Глава пятая

Эшли и Кристиан познакомились год назад. Темноволосая короткостриженая Эшли наткнулась на длинноволосого блондина во время прогулки у озера Луиз в Банфе. Бирюзовый цвет неподвижной воды вызывал у художницы приступы вдохновения. А симпатичный голубоглазый Кристиан и вовсе заставил ее впервые за двадцать пять лет испытать трепет глубоко внутри.

И вот сегодня вечером они решили устроить небольшую вечеринку в честь помолвки. В своем доме, куда переехали год назад. На тихой улице, где росли просто гигантские клены, а по ночам можно было увидеть оленя. Вот такой вот отдаленный район города.

Лекси приехала ближе к девяти, слегка задумчивая после усиленной работы. Вроде сюжет складывался неплохо. И в нем уже отчетливо проступало напряжение. А в груди почти перестала царапать обида на Хантера. Лекси уже давно научилась абстрагироваться от подобных высказываний, понимая, что мужчины ее книги вряд ли оценят. Алан — это редкое исключение, причем такое… подозрительное. Пусть ругают, ее от этого меньше читать не перестают. Но вот слова Хантера почему-то задели. Даже сильнее, чем она сначала подумала. Иначе с чего Лекси, печатая, то и дело принималась прокручивать в уме колкие и хлесткие ответы наглому детективу.

«Все, хватит, ты приехала веселиться, а не дуться на окружающий мир хотя бы потому, что одна мужская особь невнятного происхождения ляпнул нечто в шовинистической манере. Забей, запей и забудь».

Она произносила этот мысленный монолог, поднимаясь по ступеням двухэтажного светло-коричневого дома с тепло светящимися окнами и дверью с разноцветным витражом. Она была чуть приоткрыта. И изнутри дома — тут Лекси заинтересованно приостановилась — доносился какой-то странный шум, невнятные возгласы, а то и взрывы хохота. Что они там делают? Что пришло в дурные головы?

Она осторожно приоткрыла дверь и тут же торопливо шагнула в сторону. Из дома вышел, по-другому и не скажешь, Марк — любимец Кристиана. Тихий и весьма интеллигентный кот, который даже в туалет стеснялся сходить при посторонних.

А сейчас он выскочил из дома на задних лапах и, припрыгивая удрал куда-то вдоль опоясывающей весь первый этаж веранды. Причем в передних лапах Марк держал нечто круглое и темное.

— Однако… — только и смогла вымолвить Лекси, думая: это она переработала или кот не выдержал столько народу и все же спятил?

— Марк! Убью гада! — следом выскочил Крис, чья зеленая расстегнутая до пояса рубашка была наполовину вытащена из-под ремня потрепанных джинсов, — Да стой же ты!

— Ты чего озверел? — поинтересовалась Лекси. Ура! Раз Марка видит и Крис, то значит она не переработала и галлюцинация не видит.

— Фух…черт, Лекс, напугала. Я не озверел, я Марка поймать пытаюсь.

Крис вглядывался в темноту веранды. Оттуда донесся странный урчащий звук. Наверное, такой издает людоед, пожирающий добычу.

— Знаешь, пытаться поймать кота и обещать его прибить — не самая лучшая идея. Нет, я сомневаюсь, что Марк поймет…

— Лекси, — перебил ее Крис, — я не собираюсь его убивать. Я друга своего прибью. Дебил! Шутник хренов!

— Это какого друга? — покосилась на приоткрытую дверь Лекси. И словно по заказу оттуда выскочили еще несколько приятелей.

— Где Марк?

— Во дает!

— Крис, там Эшли начала расстраиваться.

Блондин молча развернулся и исчез в доме. Лекси же всерьез заинтересовалась судьбой Марка. Общими усилиями друзья объяснили, что к Эшли подошел один приятель Криса, с которым они впервые познакомились сегодня. И сказал, что котик уж больно перепуганный. Эшли же, в своем беременном состоянии склонная жалеть всех, мигом подхватила мысль. И начала жаловаться на то, каким потерянным в последнее время ходит Марк.

— И? — не поняла Лекси.

— Этот идиот дал ей шарик и сказал, что котик развеселится. А шарик из кошачьей мяты. У Марка капитально так крышу сорвало.

