Глава 7

По прилете в академию Тея поспешила в душ, смыть прилипший песок и соль. Весь полет кожу неприятно стягивало. После этого Таласс и Полор отправилась в инфозал, где и нашли Кристиана. Друзья недолго поговорили про выходные и выбрали самый дальний стол рядом с иллюминатором для подготовки к завтрашнему дню.

Сегодня администрация академии прислала обновленное расписание, и нужно было повторить лекции по физике и социологии; как сказала Полор, профессор Улма хоть и занудно вел сами лекции, но опросы проводил активные.

Лира работала над своим проектом, и у Теи проскочила мысль, что ей тоже пора определяться с темой. Кристиан решал задачи по расчету скорости вращения радиопульсаров. Ругался, хватался за волосы и продолжал разбираться. Тея не стала предлагать свою помощь еще раз, если созреет — обратится. Она молча указала на ошибку в работе Дюмона, из-за которой у него сыпались все расчеты. Тот сокрушенно воскликнул, поблагодарил Тею и продолжил разбирать задачи.

Тея приступила к диалектам, она еще раз открыла ответ из филиала академии сектора В226 и нашла свои наработки с прошлой недели. Когда начала набрасывать план доклада, резко остановилась, подумав про Арову. Тея никогда не страдала альтруизмом и делать всю работу за обнаглевшую сокурсницу не собиралась.

Тея поднялась со своего места и набрала на коммуникаторе Арову, та ожидаемо не ответила.

Таласс обратилась к Лире:

— Ты знаешь, в какой каюте живет Арова?

Полор не знала. И потому Тея сделала просто. Она встала на стул и, повернувшись в зал, крикнула:

— Народ, в какой каюте живет Арова?

Вечером выходного дня здесь было многолюдно. Сокурсники делились эмоциями, общались, отдыхали и готовились к новой учебной неделе. Послышались шепотки, голоса, и кто-то неуверенно сказал:

— Вроде в 3121?

— Нет, я одна, ко мне никого не подселяли, — ответил женский голос, за которым последовал стройный ряд предложений от мужской части курса по переселению и проживанию. Кто-то всерьез намерен был съехать от своего соседа. Тея не стала долго ждать и перебила:

— Хорошо, в каких каютах она не живет?

Выслушав ответы, Тея быстро запомнила номера комнат и уверенно отправилась искать Агнию.

На входе в инфозал она увидела Войт. Та вспыхнула глазами и демонстративно встала так, чтобы Таласс пришлось ее обойти или остановиться. Но Тея была настолько зла на Арову, что, не сбавляя скорости, сказала:

— С дороги, Войт.

— Ну уж нет, замарашка, ты меня выслушаешь.

— Я сказала, с дороги, мышь лабораторная, — она прошла мимо Сирены и больно задела ту плечом. Войт схватилась за руку и громко сказала:

— Все видели? Да она же неадекватная!

Но Тея уже этого не слышала, она начала методично нажимать на кнопки у кают, оповещающие о посетителях. Около очередной двери женского крыла Тея задержалась и прожимала кнопку с удвоенной силой. Чутье ее не подвело. Арова открыла дверь, как всегда, с идеальной укладкой и макияжем.

— О, Таласс, — она окинула ее прохладным взглядом, — зачем ты здесь?

— Ты издеваешься? — постаралась как можно спокойнее спросить Тея.

Арова проверила свой маникюр:

— Я не издеваюсь. Зачем ты пришла? И еще так вульгарно громко и навязчиво звонила…

— Агния, ты даже себе представить не можешь, насколько я близка к тому, чтобы схватить тебя за твои идеальные локоны и протащить через весь инфозал, чтобы ты наконец тоже приняла участие в работе над нашим общим докладом!

От такой эмоциональной речи брови Аровой немного поднялись, выдавая удивление. Тея молчала, желая узнать, что предпримет Агния.

Однокурсница вздохнула.

— Подожди, — повелительно сказала она и скрылась в глубине каюты. Вернулась довольно быстро, в руке держала планшет. Арова вышла в коридор и чипом заблокировала входную дверь.

