Глава 33.

Меня разбудил негромкий стук в дверь.

Я лениво провела ладонью по постели рядом с собой и резко открыла глаза, ощутив под пальцами холодную простынь. Даррена рядом не было.

На миг я растерялась, решив, что прошедшая ночь — лишь сон и плод моих фантазий. Но… нет. Я действительно провела ночь в спальне Даррена.

Мой взгляд задержался на тёмно-бордовом ковре, где до сих пор валялась наша разорванная одежда.

— М-м-м… — простонала я тихо и уткнулась лицом в подушку.

Думать о правильности своих поступков мне сейчас не хотелось. Тем более поздно сожалеть о том, что уже случилось.

В дверь снова постучали. Натянув одеяло повыше, я уверенно протянула:

— Войдите.

Дверная ручка затряслась, дёрнулась несколько раз, и дверь с тихим скрипом всё же приоткрылась.

В комнату вбежал Флинн.

Выглядел он, мягко говоря, недовольным.

— Выспалась? — осуждающе поинтересовался он, разглядывая тёмную мужскую обитель.

— Можно и так сказать.

— Тогда вставай и скажи этим извергам, чтобы открыли кладовку!

Мой сонный мозг отказывался соображать.

— Какую кладовку?

И тут началась истерика.

Флинн эмоционально заголосил о том, что Инесс спрятала от него все запасы моркови и прочей вкусной еды, заперла кладовку на ключ, а ему, бедному пушистому воителю, подсунула какой-то безвкусный салат на завтрак.

— Флинн, не кричи, — я поморщилась.

— Она морит меня голодом! Хочет, чтобы я умер! — возмутился кролик и топнул лапкой. — Сделай что-нибудь! Я ведь твой фамильяр!

Я усмехнулась. Да уж… Голод творит чудеса. А ведь ещё недавно кое-кто готов был умереть, лишь бы не быть моим фамильяром.

— А где Даррен?

— Ему нет никакого дела, что надо мной издевается его служанка, — возмутился Флинн. — Я пытался пожаловаться, но он вышвырнул меня из кабинета и продолжил болтать с этой ведьмочкой и со здоровяком.

— Здесь Мирай и Тэриан? — я вмиг оживилась.

— Да. Они втроём закрылись в кабинете и что-то обсуждают. Им наплевать на мои мучения!

Закутавшись в одеяло, я выскочила из постели и понеслась в свою спальню — приводить себя в порядок.

Флинн последовал за мной по коридору, не затыкаясь ни на секунду.

— И вообще, раз у вас с Дарреном теперь такие близкие отношения, скажи ему, чтобы уволил кухарку! Нам такая не нуж…

Кролик осёкся, когда я юркнула в спальню и захлопнула дверь прямо перед его носом.

— Эй! — возмутился Флинн.

— Как долго они беседуют?

— Минут пятнадцать. Там что-то стряслось ночью в квартале, здоровяк говорил. План составляют…

— Чёрт, — я торопливо натягивала платье, глядя на себя в зеркало.

Почему Даррен меня не разбудил? Пожалел? Или всё-таки он не настолько мне доверяет, раз решил обсудить план без меня?

Но почему-то моя женская душа очень хотела верить, что Даррен просто понимал, как измучил меня ночью.

Следы бурной ночи отпечатались на моем лице. Губы были припухшими, в глазах — блеск, на щеках — румянец. А на шее и груди — два маленьких следа от жадных поцелуев.

Фиктивный любовник из Даррена, конечно, вышел никудышный, а вот настоящий… просто изумительный.

Спустя пять минут я вылетела из спальни и сломя голову помчалась вниз по лестнице.

— Давай! Разберись с ней! — крикнул мне вслед Флинн, решив, что я спешу отомстить кухарке.

Но я остановилась у кабинета Даррена и прислушалась.

— Ты думаешь, она действительно ему нужна? Не смеши, — раздался женский голос.— Амдир прекрасно понимает, что эта певичка ничего для Даррена не значит.

— Вчера он показал обратное, — насмешливо заметил Тэриан.

— Он пришёл исключительно за брошью, — настаивал женский голос.

— Ну, я бы так не сказал…

— Замолчите оба! — рявкнул Даррен.