— Упс, — проговорила Лекси, потерла затылок и вдруг с криком: «Ловите наркомана», — унеслась следом за Марком.

Кота поймали на заднем дворе, в розовых кустах. Марк ворчал и интеллигентно пытался посильнее прижать к себе мятный и порядком пожеванный шарик. Но Лекси, поцарапавшись о шипы роз, за шиворот вытащила его наружу, подняла за шиворот и грозно отрубила:

— Ты, волосатый Голум, отдай свою прелесть и приходи в себя.

В дом она так и вошла: держа в одной руке обслюнявленный шарик, в другой — пьяного и уже печального кота.

— Какой идиот? — вопросила громко уже с порога, — Какой кретин додумался давать коту такое?

Гостиная и смежная с ней кухня была полна народу. Вопрос Лекси прозвучал особенно отчетливо и звонко, потому что именно в этот момент закончилась разудалая композиция Шакиры. И наступила короткая тишина. И все сразу повернулись к Лекси.

— Чего молчим? Как котика одурманивать — так смелые, а как ловить…

Она отпустила Марка, тот приземлился на пол, посидел. В комнате раздались короткие смешки. Потом поднялся и слегка повиливая задницей дошел до дивана, на котором взял и уснул.

— Лекси-Марк, один-ноль в пользу писательницы, — раздался голос Брента. Он поднял вверх бокал с пивом и проорал:

— Ура укротительнице котиков!

— Опять тост? — раздался вдруг с лестницы веселый голос. Со второго этажа спускался — тут Лекси захотелось повторно протереть глаза — Хантер собственной персоной. В светлых джинсах, темно-синей майке и зачем-то белой бандане на волосах.

— А вот и он! — воскликнула Трина, хлопая в ладоши, — Лекси, это Хантер — друг Криса. Мы с ним сегодня познакомились. Это он Марка угостил.

Хантер замер где-то посередине лестнице и на мгновение округлил глаза. Лекси показалось даже, что он на секунду зажмурился. Сама она скрестила руки на груди, обвела детектива сверху-вниз подчеркнуто пренебрежительным взглядом и сухо бросила:

— Рада знакомству, — после чего развернулась и пошла к барной стойке, которую Эшли декорировала почти три месяца. Сама хозяйка дома сейчас стояла у холодильника и болтала с парой подружек. Лекси смутно припомнила, что, кажется, их звали Кира и Лизи. Но точно она не была уверена, так как сталкивалась с ними буквально пару раз.

— Привет всем! — махнула рукой. Заодно оглядела Эшли.

— Ты просто цветешь.

Сказала искренне, так как подруга и впрямь выглядела необычайно похорошевшей и более женственной. Фигура из несколько угловатой стала более женственной, движения — плавными. Бледно-желтое платье без рукавов мягко обрисовывало контуры пока еще небольшого живота. Эшли находилась на пятом месяце беременности. И последние три недели постоянно то впадала в панику, то заливалась слезами.

Но сейчас она весело улыбалась и буквально сияла от счастья.

Но сейчас она весело улыбалась и буквально сияла от счастья. Словно не ее пять минут назад утешал будущий муж. Лекси подумала, что Эшли разительно изменилась. Прежде она отличалась скорее нордическим характером и вызвать ее на эмоции было сложновато. Она все копила в себе.

— А кто тут у нас? — раздался вдруг за спиной веселый, с нотками пикантной хрипотцы голос. Обернувшись, Лекси с визгом бросилась обниматься с высокой стройной Шейлой, чьи многочисленные браслеты на тонких запястьях тут же зазвенели.

— Ты опять перекрасилась!

Шейла тряхнула гривой ярко-синих волос. Похожих на кусочек моря. С бледной кожей и чуть раскосыми темно-серыми глазами, она выделялась даже среди такой пестрой толпы. Черная майка обтягивала хороший такой бюст, а короткая бледно-голубая юбка позволяла любоваться ногами.

— Ты же знаешь, как я люблю экспериментировать.

Лекси хмыкнула: да уж, Шейла экспериментировала почти во всем. Неизменным лишь оставалась ее любовь к работе. Она трудилась архитектором в одной из крупных компаний города. Частенько летала в командировки, могла приехать на работу в пять утра и засидеться до семи. При этом энергии в ней было как в только что заряженной батарейке. Если Лекси с утра обычно тихо ненавидела весь мир, то Шейла вскакивала на пробежку.

