Глава 14

Елизавета

На часах почти полночь. Довлатов так и не появляется.

Ну правильно, нафиг ему проводить вечера с ребёнком? Стриптизёрша Света куда веселее.

Вот и расставлены приоритеты, и я далеко не на первом месте, как мне хотелось.

Стою в ванной, смотрю в зеркало, упираясь руками в раковину. Надуваю губы. Что во мне не так? Скидываю с себя халат, отхожу на пару шагов назад. И фигура вроде норм. Да, грудь не такая большая, как у Светы, но и не маленькая же?

«Да пошел он!» — с психом швыряю халат в зеркало.

Всё! Не скажу ему больше и слова! Хватит!

Это уже унизительно!

Спать не хочется. Решаю отвлечься и принять ванную. Открываю воду, настраиваю температуру. Жаль, нет пены или соли.

Ладно, и так сойдет.

Беру беспроводные наушники, вставляю в уши, нахожу любимую музыку. Откладываю телефон подальше, чтобы не намочить, сажусь на бортик ванной, жду, когда наберётся вода. Поднимаю глаза, натыкаясь на душевую кабину. И в голове некстати несутся картинки, как Вадим прижимал меня к стенке душевой, как целовал, как трогал, как дышал в шею. Закрываю глаза…

Его запах, вкус, горячее дыхание…

Сглатываю, низ живота опаляет жаром. Тело тянет возбуждением.

Ненавижу этого гада!

Сжимаю грудь. А она такая чувствительная, налитая, тяжёлая…

Выдыхаю со стоном.

Снимаю трусики, снова сажусь на бортик, развожу ноги, сжимаю сосок и кусаю губы, оттого что чувствую, как увлажняюсь. Прикрывая глаза, представляю, что мою грудь сжимает Вадим. Больно стискивает. Сжимаю ноги от волны возбуждения.

Снова развожу ноги, собираю влагу, размазываю по клитору, всхлипываю, откидываю голову, прикрывая губы.

Я не маленькая, делала это много раз и всегда представляла Вадима.

И в моих фантазиях это не я сейчас растираю клитор, а его умелые пальцы. Не я кусаю свои губы от удовольствия, а он.

Постанываю, ускоряя движения пальцев, в наушниках льется какая-то тягучая сексуальная песня, которая еще больше уносит. Меня выгибает от острого удовольствия, и вот когда я на пике распахиваю со стоном глаза, то встречаюсь взглядом с уже реальным Вадимом, который стоит в дверях ванной и смотрит на меня, голую, с разведёнными ногами, удовлетворяющую себя. И именно в этот момент я кончаю, яркой вспышкой, содрогаясь.

Кончаю от стыда, от испуга и его такого невыносимо горячего потемневшего взгляда и сжатой челюсти.

Всхлипываю, сжимаю ноги, растерянно хлопаю ресницами, пытаясь прийти в себя, а губы подрагивают, не в силах ничего сказать. Дыхание рвётся, лицо горит и наливается краской.

Мы оба замираем на несколько секунд, а потом Довлатов срывается и в два шага подходит ко мне, присаживаясь на корточки.

Его губы шевелятся, а я ничего не слышу. Выдёргиваю наушники, и они летят на пол.

— Ты что творишь, малыш? — грубо и хрипло спрашивает он, сжимая мои колени. А я ничего не могу сказать, я еще не отошла от острой вспышки удовольствия, которая накрывает меня волнами. Он берёт мою руку и втягивает в рот пальцы, которыми я только что удовлетворяла себя, слизывает мое мокрое удовольствие. И этот жест снова скручивает низ живота еще одной вспышкой возбуждения. — Всё, малыш, — произносит он, обхватывая мой подбородок. — Пиздец! — ругается сквозь зубы. — Скажи мне сейчас «нет» и беги в комнату или…

А я молчу. Потому что ничего не понимаю, меня тянет, как мартовскую кошку, и тело такое чувствительное, что, кажется, все нервы оголились.

— Это крах, понимаешь? — еще грубее и утробнее произносит он. — Мы оба потом пожалеем.