Я набрала полную грудь воздуха и громко постучала. А потом, не дожидаясь ответа, распахнула дверь.

— Доброе утро, — я вплыла в комнату. — Надеюсь, не помешала?

Я приветственно кивнула Тэриану и уставилась на Мирай. Злость вспыхнула во мне мгновенно: вместо кресла или софы она уселась прямо на письменный стол, за которым сидел Даррен.

Я перевела взгляд на него и… Чёрт возьми, на миг мне показалось, что в его глазах мелькнула растерянность. Словно он хотел сказать: «это не то, о чём ты подумала».

— Рад, что ты присоединилась, — Даррен поднялся и двинулся ко мне.

А затем сделал всего один жест, который выбил почву из-под ног.

Даррен поцеловал меня.

Легко. Нежно. Но так, словно хотел показать — он не жалеет о минувшей ночи и не собирается делать из этого тайну.

— Доброе утро, — добавил он тише, глядя в глаза. — Выспалась?

Щёки вспыхнули. Я растерянно улыбнулась, совсем не готовая к такому проявлению внимания при других.

— Да.

— Отлично. Силы нам понадобятся, — он усмехнулся, задержав взгляд на вырезе моего платья. — Тэриан принёс дурную весть.

— Что случилось?

Даррен шумно вздохнул, отвёл взгляд от моей груди и двинулся обратно к столу.

Я украдкой взглянула на Тэриана. Он смотрел на меня и усмехался. Но мне казалось, что его веселит именно поведение Даррена, а не моё смущение.

А вот Мирай… Она смотрела на меня с презрением и недоумением. Не мигая. Словно не верила тому, что сейчас увидела.

Я гордо вскинула подбородок и уселась в кресло рядом с Тэрианом. Снова выжидающе уставилась на ведьму, намекая взглядом, что она закрывает мне обзор на Даррена.

Но проклятая колдунья не двинулась с места.

Не знаю, сколько времени мы сверлили друг друга молчаливым взглядом, но в чувства нас привёл кашель Тэриана. Бедняга давился смехом, кашляя в кулак и украдкой поглядывая на друга.

— Мирай, пересядь, пожалуйста, на софу, — спокойно произнёс Даррен.

Я повела бровью и довольно улыбнулась.

Мирай недовольно скривилась и всё же слезла со стола.

— На сегодня я свою задачу выполнила, Даррен, — произнесла она гордо, шагая к выходу. — Ловушки расставлены, квартал под защитой. Буду нужна — знаешь, где меня найти.

— А как же обсуждение плана? — подал голос Тэриан.

— Я приму любой ваш план, — отчеканила ведьма и вышла, громко хлопнув дверью.

В кабинете повисла тишина.

Я смотрела на Даррена, он — на меня. Меня разрывало от желания получить объяснения, но при посторонних я не собиралась этого делать.

— Так, ты расскажешь, что случилось?

— Амдир и его люди, — Даррен наконец отвёл от меня взгляд. — Этой ночью они устроили поджог в одном из кварталов.

— Кто-то пострадал?

— К счастью, нет. Скорее это было предупреждение, — Даррен протянул мне лист бумаги. — Эта записка была оставлена там.

Я быстро пробежалась глазами по ровным строчкам и тревожно поджала губы.

«Не думай, что ты переиграл меня, Ройс. Жизнь мальчишки означает и мою неуязвимость. А это значит, что у меня достаточно времени забрать всё, что тебе дорого. Отдай брошь, или в следующий раз я приду за НЕЙ».

— За «ней» это…

— За Мирай, разумеется, — издевательски ухмыльнулся Тэриан.

— Тэр, — недовольно прорычал Даррен.

— Что? Я просто не хочу пугать Шарлин.

Я сощурилась и гневно зыркнула на улыбающегося во весь рот Тэриана. Его забавляет вся эта ситуация?

— Раз они знают о магической связи, значит, уже пытались убить Норриса?

— Разумеется.

— Боже…

Я крепко зажмурилась. Отвращение к Саргосу де Марису и его сыну возрастало всё сильнее. Бездушные. Мерзкие. Злобные. Готовые на всё ради власти.

— Что мы будем делать? Мне грозит опасность?

