~ 13 ~

Р А Т М И Р

Арина одновременно краснеет и бледнеет. Щеки вспыхивают алым, глаза горят. Но лицо… Бледное и испуганное. Смотрит на меня, щурится. Прижимает Сашу ближе к себе, словно я отберу.

Угрожать дочерью так себе идея, но других сейчас нет. Зная красавицу, она быстро сбежит. Найдет способ, начнет спорит и постарается сбежать от проблем, как сделала это в прошлый раз.

А я не собираюсь допускать тех же ошибок.

Саша крутится, а я…

Черт. Это звучит слишком странно, бьет по голове, даже спустя время. Словно кулаком в солнечное сплетение, после которого невозможно сделать вдох. У меня есть дочь.

О которой я не знал.

И не понимаю, как мне нужно действовать.

Это странно, что я не пылаю к ней любовью с первой секунды? Должен ли я сразу понять, что это круто и обрадоваться? Должен злится из-за решения Арины?

Никогда не был настолько потерянным в отношениях. Когда меня забрали из детского дома, я знал, что должен быть благодарным. Чем старше ты, тем меньше шансов. Все хотят младенцев, но выбрали меня.

Когда родился Мирон, я сразу знал, что у него всё будет лучше. Родной ребенок, но при этом мой брат. Я должен защищать и направлять, как старший. Тем более, кто этому балбесу врежет, когда тот ведет себя глупо?

Даже когда дед умер, я знал четко, что нужно сделать. Получить завещание, решить дела на фирме. Подавить бунт, не дать разграбить компанию. Вывести на новый рынок и не потерять дело деда.

Даже новость, что часть наследство перепадет какой-то любовнице не пугала. Разобрался же, пусть Арина вовсе не была связана с дедом. На первый взгляд.

Но сейчас…

Сейчас рассматриваю Сашу, ищу хоть какие-то схожие черты. И совсем не понимаю, что мне стоит делать. Маленький винтик, который испортил работающий механизм в голове.

– Как это? – у красавицы даже губы начинают дрожать. – Если ты думаешь, что сможешь забрать у меня дочь…

– Ты это сделала. Я год назад должен был всё узнать.

– Ты не посмеешь! Если ты хоть пальцем её тронешь, то я… Я…

– Арина, не трать время попусту. Предлагаю лишь обсудить.

– Моя дочь не тема для переговоров и сделок.

– Наша дочь. Начнем с этого.

Мне бы инструкцию или какой-то учебник по этому поводу. Но для такой ситуации инструкций ещё не придумали. А я думаю, что могу сделать для того, чтобы всё закончилось просто.

Максимально безболезненно для двух сторон. И переговоры это то, что нужно нам двоим. Уступки от меня, согласие Арины. И тогда можно прийти к чему-то стоящему.

– Я не собираюсь забирать у тебя дочь, - обещаю более миролюбиво, вижу неверие со стороны девушки. – Я не ворую чужие идеи.

– И что ты от меня хочешь?

– Чтобы ты не принимала поспешных решений. И не рассказывала мне, как я разрушил твой маленький мир. Предлагаю нейтралитет.

– Нейтралитет?

– Саша не предмет шантажа, споров или манипулирования. Твоя и моя дочь, общая. Ты не сможешь её увезти от меня, я не буду забирать. И мы не будем использовать ребенка, чтобы решать конфликты между нами. Согласна?

– Да. Да, это звучит разумно.

Выдыхает, её плечи расслабляются. Даже маленькая морщинка на лбу исчезает, делая Арину ещё более красивой. Должен злиться, но это не единственные чувства, которые я испытываю.

И это бесит. Холодный рассудок отключается, эмоции берут вверх. Срывают последние тормоза, никаких стоп-кранов. Только сплошные чувства, которые сейчас сделают хуже.

– У меня дела с контрактом, - произношу, поднимаясь на ноги. – Это займет весь вечер.

– И?

– Когда уложишь Сашу спать, мы сядем и всё обсудим. Работу, наш брак, как всё будет дальше. И на какие уступки тебе придётся пойти.

– Ты снова это делаешь! – Арина взрывается слишком легко, словно это не у меня проблемы с контролем. – Давишь и…

– И сообщаю заранее, что разговор легким не будет. Но, может, уступки будут и с моей стороны. Поговорим потом.