— А кто нам подпишет новую книжечку? — уже ворковала синеволосая, подсовывая Лекси яркий томик с красивой парой на обложке. — Мою прелес-с-с-сть!

— Пошли, — вздохнула та, — Ручку найду.

Вечеринка набирала обороты. Гости кучковались в основном в гостиной или на заднем дворе, куда выходили гостеприимно распахнутые двери столовой. То и дело слышалось громыхание вдалеке. На востоке собирались тяжелые тучи, среди которых посверкивали молнии. Воздух стал густым, неподвижным.

— Держи, — Лекси сунула подписанную книгу Шейле. Они уселись на перилах веранды, освещаемые настенным фонарем.

— Как у тебя дела? — поинтересовалась подруга, доставая сигарету и прикуривая, — что на личном фронте? Все еще штиль?

— Ну так ураганы гуляют в других морях, — сообщила Лекси и выдернула сигарету из губ Шейлы, — Эй, ты обещала бросить и велела тебя бить, если сорвешься.

Синеволосая печально проследила за окурком, упавшим в ведро, но спорить не стала.

— Кому пиво? — из столовой вышел Хантер собственной персоной. Лекси мигом прищурилась, а вот Шейла осмотрела блондина с явным одобрением.

— Если бы я знала, что скотина Крис скрывает таких друзей, — сообщила она мурлыкающим голосом, — то дала б ему по башке.

— Так и убить недолго! — деланно испугался Хантер. Он протянул бокал Шейле, но та сморщила нос и покачала головой:

— Нет, приятель, у меня аллергия на это дело. Ее лучше напои, а я пока пойду Марка найду. Котик, бедный, небось похмельем мучается.

С этими словами она спрыгнула с перил, быстро шепнула кое-что на ухо Лекси и ушла в дом. Не забыв на пороге обернуться и лукаво ухмыльнуться, словно коварный суккуб.

— Она назвала меня шикарным самцом? — переспросил Хантер, вручая бокал Лекси.

— Ты еще и слышишь хорошо, — вздохнула та, делая глоток. Холодный резкий вкус напитка приятно освежал. Лекси вдохнула похожий на кисель воздух и мысленно попросила, чтобы сегодня ночью пошел ливень. Сильный, с грозой и громом. Она обожала в такие моменты сидеть дома, на диване, в обнимку с ноутбуком, и слушать как за стенами бушует непогода. А в гостиной тепло и уютно.

— Я все делаю хорошо, — сообщил Хантер. Он уселся на перила, рядом с Лекси. Та покосилась на него и промолчала. Ожившая обида коварно куснула изнутри, напомнив про слова вот этого загорелого мужчины, у которого выцветшие на солнце волосы сейчас весело торчат из-под банданы, а на руках перекатываются вполне неплохие мышцы.

«Сделаю похожего на него злодея, — подумала Лекси, делая очередной глоток, — а потом героиня зверски над надру….в смысле будет его пытать»

— Извини.

Она все же не выдержала и повернула голову к Хантеру. Тот разглядывал ее через стекло бокала, прищурив один глаз.

— Мне послышалось?

— Серьезно, Лекси, извини. Не стоило критиковать то, в чем не разбираюсь. Я бы тоже так среагировал, затронь ты мою работу.

— Почему я тебе не верю?

— Ты про извинение или про то, что обиделся бы?

— Про второе, — вздохнула Лекси, — мне кажется, ты бы сделал вид, что все нормально, а сам начал продумывать месть.

— Я боюсь тебя женщина, — с легким пафосом воскликнул Хантер, — с ходу так взяла и раскусила. Кстати, не знал, что ты знакома с Крисом.

— Эшли — одна из моих близких подруг. Странно, что за те два года, что они вместе, мы с тобой не пересеклись.

— Да ничего странного, — пожал плечами собеседник, — мы с Крисом дружим со школы, но как ее закончили, так виделись довольно редко. Хотя часто перезваниваемся. Ну или пересекаемся где-нибудь в баре. Ты же понимаешь, что нам не стоит рассказывать про расследование?