— Пока причин для тревоги нет, — успокоил меня Даррен. — Вчера вечером мы с Мирай расставили ловушки по всему кварталу, они образуют временную защиту от эльфийской магии. Пострадал именно тот район, куда мы не успели добраться. Народ предупреждён и готов к обороне. Единственное, о чём я тебя попрошу, Шарлин: не отходи от меня ни на шаг. Ясно?

Я с готовностью кивнула.

— А план? Он у нас есть?

— Плана нет, есть цель. Нужно пробраться во дворец. Желательно в день праздника, — лениво протянул Тэриан. — Подменить фальшивую брошь Саргоса на настоящую и вытащить Норриса из темницы.

— Подменить? — нахмурилась я.

— Да. По традиции император и его эльфийский ублюдок должны провести ритуал перед народом. Чтобы никто не мог усомниться, что в будущем наследнике течёт достаточно императорской крови, чтобы взойти на трон.

— И вы хотите подменить фальшивку на настоящую, чтобы она… ничего не показала! — оживилась я. — Получается, Амдир не сможет стать законным наследником!

— Именно, — протянул Даррен. — А затем мы воспользуемся замешательством народа и «наших недоправителей» и представим всем Норриса. Только для начала надо обмануть императорских стражников и вытащить его из темницы. В общем, цель у нас есть, а вот как пробраться во дворец и спасти Норриса — пока не придумали. Саргос усилил охрану.

— Теперь туда даже кролик не проскользнёт, — сухо подметил Тэриан.

Следующие десять минут Даррен и Тэриан обсуждали всевозможные способы проникнуть во дворец и освободить мальчишку, пока я молча обдумывала ситуацию.

И тут меня осенило.

— Ортен! — выпалила я, мгновенно погрузив комнату в тишину.

От избытка эмоций я вскочила и, цепляясь пальцами за волосы, заметалась по комнате.

— Ортен Белл! Мне надо с ним встретиться! Он нам поможет!

Моя реплика подействовала на Даррена как красная тряпка на быка. В его глазах мгновенно вспыхнула злость, скулы напряглись.

— Шарлин, — протянул он предостерегающе. — Я же просил…

— Ты не понял! — поспешила заверить я. — Дядя Ортена — начальник императорской армии. Мы перетянем его на свою сторону! Расскажем правду и с его помощью вытащим Норриса!

Даррен сощурился, сверля меня задумчивым, недоверчивым взглядом.

— Я скажу Ортену, что согласна на его предложение и хочу встретиться с его дядей, чтобы обсудить детали, — продолжала я воодушевлённо.

— Какое предложение?!

Пока я пересказывала вчерашний разговор с Ортеном Беллом, Даррен мрачнел всё больше. В отличие от Тэриана, который наблюдал за реакцией друга с довольной ухмылкой.

— Это неплохой шанс пробраться в темницу, — объявил в конце концов Тэриан.

— Ты хотел сказать — подставиться, — без энтузиазма добавил Даррен.

— Я уверена, Ортен сможет убедить его помочь нам, — сказала я с горячей уверенностью. Почему-то я искренне в это верила. Интуитивно знала, что план сработает. — Ты же сам говорил, что брошь может показать, что случилось с настоящими членами императорской семьи. Вот это доказательство мы и предъявим.

— Значит, решено, — Тэриан поднялся. — Занимайтесь этим вопросом, а я подумаю, как нам незаметно проникнуть во дворец.

Он покинул кабинет, и мы с Дарреном остались одни.

В воздухе повисло напряжение.

Даррен сверлил меня внимательным взглядом, заставляя чувствовать себя неуютно.

— Твой слюнтяй не из тех, кто вызывает доверие, — произнёс он лениво, медленно подходя ближе.

— А я думаю, что ему можно доверять. В отличие от Мирай. Вот она у меня доверия не вызывает, — я продолжала нашу зрительную дуэль, медленно отступая назад.

— Я знаю, что ей можно доверять.

— Вот и я чувствую, что Ортену можно доверять.

Даррен резко схватил меня за запястье и притянул к себе. Я врезалась в его грудь и с вызовом посмотрела ему в глаза.

