Глава 15

Татьяна Никифорова

Следить за Геной? Я была так удивлена, что и слов не могла подобрать, а Паша, по-видимому, истолковал мое замешательство по-своему, потому что вдруг оживился, и я сама не поняла, как оказалась за рулем собственного авто неподалеку от подъезда Симонова. Павел сидел рядом. Он надвинул капюшон куртки на лицо и казался таким забавным, что я едва сдерживала смех. Хотя, на самом деле, в ситуации было мало приятного. А вдруг у Гены действительно проблемы? Вдруг мы с Пашей недооцениваем то, что происходит с его братом? Не хотелось бы оказаться правой, но проверить стоит.

– О чем задумалась? – поинтересовался Паша.

– О том, что мы сегодня узнаем, – ответила искренне. – Надеюсь, что ничего серьезного.

– Я тоже. В любом случае, у нас будет компромат на Генку.

Я посмеялась – для вида, а на самом деле на душе было неспокойно. И где же Гена? Наконец, дверь подъезда отворилась, и источник наших проблем появился на пороге. Он осмотрелся по сторонам, а мы с Пашей переглянулись. Подозревает, что за ним могут следить? Значит, действительно, проблемы!

– Поехали, тихонько, – приказал Паша, а его брат уже садился в такси. Хорошо, хоть гололед к вечеру подтаял, и сейчас дорога просто была мокрой, иначе наши приключения могли плохо закончиться. Я ехала за такси, чувствуя себя супершпионкой, которая сражается с вселенским злом. Паша сидел рядом и молчал, но даже его молчание было сосредоточенным. Почему-то стало страшно.

– Все будет хорошо. – Паша заметил перемену в моем настроении. – Просто езжай за Геной, спокойно, без паники.

Я кивнула. Легко сказать – без паники, но трудно сделать. Через полчаса такси остановилось, радостный Гена выскочил из него и побежал к магазинчику. Да, не похож он был на жертву чьей-то аферы.

– Говорю тебе, дело в девчонке, – фыркнул Паша, когда его брат появился на пороге магазинчика с букетом роз. – Уже нашел себе кого-то.

От сердца отлегло. Нашел – как говорится, совет да любовь. Конечно, жаль Генину девушку, которая сейчас на гастролях, но вряд ли она не понимала, что с его стороны нет любви. Договорной брак – не та участь, которую можно пожелать. А Гена шел прочь по улице. Мы припарковали авто и медленно двинулись за ним. Идти пришлось недалеко. За углом находилось одно из моих самых любимых кафе. Оно называлось «Августина». Мне нравилось, что кафе располагалось на двух этажах. На первом – общий зал, на втором – столики, отгороженные ширмами. Тем не менее, оттуда было прекрасно видно, что происходит внизу. Гена не стал подниматься наверх, выбрав столик у окна, а мы с Пашей осторожно скользнули на лестницу и заказали отдельную «нишу». Вот теперь и мне стало любопытно, кого же мы ждем.

Заказ сделали минимальный – Паша выбрал салат, я сразу десерт. И теперь каждый ковырялся в своем блюде, не спуская глаз со столика Гены. Но вот он поднялся кому-то навстречу. Я пригляделась и почувствовала, как отвисает челюсть. Катька! Это же моя Катька! Но она ни словом не обмолвилась, что встречается с братом Паши. А я думала, мы доверяем друг другу. Видимо, зря. Даже стало обидно. Можно подумать, я бы кому-то рассказала. А парочка села за столик, официант подал вино. Они так смотрели друг на друга, что было заметно даже нам.

– Вот тебе и пианистка, – прошептал Паша.

– Думаешь, он оставит Лизу? – спросила я. Несмотря на обиду, не хотелось бы, чтобы Генка разбил Кате сердце.

– Не знаю. Главное, чтобы снова не послушал маму. Сама понимаешь.

Понимала, еще бы. На самом деле, это страшно, когда человек не может защитить свою точку зрения и надеется, что за него это сделают другие. Не сделают! Потому что выбор каждый совершает сам, а потом и отвечает за него. Я вот выбрала этот вечер провести с Пашей, следя за его братом. Глупо? Возможно, но здесь я чувствовала себя счастливой.

– А чем мы хуже? – вдруг сказал Паша. – Официант, мы хотим дополнить заказ!

– Паш, ну зачем? – смутилась я, а мой любимый начальник уже заказал бутылку вина, фрукты, закуски. И наша слежка постепенно превращалась в настоящее свидание. Мы перестали обращать внимание на Гену и Катю. Комфортно им вместе? Так к чему завидовать? Нам тоже хорошо.

– За нас, – Паша поднял свой бокал.

– За нас, – ответила я, и бокалы приятно зазвенели, соприкасаясь.