— Ну, вперед, Таласс, ты же так рвалась к знаниям, — устало сказала Арова, откинула волосы за спину и плавно двинулась в сторону общего холла.

Тея постояла еще пару мгновений, взывая ко всем известным нейтральным фундаментальным частицам, и вернулась в инфозал вслед за Агнией.

То, что Арова присутствовала рядом, никак не ускорило процесс написания доклада. Агния отвлекалась, печатала что-то в коммуникаторе, на вопросы Теи отвечала невпопад. Через час бесполезных попыток вытянуть хоть что-то из Агнии Тея свернула все наработки и обратилась к Аровой:

— Нужно поговорить.

— Мы весь вечер только и делаем, что говорим.

Лира, не поднимая головы, рассчитывала маршрут для своего проекта, поэтому Таласс сказала:

— Без лишних ушей, у меня в каюте.

Агния обреченно вздохнула и закатила глаза, но с места поднялась и дошла до комнаты Таласс.

— Арова, какого распоследнего нейтрино происходит? — прямо спросила Тея, начиная расхаживать по каюте. — Ты не отвечаешь на звонки, не отвечаешь на сообщения. Не перезваниваешь. Ты меня ни с кем не перепутала? Я не твой очередной поклонник, Арова! Мы должны написать доклад. Вместе! — Тея сама не заметила, как стала повышать голос. — Но, драные черные дыры, ты приложи хоть немного усилий!

— А почему ты на меня орешь? — дрожащим голосом спросила Арова. Тея посмотрела на нее и опешила. Глаза, наполненные слезами, губы дрожат. Ледяная принцесса вцепилась в свой планшет и из последних сил сдерживала слезы.

— Хорошо, — Тея подняла руки так, будто перед ней стоит человек с ядерной боеголовкой, — я не буду орать. А ты не будешь рыдать. Хорошо?

Агния судорожно задышала и все равно расплакалась. Слезы потоком лились из голубых глаз, и Арова аккуратно их вытирала. Она села на кровать и начала беспокойно говорить:

— Я знаю, что я здесь лишняя! Знаю! Отец мне говорил! И мама тоже! Но я не могу без него, понимаешь?!

Тея растерянно кивала, ничего не понимая. Но, чтобы выйти на конструктивный диалог, нужно дать человеку выговориться. И потому Тея молча подала Аровой стакан воды. Агния даже на грани истерики выглядела отлично. Таласс подумала, что если бы она вот так разрыдалась, то ее сопровождал бы полный набор из красного опухшего носа, маленьких заплаканных глазок и некрасивых пятен на щеках. А Арова даже плакала красиво и благородно.

— Он говорил не ехать за ним, говорил, что это глупая затея, но как я могла быть без него? Я не могла его отпустить! Он все, что мне нужно! Понимаешь? — она подняла глаза, с надеждой глядя на Таласс.

— Не понимаю, Агния. Но ты, кажется, уже успокоилась, попробуй рассказать все по порядку.

— Берн. Все из-за него. Мы учились в планетарном медицинском университете вместе. Я… мама уверена, что я должна учиться управлять ее косметологическим бизнесом, и потому отправила меня учиться на нужную специальность. А мне все равно было. Мама с папой, ну, они в разводе уже давно. Отец постоянно в командировках, и потому я жила с мамой. Но дело не в этом. Мне было все равно, где учиться. Я поступила туда, куда сказала мама, а там познакомилась с Берном. Но Берн всегда мечтал летать, он грезил космофлотом с детства, мечтал стать военным доктором, и когда рекрутеры прибыли к нам, то его отобрали первым! Сразу! А я люблю его, понимаешь? Как я могла остаться без него?!

Арова так быстро говорила о своем личном, будто боялась, что не успеет все рассказать. Но Таласс опустилась на кровать Полор напротив Аровой и слушала внимательно, не перебивая.

— А когда он заявил, что улетает в главный филиал ВВАМП, я попросила отца, и он организовал перевод и мне…

— И что же тебя сейчас так расстроило? Вы же вместе.

