Глава 12

Артём. За приёмкой пациентов прошёл практически весь день. Я не замечал времени, увлёкшись разбором чужих проблем, лишь бы не окунаться снова в свои собственные. Мне так надоело быть всё время в напряжении, что хотелось взять ещё несколько дополнительных смен и отоспаться в кабинете. Только вот отношения с Викой – это тот самый пластырь, который надо обрывать резко. Иначе вот эта чехарда затянется. Всю жизнь я был уверен, что любая деятельность должна приносить удовольствие. Работа, хобби, отдых, отношения – всё это должно быть в кайф! Иначе зачем тратить время на что-то, что приносит тебе только неудобство. Отношения с Викой изначально были прекрасны. Я никогда не рассматривал её, как партнёра, но в какой-то момент, она стала для меня очень близкой. Девушка умела слушать, слышала просьбы, была мила и очаровательна, а в постели… Мечта. Но розовые очки свалились достаточно быстро. На деле Вика оказалась истеричной стервой, которая безумно любила командовать, а когда получала доступ хотя бы к минимальной власти, превращалась в мегеру. Универ она закончила с сильной натяжкой, а в предыдущих отношениях, парень подарил ей салон красоты, в котором она работала косметологом. Сейчас она имеет сеть салонов, которые оказывают разные косметологические услуги от премиум сегмента до эконом. Только вот всё это необходимо оплачивать. Бизнес Вики не очень преуспевал, а поэтому необходим был спонсор, который поможет. Я был не против помочь финансово той, с кем делю дом и постель, только вот чем больше я вкладывался, тем меньше отклика видел. Очаровательная красавица превратилась в требовательную суку, которая, кроме слова «ДАЙ», не почти ничего не говорила. Любой наш разговор заканчивался очередной просьбой и «благодарностью» за неё. Не знаю, может быть, у меня внезапно включился разум, может быть встреча с новой пациенткой, которая так и не хотела выходить из головы… Но меня полностью отвернуло от Вики. Не было желания идти домой, созваниваться, да и вообще как-либо с ней соприкасаться. Раньше, лет пять назад, мне было бы плевать. Я много ужасного творил, пока был в универе, а потом в ординатуре. Правда, в памяти отложилось всего пара моментов, за которые мне было дико стыдно. Девочка, на первом курсе универа. Её обнажённые фотки, которые она присылала мне в личные сообщения, я переслал своему другу, а он, в свою очередь, другому и далее по цепочке. Спустя неделю, девочка перевелась из универа в другой город. Второй случай, ночь с первокурсницей. Снятое видео, спор и последующий его слив в общую группу универа. До сих пор помню, как она убегала, пытаясь не расплакаться и удержать лицо. После того дня, я её больше не видел. Стыдно мне было за многое, но эти две ситуации были хуже всего. Я не помнил имени ни одной из них, не знал фамилий, не имел ни малейшего понятия, куда они делись и больше никогда не видел их в стенах универа. Хотел бы я перед ними извиниться? Да. Делал ли я это? Нет. Чувство стыда было моим двигателем. Не будь бесконечного дискомфорта, не было бы никаких успехов ни в учёбе, ни в жизни. Каждое воспоминание об этом давало мне невидимый никому пинок под зад, который я однозначно заслужил. За окном были уже сумерки, телефон без перерыва жужжал, фиксируя очередной пропущенный от Вики, а я, решив размяться, вышел в коридор и пошёл проверять своих пациентов. Дойдя до этажа, на котором была палата номер двадцать семь, я невольно остановился. Борясь с желанием пойти и поговорить с девушкой, чьи огромные голубые глаза не выходили из моей головы с тех пор, как я её увидел. Куда же делся её муж? Неужели просто случайная беременность? Да и не навещает её никто… Пока размышлял, ненадолго замер у окна, а очнулся от резкого толчка в плечо и сдавленного «ой». Обернувшись, я увидел знакомое лицо, в котором с удивлением узнал Кристину, дочку лучшего друга моего отца. Девушка училась вместе со мной в универе, но была сильно младше. Насколько я помнил, она сейчас была уже замужем за каким-то бизнесменом, только вот что она забыла в Хаусовской? – Привет. – Произнёс я. – Прошу прощения. Ты не ушиблась? – Привет. – Процедила она останавливаясь. Её верная подруга, Марина, кажется, стояла чуть в стороне и кидала на меня неприязненные взгляды. Не могу понять, в какой момент, но отношение Кристины и её подружки ко мне изменилось. В один из семейных вечером у моего отца, девушка даже словом со мной не обмолвилась, хотя раньше мы часто общались и даже созванивались. Дружбой это, конечно, назвать было нельзя, но даже то хрупкое общение было безвозвратно утеряно. – Не ушиблась. Пока. – Погоди. – Схватил я её за локоть. – Ты у врача была? Почему не позвонила? я бы договорился. – Нет. Я была у подруги. Она в аварию попала. – И снова ледяной тон и скрещённые руки на груди. – Слушай, что я тебе сделал-то? – не знаю почему, но сейчас не смог сдержаться. – Ты серьёзно? – она выгнула бровь и презрительно скривилась. – Спустя столько лет, ты всё-таки собрал волю в кулак и спросил? – Кристин, я правда не понимаю. – Ты и не поймёшь. Как был козлом, так и остался, Смирнов. Натворил дел тогда, хоть сейчас будь человеком. Найди в себе силы и извинись! – Чего? – непонимающе воскликнул я. Кристина хмыкнула и, развернувшись на каблуках, стремительно пошла по коридору прочь. – Она же помнит всё, Смирнов. И видео-то в мельчайших подробностях. Какие же вы свиньи, а! – подружка тоже не промолчала и, высказавшись, убежала по коридору. Я замер на месте, потихоньку осознавая, что сейчас произошло. Меня обвиняли в чём-то, только вот в чём… Видео… Какое ещё видео?? И тут меня осенило. Речь же идет о той девушке, видео с которой выложили в группу универа! Она здесь??? повернувшись по сторонам, вдали коридора я заметил Миху, который о чём-то беседовал с лаборанткой и уверенно пошёл к ним. – Извините. Я отвлеку вас на пару слов, можно? – с улыбкой вмешался я, прерывая разговор. Девушка поникла, но спорить не стала и оставила нас наедине с недоумевающим другом. – Что на тебя нашло? – воскликнул Миха. – Она здесь? – с серьёзным лицом спросил друга я. Мгновение потребовалось парню, чтобы понять, ЧТО я имею в виду. Лицо мгновенно побелело, а губы вытянулись в линию. Миха сразу же стал мрачнее тучи и покачал головой. – Я не могу. Разбирайся сам. – Мих, ты друг мой. В чём дело? – Вику свою угомони, а потом приходи. – Отрезал он. – Я с ней расстаться собрался. Не скажешь сам – я переверну всё отделение, ты же знаешь. Пара мгновений и друг сдался. Только вот его рассказ выбил последнюю почву у меня из-под ног…