Заявляю, направляясь к выходу. Мне нужно взять паузу, пока не сорвался. Прочистить голову и в одиночестве всё осознать. У меня есть дочь. Это непривычно. Это взрывает мозг.

А ещё у меня есть миллион претензий к Арине. Обоснованных, за которые хочется спросить. Так, чтобы она даже не думала вертеть носом и отмалчиваться. Ничего из этого не получится.

Падаю на диван на первом этаже, сдавливаю виски ладонями. Давлю, пока звезды не появится. Так проще сосредоточится, убрать лишнее. Голые факты, с ними я умею работать.

У меня есть дочь.

А ещё мне не нужно ревновать красавицу к непонятному мужику, который был с ней. Саша моя дочь, никаких лишних людей в нашем браке.

Есть интервью, к которому нужно будет подготовиться.

И фальшивый брак, который нужно спасать.

Приготовить идеальную ложь, создать видимость семьи, узнать больше о дочери. Три пункта, на которых я сосредотачиваюсь. И остальное перестает иметь значение.

Бегло просматриваю контракт, отправляю Алексу свои замечания. Пропускаю мимо ушей его ироничный ответ, пусть молча залечивает свои раны. Сам напросился.

Слышу, как медленно спускается Арина. Крадется, застывает за спиной. Вслушиваюсь в тишину, наслаждаюсь этим. Последние двое суток слишком сложные для понимания.

– Тебя видно в отражении, - усмехаюсь, откидываясь на мягкую спинку. – Проходи, красавица, будем что-то решать.

– И что ты хочешь? – со вздохом, как-то обреченно, спрашивает. Присаживается на диван, поджимает к себе колени. – Давай свои условия.

– С кем ты встречалась?

– Что? Тебя это вообще не…

– Касается. Ты моя жена, пусть только по документам. Если ты с кем-то заводила отношения, я должен быть в курсе. Во-первых, безопасники получат по первое число. Во-вторых, это надо будет прикрыть и умолчать.

Челюсть сжимается от мысли, что красавица завела роман на стороне. Нарушила наш договор и была с кем-то другим. И от мысли, что брак стал почти настоящим год назад… Всё тоже рвется.

Если бы друг не влез со своей болтовней, если бы Арина не услышала лишнее… Всё могло бы получится. Но так даже лучше, правильнее. Девушка уехала, я смог сосредоточится на фирме.

– Я… Господи, - качает головой, трет щеку. Кажется слишком хрупкой и беззащитной в этот момент. – Ладно, ни с кем. Доволен? Я ни с кем не встречалась. Потому что мать-одиночка, у меня грудничок на руках и отношения с тобой. Пусть и на бумаге. А ты? Мне стоит переживать за тебя? Что твоя любовница появится и…

– Нет, красавица. Из-за меня никаких проблем не будет. Отлично. Второй вопрос, ты кому-то рассказывала о браке?

– Нет. Никто не знает, но ты же сказал, что мы не будем объяснять это да? Моим родным или твоим. Просто назвали парой в газетах?

– Твоей семье мы скажем всё, что нужно.

Мама Арины умеет быть устрашающей. Из тех, кто за своих детей порвет на кусочки. Ещё и разбросает в разные стороны, чтобы никто не собрал. Это пугает и восхищает одновременно.

Подаюсь ближе к девушке, сдвигаюсь по дивану. Знаю, что следующее обсуждение ей не понравится. И всё равно ловлю взгляд, чтобы не упустить её взрыва.

– А перед моей мы будем притворяться влюбленным. Брак моё дело, я не афишировал, летал к тебе. Они должны верить в то же, что и остальные. Это понятно?

– Да. Но… Мы будем с ними часто видеться? Как именно нужно притворяться?

– О, красавица, - не сдерживаю смешок, тянусь пальцами к её лицу. Касаюсь нежной кожи, провожу по щеке. – Полным комплектом. Объятия, влюбленные взгляды. Поцелуи, естественно.

– Ага.

Арина фыркает, отодвигается подальше от меня. Прижимает к себе колени, медленно вздыхает. Смотрит из-под опущенных ресниц, коротко стреляет взглядами.

Так, что дыхание перехватывает.

