Глава 22

Вечерняя тишина казалась почти осязаемой. Она окутывала нас, словно плотный покров, нарушаемый лишь потрескиванием дров в камине да шорохом пергамента в руках Калеба.

Тяжёлые бархатные портьеры были плотно задернуты, словно отделяя нас от сумеречного мира за окном и будто проводя чёткую границу между светом разума и надвигающейся тьмой.

Рядом со мной в массивном кожаном кресле сидел Эдвард. Его поза была напряжённой, словно он готов был вскочить в любой миг. Я ловила на себе его взгляды, в них читались нетерпение и тяжёлая тревога.

Несколько мгновений назад он отпустил Томаса, попросив его продолжить работу в лаборатории. Теперь мы втроём остались в кабинете.

Калеб, выглядел мрачно.

- Лорд Рейвенвуд, леди Эмма, - начал он низким, размеренным голосом, в котором, однако, слышалась едва уловимая твердость, - То, что я собираюсь вам сообщить, касается не только вашего города, но и всего королевства. Масштабы заговора Ордена Чистоты куда обширнее, нежели мы полагали. Это не просто кучка фанатиков, это хорошо организованная сеть, проникшая в самые разные слои общества.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Прежде мне доводилось сталкиваться с невежеством и жестокостью, но мысль о системном, тщательно спланированном зле пугала куда сильнее.

- Насколько широко их влияние, Калеб? - сдержанно спросил Эдвард, - Где их корни?

- Их сторонники, лорд, заседают в Городском Совете, среди богатейших купцов, владеющих большей частью торговли, и, что наиболее опасно, даже в Королевском Совете, - Калеб развернул карту королевства с нанесёнными пометками и положил его на полированный стол.

- В городе у них есть агенты в налоговой службе, в судах и даже в отдельных подразделениях гвардии, не подконтрольных вам напрямую, - он указал на несколько точек на карте, затем провёл пальцем по линии, ведущей к столице, - Они стремятся подорвать авторитет Короны и создать хаос, который позволит им установить собственные порядки, основанные на извращённых представлениях о «чистоте».

- Стало быть, план Ордена - это настоящий переворот? - Эдвард резко выпрямился, кулаки его непроизвольно сжались.

- Именно так, лорд, - подтвердил Калеб, - Они видят в эпидемии холеры не проклятие, а «Божий промысел» и возможность очистить общество от «греховных» новшеств. А ваша деятельность, леди Эмма, стала для них угрозой. Вы предлагаете решение, которое не требует слепой веры. Это рушит их фундамент.

Сердце моё сжалось от осознания всей опасности положения. Мои научные изыскания, моё стремление помочь людям несли не только исцеление, но и угрозу тому укладу, к какому привыкли эти фанатики. Они боролись не со мной, они боролись с прогрессом, ибо он лишал их власти над умами.

- Они намерены использовать панику и невежество народа, - продолжал Калеб голосом, звучавшим почти как приговор, - Пока люди умирают от холеры и поддаются страху, пока готовы верить в ведьм и дьявольские происки, Орден будет подпитывать их ужас. Они станут указывать на вас, леди Эмма, как на источник всех бед, и на лорда Рейвенвуда, как на того, кто «позволил ведьме проникнуть» в город. И в каждом городе они найдут свою жертву. Их конечная цель - ослабить Короля, возможно, даже свергнуть его, заменив марионеткой, пляшущей под их дудку. Тогда они смогут установить своё «чистое» правление, основанное на мракобесии и тотальном контроле.

Эдвард медленно поднялся, подошёл к окну и отдёрнул край портьеры, чтоб посмотреть на закат.

Я невольно залюбовалась его профилем в свете уходящего солнца, благородными чертами лица, решительной линией подбородка. В этот миг он казался воплощением благородства.

Эдвард обернулся ко мне. В его глазах я прочла ту привязанность, которую мы оба старались не замечать до поры до времени.

- Я клянусь, Эмма, произнёс он низким и твёрдым голосом, - Я клянусь перед лицом наших предков, перед лицом Короля и перед тобой, я защищу тебя. Никто не посмеет причинить тебе вреда, пока я дышу. И я не допущу падения нашего королевства.

Он подошёл ко мне, склонился и мягко взял мои руки в свои. Прикосновение его было тёплым и успокаивающим, несмотря на напряженность момента.

- Эдвард, - прошептала я, чувствуя, как сердце трепещет в груди, - Вы так добры ко мне.

- Не добр, Эмма, - он слегка сжал мои ладони, - Я не могу допустить, чтобы с вами что‑то случилось. Вы слишком важны не только для нашего дела, но и для меня лично.

Калеб, наблюдавший за этой сценой с невозмутимым видом, едва заметно кивнул и немного покашлял, прерывая нашу беседу.