— В том-то и дело, что нет! Он непробиваемый, упертый!.. — Агния вскочила и заходила по каюте.

— Вы не встречаетесь с Убертом? — уточнила Тея.

— Нет! — Агния чуть опять не разрыдалась, но быстро взяла себя в руки. Посмотрела на Таласс и пояснила: — Мы и не встречались на нашей планете, а просто общались. Он не похож на других. Он не старался меня соблазнить или покорить. Расположить как-то к себе. Он просто был рядом и молчал, по большому счету… — Агния мимолетно улыбнулась своим воспоминаниям. — Мы дружили, просто дружили, ходили в парки, гуляли, говорили и обедали вместе, и на парах сидели рядом, но ни разу он даже не попытался меня поцеловать! Ни разу! И когда я полетела за ним, думала, что он все поймет, что, ну это же очевидно, это как признание! Но он и тут ничего не предпринимает! И тогда на лекции этой Земельски я просто сказала вслух, о чем давно мечтаю, но и это не помогло! А сейчас я не знаю, что мне делать… Я улетела за единственным мужчиной, с которым хотела быть вместе, но, кажется, я ему совсем не нужна… Я бросила маму, я впервые воспользовалась служебным положением отца… Я в растерянности, Таласс. Я думаю, что мне нужно вернуться обратно домой.

Под конец своей тирады Агния опять села напротив Теи и судорожно вздохнула.

А Тея вспомнила, как умилялась на лекции по диалектам Уберту и Аровой. Кто бы мог подумать, что там все так сложно…

— А ты ему говорила прямо о своих чувствах?

— Нет, но это же очевидно!

— А может, не настолько очевидно?

— Думаешь, надо сказать?

— Да. Надо сказать. Как говорил мой дед, лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и думать о том, что было бы, если.

Агния задумалась.

— И я не думаю, что тебе надо возвращаться, Агния. Только если ты совсем не хочешь здесь учиться, но ВВАМП — это лучшее учебное заведение во всем Альянсе. У тебя наконец-то появился шанс узнать, чего хочешь ты сама, а не кто-то там. Даже если это мама, папа или мужчина твоей мечты.

Агния шмыгнула носом:

— Я диалекты люблю.

— Да ладно! И когда ты планировала мне это сказать? — всплеснула руками Таласс.

Агния криво ухмыльнулась:

— Сейчас?

— Это лучше, чем никогда, спасибо, — мягко пожурила Тея.

Арова неуверенно улыбнулась. Дверь в каюту пиликнула, и на пороге появилась Лира.

— Оу, привет!

Агния мгновенно надела маску холодной принцессы и грациозно поднялась с места.

— Спасибо, Таласс, за разговор. Я напишу тебе о дате нашей встречи, чтобы поработать над докладом.

— Стоп, Арова. Можешь засунуть свой вот этот гонор знаешь куда и как глубоко? — спросила Тея, поднимаясь вслед за Агнией.

Брови дивы опять еле заметно поднялись, а потом она постаралась расслабиться:

— Прости, привычка. Я подумаю над нашим разговором. — Агния направилась к выходу и, кивнув Лире, вышла в коридор.

Полор сделала страшные глаза и спросила:

— Ты довела Арову до слез?

— Это было ее самостоятельное решение, — все еще обдумывая рассказ Аровой, сказала Тея.

Лира вопросительно подняла бровь.

— И я не могу этим поделиться, там личное.

— Я только хотела знать, что ты ее тут не пытала из-за диалектов, — мягко улыбнулась Лира и опять уткнулась в свой планшет.

Тея глянула в расчеты подруги и уже хотела уйти в ванную, как вдруг мысль яркой сверхновой взорвалась в ее голове.

— Лира, а если… — замелькали отрывочные клочки предположений, пока еще не сформированные в одну идею. — Погоди… Перельман-Тао, а если проверить теорию Эзельхауза? Не линейно, а ступенчато…

— Не думаю, что это возможно, — сказала Лира.

— Невозможно в расчете вектора кривой. А если мы перенесем на пространственную модель… — Тея взяла свой планшет и нарисовала схему гиперпрыжка.

