Глава 25

Татьяна Никифорова

Я до позднего вечера сидела у окна. Пару раз попыталась дозвониться Паше, но гудки шли, а он не брал трубку. Наверное, в эту минуту впервые поняла со всей полнотой, что он чувствовал, когда звонил, но мой телефон был отключен. Почему-то стало страшно. А вдруг что-то случилось? Но снова звонить не стала, вместо этого сидела и ждала, а когда под окнами остановился черный автомобиль, не поверила своим глазам. Первым порывом было бежать вниз, нестись через две ступеньки, убедиться, что не сон. Вот только из авто никто не выходил. Думает, что я уже сплю? Не уверен, что стоит заходить? Я не выдержала и набрала его номер. А когда Паша все-таки решил подняться, сделала вид, что ничего не произошло, будто утром он привычно ушел на работу, а вечером вернулся домой. А потом долго лежала рядом, прислушиваясь к его дыханию. Очень хотелось прижаться, обнять, сказать, что люблю, и мне жаль из-за нашей ссоры, но я молчала, и Паша тоже.

Утром было так жалко его будить! Знала ведь, что он уснул очень поздно, а день и не обещал быть легким, поэтому тихонько поднялась и шмыгнула на кухню готовить завтрак. О наших проблемах мы поговорим потом, а сейчас стоит просто переступить через обиды и попытаться не сделать трещину между нами больше.

Как и ожидала, Паша пронесся по квартире ураганом, позавтракал почти что на ходу и умчался в офис. А мне чем заняться? Гена не звонил. Значит, не смог связаться с Никой, и наше расследование Пашиных проблем не продвинулось. И я маялась, не зная, чем заняться. Устроила генеральную уборку в квартире, приготовила пиццу на ужин, и когда уже поглядывала в сторону стиральной машины, зазвонил телефон.

– Привет, Кать, – поспешила ответить.

– Привет, подружка, – весело ответила та. – Есть новости. Гена связался с Никой, навешал ей лапши на уши и позвал в ресторан, так что вечером у нас ловля на живца.

– Что? – не сразу поняла я.

– Ловля на живца, как в кино. Тань, ты там что, спишь? Включай голову. В семь часов приезжай ко мне, будем играть в шпионок.

– Кать, может, не надо?

Я прекрасно знала, что может устроить подруга, поэтому не торопилась соглашаться.

– Как это не надо? Не беспокойся, Ника нас не увидит, а Генка разработал замечательный план. Надень что-нибудь неброское, не хватало еще, чтобы бывшая твоего Пашки нас узнала. Точнее, тебя.

– Хорошо, в семь буду.

Иногда с Катей легче согласиться, чем пререкаться. Паша вряд ли вернется домой рано, и потом, он не обещал, что вечером приедет ко мне, поэтому я в половине седьмого заперла дверь и поехала к подруге. Понятия не имела, что именно она имела в виду под «игрой в шпионок». Мы пойдем в тот же ресторан? Ника нас сразу узнает. Или будем сидеть в кустах в засаде? Смешно, честное слово. Вот только оделась в серую водолазку и черные джинсы, как и просила Катя. Подъезжая, набрала её номер, и Катерина уже ждала меня у подъезда.

– Ну наконец-то! – нырнула в тепло автомобиля. – Ты что, училась водить у черепашки?

– Я не опоздала, – посмотрела на часы. – А где Генка?

– Уже уехал, минут десять назад. Не стоит нам появляться вместе.

Точно игры, только уже не забавные. На кону стояло слишком много: моя работа, Пашина должность, правда, которую мы оба хотели знать.

– Куда едем?

– К ресторану «Антик». Там Генка будет ужинать с Никой, а мы с тобой послушаем, о чем пойдет речь.

– И каким образом?

– Мы с Генкой настроили микрофон в его телефоне, так что услышим все в лучшем виде, – пообещала Катя, и у меня не было повода ей не верить. «Антик» так «Антик». Я никогда не была в этом ресторане, и почему вдруг Гена решил пригласить Нику именно туда, не знала. Интересно, что он ей наговорил? Что заставило её согласиться? Думаю, эту тайну мне Генка не откроет, но, может быть, спрошу.

