Глава 14

Вне зависимости от произошедшего, меня сморило спустя минут сорок, и я вполне себе неплохо проспала до утреннего обхода. Не сказала бы, что выспалась, но чувствовала себя просто прекрасно. Сын ещё не просыпался, поэтому ему просто сменили капельницу, а вот мне пришлось потерпеть больные уколы и проглотить горсть таблеток. Медсестра тихонько сообщила, что Артём Николаевич перенёс все мои процедуры на послеобеденное время, поэтому у меня был шанс ещё выспаться, чем я и воспользовалась, в надежде, что Мишка, как только проснётся, разбудит меня. Только вот проснулась я сама, а когда машинально повернула голову в сторону второй койки, тело покрылось противными мурашками. Мишки не было. Кровать была смята, а ребёнок отсутствовал, что мгновенно стёрло всю сонливость и ленивое состояние. Подышав пару раз через нос, я пришла к выводу, что Мишку забрали на процедуры, только почему не разбудили меня? Я хочу присутствовать! И вообще, я ребёнка не видела со дня аварии, кроме того момента в реанимации, так это не считается! С тех пор как я попыталась сразу после аварии побежать к сыну, когда у меня разошлись швы, я не пробовала вставать на ноги. В надежде, что моё состояние улучшилось, я осторожно пошевелила пальцами, пытаясь понять, что чувствую. Ощущения были ровно такие же, как и обычно, при здоровом состоянии. С замиранием сердца стащила свою тушку вбок, спустив ноги, и нащупала тапочки под койкой. Надёжно схватившись за ограждение, я медленно поднялась, перенося полностью свой вес на ноги, и замерла, прислушиваясь к ощущениям. Я настолько боялась упасть на пол, что сжимала кулаки до побелевших костяшек. Глубоко вздохнув, я отпустила койку и приготовилась к падению, но ничего не произошло. Я не очень твёрдо, но САМА стояла на ногах. Первый шаг, второй… Я шла сама! Скорости, конечно, не хватало, да и ноги закололо, словно я их отсидела, но я могла передвигаться самостоятельно. Вспомнив слова медсестры о том, что воспаление снимется и я смогу ходить, мысленно поблагодарила весь персонал, включая санитарок, на всякий случай и двинулась на выход. Моё появление в коридоре встретили с удивлением, а когда первый шок прошёл, моя, уже ставшая родной, блондинка подскочила ко мне и попыталась перехватить меня подмышкой причитая: – Ну, куда??? Не дай боже, что случится! – Всё в порядке. Я крепко стою. – Улыбнувшись, проговорила я, убирая её руки и помахав в воздухе, для пущей убедительности. – отведите меня к сыну, пожалуйста! – Он с Артёмом Николаевичем. Вам не о чем волноваться, поверьте! – Я хочу его увидеть, поймите же. Нам так и не удалось поговорить. Прошу вас, отведите. Тем более, движение – это жизнь, а мне очень надо жить! В любом случае расхаживаться нужно… – Вам нельзя перегружаться. – Пробурчала она. – Только-только ведь полегчало, лишь бы хуже не сделать. Я уставилась на неё умоляющим взглядом кота из Шрека и блондинка сдалась. Мы медленно двинулись вперёд по коридору, только если в реанимацию нужно было прямо, мы свернули налево, пройдя ещё один маленький коридор и открыв дверь прямо перед нами. – Это кабинет УЗИ. Артём Николаевич отвёз мальчика на проверку поджелудочной, сердца и почек. После такого наркоза лучше перестраховаться. Анализы также взяли утром, натощак. Я с замиранием сердца вглядывалась сквозь стекло в лежащего на кушетке Мишку. Сын был в прекрасном настроении и о чём-то оживлённо беседовал с врачом УЗИ и Смирновым. Они дружно смеялись и продолжали диалог до тех пор, пока Артём не увидел меня. Лицо мужчины с расслабленного сменилось на обеспокоенное и он, коснувшись плеча Мишки, что-то ему проговорил и указал на меня. Нет ничего прекраснее видеть лицо сына, который разглядев меня широко улыбнулся и