У Лиры округлились глаза.

— Это… может сработать, но нужно много расчетов.

— Очень много расчетов, — подтвердила Тея.

— И мне одной не справиться, — Лира посмотрела на Тею.

— Ты делаешь мне предложение? — хитро улыбнулась Таласс.

— Кольца с муроном у меня пока нет, но да, — захохотала Лира, — ты будешь моим партнером по проекту?

— Лира, это самый счастливый день в моей жизни, — игриво приложив руку к груди и вытирая несуществующие слезы, заявила Тея. — Я согласна!

Подруги расхохотались и, включив музыку на коммуникаторах, принялись танцевать и дурачиться.

Утром следующего дня Кристиан, Тея и Лира, как всегда, сидели в столовой и вяло переговаривались между собой, пока на их стол не опустился еще один поднос.

Арова стояла одна и холодным взглядом окинула их компанию.

— Можно присесть?

— Конечно, — Кристиан подвинулся, освобождая место Агнии.

Тея бросила взгляд на стол, за которым неизменно сидели Уберт, Арова и Герреро с Кормаком.

Берн, нахмурив брови, следил за действиями Агнии.

— Я подумала над нашим вчерашним разговором, Таласс, — начала Агния. — И решила последовать одному твоему совету. Я останусь в академии и попробую понять, что мне нравится. А вот по поводу всего остального, — Агния выпрямила плечи и аккуратно поправляла салфетку на столе перед собой. — Я решила, что и так достаточно сделала шагов навстречу. И если он этого не видит или не хочет видеть… — У Аровой перехватило дыхание, и Тея ее прервала:

— Ты не обязана ничего объяснять, Агния. Давай просто сделаем этот чертов доклад по этим чертовым диалектам. — Тея с остервенением наколола лист салата на вилку.

— У меня есть несколько идей. Сегодня после пар в инфозале?

— Позже, у меня незабываемое свидание с доком в регенерационной капсуле.

Лира и Кристиан завели разговор о социологии, и Арова еле заметно начала расслабляться. Как будто та ледяная оболочка, которую она возвела вокруг себя, начала давать трещину.

Пара по физподготовке весело и бодро раскрасилась одышкой и черными мушками перед глазами Теи. Она старалась восстановить дыхание, облокотившись на колени, когда услышала:

— Я вызываю тебя, замарашка.

Таласс подняла голову. Рядом стояла Войт.

— Я где-то это уже слышала… Ах да, на прошлой паре. — Таласс медленно поднялась, стараясь удержать фокус внимания на Сирене. Тея все-таки поторопилась, решив, что в состоянии бежать в одинаковом темпе со всеми. — Припоминаешь? Ты тогда по мату стучала.

Тея захотела повернуться, чтобы попить, но не смогла этого сделать.

— Я. Вызываю. Тебя. Замарашка. — Сирена каждое слово сопровождала тычком, так, будто боялась замараться.

— Войт, у тебя какие-то проблемы?! — вспылила Таласс, отбрасывая ее руку.

— Ты моя проблема! — зло зашипела Сирена.

— О, святые протоны, сколько пафоса! — выдохнула Таласс. — Ну, давай, расскажи мне, что в твоей идеальной жизни пошло не по плану? Ты не успела купить лимитированную сумку? Ты встретила кого-то в таком же платье? Тебе подали стейк не той температуры? Давай, мышка, поплачь о своих бедах.

— Ты, жалкая, грязная замарашка, ты моя проблема.

— Войт, ты повторяешься. Быстрее можешь излагать свои мысли?

Сирена раздула ноздри и шагнула ближе, чтобы только Тея ее услышала:

— Таким, как ты, место на руднике, чтобы такие, как я, могли жить и тратить токены в свое удовольствие. Покупать платья и сумки и есть на завтрак то, что ты не сможешь себе позволить за всю свою никчемную жизнь. Ты маленькая грязная дрянь с отсталой планеты. Выскочка и замарашка.

Таласс сцепила зубы. Головокружение усилилось, а сердечный ритм подскочил, резко затошнило. Док сегодня увидит запредельное количество кортизола в крови Таласс.

