень безопасности и объясняет ей, как правильно крутить руль. Мне резко становится зябко, и я обхватываю себя руками. Так могло быть всегда.