— А что ты ещё чувствуешь? — его руки легли на мои бёдра и скользнули вверх, обрисовывая изгибы.

Волнение усилилось.

— Что ты мне что-то не договариваешь, — мой голос стал тише. — Что у вас с Мирай за отношения?

Даррен усмехнулся и склонился к моему лицу.

— Я же сказал, не ревнуй, — прошептал он в мои губы.

Дразня. Играя.

И я подключилась к его игре. Чуть подавшись навстречу, я едва ощутимо коснулась его губ и тихо прошептала:

— А я и не ревную. Я хочу знать правду.

Даррен издал смешок и… отступил. Присел на край стола и окинул меня плотоядным взглядом с ног до головы.

— Спрашивай.

— Кто она для тебя?

— Расстёгиваешь платье — и я рассказываю, — его губы скривились в дразнящей улыбке.

Я усмехнулась и покачала головой.

— Даррен, ты невыносим…

— Ты хочешь информации, а я хочу тебя. Всё честно.

Я посмотрела ему в глаза и… решила сделать ход конём.

Я сразу стянула с себя нижнее бельё. Переступила через него и только потом медленно принялась расстёгивать пуговицу за пуговицей спереди платья. Но, дойдя до линии груди, остановилась.

Мне нравилось наблюдать, как в глазах Даррена вспыхивает огонь.

Он мучительно простонал и сделал шаг, но я вытянула руку, останавливая его:

— Сперва я хочу услышать правду. Всю. Чем быстрее расскажешь — тем быстрее получишь.

Даррен шумно вздохнул и обвёл изучающим взглядом мою фигуру.

— Мирай — моя подруга, — начал он. — Её бабка была той самой песчаной ведьмой, которая принимала роды у императрицы. Родители сражались бок о бок с моим отцом и пали во время осады кварталов. Ей было тринадцать, когда она осталась совсем одна. Мы с Тэрианом приглядывали за ней. Нас связала эта тайна. Но Мирай никогда не была моей любовницей и никогда ею не будет, — он усмехнулся и медленной поступью двинулся в мою сторону.

— Ваши отношения нельзя назвать дружескими. Мне кажется, она в тебя влюблена. А ты…

Даррен повёл бровью и поморщился.

— А я забочусь о ней, как о сестре. Не более. Она живёт в этих кварталах всю жизнь. Ей запрещён выход в город. А контингент здесь, мягко говоря, для неё неподходящий. Вот она и придумала себе эту влюблённость, потому что боится одиночества и считает меня лучшим вариантом.

Даррен подобрался ко мне вплотную. Провёл пальцами по ключицам и медленно скользнул ладонями к плечам, спуская рукава платья.

— Звучит неубедительно, — мой голос дрогнул, когда платье сползло вниз, и свежий воздух коснулся груди.

— Хочешь — спроси у Тэриана, — глаза Даррена жадно рассматривали моё тело.

Он кружил вокруг меня, касаясь пальцами обнажённой спины, груди, плеч. А внутри меня нарастала настоящая буря.

Даррен дразнил, изучал, а моё тело мгновенно отзывалось на каждое прикосновение.

Когда его губы коснулись моей шеи, я по инерции закинула голову назад и зажмурилась.

— Он твой друг. Он не скажет мне правды, — прошептала я на выдохе.

Как же, чёрт возьми, меня пьянит запах Даррена! Впервые в жизни я ощутила почти непреодолимое желание укусить кого-то от переизбытка чувств.

— Тогда подожди того момента, когда Норрис займёт свой пост, и Мирай наконец покинет эту тюрьму, — промурлыкал он, выводя узоры на моей коже. — Поверь, тогда она поймёт, что я самый худший из всех возможных претендентов в мужья.

— Худший?

— Угу, — его руки скользнули вниз, и у меня перехватило дыхание. — Я жуткий собственник. То, что принадлежит мне, — моё. Поверь, если бы меня действительно что-то связывало с Мирай, я бы вёл себя иначе.

Даррен заглянул мне в глаза, и я в тысячный раз отметила, как он преступно красив.

Мои руки обвили его шею, и я прижалась к его груди.

— И я должна тебе поверить?

— Обязана, — выдохнул он мне в губы и поцеловал.