– Знаешь, Тань, а я рад, что этот вечер мы проводим вместе, – вдруг сказал Паша. – Не подумай ничего плохого, я просто…

– Я тоже рада, – перебила его. – И вечер чудесный. Так что не будем злиться на Гену и Катю за их секреты.

– Не будем.

И мы дружно рассмеялись. Сидели, как хорошие знакомые, и разговаривали ни о чем. О том, где бывали, что видели. О планах на будущее. И это было волшебно, потому что я чувствовала себя рядом с человеком, который меня понимает. Может, не так уж неправо было гадание? И надо только открыть глаза, чтобы заметить: люди не всегда такие, как кажется. У них есть свои недостатки – но есть и достоинства. Стоит только это понять.

А Гена пригласил Катю на танец, и они кружились по танцполу. Оставалось порадоваться, что они счастливы. Но ведь и мы счастливы тоже, только совершенно по-своему.

– Потанцуем? – спросил Паша, заметив мой взгляд.

– Не стоит. – Почувствовала, как щеки заливает краска. – Я не очень хорошо танцую.

– Какая разница?

И Паша протянул мне руку. На втором этаже был свой танцпол, и сейчас мы стали единственной парой, которая рискнула на него выйти. Двигаться в такт музыке было легко и приятно. А еще дарили уверенность руки Паши, привлекавшие меня к себе. Но, увы, рано или поздно все хорошее заканчивается. Так и этот вечер подошел к концу. Гена и Катя уехали первыми, мы – следом за ними. Паша казался тихим и задумчивым.

– О чем ты думаешь? – не выдержала я.

– О том, а не оккупировать ли твой диван до утра, – усмехнулся он. – Потому что дома будет допрос, а у меня завтра важная встреча, и хотелось бы провести её на свежую голову.

– Понимаю. Только диван занят мамой и папой, есть кресло на кухне, – улыбнулась любимому… теперь уже точно любимому мужчине. – Только сообщи родителям, где ты, чтобы не волновались. А мои против не будут.

– Я уже взрослый мальчик и ни перед кем не отчитываюсь.

– Все равно сообщи.

– Хорошо.

Паша набирал смс, а я свернула к дому. Глупо было так радоваться мелочам, но если не им, то чему вообще радоваться? Мы поднялись ко мне и почти сразу разошлись спать. Действительно, оба устали, и время было позднее. Вот только я никак не могла заснуть, поэтому на цыпочках прокралась к двери на кухню и заглянула туда. Паша, в отличие от меня, спал крепко. Он казался умиротворенным и домашним. Я улыбнулась, мысленно пожелала ему спокойной ночи и пошла к себе.

Утром Паша уехал домой переодеваться, а я поспешила на работу. Если начальника нет на рабочем месте, это еще не значит, что и мне не нужно там быть. Успела вовремя, села за стол, включила ноутбук, когда в двери постучали.

– Входите.

Вот только я совсем не ожидала, что на пороге появится Ника.

– Кажется, вы ошиблись дверью, – нахмурилась я, разглядывая яркую помаду, вызывающе короткую юбку и сапоги на высоком каблуке.

– Нет, я пришла к тебе.

Ника прошла в кабинет, села в кресло и вольготно закинула ногу на ногу.

– Надо поговорить, Танюша, – сказала она.

– Я вам не Танюша, а Татьяна Александровна.

Внутри все закипело от негодования. Это какую надо иметь наглость, чтобы вот так просто вломиться ко мне в кабинет? Я даже подумывала нажать на кнопку вызова охраны, но пока Ника не делала ничего предосудительного. Что ж, поговорим.

– Мне все равно. – Гостья махнула на меня рукой, как на какую-нибудь муху. – Сама понимаешь, что разговор пойдет о Павле. Ты ведь не дурочка, Таня. Должна осознавать, что ты для него – лишь замена мне, попытка уязвить, доказать, что он способен за пару дней найти другую девушку.

– Конечно, Паша ведь такой плохой, – решила перенять её манеру общения. – Я слышала в ресторане, что ты рассказываешь о нем своим подружкам. И внешность подкачала, и в постели не ас. Что же ты тогда с ним встречалась, Ника? Ах, да! Из-за денег.

– А ты, можно подумать, нет?

– Я – нет.

Действительно, что-что, а Пашины деньги мне были ни к чему. Мне своих хватало. Но вот отношение Ники к нему коробило.

– Послушай, Таня, – Ника подалась вперед всем корпусом, выпячивая декольте. – Давай договоримся по-хорошему. Не надо рассказывать мне сказки о большой любви. Паша – не тот человек, к которому применимо это чувство. Ты бросаешь Пашу, а я помогу тебе перевестись в другую компанию на куда более высокую должность и заплачу.

– Меня устраивает и моя, – пожала плечами. – А вот тебе лучше уйти, пока я не вызвала охрану. Не понимаю, почему тебя вообще пускают в этот офис. Тоже за деньги? Думаешь, этим все измеряется? Хотя, для тебя, наверное, все так и есть. Удачи в поисках другого дурака!

