~ 12 ~

А Р И Н А

– Мелкая?

Растерянно перевожу взгляд на Сашу, пытаюсь понять, о чем вообще говорит Ратмир. Выискиваю хоть какие-то признаки, что малышка недостаточно хорошо набирает в весе.

Раньше срока ведь родилась, меня это постоянно волнует. Дочь развивается согласно нормам. Правда, проходит по нижней границе, но всё-таки. Маленькая, хрупкая, но не слишком.

Как любой шестимесячный ребенок.

Я знаю это, знаю. Наш педиатр ненавидит меня за миллионы вопросов. И всегда убеждает, что всё хорошо. Знаю, но не могу успокоиться. Сканирую взглядом Сашу, крепче сжимаю ручку коляски. Она ведь в порядке! Зачем он такое спрашивает, пугает?

А затем до меня доходит другая истина. Более прозрачная и важная. Перевожу взгляд на Ратмира, сглатываю. Потому что он смотрит пронзительно, глаза сощурены.

Злой. Волны гнева исходят от него, оглушают. Проходят по коже лезвиями, когда я начинаю отступать. Не знаю, что сказать и придумать. Мысль бьется в голове, срывается с губ.

– Шесть месяцев?

– Я ведь говорил, что безопасники будут копать. Первым делом узнали, когда родилась Саша. Четырнадцатое августа, воскресенье. Как раз вчера было шесть месяцев.

– Да, но…

– Я сначала решил, что ей месяца четыре. Мало опыта с детьми. Но раз родилась в августе…

– Ратмир, к чему ты ведешь?

– А мне нужно вести? – мужчина наступает, его ладонь сильно давит на затылок, притягивая меня к нему. – Сама не начнешь рассказывать?

– Нормально она выглядит!

Не понимаю, зачем именно об этом хочу поговорить. Но всё путается, сердцебиение эхом отдается по всему телу. Ищу Мирона, молюсь, чтобы он вернулся скорее.

Но парень далеко. А Ратмир близко. Нависает надо мной, давит своей энергетикой. Его верхняя губа дергается, словно мужчина едва сдерживается. По спине бежит холодок, всё тело немеет.

– Она для своего возраста умница! И сидит уже, и…

– Меня не это интересует, Арина. У тебя последний шанс сказать всё нормально и правильно. Как ты должна была сказать ещё прошлой зимой.

– А иначе что? Если не скажу, если…

– Красавица, не пытайся со мной воевать. Какого черта ты молчала?!

Жмурюсь. Не из-за крика, просто эмоции переполняют. Пробивают плотину, растекаются потоком по венам. Страх, сожаление, злость, обида. Их так много, что я не выдерживают.

Всхлип вырывается из груди против воли, показывая мою слабость. Дата рождения, конечно. Я так надеялась, что Ратмир не будет думать об этом. Не доберется, не начнет считать.

– Я… Ратмир, - выдыхаю его имя, смотрю украдкой. – Давай поговорим об этом дома, ладно?

– Чтобы ты успела придумать ложь?

– Чтобы Саша не замерзла, поднимается сильный ветер. Ты сам сказал, что погода портится. Ратмир, пожалуйста.

Повторяю его имя с нажимом, надеюсь на отсрочку. Всё происходит слишком стремительно. Я надеялась, что у меня будет время. Или мужчина будет достаточно глупым, чтобы не проверять сроки.

Кусаю губу, жду его решения. И смотрю на Мирона, словно призывая его обратно. Но он даже не думает двигаться. Говорит с кем-то по телефону, нарезает круги. А у меня всё обрывается внутри.

Ратмир знает.

Он знает!

А я даже слова сказать не могу.

– Нет, красавица, мы поговорим прямо сейчас. А потом ты мне объяснишь, почему скрывала от меня дочь. И если твоя версия мне не понравится… То советую задуматься, что будет, когда Сашу начну скрывать я.

Прикрываю глаза, озноб прошибает всё тело. Именно то, чего я так боялась. Угрозы, неприкрытой и реальной. Всего пару звонков и дочь у меня могут забрать.

Потому что Ратмир так захотел, разозлился. Даже не смотря на него, чувствую сильные волны гнева. Мужчина крепче сжимает в своих руках, не отпускает.

– Опять ругаетесь, голубки? – веселый голос Мирона сейчас кажется издевательством. – Что не поделили?

– Ничего.