А я не понимаю, почему мы должны жалеть. Это самое лучшее, что со мной происходит. Это все, что я хочу.

И все…

Вадим резко встает, буквально срывает с себя рубашку. Всхлипываю, когда наклоняется ко мне, но он всего лишь выключает воду и рывком поднимает меня, еще дрожащую, на ноги.

— Держись! — командует, подхватывает меня под бедра, вынуждая обхватить его шею, а ногами обвить его торс, и выносит из ванной, одновременно впиваясь в мои губы.

Мы целуемся, как умалишённые, жадно всасывая губы друг друга. Я сама не подозревала, что могу быть такой дикой, голодной и жадной. Оргазм словно запустил внутри меня бомбу замедленного действия: еще немного — и рванёт.

Вадим несёт меня в свою спальню.

— Нет! — отрываюсь от его губ. — В мою комнату! — требую я.

— Да какая, на хрен, разница! — рычит мне в губы.

— Хочу в моей комнате! — настаиваю я, кусая его губы.

Есть разница. Он там своих Свет трахал.

Вадим сворачивает и пинком распахивает дверь в мою спальню.

Кидает меня на кровать. А я приподнимаюсь на локтях, наблюдая поплывшим, невменяемым взглядом, как он раздевается.

Мамочка.

Сейчас все произойдёт!

Мой первый раз будет именно с ним. Как я хотела. Теперь я стану его, а он моим.

Немного паникую, когда он снимает ремень, расстёгивает джинсы и снимает их. Он не отводит взгляда от моего тела, а я — от его рук, которые снимают боксеры, обнажая большой и уже налитый член.

— Всё, малыш… Всё, мы встряли, поздно паниковать, — рычит он мне и становится коленями на кровать возле моих ног.

— Иди ко мне, — протягиваю руки.

Усмехается, блуждая горящим взглядом по моему телу. Я вижу, как он хочет. Как ему сильно это надо. По взгляду почти звериному, по учащенному дыханию, по напряженным мышцам.

— Разведи колени, — хрипло велит мне. И я развожу. Разве можно его ослушаться? Разве можно сказать ему нет?

Его взгляд опускается между моих ног. Вадим сглатывает. Надвигается на меня, помещается между моих ног, нависает надо мной. Впивается в шею, которую я тут же обнажаю, откидывая голову, подставляя себя. Целует, всасывая кожу, спускаясь ниже к груди, а я прогибаюсь от удовольствия.

— Вадим… Вадим, — шепчу его имя. Просто имя, я ничего не хочу сказать. Стону, содрогаясь, когда его горячие губы смыкаются на соске. Он больно его всасывает, одновременно сжимая моё бедро, дергая на себя. Чувствую, как сам содрогается, когда его горячий член соприкасается с моим мокрым складочками. На инстинктах сжимаюсь, чисто по-девичьи паникую. Это не я, это тело. Я хочу. Очень хочу.

— Рано бояться, малыш, — усмехается в мою грудь, прикусывая сосок, оттягивая его зубами. — Больно пока не будет, — хрипит и спускается поцелуями ниже к животу, играет языком с моим пирсингом. И несмотря на то, что я несколько минут назад кончила, снова плаваю на грани оргазма. Я готова кончить еще раз только оттого, что он целует и жадно ласкает. От близости его сильного тела, оттого, какой он необузданный и порывистый.

Вадим подхватывает мои бёдра и поднимает их выше, притягивая к своему лицу мою промежность.

Снова пытаюсь рефлекторно сомкнуть колени, но Вадим не позволяет.

— Тихо, малышка, тихо. Тебе понравится.

Голос у него такой… хриплый, тягучий, бархатный. Можно кончить только от этого голоса.

Его губы снова жадно впиваются в мои, но уже в нижние. С громким стоном содрогаюсь, запрокидывая голову. Сжимаю его волосы. Он творит с моим телом что-то невообразимое. Меня все больше и больше затягивает в этот омут экстаза. Я, конечно, раньше ласкала сама себя и кончала, но чтобы так остро и почти болезненно — никогда. Мои собственные пальцы — так, детские игры, по сравнению с его губами и умелым горячим языком.