Гребаная Войт попала в болевую точку, подобралась, когда Тея ослабла, и ударила не задумываясь. И сейчас явно наслаждалась произведенным эффектом. Почему Сирене неймется? Почему она продолжает доставать Таласс? Это либо патологическая ксенофобия, либо что-то личное… Герреро! Твою ж за ногу налево! Войт видела трансляцию с гонок! Или кто-то ей напел…

— Я вызываю тебя, Таласс! — громко крикнула Сирена, так, чтобы все слышали.

Как же Тею все это достало! Она учится, хватается за любую работу и ищет возможность забрать брата. Именно сейчас Таласс для полного комплекта не хватает ревнивой психованной дуры!

— Что ты сказала? — переспросила Сирена.

— Что ты ревнивая психованная дура, — ответила Тея, не стараясь привлечь ничье внимание. — И ты дура вдвойне, если думаешь, что я поведусь на твои дешевые провокации.

Сирена вспыхнула и кинулась на Таласс. Тея не успела отреагировать, Войт повалила ее на пол, да так, что рука Теи оказалась болезненно зажата под их телами, Сирена заехала рукой по лицу Таласс. Щеку обожгло.

— Кадеты! — рявкнула капитан Левой с другого конца зала. Сирену кто-то стащил с Таласс. Тея поднялась на ноги и, приложив руку к щеке, зашипела: похоже, эта истеричка расцарапала ей лицо. Рука болезненно пульсировала в районе запястья. Рядом толпились однокурсники, кто-то аккуратно отвел руку от ее лица, пытаясь рассмотреть ее рану.

Герреро. Чертов, раздери его на атомы, Герреро, из-за которого выбесилась Войт. Тея отбросила его руку и посмотрела на него исподлобья:

— Не трогай! Усмири свою истеричку, Герреро. Прикупи ей поводок и намордник. — И, глядя прямо в глаза Войт, добавила: — Из лимитированной коллекции. Она такое любит.

Сирена зарычала и попыталась дернуться в сторону Таласс, но подошла капитан.

— Кадет Войт, кадет Таласс. За мной.

Когда дверь в кабинет капитана заехала в пазы с тихим щелчком, Ирма Левой повернулась к кадетам:

— И как это понимать?

Тея молчала, ее до сих пор колотило от всей этой ситуации. Запястье простреливало болью, а щеку жгло.

— Я вызвала Таласс на спарринг.

— Опять? — капитан вздернула бровь.

— Да, Таласс отказалась.

— И поэтому вы, кадет Войт, напали на кадета Таласс вне круга для боев?

Войт хватило ума промолчать.

Капитан сделала выводы и сказала:

— Кадет Войт, за нарушение устава и правил вызова на бой к вам применяется дисциплинарное взыскание. — Капитан Левой начала печатать в своем коммуникаторе. — На протяжении двух недель с этого дня ежедневно, кроме выходных, вы будете отбывать наказание в тренировочном зале. Вам вверяется чистота душевых. Вопросы есть?

— Нет, — холодно ответила Сирена.

— Можете быть свободны, кадет Войт.

Сирена вышла, а Таласс с замиранием сердца ждала слов капитана. Не хватало еще тратить время, которого нет, на отработку.

— Я доложу вашему куратору, кадет Таласс. Можете быть свободны.

Тея опешила:

— И это все?

— Не терпится мыть душевые?

— Никак нет, капитан, — вытянулась Таласс.

Капитан сделала жест рукой, указывая на выход.

— Спасибо, капитан, — напоследок сказала Тея.

— Таласс… — сказала Левой, но, когда Тея повернулась, капитан махнула рукой: — Ничего, иди.

Полор, Арова и Дюмон толкались у стеллажей с инвентарем, ожидая Тею. Кристиан крутил в руках баллончик.

— Антисептик, — пояснил он.

— Валяй, — сказала Тея и, подставив щеку, зажмурилась, — а то еще заработаю бешенство.

Тея пообещала рассказать друзьям за обедом, что ей сказала капитан.