Ратмир не оставляет никакого шанса на иллюзию, что у нас всё нормально. Его голос звенит от раздражения, ладонь сильнее сжимает мою талию. Почти упираюсь в мужчину, каждая его мышца напряжена.

– Капец вы странные. Скучные у тебя предки, - видимо, обращается к Саше. – Хоть ты такой не вырастай, ладно? Пока ты тут самая клёвая.

– Мирон, заткнись, - Ратмир грубит, но успокаивается. Дыхание становится размеренным, медленно отступает от меня. – Не заставляй выгонять тебя.

– Не выгонишь, меня Арина оставит. И Саше я нравлюсь, да, малая? Хоть племянница меня любит.

– Мирон, - зову устало, пока он не сделал ещё хуже. – Если продолжишь, то сам будешь менять ей памперсы. Раз Саша клёвая.

– Не настолько клёвая.

Нервно смеюсь, шагаю к коляске. Хочется скорее укрыться дома, забыть об этом разговоре. Только взгляд Ратмира обещает, что ещё ничего не закончено. Только начинается.

В лифте не отрываю взгляда от экрана. Этажи мелькают, в животе всё сильнее скручивается узел. Волнение душит, не позволяет спокойно разобраться во всём.

Подхватываю Сашу на руки, стоит оказаться в квартире. Прижимаю крепко к себе, словно Ратмир уже сейчас отберет. Разуваюсь на ходу, спешу в детскую спальню.

Совершенно не представляю, что теперь говорить. Нужно было соврать и придумать любое имя. Или на Костика всё спихнуть, чтобы Огнев успокоился. А сейчас сама себя подставила.

Укладываю малышку на специальный столик, снимаю ярко-желтый комбинезон. Саша крутится, поднимает ножки вверх. А после забавно рассматривает их.

– Арина, ты долго будешь бегать? – мужчина возникает на пороге комнаты, скрещивает руки на груди. – Или всё-таки объяснишь мне всё?

– А что объяснять? Это…

– Тест ДНК делается быстро. Это если ты решишь соврать мне об отцовстве.

– Не совру. Я вообще не врала об этом.

– Ну конечно. Соловьем заливалась в своей квартире. Но я что-то не помню, чтобы ты сообщила мне о дочери.

– Но я и не врала. Я отвечала честно на все вопросы, просто без имени. Ратмир… Я не знаю, хочешь услышать. Но если ты попытаешься забрать у меня Сашу, то пожалеешь об этом.

Я могу, наверное, подключить СМИ. Они же любят такие истории. Особенно о бедных девушках и богатых мужчинах. А ещё, раз у меня есть акции, смогу через фирму достать Огнева. Что угодно сделаю, но не позволю забрать у меня дочь.

Ратмир не представляет, на что я готова. Найду любой выход. Даже если ради этого придётся потратить все наследство его деда. Или в долги влезу, но найду способ.

Мужчина усмехается, делает шаг ко мне. А я поднимаю малышку, прижимаю к себе. Саша тут же тянет пуговку на пальто, которое я забыла снять в спешке.

– Красавица, выдыхай, - произносит куда дружелюбнее, хотя его взгляд всё ещё метает молнии. – Я не собираюсь забирать Сашу.

– Ты и не смог бы!

– Арина.

Лишь моего имени достаточно, чтобы я выдохнула и прикусила язык. Лучше пока не спорить и не нарываться. Ратмир и так на пределе, и я догоняю его, нервничаю всё больше.

– Ты можешь опустить Сашу, что я, по-твоему, сделаю? Сбегу с ней из собственного дома?

– Выставишь меня прочь.

– Красавица, ты считаешь меня настолько мудаком? – усмехается сильнее, качает головой. Сжимает кулаки, но старается говорить спокойно. – Я лишь хочу получить ответы на вопросы. А после решим, как быть дальше.

– А есть варианты?

– Вариант всего один, Арин. И сомневаюсь, что он тебе понравится.

Передергиваю плечами, отворачиваюсь от Ратмира. Напряжение становится только сильнее. Именно то, чего я так боялась. Управление, шантаж, никакой свободы.

Внимательно слежу за мужчиной, словно сейчас он придумает что-то… подлое. И то, от чего я не смогу отказаться. Это ведь моя дочь, я не могу её подвести.

– И какой вариант? – спрашиваю сдавленно, присаживаясь с Сашей возле игрушек. Держу малышку на моих коленях, боюсь отпускать. – Чего ты хочешь, Огнев?