Вадим бессовестно облизывает меня там. Всю полностью, слизывая мою влагу, всасывает клитор и играет с ним языком, извлекая из меня стоны все громче и несдержаннее.

Все удовольствия концентрируются в одной точке между ног, и мне уже почти больно и хорошо одновременно.

Уже на инстинктах развожу ноги шире и выкрикиваю «да-а-а-а», притягивая его за волосы туда, где больше всего хочется.

— Какая жадная девочка, — усмехается и кусает меня за клитор. И всё! Я улетаю в пропасть острого оргазма, чувствуя, как его язык снова вылизывает мое удовольствие. Отпускаю его волосы и стискиваю простыни на кровати, закатывая глаза.

Я даже не осознаю, что он поднимается выше, располагается между моих ног и упирается в мокрые складки головкой члена. Я еще дрожу и с закрытыми глазами лихорадочно ищу его губы. И он целует меня глубоко, сплетая языки. А его руки стискивают мои бёдра, надёжно удерживая, чтобы не вырвалась.

— А-а-а-а! — вскрикиваю и кусаю его губы, когда он врывается в меня одним мощным толчком на всю длину.

Вадим замирает, и я вместе с ним, распахивая глаза.

Это больно, да.

Очень больно…

Судорожно дышу, пытаясь привыкнуть. Чувствую себя так, словно в меня засунули что-то очень большое и невыносимо растянули.

— Малыш… — глотает воздух Вадим, убирая волосы с моего лица. — Ты же хотела быть моей?

— Хотела, — обнимаю его шею и утыкаюсь губами в его плечо.

— Ты моя. Добилась, чего хотела. И это больно, да… — выдыхает. — Расслабься и впусти меня, станет легче. Назад дороги нет.

— Куда впустить? — поднимаю голову, заглядывая ему в глаза. — Ты и так весь во мне!

— Нет, — смеётся. — Ещё недостаточно, — двигает бёдрами, толкаясь в меня.

Паникую, тело рвётся само собой, пытаюсь оттолкнуть Вадима, упираясь в плечи. Мое тело в истерике, но на самом деле я не хочу, чтобы он останавливался.

Вадим хватает мои руки, сплетает наши пальцы и поднимает их над моей головой, прижимая, чтобы не дёргалась.

— Девочка моя… — судорожно сглатывает. — Впусти меня, мне очень надо.

Нас обоих трясёт от ощущений.

Пытаюсь расслабиться, закрываю глаза, глотая воздух.

— Давай…

И он двигается, сначала медленно, но с каждым разом все быстрее и глубже. Уже не так шокирующе больно, больше обжигает и растягивает, хотя казалось, что уже некуда.

В какой-то момент открываю глаза, ловлю его сумасшедший взгляд, и всё. Забываю о боли. Я вижу, как ему действительно надо, как ему горячо и тоже невыносимо. Сама тянусь к его губам, проводя по ним языком, оплетаю ногами его двигающиеся бедра, позволяя этому мужчине всё.

Ему всё можно…

Его так много во мне. Это невыносимо и прекрасно. Всё как мне надо. Как я хотела.

— Малышка моя. Лиза, — хрипло выдыхает, впиваясь губами в мою шею. — Очень сладкая девочка. С ума меня свела, зараза такая, — рычит, ускоряя движения бедрами. А потом резко поднимается, выходит из меня, сжимает свой член и кончает с хриплым стоном, изливаясь на мой живот горячей вязкой спермой.

А я смотрю на его удовольствие, и меня сносит от этого. Это я смогла довести его до этого. Это от меня и со мной. Удовлетворенно улыбаюсь, кусая губы.

Мой.

— Даже не хочу знать, отчего ты такая хитрая и довольная, — хрипло посмеивается и падает на меня, утыкаясь губами в мою шею.

Обнимаю его, поглаживая по мокрой спине. Между ног саднит и горит, тело подрагивает, я вся потная и растерзана им.

Но так хорошо мне ещё никогда не было…