Впереди показалось здание ресторана – белого, украшенного статуями на входе. Уверена, безумно дорогое местечко. Может, мы с Катей закажем воды, и на этом все?

Вышла из авто и уже свернула к ресторану, когда Катя перехватила меня за локоть.

– Э, нет, подруга, нам не туда, – скороговоркой выпалила она и указала на пиццерию напротив. – Смотри, из тех окон зал «Антика» неплохо просматривается. Так что пицца – наше все.

Слава богу, а то я уже испугалась. В пиццерии было многолюдно, но нам повезло. Молодая пара только что покинула зал, и освободился столик на двоих у самого окошка. Катя кинулась туда и села раньше, чем кто-нибудь успел пошевелиться, и мне оставалось только занять стул напротив. Генку мы увидели сразу. Он тоже выбрал столик у окна и пока что оставался один. Брат Паши то и дело поглядывал на окна пиццерии, заметил нас и помахал рукой. Мы с Катей помахали в ответ, а Катя показала свой телефон. Гена в ответ поднял свой, а затем опустил его на столик. Катька потыкала в экран и протянула мне наушник.

– Привет, девчонки. Как слышно? – раздался голос Генки и гул музыки.

– Отлично, зай, – ответила Катя. – Твоя фифа идет. Помни, я вас вижу.

Вот она, великая женская ревность! Мы сделали заказ, а к ресторану действительно приближалась Ника. Я оценила и белую шубку, и ботфорты на шпильке, и мини-юбку. Или это платье? В зал «Антика» она вошла уже без шубки. И все-таки платье.

– Ох, и фря! – фыркнула Катька. – Я, конечно, к Паше твоему хорошо отношусь, но чем он думал, когда начал встречаться с вот такой леди?

– О статусе компании, – вздохнула я. – Либо о том же, о чем думают большинство мужчин при виде девушки подобного типа.

– И то верно. Хорошо, хоть Генка не такой.

Ага, не такой. Они ведь братья, но любовь зла, и если Гена ради Кати пошел против мамы, значит, действительно испытывает к ней чувства. Оставалось только порадоваться за них и надеяться, что ничто не сумеет их разлучить. А что Катя ревнует, это очевидно. Я сама ревновала Пашу к Нике, хоть и понимала, что их разрыв окончательный.

– Привет, – ожил микрофон.

– Привет, – пропела Ника. Гена поднялся навстречу и неловко мазнул губами по подставленной щеке.

– Прибью, – прошептала Катя.

– Тише ты!

Ника села за столик, подали вино. Какое-то время мы слушали ничего не значащий щебет. Гена пытался расположить к себе собеседницу, сыпал шутками и прибаутками, строил глазки. Катя нервничала, но не вмешивалась, хотя было заметно, что она мечтает пойти туда и вырвать Нике пару клоков волос. Я бы тоже не отказалась, если честно.

– А с работой ты уже все решил? – как раз спрашивала Ника.

– Да, пока обосновался у Паши в офисе, но не думаю, что это надолго, – отвечал Гена.

– Почему?

– Не мое это, и образование у меня другое. Да и работать с братом – то еще испытание.

– Так, может, признаешься, зачем пригласил меня в ресторан? – рассмеялась Ника.

– Ты мне еще на ужине понравилась, – подмигнул Генка. – Но тогда между вами с Пашей все было неясно, а теперь он с Таней, ты свободна, и я решил, почему нет?

– И Паша по-прежнему встречается с этой амебой? – нахмурилась Ника, а я закусила губу.

– Они любят друг друга. – Генка ловко подлил масла в огонь. – Таня – хорошая девчонка, почему нет?

– Да потому, что Пашка встречается с этой мышкой назло мне!

Намек сработал правильно, Ника вскипела, а Гена только улыбался.

– Не думаю, – ответил он.

– Да? Просто ты не знаешь. Она давно вокруг Пашки вилась, а я, дурочка, поссорилась с ним из-за мелочи. Сама мириться не пошла, гордая. А когда рискнула, оказалось, что место уже занято. Вот как он мог, а?