— Не дура уж, — несколько сердито буркнула Лекси. Она пока не могла понять, почему после примирения на душе стало настолько хорошо. Нет, конечно, приятнее работать с человеком, с которым нет разногласий. Но ведь ей прямо хочется широко и глупо улыбаться.

— Конечно, не дура. Не зря красавец-миллионер клюнул. Да, кстати, у нас завтра самолет в три часа дня. Полетим по отдельности, на всякий случай. Я не думаю, что Алан следит за тобой. Но ведь и ты не будешь скрывать от него поездку, если он узнает и спросить. Так что официально ты летишь одна. Пообщаемся уже на территории отеля, когда заселимся.

— Что мы будем там искать?

— Все. Алан родился на Крите и провел там первые пять лет. Я хочу прошерстить его медкарту и заглянуть в медэкспертизы обеих жертв. Плюс пообщаться с жителями ближайшей к особняку деревеньки. Но делать это буду я сам. Ты же просто отдыхаешь, купаешься и пишешь там что-нибудь.

— Почему?

— Потому что одно дело если мы видимся тут, в городе, где живем. И совсем другое, если покажемся вместе на Крите. Алан поверит в то, что мы просто приятели?

Лекса подумала, что она вообще не может предсказать реакцию претендента в мужья. Он оставался для нее каменной глыбой с массой загадок внутри.

— Хорошо, но ты вечером будешь мне все рассказывать!

— В лицах, — пообещал Хантер.

Он соскочил на пол и протянул руку Лекси. Зеленые глаза, в душном полумраке, казались темными и смотрели весьма и весьма задорно.

— Пошли, Дракоша, вечеринка не простит нам, если мы ее пропустим.

Не пропустили. Лекси как-то вдруг ощутила, что ей необходимо расслабиться. С того злосчастного ужина она была вся напряжена. Как пружина, готовая вот-вот сорваться. Ругала себя за то, что поддалась жадности. Не стоило соглашаться на предложение отца оплатить часть ипотеки. Тогда, глядишь, и не случилось бы того, что случилось.

Хотя… может тогда Алан нашел бы другой способ подобраться к ней. Хотя Лекси вообще не понимала, что мешало ему просто познакомиться с ней в непринужденной обстановке. А не на жалком подобии семейного дружного ужина.

И хотя обычно Лекси не налегала на алкоголь, понимая, что им не залить проблемы, сегодня она незаметно увлеклась пивом. А потом и парой стопок виски. Нет, сильно пьяной она себя не ощущала. Скорее, внутри все, наконец-то, разжалось, вырвалось из невидимых тисков. Лекси даже на пару с Шейлой станцевали нечто вроде ирландского танца на столе в столовой. Под дружные рукоплескания остальной компании. А потом уже вместе со всеми рванули на задний двор.

На город все же обрушилась гроза. И теперь ливень стучал по крышам домов, шуршал листьями и собирался в мелкие ручейки вдоль тротуаров, которые быстро исчезали в ливневой канализации.

После удушающей жары наступило блаженство. Лекси, вскинув руки вверх, кружилась и чувствовала, как по телу стекает вода. Волосы намокли, облепили спину и плечи.

Она себя русалкой чувствовала, честное слово!

Некоторые из гостей остались в доме, а вот некоторые с радостным видом носились под дождем. Явно вспомнили детство. А с виду взрослые люди…

Хотя у каждого где-то внутри прячется тот ребенок, каким он был когда-то. Другой момент, что не каждый может осознать это.

Лекси едва не упала в густые кусты, когда ее перехватила твердая и явно мужская рука. А над ухом раздался притворно строгий голос:

— Эй, очнись, ты эльфа что ли изображаешь?

Перед глазами возникло лицо Хантера.

— Пусти!

— Не пущу, — заупрямился он, — тебе надо просушиться и согреться. А еще проспаться, иначе будешь завтра очень сонной, и очень злой писательницей. Нафиг мне такая головная боль в аэропорту.

И, не обращая внимание на слабые удары, перекинул Лекси через плечо.

— Ой, — весело сообщила она, не переставая молотить кулаками по сильной мужской спине, — а у меня в какой-то книге так героиню несли. У них, правда, потом секс был… даже, кажется, всю ночь.

— Ох, уж эти женские фантазии, — вздохнул Хантер.