Эдвард отпустил мою руку, подошёл к столу и склонился над картой.

- Я усилил охрану,но нужны неопровержимые доказательства, которые Король не сможет проигнорировать, даже если его советники станут нашептывать обратное.

- Поэтому, Эмма, ваша работа - наше главное оружие. Чем быстрее вы сможете победить холеру, тем сильнее будет наша позиция. Спасая жизни людей, вы разрушаете власть Ордена над умами людей. Это самое мощное доказательство того, что вы не ведьма, а спасительница.

Я ощутила мощный прилив энергии, несмотря на усталость.

- Вы же знаете, мы и так с Томасом работаем почти без сна.

Калеб свернул карту и обратился уже к Эдварду.

- А вы не думали, куда пропала Алисия? Её внезапное исчезновение после поджога крайне подозрительно.

При упоминании Алисии я вздрогнула.

- Я так и не понял, зачем ей это было нужно. Она всегда была надменной, но не казалась такой жестокой.

- Мне казалось, что человек, так любящий музыку, не может додуматься до такой подлости, - я вмешалась в мужские рассуждения.

- Жажда власти и признания, леди Эмма, порой толкает людей на самые тёмные поступки, - ответил Калеб, - Она видела в вас угрозу своему положению и своему комфорту. И Орден умело воспользовался этим, предложив ей «защиту» и «истину».

Эдвард вновь взял меня за руку. Я невольно улыбнулась, чувствуя, как тепло его ладони передаётся мне, даруя удивительное спокойствие посреди бушующего вокруг хаоса.

- Вы так заботитесь обо мне, Эдвард, - тихо сказала я, - Что порой мне кажется, что вы забываете о собственной безопасности ради меня.

Он посмотрел мне прямо в глаза.

- Вы стали слишком важны для меня. Моя безопасность не имеет значения, если под угрозой ваша жизнь, Эмма.

Моё сердце пропустило удар. Слова Эдварда, произнесённые почти шёпотом, отозвались в душе трепетной радостью. Я опустила глаза, стараясь скрыть смущение, но уголки губ невольно приподнялись в улыбке.

- Я обещаю быть осторожной.

Лицо Эдварда стало ещё более серьёзным. Он положил руку на спинку кресла, словно желая оградить меня от всех бед и на мгновение задержал свой взгляд. В его глазах я прочла то, что он не решился произнести вслух: «Ради вас я готов на всё».

- Калеб, - кивнул Эдвард, - Держите меня в курсе каждого шага. А мы с Эммой сосредоточимся на работе и укреплении обороны поместья.

Когда Калеб покинул кабинет, оставив нас наедине, Эдвард подошёл ко мне вплотную.

- Эмма, - его голос стал ещё тише, почти интимным, - Я знаю, что впереди нас ждут тяжёлые испытания. Но пока я рядом, никто не причинит вам вреда. Даю слово.

Я подняла глаза и встретилась с его взглядом, глубоким, искренним, полным нежности. Мне так хотелось в этот момент его поцеловать, но я просто вложила свою ладонь в его руку.

Мы вышли из кабинета, как два человека, объединённые растущим чувством, которое делало нас непобедимыми перед лицом любой угрозы.

Но едва мы ступили на лестничную площадку, как из тени у колонны выступил незнакомец. Его лицо скрывал глубокий капюшон, а в руке блеснуло лезвие ножа.

- Не стоит торопиться, лорд Рейвенвуд, - прошипел он скрипучим голосом, - И вы, леди. Ваше рвение похвально, но оно излишне. Орден Чистоты не терпит неповиновения.

Эдвард мгновенно заслонил меня собой, рука его потянулась к кинжалу. Я почувствовала, как он слегка оттолкнул меня назад, без слов приказывая держаться позади.

- Кто ты такой? - холодно спросил Эдвард, обнажая клинок, - И как посмел проникнуть в моё поместье?

Незнакомец хрипло рассмеялся.

- О, лорд Рейвенвуд, разве вы ещё не поняли? Орден повсюду. Вы думаете, что разгадали наш замысел, но на самом деле лишь играете по нашим правилам.

Я невольно схватила Эдварда за рукав. Моё сердце бешено колотилось, но я старалась сохранять хладнокровие.

- Что вам нужно? - твёрдо спросила я.

- Вам следовало остановиться раньше, леди Эмма. Ваши «научные открытия» - угроза нашему порядку. Но ещё не поздно всё исправить, - он сделал шаг вперёд, - Откажитесь от своих опытов и прекратите распространять ересь. И тогда, возможно, Орден проявит милосердие.

Эдвард сделал плавный шаг в сторону, открывая незнакомцу путь к отступлению.

- Запомните, вы сами выбираете свою судьбу, а Орден не прощает непокорности.

И с этими словами незнакомец растворился в темноте коридора.