Сирена что-то шептала Герреро. Таласс отвернулась. Дальше наблюдать за ними не стала. Хватит. Пусть разбираются сами, и главное — чтобы не вмешивали Тею в свои дела.

На физике нейтронных звёзд Тея с особым наслаждением спорила с Герреро. Она опровергала все его слова и доводы просто потому, что у нее адски ныло запястье и настроение стремилось к температуре реликтового излучения[1]. Тея злилась на себя, на Герреро, на драную Войт.

— Из-за чего распадаются двойные системы? Конкретно двойные радиопульсары? Герреро и Таласс, молчать. Дайте поработать и другим курсантам.

Послышались неуверенные ответы, а Тея посмотрела на свое запястье. Синяк стал проступать все более отчетливо, и появился отек.

— Верно, курсант Дюмон, верно. А кто знает, как называется включившийся радиопульсар, который нагревает своего легкого партнера, что приводит к его полному испарению? Этого не было в учебном материале, но вдруг кто-то интересовался… Таласс, я даже не удивлен. Прошу.

— Такие пульсары называют «черными вдовами» — в честь пауков, самки которых убивают и поедают самцов после спаривания, — и, кинув мимолетный взгляд на Сирену, добавила: — Все как у людей.

Тея улыбнулась от своего мелочного замечания, а висок обожгло злым взглядом Сирены. Захотелось повернуться и показать ей неприличный жест, но Таласс вовремя вспомнила, что она курсант элитного военного учебного заведения, и сдержалась.

На обеде Арова осмотрела запястье Теи и заявила, что это растяжение и руку надо поберечь и зафиксировать. Тея выругалась: как она планирует чинить мотоцикл, если ее рабочая правая рука повреждена? Она и пальцами сейчас шевелила с трудом.

Агния предложила использовать инновационную повязку — разработку косметологического центра ее матери, которая ускоряет регенерацию и заживление.

— Схожу к доку и спрошу, может, он мне поможет. Спасибо, — Арова все больше стала разговаривать и все чаще стала выключать режим ледышки.

Оставшиеся пары прошли быстро. Тея больше не обращала внимания ни на Герреро, ни на Войт. Она сосредоточилась на своих оценках и ответах, отбросив все ненужное. Изредка она ловила на себе задумчивые взгляды Изара и вопросительные Кормака, но ни сил, ни желания как-то реагировать не было. К концу пары по социологии Альянса кисть разболелась так сильно, что Тея, баюкая руку, с нетерпением ожидала окончания учебы. Она вскочила, как только прозвучал сигнал, и, кивнув друзьям, быстро вышла из аудитории.

Тея шла по коридорам в медотсек, и ей показалось, что за ней кто-то следует. Повернувшись, вдалеке увидела Кормака и Герреро. Но мало ли куда им нужно, так? Тея не заметила, как перед ней из аудитории стали выходить четверокурсники, и постаралась обойти их, но все же не удалось избежать столкновения.

— Конфетка!

Тея зашипела, прижимая руку и защищая ее от случайных движений.

Перед ней стоял тот самый четверокурсник, Росс, кажется.

— Привет, — Тея поторопилась его обогнуть и пошла дальше, но парень увязался за ней.

— Я — Росс, помнишь?

— Помню, — буркнула Тея.

— Куда торопишься?

— В медотсек.

— Я провожу, — беззаботно сказал четверокурсник, а Тее было все равно, лишь бы уже быстрее дойти до доктора Руфи.

Росс увидел ее запястье и присвистнул:

— Дралась за планшет? Не поделили обед? Отбивалась от поклонников?

Когда Тея поняла, о чем он, усмехнулась:

— Все намного прозаичнее.

— Расскажешь? — спросил Росс, заглядывая ей в глаза.

Тея внимательно посмотрела на Росса, и ей подумалось, что парень он вроде неплохой, с сомнительными способностями завязывать новые знакомства, но кто из нас идеален?

— Возможно, но точно не сейчас, — сказала Тея, сворачивая в очередной коридор.

— Договорились. Как мне называть тебя? Таласс? Конфетка? — Тея поморщилась.