Ника подскочила и вылетела за дверь. Ничего иного я от неё и не ожидала. Показуха, сплошная показуха. Вот только говорить ли Паше, что она приходила? Ему ведь не до неё. Так и не нашла ответа на этот вопрос, а сам Павел появился только после полудня. К тому моменту я успела сбегать в ближайшую блинную, потому что была уверена: он снова забыл обо всем на свете.

– Таня, принеси мне документы по Амосову, – попросил Паша отрывисто, сразу включая компьютер.

– Сейчас.

Я кинулась в свой кабинет, взяла нужную папку, с которой мы работали накануне, и вернулась к начальнику. Опустила перед ним папку и подвинула тарелку с блинчиками.

– Что это? – удивленно уставился на меня Паша.

– Обед, – пожала плечами. – Ты ведь на встрече был, точно не обедал. Я пойду?

– А… Да. Хотя, нет, подожди. Продиктуй мне цифры, хочу кое-что сверить, а то не сходится.

Я принялась диктовать, а Паша проверял что-то на экране. А когда закончила, блинов и в помине не осталось. Зато мой начальник уже помчался куда-то, позабыв обо всем на свете. Нет, не буду говорить о Нике. У него и без того хватает забот.

Увы, кто меня спрашивал? Еще через полчаса Паша появился в дверях моего кабинета, и выглядел он совсем не довольным.

– Что-то случилось? – я не сразу связала визит Ники и его плохое настроение.

– Это ты мне скажи. – И Павел так взглянул на меня, что я снова почувствовала себя маленькой Танечкой перед грозным Пауком.

– Вроде бы ничего.

– Ничего? – он кинулся вперед и с силой ударил ладонями по столу. – Ничего, Таня? То есть, теперь это так называется? Почему ты не сказала, что приходила Ника? Или это меня, по-твоему, не касается?

– Конечно, касается, Паша, – ответила, чувствуя, как замирает душа. – Но мы просто поговорили, и она ушла.

– Просто? С ней не бывает просто, Таня. Чего она хотела?

– Предлагала мне деньги, чтобы я от тебя отказалась.

У Паши заиграли желваки, а мне стало жутко. Давно не видела его в такой ярости. Наверное, с тех пор, как наша компания провалила один важный контракт. После этого никто не рисковал злить начальника, и вот теперь весь его гнев оказался направлен на меня.

– Деньги, значит? – вдруг в голосе Паши зазвенел лед. – Что ж, я и предполагал нечто подобное. И что ты ей ответила?

– Конечно, нет!

Сам вопрос обидел до глубины души. Можно подумать, я могла согласиться. Хотя, похоже, Паша именно так и считал, раз уж спросил. Он и сам понял, что перегнул палку, потому что понизил тон:

– Извини, не хотел тебя обидеть. Но о таких вещах, как появление моей бывшей, предпочитаю узнавать сразу, потому что Ника – не тот человек, вмешательство которого в мою жизнь я собираюсь терпеть.

– И что ты ей сделаешь? – спросила я.

– Охрана уже была предупреждена на её счет, так что для начала узнаю, как она вообще тут появилась. Я думал, что достаточно дал понять: ей больше нет места в моей жизни, но, видимо, придется повторить для закрепления.

Я не стала ничего говорить. Только от мысли, что Паша снова встретится с Никой, стало горько. А вдруг она сумеет его переубедить? Вдруг… я и сама не знала, чего боялась, и обида жгла огнем.

– Иди, работай, – смилостивился Паук. – А я позвоню Нике.

Я скрылась в своем кабинете. Инна проводила меня задумчивым взглядом. Увы, чаще всего как раз секретари видят, знают и понимают все на свете. Вот и Инна, похоже, заметила, что я едва не плачу. Конечно, через стенку мне не было слышно, о чем Паша разговаривает с Никой. Оставалось надеяться, что не о примирении. Потому что… Что? Он ничего мне не обещал, не объяснялся в любви. Один поцелуй… Точнее, два, если считать тот, на котором настояли родители – не в счет. Поэтому разве я имею какие-то права на Пашу? По всему выходит, что нет.

Где-то через полчаса услышала, что он уходит. Хлопнула дверь, Павел что-то сказал Инне. Можно было делать ставки на то, что он поехал к Нике. Я хотела бы взяться за работу, но не могла, поэтому просто обхватила голову руками и замерла, стараясь не разреветься, но предательские слезинки все равно покатились по щекам. Как глупо! Все, что чувствую к Паше – до невозможного глупо. Горечь наполняла сердце, и хотелось сбежать как можно дальше из этого офиса, только разве возможно скрыться от собственных чувств? В том-то и дело, что нельзя. Оставалось их просто признать.