– Правды. Когда ты узнала, что беременна?

– В январе, а четырнадцатого февраля попала на УЗИ, впервые видела малышку. Неважно, - ему не интересны эти мелочи, которые для меня самые важные. Как билось её сердечко, как развивалась. – Ты как раз основал фонд в честь твоего деда.

– И не сказала мне. Почему?

– Ты был занять…

– Арина.

Вздрагиваю из-за этого тона. Словно Ратмир едва сдерживается, чтобы не начать кричать. Все его попытки скрыть ярость проваливаются. Потому что я чувствую, что мужчина на грани.

И не хочу быть рядом, когда его прорвет. Я не знаю Ратмира, на самом деле. Почти ничего. Только то, каким убедительным он умеет быть. А ещё как пойдет на всё ради своей цели.

– Я не хотела, ясно? Если бы ты узнал о ребенке, ты не дал бы мне уехать. А мне это было нужно. Я не хотела больше участвовать в твоих аферах.

– И когда я приехал к тебе сам, решила соврать?

– Да не врала я. Я просто интерпретировала правду. Без имён.

– Почему она рыжая?

Теряю суть разговора, потому что такого вопроса я не ожидала. Перевожу взгляд на Сашу, поправляю её волосики. Дочь старается что-то сказать недовольно, роняет свою игрушку. Машет ладошкой, пока Ратмир не возвращает ей единорога.

Рыжая, да.

Моя маленькая рыжая ведьма.

– Не знаю, генетика? Ты же не думаешь, что я стану красить волосы ребенку?

– И голубые глаза. Она не похожа ни на меня, ни на тебя.

– Ратмир, ты сейчас стараешься найти доказательство, что Саша чужая дочь? Если так, то я подтвержу любую твою мысль. Кого угодно называй отцом, честно.

– Не шути со мной, красавица. Только не сейчас. Любое неправильное слово сыграет против тебя. Ты пыталась скрыть от меня дочь.

– Но не так же! Я не знаю, почему она рыжая. Может, кто-то из твоей семьи? А глаза… Они должны потемнеть, наверное. По крайне мере, так пишут в интернете. Дети почти всегда рождаются с серыми глазами, а потом они темнеют. У меня ноль опыта в том, как должно быть.

– Мне нужно делать тест?

Поджимаю губы, не понимая в первую секунду. А после хмурюсь ещё сильнее, потому что… Я не хотела, чтобы Ратмир знал о дочери. Но он выяснил всё, так легко. Сам сопоставил даты.

А теперь сомневается и хочет экспертизу? Убедиться, что дочь действительно его и не притворяюсь? Господи, да я бы сама потащила его в клинику, если был бы другой вариант.

И этот вопрос, неожиданно, ранит. Глубоко и сильно, вызывая спазмы внутри. Облизываю пересохшие губы, стараюсь дышать. Но такое ощущение, что упала с высоты на спину.

Задыхаюсь.

– Если хочешь. Это может вызвать вопросы в прессе, но… Ты же знаешь, я бы так не реагировала, будь Саша…

Все ещё не могу признаться напрямую. Мы оба уже всё знаем, правда раскрыта. А признаться так сложно, слишком долго хранила это в себе.

– Я был твои первым мужчиной, красавица. Но где доказательства, что последним?

– Супер. То есть я теперь ещё и… Легкодоступная? Рассталась с тобой и сразу побежала спать с кем-то другим?

– Я только уточняю все детали, Арина. Ты ведь не просто так скрывала свою беременность. Не только из-за желания переехать в Сочи.

– Я делала это, чтобы ты не поступал как сейчас! Не угрожал забрать у меня дочь, не заставлял следовать своим хотелкам. Ты ведь буквально подтверждаешь все мои страхи! И я бы с радостью хранила эту тайну дальше, если бы ты не нашел меня. Нам прекрасно жилось без тебя!

Срываюсь на крик, только прикрываю ушки дочери. Не могу держать эмоции в себе, они льются потоком. Как и гнев Ратмира, когда он сжимает кулаки, подается вперед. Его глаза напоминают темную бездну, в которой затаилась опасность.

Мы оба на предели, ещё немного и рванет.

И гремит взрыв.

– Отлично, - заявляет сдержанно и холодно. – Ты можешь уехать прямо сейчас, красавица.

– Могу?

– Я не держу тебя. Но Саша останется со мной.