— Тея.

Росс открыто улыбнулся, явив миру ямочку на щеке. Мило.

— Тея… Это что-то значит, только не могу вспомнить… Но я обязательно выясню, Тея Таласс, — пообещал Росс и указал на дверь. — Дошли.

— До встречи, — Тея улыбнулась Россу и зашла в кабинет доктора Руфи.

Коммуникатор Изара запиликал, оповещая о входящем видеовызове. Герреро принял звонок:

— Значит так, этот Росс довел нашу конфетку до медотсека, бездарно флиртовал, но добился улыбки Таласс, а это, мой друг, очень о многом говорит. — Кормак быстро шел по коридорам, за его спиной мелькали белый пластик переходов и другие курсанты.

Изар, который только что зашел в свою каюту, выругался:

— Кормак, на кой мне вся эта информация?

— Все ради знаний, только ради них. Я поговорил с Чейзом, это практикант дока, он мне напишет, что у Таласс с рукой, после обследования. Ты видел, как она опухла? Как бы не перелом.

Изар застонал и отрубил связь. Чтоб им всем. И Кормак! И Таласс! И бешеная Сирена. Изар поморщился. Войт будет ждать его в своей каюте сегодня после одиннадцати. Давно пора было это закончить, но сегодня Сирена перешла все границы. Он не видел, как все произошло на физподготовке, но услышал, как Сирена кинулась на Таласс. Когда Герреро подбежал, Войт уже оттащил Кормак, а Тея прижимала руку к щеке. Его буквально обожгло ее рассерженным взглядом. Как она выговаривала ему про Сирену. Как она вела себя на физике, как она с хладнокровным выражением лица говорила про пауков и их повадки. Таласс была бесподобна. Разозленная, красивая и дикая.

Он весь день наблюдал за Теей и слишком поздно понял, что у нее повреждена рука, только на социологии она, уже не скрываясь, кривилась от боли и баюкала запястье. Бешеная Сирена! Изару захотелось проводить Тею, но тут появился Росс, и необходимость в Герреро отпала. Да и не было этой необходимости изначально. Тея Таласс чертовски самостоятельная и самодостаточная девушка. Просто Изару хотелось убедиться, что с Таласс все будет в порядке.

Не к месту вспомнился пляж; какая нежная у нее кожа и какая она на самом деле миниатюрная в его руках.

Пиликнула открывшаяся дверь, и в каюту зашел запыхавшийся Макс.

— Чейз написал, — Макс подошел к своей постели и, скинув обувь, упал в подушки.

Изар ждал. Макс молчал.

— И? — не выдержал Герреро.

— Что и?

— Что написал Чейз?

— Тебе же это неинтересно.

— Макс.

— Зачем я буду забивать твою светлую голову ненужной информацией?

— Макс! — натурально рявкнул Изар.

Кормак расплылся в понимающей улыбке:

— Я всегда знал, что ты только строишь из себя неприступного холодного принца, а внутри у тебя огромное горячее сердце.

— Кормак, напомни, чтобы в пятницу я вызвал тебя на спарринг.

— Я не хочу, — заныл Макс.

— Ничего не поделать, — пожал плечами Изар.

— Ладно! Я все расскажу. Все относительно нормально с конфеткой. — Макс открыл сообщение на коммуникаторе и начал читать: — Пациент жалуется на боль правого запястья, присутствуют отек и гематома на тыльной стороне кисти. Также отмечаются затруднение движений пальцами и резкое ограничение функции лучезапястного сустава.

Изар одновременно испытал противоречивые эмоции.

Во-первых, он обрадовался, что это не перелом и не разрыв связок.

Во-вторых, Герреро захотелось самому убедиться, что Таласс оказали всю необходимую помощь.

В-третьих, ему захотелось защитить Тею, чтобы больше никто не смог ее обидеть.

И это чувство по-настоящему испугало Изара.

_______________

[1] Реликтовое излучение — это электромагнитное эхо Большого взрыва, которое пронизывает всё пространство. Температура реликтового излучения составляет примерно 2,7 Кельвина (минус 270,45 °C).