Кажется сейчас такой маленькой и нежной, хрупкой. Тронь и рассыплется на тысячи кусочков, в прах притворится. Невозможная, а так легко из памяти стерлась.

Стирал, выжигал. Работой, переработками, сутками без сна. Фон имени деда открывал, миллион проектов рассматривал. Всё лишь ради того, чтобы не было времени вдохнуть. Подумать о той, которую потерял.

Но оказалось, что это было самым правильным решением. Конечно, не беря в расчет то, что Арина прятала от меня ребенка. Но само расстование пошло мне на пользу.

Определенно.

Только в груди немного что-то сжимает, но это ничего. Так, просто небольшая нехватка воздуха. Словно легкие никак не наполнялись кислородом до конца.

– Мечтай, Огнев, - закатывает глаза и отворачивается. Смотрит через окно на ночной город. – Давай о другом, ладно? Потому что я не готова сейчас… Ничего не готова, если честно. Последние дни получились настоящим кошмаром. Поэтому давай со всем разберемся быстро, ладно?

Ничерта не ладно.

У меня миллион претензий к девушке. Таких, что хочется просто встряхнуть и выбить ответы на всё. Потому что одно дело играть в брак и разъехаться, а другое – прятать ребенка.

И я не знаю, что такое быть отцом. И не могу понять, как отношусь к новости. У меня есть дочь. Саша ничего такая, забавная. Но при этом… Должен произойти щелчок или что? Как понять, что на всё пойдешь ради ребенка?

– Три вопроса, - иду на устумпку, потому что сам конкретно устал за эти дни. – Будущее. Интервью. Дочь.

– И что именно по этим вопросам? Что не так и…

– Первым делом меня интересует Саша. График её дня, что ей можно, что нельзя, что вообще нужно детям. Черт, - ерошу волосы, чувствую себя школьником, который не выучил домашку. – Я не знаю, как нужно вести себя с детьми. Но ты мне в этом поможешь. Неважно, что между нами, Саша – Огнева. Это ясно?

– Да, - цедит сквозь сжатые зубы, а глаза сверкают так, что слепит. Девочка-беда, которая будет до последнего спорить. – Но даже не надейся, что сможешь отобрать у меня ребенка. Если понадобиться – я мир переверну, все СМИ подключу. Ясно?

Копирует мою интонацию. Поправляет темные волосы, выпрямляет спину. За секунду превращается из нашкодившей девочки в женщину. Красивую, очаровательную.

Проводит пальцами по пышной гриве, вздергивает подбородок. Не могу сдержать усмешку. Слишком красивая картинка, чтобы угомониться. В душу бурлят старые чувства.

Каким азартом была каждая схватка.

– Я не собираюсь лишать тебя ребенка. Или отплатить той же монетой. Вроде как полгода без дочери, - возвращаю подачу, двигаюсь ближе. Густые черные ресницы Арины трепещут, вся она словно колышется на ветру. А шея покрывается мурашками. Касаюсь её, не могу перестать. – Так что этот вопрос закрыт? От тебя – полное содействие, от меня – закрыть глаза на прошлые ошибки.

– Супер. Это всё? Ратмир, мне кажется, что этот день слишком затянулся. И если мы по сто раз будем обсуждать одно и то же – дела не будет. Можешь составить список претензий, а я просто прочту их с утра.

– Или ты можешь перестать казаться смелой. Твоя бравада ничего не стоит, красавица. Не стоит даже пытаться. Интервью – оно совсем скоро. Нужно обсудить детали, создать общую легенду. После нужно будет дать комментарии другим издательствам. Действовать на опережение, пока вокруг нас не начли собирать сплетни.

– Допустим.

Выстрел за выстрелом.

Это напоминает самые настоящие переговоры. С партнером, который не очень доволен условиями. Как и я. Компромиссы, черт бы их побрал. Подача за подачей. Выстрел за выстрелом.

Даешь удар и ждешь, как оппонент среагирует.

И это самое прекрасное. В работе. В отношениях с Ариной. То, какой она бывает. Как реагирует. Как её грудь часто вздымается, словно хочет сказать что-то дерзкое.

И повода нет.

И обычный разговор.

А при этом кроет.

И я действую до того, как успеваю обдумать.

Закидываю руку на плечи девушку, притягиваю к себе.

И вдыхаю приторно-сладкий аромат духов, по которому скучал столько времени.