– Ты в сто раз лучше, – заявил Генка. – И мне промах Паши на руку, иначе мы бы тут не сидели.

– И то верно, – улыбнулась Ника. – И знаешь, что я тебе скажу? Ты тоже в сто раз лучше своего брата.

– Это еще почему? – рассмеялся наш «шпион».

– С тобой легко, весело и интересно. И не хочется уснуть.

– Значит, выпьем за наших бывших, чтобы у них все сложилось так же хорошо, как у нас.

Правильно, шампанское – это плюс. Может, Ника станет разговорчивее.

– Кстати, тебе действительно стоит сменить работу. – Ника, кажется, окончательно поверила в откровенность Гены. – Я слышала, у Паши большие проблемы из-за его новой симпатии.

– Он не рассказывал, – пожал плечами Генка. – А что такое?

– Как, ты не знаешь? Кто-то слил документы из вашего офиса. Все указывает на святую Танечку, и только Паша не верит. Впрочем, это его проблемы. Давай поговорим о другом.

– Подожди! Паша мне ничего не говорил. – Генка талантливо разыгрывал лопуха, я бы тоже поверила.

– И не скажет. – Ника призывно наклонилась вперед, наверняка, выпячивая декольте. – Кто же признается в своих косяках?

– А тебе кто рассказал?

– Сорока на хвосте принесла.

Ника рассмеялась, Генка вторил ей, а мы с Катей переглянулись.

– Никто ей рассказать не мог, – заявила я.

– Я тоже так думаю. Тем более, о ситуации известно небольшому кругу лиц, если я правильно понимаю, и твоя Ника в этот круг не вхожа.

– Значит, мы на правильном пути. Может, Генка её дожмет?

– Или я его дожму, потом, – пообещала Катя, терпение которой трещало по швам. И вдруг я заметила знакомый автомобиль, припарковавшийся неподалеку от ресторана.

– Кать, – вцепилась в руку подруги.

– Что? – вздрогнула та. – Ты чего, Тань?

– Посмотри.

И указала на Пашину машину. Он вышел торопливо, захлопнул дверцу, включил сигнализацию и пошел к «Антику». Сейчас Паша увидит Гену с Никой, и пиши пропало! Прежде, чем мы ему все объясним, он открутит брату голову. Я схватилась за мобильный, вот только Паша не пошел в зал, где сидели Гена и Ника, а присел за столик в другом помещении. Ждал кого-то? Судя по всему, да, потому что не прошло и пяти минут, как к нему подсела хорошенькая брюнетка. Мне бросился в глаза яркий макияж и алая помада. Что все это значит?

– Тань?

Видимо, я переменилась в лице.

– Я не знаю эту девушку, – сказала тихо.

– И что с того? Может, это деловая встреча? – пыталась убедить подруга.

– В ресторане? Вечером? И девушка одета для романтического ужина, а не для деловой встречи.

Действительно, короткое черное платье облегало фигуру брюнетки как вторая кожа. При каждом движении оно будто тоже шевелилось. Я смотрела на них и чувствовала, как внутри что-то обрывается. А Паша наклонился ближе к своей собеседнице, они почти касались друг друга. Я даже не слышала, о чем говорят Гена и Ника. Все мое внимание было приковано только к Паше и его собеседнице.

– Танька, прекрати себя накручивать! – вмешалась Катя. – Подумаешь, ужинает с кем-то. Может, договаривается о новом контракте, или что-то выспрашивает. Мы ведь сидим тут, как две дурочки. А Гена, между прочим, в соседнем зале с Пашиной бывшей.

– Да, ты права. – Я с силой стиснула кулачки. – Ты права, Кать. Пойду-ка, поздороваюсь.

И вылетела из-за столика. Подруга дернулась за мной, но её перехватил официант, чтобы расплатилась, и пока она отсчитывала деньги за пиццу, к которой мы не притронулись, я накинула пальто, перелетела через дорогу и вошла в ресторан.