даже слегка подобрался. Мог бы подскочить на месте – сделал бы это, но судя по проведённой операции, это ещё светит ещё не скоро… Что-то быстро проговорив, Смирнов направился на выход и плотно закрыв за собой дверь, сердито посмотрел на медсестру. – Вы зачем позволили ей встать? Пока нельзя! – Но… – Я сама попросила. – Ответила я вместо блондинки, потому что, уж кто-кто, а она нагоняй не заслуживала. – Какая разница, кто попросил? Екатерина, вы пациентка, которой требуется постельный режим. Острый этап, конечно, пройден, но вам всё ещё нужен покой. – Артём Николаевич, в следующий раз я настоятельно вам рекомендую прежде чем забрать моего сына на процедуры, разбудите меня и поставьте в известность. – Холодно проговорила я. Внутри клокотало негодование. Да как он посмел! – Либо вы сейчас оба замолчите и с улыбкой будете наблюдать за тем, как я работаю, либо идите ругаться в другое место. Вы пацана отвлекаете. – В раскрывшейся двери показалась голова врача. Переглянувшись, мы молча кивнули и двинулись на выход. Как только мы оказались в коридоре, Смирнов строго сказал: – Ольга, идите на своё рабочее место. Я сам провожу Екатерину в палату. Медсестра спорить не стала, но перед уходом, окатила меня таким взглядом, что я невольно сделала вывод, что меня больше без письменного разрешения Смирнова никуда не поведут, это точно. – Это что за концерт? Ты только-только оклемалась! Не думаешь о своём здоровье – подумай о Мишке. – Не тебе меня учить приоритетам, Смирнов! – прошипела я, мгновенно выходя из себя. – С чего ты вообще взял, что я нормально отнесусь к неожиданным обследованиям? Тебе не пришло в голову, что ребёнок несовершеннолетний и на такие вещи должно быть согласие родителей??? – Ты спала. Я посчитал, что УЗИ – это не преступление. – Спокойно проговорил он, чем взбесил меня ещё больше. – Я предупредила. Впредь, и ты предупреждай. – Ты готова поговорить о том, что обсуждалось вчера? – НЕТ! Гаркнув на весь коридор, я невольно привлекла внимание проходивших мимо санитаров. Они косо глянули на нас и быстро ретировались, не желая становиться свидетелями скандала. Мне внезапно стало ужасно стыдно, поэтому я, глубоко вздохнув, я снова подняла взгляд на Смирнова и уже спокойно проговорила: – Артём, я понимаю. Правда. Но я не собираюсь с тобой ничего обсуждать. Я не знаю, что ты себе напридумывал, но Мишка не твой сын. Оставь это и занимайся работой. Судя по тому, что о тебе говорят медсёстры, ты прекрасный врач. Мне сейчас такой и нужен. Но, прошу тебя, давай оставаться в рамках профессиональных отношений. Вне зависимости от нашего прошлого, он тот, кто может помочь моему сыну вести полноценный образ жизни. Искать другого специалиста – потерять время, а я к этому была совершенно не готова. Ради ребёнка, я была готова засунуть поглубже своё эго и попытаться договориться даже с тем, с кем, казалось, это сделать просто невозможно. Я просто должна попытаться! Стоило отдать должное Артёму. Развивать тему он не стал, а лишь прошёл чуть вперёд и замер в ожидании, намекая мне на то, что пора в палату. Шли обратно в молчании. Как только я добралась до своей кушетки, Артём наконец-то развернулся на выход, но прямо в дверях остановился. СНОВА! – Кать, нам есть что обсудить и без нашего прошлого. Михаилу требуется длительный период реабилитации, а также качественный уход. Рекомендую тебе отложить все свои дела и настроиться на то, что ты будешь привязана к ребёнку на ближайшие несколько месяцев. – Благодарю за совет. Я решу все свои дела. Родители обещали привезти телефон. – Проговорила я, удивляясь тону Смирнова. Мужчина кивнул и удалился, оставив меня снова в пустой палате… Неужели, он услышал меня? Только вот, я рано обрадовалась…