Эпилог

Лукерья. Шесть лет спустя

Я возвращалась домой счастливая и собиралась похвастаться мужу своей зачеткой, где были только оценки «отлично».

В этом году я оканчивала университет по специальности «переводческое дело», правда, училась заочно, ибо двое детей не оставляли столько времени, чтобы ездить на учебу каждый день.

Спустя шесть лет я все еще задавалась вопросом: «Как мой муж умудряется получать все, что хотел?», потому что дети рождались по его прямому запросу: сначала дочь Соня, а через два года сын Давид.

Припарковала машину у ворот нашего загородного дома и пошла внутрь, чтобы найти Эмиля и порадоваться вместе с ним. Прошла по саду, заполненному цветами, потрепала по холке нашего пса и вошла в гостиную, где мой муж с Ринатом лежали на полу, подложив под головы подушки, а моя дочь и моя племянница, дочь Рината Марьяна… раскладывали кружочки огурцов на лицах двоих мужчин, а те и не думали сопротивляться.

– Всем привет, – громко поздоровалась я.

Девчонки подняли головы, улыбнулись и продолжили свое занятие.

– Что у вас тут? – заинтересовалась я.

– Не мешай, женщина, у нас тут салон красоты, – со смешком отмахнулся Ринат.

Эмиль попытался приподняться, но пальчик Сонечки уперся ему в лоб, и мой муж покорно вернул голову на место, а сверху на его лицо прилетел очередной кусочек огурца.

– А Давид где? – заинтересовалась я.

– Спит, – отчитался муж, который с того момента, как родилась Сонечка, был готов бросить все дела лишь по одному ее взгляду и играть с детьми с утра до вечера.

– А, ну, не буду мешать наводить красоту, – засмеялась я. – Пойду поем. Кстати, я сдала все экзамены на «отлично»!

– Абрикосик-джан, я в тебе ни минуты не сомневался, – приложил ладонь к груди Эмиль, но больше голову не поднимал, боясь гнева маленькой чертовки.

Дети у нас родились атомные и очень активные. С того дня, как оба научились ползать, в нашу задачу входило внимательно следить, чтобы маленькие хулиганы не разгромили дом и не ушиблись сами. А уж если кто-то из них получал синяк или ссадину, то у их отца срочно случался сердечный приступ, и если бы не я, то, подозреваю, он бы довел нашего семейного педиатра до нервного срыва.

Я в качестве шутки предложила купить годовалой Сонечке специальный детский шлем на голову, так Эмиль облазил все интернет-магазины в поисках подходящего. Пришлось вмешаться и прекратить отцовский беспредел.

Соня росла, и мне уже сложно представить, что будет, когда она станет подростком. А когда замуж соберется…

С Давидом Эмиль был строже, что тоже не отменяло факта, что отказа наш сын ни знал почти ни в чем. «Абрикосик, ну а когда их баловать, если не сейчас? Я для чего столько работаю, чтобы собственным детям отказывать?» – каждый раз, пытаясь навести порядок, наталкивалась я на железный аргумент.

Ринат в ответ на все это ржал, но молча. Потому что сам с рождением Марьяны превратился в пластилин в руках собственной принцессы. Но, учитывая, как ему пришлось постараться, чтобы наконец-то заполучить ее маму в законные жены, – я его понимала. Никогда его не видела таким растерянным и заведенным, как в те недели, когда он добивался свою Родионовну. К слову, с Ариной мы очень близко сошлись и дружно воспитывали детей – и мужей до кучи.

Я ушла в кухню, достала из холодильника салат и ела, радуясь, что моя учеба закончилась. Эмиль не был против, наоборот, он горячо поддержал мое желание поступать, и не словом, а делом. Нанял двух нянь, но и сам часто откладывал дела, чтобы посидеть с детьми, о которых он так давно мечтал.

Барсов-старший ничего не забывал. Он, как и обещал, построил жилой комплекс на месте дома, где я жила до знакомства с ним, школу и дороги. Переселил всех моих соседей в новые квартиры и громче всех радовался воссоединению на одной жилой площади бабушки Маруси и деда Лени.

Для нас он купил большой загородный дом с огромной территорией, куда и перевез меня донашивать первую беременность «на чистом лесном воздухе».

С того дня, как мы стали жить вместе, я ни разу не пожалела, что решилась быть с ним. Барсов ни на минуту не дал мне засомневаться в том, что я любима, желанна и обожаема. Впрочем, и Эмиль ни секунды не сомневался, насколько он любим, и в том, что для своего мужа я готова на многое. Даже на революцию, которую он помнил и которой гордился до сих пор.

Я спокойно съела салат, выпила кофе и дождалась, когда девчонкам надоест наводить красоту на собственных отцах.

Правда, последним глотком кофе я чуть было не подавилась, когда Эмиль с Ринатом вошли в кухню сразу после полного комплекса процедур.

– Завтра на встречу с инвесторами так и идите, – посоветовала я, разглядывая двоих счастливых отцов.

Сонечка заплела Эмилю на голове два хвоста, а Марьяшка расстаралась и сделала Ринату целых пять. В итоге они торчали, как пальмы, у них на макушках, но сопротивляться никто из них даже не подумал.

– Это наш новый корпоративный стиль, да, Багратыч? – заржал Ринат. – Завтра же напишу приказ, чтобы с послезавтра все только так приходили на работу. Посадим двух малолетних стилистов у входа, пусть мир украшают.

– Тогда и психушку можно не захватывать, – согласилась я, – откроем собственный филиал. Да, Эмиль?

– Что скажешь, то и откроем, абрикосик, – блаженно согласился мой муж, усаживаясь рядом.

Эмиль провел кончиками пальцев по моей шее, вызывая мурашки по коже и заставляя в предвкушении ждать сегодняшней ночи. Каждой нашей совместной ночи…

Я прижалась к его груди и, как и шесть лет назад, блаженно закрыла глаза, вдыхая его запах. Запах самого любимого, надежного и самого лучшего мужа на свете.

– Люблю тебя, – шепнула ему на ухо.

– А я тебя как люблю… – Услышала в ответ.

Конец.